— Надеюсь, однажды ты сможешь простить меня, суку. И, Лиз, я очень рада, что Вадим и Шведовы оставили тебя в покое, — Инесса неожиданно протягивает ладонь и накрывает ею мою лежащую на столе. — Я пыталась говорить с Вадимом, убеждала разорвать контракт и помолвку, но он меня не слышал.

— Спасибо, — искренно улыбнувшись, стараюсь поверить в услышанное. Инесса пыталась помочь мне. Невероятно!

— И я очень рада, что ты вместе со своим Русланом, — окончательно добивает милотой, на миг превратившись в обычную женщину. — И всё-таки, Лиз, как он в постели, а? Вопрос-то остался открытым!»

— О чём задумалась, Кудрявая? — низкий голос Руслана вырывает из воспоминаний вчерашнего дня.

— Ты напугал меня, — вздрагиваю от неожиданности его появления.

— Это, походу, единственное, на что я способен в этом доме, — проворные руки пробираются под футболку, сжимая мою талию.

Приятные мурашки расползаются по телу, отдавая возбуждёнными импульсами в низ живота. За время проживания в этом месте у нас действительно было катастрофически мало секса. Урвать момент для совместного времяпровождения практически невозможно, ибо родители Руса каким-то чудесным образом всегда находятся рядом. А по ночам... По ночам я нахожусь в комнате напротив их спальни! Мы с Русланом живём на разных этажах, и, признаться честно, проблема по большому счёту конкретно во мне.

Сбегать к парню на четвёртый этаж тупо не хватает духу. Как представлю, что выхожу среди ночи в коридор, а там кто-то из родителей меня видит, аж в дрожь бросает. И к себе в комнату пускать его тоже стрёмно, вдруг они услышат нас?

Честное слово, замкнутый круг моей паранойи.

— Перестань, — хихикаю от прикосновений, будоражащих фантазию. — Вдруг кто-то войдёт?

— Лиз, если бы ты знала, насколько мне похуй, — горячие губы опускаются на шею с многообещающими поцелуями. — У меня жёсткий стояк уже второй день. Единственное, что щас волнует – это когда я войду в тебя?

79

— Лиз, если бы ты знала, насколько мне похуй, — горячие губы опускаются на шею с многообещающими поцелуями. — У меня жёсткий стояк уже второй день. Единственное, что щас волнует – это когда я войду в тебя?

— Правая рука всегда с тобой, Джедай, — хохотнув, вспоминаю о любви Князева к Звёздным Войнам.

— Да? А если моя правая рука сделает так? — хрипотца, появившаяся в мужском голосе, не сулит ничего хорошего. Взметнув ладонь вверх, Рус бессовестно оттягивает чашечку бюстгальтера вниз, а затем накрывает полушарие, сжимая его.

— Не надо... — с губ срывается стон поражения. Руслан толкается бёдрами в мою поясницу, демонстрируя степень возбуждения. Знал бы он, как влажно становится в моих трусиках, совсем бы с цепи сорвался.

Лёгкий стук заставляет нас обоих замереть одновременно.

— Дорогая, я могу войти? — голос Лилии доносится из коридора. Со скоростью света я отскакиваю от её сына, как от прокажённого, и принимаюсь поправлять задравшуюся футболку.

— Да, конечно! — звучу до жути неестественно. Метнувшись к двери, распахиваю её, приглашая женщину войти внутрь.

В доме, где выросла я, такой роскоши, как предварительный стук, не существовало. Зато Князевы безумно тактичные и воспитанные люди. Лиля спрашивает разрешения войти в комнату гостьи при том, что находится в своём же особняке.

— Ой, надеюсь, я вас не отвлекла, — кажется, Лиля смущается больше нашего, увидев Руслана, сидящего на краю кровати. Парень невинно упирается локтями о колени, но мне всё равно неловко, как будто мы школьники, которых спалили.

— Хотел пригласить Лизу кое-куда, — расслабленно сообщает брюнет, словно не он минуту назад соблазнял меня.

— Куда? — воодушевлённо уставляюсь на Руса.

— Одевайся теплее, жду внизу, — естественно, не рассказав подробностей, он встаёт и, подмигнув нам обеим, выходит из комнаты.

— Копия свой отец, — смеётся Лиля, после ухода сына. — Ну собирайся, дорогая. Не буду отвлекать. Думала обсудить с тобой меню на ужин, но это терпит.

Топая по тропинке, засовываю руки в карманы, пряча от холода. Весна-то приближается, но вот зима упорно не желает отдавать ей бразды правления. Несмотря на греющее солнце, снег отказывается таять и хрустит под ногами.

— Решил вывезти меня в лес и закопать? — подшучиваю по-дурацки над своим хулиганом. Руслан ведёт нас на задний двор с видом на раскинувшийся лес.

В последнее время не могу сдерживаться и прикалываюсь, называя Руслана то бандитом, то мафией. Естественно, он, как настоящий мужчина, не обижается, но советует воздержаться от подобных слов в присутствии его отца.

Просто мне непривычно от одной только мысли, что вот тот наглый старшекурсник, прицепившийся ко мне, как банный лист, в прошлом году, оказался тесно связан с криминальным миром. Впрочем, как и я сама.

