Что… Что он только что сказал?

О боже!

И тут ко мне подгребает понимание. Какая же я идиотка! Как я могла за всё это время ни разу не подумать об этом!

От нахлынувшего шока и сумбурных мыслей, я начинаю отползать в бок по стеночке, надеясь, что поняла всё неправильно!

Демиду не нужна прислуга… Ему нужна я. А точнее — моё тело. От этого осознания по коже прокатывается лихорадочный озноб, и меня буквально начинает трясти.

Я и представить не могла о том, что интересую Волка в этом плане. Он взрослый, серьёзный мужчина. А я — пигалица, которая не может похвастаться ни опытом, ни какими-либо знаниями в постели.

Ему другая нужна! Та, что сможет удовлетворить потребности Зверя. Не трусливая малявка, а искусная женщина, понимающая толк в мужском наслаждении.

Перед глазами всплывают яркие картинки: Демид приближается с грацией хищника и берёт меня так, как ему вздумается. Без возражений, без компромиссов. Ох, он ведь не знает, что я всё ещё девственница!..

Из ужасающих мыслей меня вырывает звук разъезжающейся молнии. Я моментально возвращаюсь в реальность и замечаю, как Волк расстёгивает свои брюки. Нет, нет, нет…

Упираясь лопатками в стену, нащупываю металлическую ручку и надавив на неё распахиваю дверь. Пулей вылетев в коридор, я перебираю ногами так быстро, словно убегаю от дикого зверя. Хотя похоже это не метафора.

Добежав до своей комнаты, скрываюсь внутри, проворачивая замок, а затем прячусь в ванной будто это убежище способно защитить меня. Две хлипкие двери против намерений Демида - слишком слабая преграда.

Сев на холодный кафель, обнимаю себя руками, пытаясь собрать поток хаотичных мыслей воедино.

«В этом доме ты женщина. Можем начать прямо сейчас», — раздаётся в сознании низкий голос, и я зажмуриваю глаза изо всех сил. Стараюсь не слушать, игнорировать, максимально заглушить, но он, как сирена. Как проклятый гром в небе, звучит так громко, что его нифига не способно заглушить.

Так вот почему он помог? Ради этого?

И чёрт, как же жутко осознавать, что у меня нет выбора. Я сама пришла к Волку за помощью, сама стояла на коленях перед ним и говорила, что сделаю всё, что он захочет. И надеялась, что «всё» — это драить его дом до конца жизни. Наивная дура!

Что бы сказала мама? А сестра? Узнав о том, каким способом мне удалось достать деньги? А какая к чёрту уже разница? Разве был выбор?

Нет.

НЕТ!

Миллион раз нет!

Демид был единственным спасительным шансом, и я им воспользовалась! Он пожертвовал весомую сумму денег ради того, чтобы сердце моей мамы продолжало биться. А мне придётся пожертвовать своим телом в качестве долга за её жизнь...

Я не знаю, сколько времени сижу на полу ванной, но, когда оказываюсь в кровати, за окном уже светает. Самое паршивое, что организм требует отдыха, а мозг лихорадочно выдаёт тревожные мысли, не дающие спокойно закрыть глаза и уснуть.

Так я провертелась всё утро, с мимолётными отключками на сон.

В итоге в ушах звенит, голова не соображает от слова совсем. Я плетусь в душевую, желая встать под прохладный струи и хоть немного прийти в себя.

Простояв под водой не меньше получаса, наконец, выхожу и тщательно вытираюсь полотенцем, пытаясь максимально оттянуть время, прежде чем спуститься вниз.

Как смотреть в глаза Демиду — я не знаю. Как жить и существовать с ним под одной крышей, понимая, чего хозяин хочет — тоже.

Каждая минута на часах приближает к неминуемому.

«Рано или поздно это случится!» — услужливо подсказывает внутренний голос.

И Волк не будет спрашивать. Не будет уговаривать.

Возьмёт то, что по праву принадлежит ему.

40

Переодевшись во всё самое скромное, что есть в моём брендовом гардеробе, купленном Демидом, застёгиваю рубашку до самого горла, а следом набрасываю кардиган. Имей я возможность одеться ещё скромнее, я бы непременно это сделала.

Может, если не буду привлекать внимания, стану передвигаться по дому как тень, то смогу выиграть немного времени?

Интересно, а Демид задавал себе вопрос, насколько этого хочу я?

Какая же тупость, Ева! Можно подумать ему не похер на твоё мнение.

По лестнице я спускаюсь со скоростью самой медленной улитки из всех существующих на этой планете. И, к своему огромному «везению», оказавшись на первом этаже, сразу же натыкаюсь глазами на Демида.

Проклятье!

Вчера я ждала весь вечер, но он не появлялся, а теперь, когда мне на руку его отсутствие, он тут как тут.

Что, никаких рабочих дел нет?! Где неадекватный дружок Овод? Пусть переключит всё внимание Демида на себя!

Всё против меня, честное слово.

Нет, это не дело. Нужно срочно отыскать способ, чтобы как можно меньше пересекаться с Волком.

Перспектива переехать жить в подвал уже не кажется такой устрашающей. А может, и в гараже работа для меня найдётся? Я готова там хоть целый день торчать!

Шагая в сторону кухни, пялюсь себе под ноги, не желая столкнуться взглядом с Волком. Я аккуратно прохожу мимо хозяина дома, боясь произнести хоть слово. Можно подумать, услышав мой голос, он тут же набросится и изнасилует.

Несмотря на то, что Демид молчит, я кожей чувствую, как он прожигает взглядом мою спину.

Остановившись у кухонной столешницы, привстав на носочки, достаю стакан из верхнего шкафчика. Налив из фильтра воду, делаю несколько жадных глотков и свободной рукой сильнее укутываюсь в кардиган.

— Замёрзла, Ева? — мужской голос звучит настолько неожиданно, что я едва ли не давлюсь, вздрогнув.

Борясь с желанием сбежать куда подальше, поворачиваю голову в сторону Волка и с ужасом замечаю, что он ухмыляется.

Его, чёрт возьми, забавляют мои реакции на страх, который он сам и внушает?

Решая проигнорировать издёвку, распахиваю дверцы холодильника, доставая яйца и молоко, решая приготовить омлет на завтрак. Аппетита практически нет, но мне необходимо хоть на что-нибудь отвлечься. Иначе есть риск, что Демид найдёт, чем занять моё свободное время. А этого я хотела бы меньше всего!..

— В первое наше совместное проживание ты предпочитала носить минимум одежды, — произносит всё тот же, а я замираю с продуктами в руках, словно приклеенная.

Я обращаюсь вся в слух, поняв, что отодвигается стул. Господи, в этот момент я мечтаю лишь об одном: испариться из этой кухни в любую точку планеты. Куда угодно, главное — подальше от него.

Тело начинает дрожать и покрываться испариной от мысли, что избежать внимания Демида не получилось. Сейчас он подойдёт. Развернёт к себе и заставит делать всё, что его душа пожелает.

Боже мой, пожалуйста, нет...

Почувствовав движение за своей спиной, сглатываю комок в горле и, с бешено стучащим сердцем, готовлюсь к моменту, когда он начнёт воплощать в жизнь все мои страшные фантазии.

Но этого не происходит.

Секунда, две, три...

Слушая тяжёлые шаги, позволяю себе мельком оглянуться через плечо. И на удивление я вижу, как хозяин проходит мимо с абсолютно безразличным видом.

— Вернусь поздно. Не жди, — бросает небрежно, даже не взглянув на меня и направляется в сторону выхода.

Меня охватывает такая волна облегчения, что я почти бросаю продукты на столешницу и делаю жадный глубокий вдох. Обошлось. Не в этот раз.

Будто почувствовав новый прилив уверенности и наглости, я разворачиваюсь к Демиду:

— П-подожди!.. — кричу уходящему вслед. — Я могу покидать этот дом? Мне нужно на работу!

Демид уверенно останавливается в проходе и медленно, с грацией хозяина положения поворачивается ко мне.

— Ты больше не работаешь.

В голове обезьянка из мультика стучит тарелочками, сначала не осознавая всю степень катастрофы, но затем до меня доходит.

Я не могу исчезнуть с радаров, подвести людей, начальство! Меня же уволят! И я обещала, детишкам в детдоме, что проведу ещё несколько занятий!

— Я не могу без объяснения причины не выйти на работу, Демид! Я... — растерянно моргаю, подбирая слова. Что «я»? Как ты собралась совмещать работу преподавателя с местной куклой для утех, Ев? — Я должна хотя бы оповестить начальство, что увольняюсь.

— Я купил тебя, Ева, — металлическим тоном осаждает Демид, и я вздрагиваю. — И, помнится, ты была согласна на все условия.

С этими словами мужчина выходит за порог, а я остаюсь стоять, как парализованная, осознавая весь ад сложившейся ситуации, на которую собственноручно подписалась.

41

Три дня спустя

— Вот тебе твоя херня, — Овод протягивает бумажный пакет, возвышаясь надо мной. — Пол города объездил, чтоб именно то, что ты накалякала найти.

Отложив садовый совок, вытираю вспотевший от палящего солнца лоб, стараясь не задеть его грязными рабочими перчатками. Лучезарная улыбка расплывается на моём лице, когда, приняв пакет я обнаруживаю в нём семена.

Вытянув шею, с удовлетворением наблюдаю, как охранники выставляют контейнеры с цветами недалеко от клумб. Поднявшись, внимательно осматриваю содержимое: и вправду всё, что я попросила!

— Вова, спасибо вам огромное! — произношу, подняв на мужчину потеплевший взгляд.

Я вынесла Оводу мозг, умоляя привезти мне цветочки для посадки на заднем дворе, после того как Демид с барским великодушием позволил похозяйничать в его относительно заброшенном саду.

И вот этот высокий, здоровый громила у которого и без меня куча дел и забот, повозился, по его словам, чтобы достать нужные сорта семян.

— Спасибо в карман не положишь, — Вова вырывает из раздумий, перенимая всё внимание на себя. — Пожрать есть чё?

— Суп с фрикадельками любите?

— Ты прям как моя покойная бабка. Семена, супы, — весело ухмыляется бугай, качнув головой.

Пока я снимаю перчатки, мужчина первым проходит в дом, через приоткрытую дверь. Я не обижаюсь на слова Вовы. В целом, где-то он, возможно, и прав.

За прошедшие дни в заточении у Демида, я готова была на стену лезть от скуки и безделия. Тема нашего весьма... необычного разговора о том, что я женщина больше не поднималась. Я успокоила себя тем, что Волк был пьян. Да! Именно так. Не нужна я ему для секса. Уверена, у Демида куча желающих согреть постель, с его то внешностью. Просто этот бессовестный в своей манере, таким образом решил поглумиться и в очередной раз указать моё место.

Чёрт, почему от его образа с другой, в груди неприятно саднит?!

Сбросив пыльную обувь на лестнице, рядом бросаю рабочие перчатки и иду кормить друга Волка. Овод уже сидит на барном стуле, облокотившись на стол и ожидает.

— С сестрой говорила? — как бы невзначай уточняет он.

— Да, мы всё время на связи, — киваю, включая сенсорную плиту и ставлю греться кастрюлю супа. — Операция прошла хорошо.

На последнем предложении мой голос подскакивает вверх. До сих пор могу осознать, что это и правда произошло! Вчера маму прооперировали. Я по сто раз на дню произношу эти слова, пытаясь свыкнуться с ними.

Маму прооперировали!

Всё позади!

Не верится, клянусь, мне не верится, что теперь она точно будет жить!

После выписки мама с Машей останутся ещё на какое-то время в Италии, для реабилитации. И всё благодаря Демиду...

— Отличные новости, — басит Вова. — Они там пусть в Италии развлекаются, а мы тут погудим, а, Золушка?

Взяв буханку хлеба, принимаюсь нарезать на ломтики и складывать в корзинку.

— Погудим? — поднимаю голову, непонимающе уставившись на громилу. — И вообще, перестаньте так меня называть.

— Зо-луш-ка, — смотря прямо в глаза, Вова решает поиграть на нервах.

— У меня в руках нож, не боитесь, что не по назначению использую?

— Нравишься ты мне, Евенция, — продолжает издеваться гад. — Не юлишь, а сразу в лоб говоришь. Хорошая черта, не крысиная. А зубочисткой своей не маши, поранишься.

Я непроизвольно закатываю глаза, громко вздохнув. Реально, как Демид выдерживает общение с ним? Это ж невозможно без конца слушать придурошные метафоры.

— Приятного аппетита, — накрыв на стол, ставлю перед гостем тарелку с ароматным супчиком. — Как пообедаете, оставьте, я сама уберу, — зачем-то говорю, ведь, и так, понятно, что я тут прислуга.

— А ты куда намылилась? — вооружившись ложкой, спрашивает Вова, вынуждая меня притормозить на полпути.

— В сад, — неопределённо киваю головой в сторону.

— Любишь ковыряться в земле? — не отпускает, расспрашивая.

— Ага, от бабушки передалось, — неловко протираю ладошками карманы. Как будто немного странно общаться с Вовой на личные темы о хобби и семье.

— Да посиди со мной, чё ты, — Овод указывает на стул напротив. — Не люблю один есть.

— Ну... ладно, — и правда? Чего это я убегаю? Он вроде как нормальный мужик. Хоть и со своими тараканами и прибабахами. А я всё строю из себя невесть что. Усевшись напротив со стаканом воды, сообщаю, что пообедала час назад. — Давно вы знакомы с Демидом?

— Давно, — подтверждает, принимаясь за еду.

— А сколько вам лет? — пользуясь случаем, решаю не терять времени зря и узнать о собеседнике как можно больше. Похоже, мне очень сильно не хватает общения.

За прошедшие дни, дома Демид появлялся очень редко. В основном приходил только переночевать. Я старалась по максимуму его избегать, за исключением той просьбы о саде, ибо ходит мужчина, какой-то хмурый и я бы даже сказала злой. Очень надеюсь, что это связано с его делами, а не со мной...

— Вам это кому? — непонимающе вздёрнув густую бровь, переспрашивает Вова.

— Ну вам, блин.

Боже, почему моя речь звучит, как у тупого подростка?

— Золушка, давай на «ты», — отламывает кусок хлеба, отправляя в рот.

— Хорошо, — соглашаюсь, с лёгким сомнением внутри. — Я просто из уважения...

— Эт ты правильно, малая, — прожевав очередную порцию, Овод откидывается на спинку стула, вглядываясь в моё лицо. — Пока ты под стол пешком ходила, мы с Волком срок первый мотали.

— Срок?

— Ага, на малолетке, — уточняет равнодушно.