— Вывезти и изнасиловать, — не остаётся в долгу виновник прогулки, отвечая на выпад.

— Фу, ты ужасный! — фыркаю, поморщив носом.

— За это ты меня и любишь, — Князев грубо притягивает меня к себе, натянув шапку на глаза.

— Русла-а-а-н! — обиженно вскрикиваю, поправляя головной убор.

— Капризная кудрявая бестия, — моё поведение вызывает у него лишь добрый смех.

— Блин, ты точно сумасшедший! — замираю, увидев истинную причину нашей прогулки. — Глазам своим не верю!

По центру сада, среди деревьев, на земле, покрытой слоем снега, расстелен большой и красивый плед, со стоящей на нём корзинкой.

— Ты говорила, что никогда не была на пикнике, — звучит над ухом скромно.

— Спасибо! Спасибо! Спасибо! — визжа от счастья, запрыгиваю на руки к своему любимому, обвивая его ногами.

Глухо посмеиваясь, Руслан крутит нас на месте, не забыв помацать меня за филейную часть. Голова кружится от счастья. Неужели это происходит со мной? В реальности?

Покружив до состояния головокружения, Князев ставит на ноги и, взяв мою руку, подводит ближе.

— На задницу не садись, простудишься, — командует мой заботливый господин, и я послушно опускаюсь на плед коленями. Цистит мне ни к чему, это верно.

— Что в корзинке? — вытянув шею, наблюдаю, как Руслан открывает коричневое лукошко.

— Ты там на суперщедрую поляну не рассчитывай, — отвечает романтик, ни дать ни взять. — Есть горячий какао, круассаны, шоколад, печенье...

— Вот это да! А что, по-твоему, тогда «не щедрая поляна»? — изумляюсь количеству перечисленного.

В общем, остановившись на печеньках и какао, сидя рядышком, греемся вкусным, горячим напитком.

— Я тебя обожаю, — признаюсь от чистого сердца. — Мне очень приятно, что ты запомнил тогда этот незначительный факт про то, что я не была на пикнике. Спасибо, Руслан!

— Обожаешь? — скептически уточняет, вскинув густую бровь.

— Да, — подтверждаю, кивая головой, и недоумённо наблюдаю, как Руслан отставляет наши стаканы в сторону. — Сильно-сильно, — добавляю для убедительности.

— Обожает она, — не давая опомниться, засранец заваливает меня спиной на плед, нависая сверху. — А я, Лиз, не просто обожаю. Я тебя пиздец как сильно люблю!

— Я то-о-оже, — приподнявшись, оставляю чмок на щетинистой щеке. Но Князева детский чмок не устраивает. Наклонившись, парень нападает на мои губы с жадным и страстным поцелуем.

Внутри меня идёт самая настоящая борьба: поддаться чарам и потерять голову окончательно, или же притормозить любимого. Иначе такими темпами мы очень быстро вернёмся в дом... — Руслан, увидят! Тут же охрана ходит.

— Похуй, — как всегда, коротко и ясно.

— Вставай давай, — всеми правдами и неправдами заставляю себя успокоиться и унять бешено колотящееся сердце. Какое-то время мы снова сидим и невинно обнимаемся, наслаждаясь обществом друг друга и природой.

— Какие планы на завтра? — между делом интересуется он.

— Да вот думаю. Наверное, мне стоит уже закрыть больничный. Нужно возвращаться в университет и общагу. Нельзя столько бездельничать.

— Да хватит из-за учёбы париться, всё равно замуж за меня выйдешь и не будешь работать.

— Это предложение? — я стараюсь придать себе спокойный вид, но дрожащий голос предательски выдаёт моё волнение.

— Может, и так, — пафосно произносит Руслан, обнажая идеальную улыбку. — Выйдешь за меня, Кудрявая?

— Я подумаю, — игриво уклоняюсь от прямого ответа, дабы помучать его. — Свадьбу предлагаю сыграть в этом саду. Мне тут нравится.

80

Жизнь – такая непредсказуемая штука, что порой не знаешь, куда она тебя заведёт. Если пару месяцев назад мне бы сказали, что я буду проживать свои лучшие мгновения рядом с любимым мужчиной, я бы расплакалась. Потому что с вероятностью в девяносто девять и девять процентов вряд ли поверила этому человеку.

Но всё именно так...

Я счастлива, люблю и любима!

Оказывается, это так прекрасно – ходить на учёбу без чуткого контроля и стукачества! Раньше я не ценила эту привилегию, а сейчас диву даюсь от осознания, что меня отныне не преследуют Шведовские охранники. Моё рвение и тяга к знаниям увеличились в разы. Как классно сидеть в аудитории и понимать, что обучение – это больше не отсрочка от брака.

В последнее время Руслан стал очень часто пропускать учёбу, проводя много времени с отцом. Но в те редкие дни, когда он посещает университет, нам больше не нужно скрываться по углам и пустым аудиториям. Мы ходим в стенах ВУЗа, держась за ручку, без стеснения и переживаний, что нас спалят. А, если в поле зрения нет преподавателей, этот хулиган может усадить меня на подоконник и поцеловать. На большом перерыве дружной компашкой,состоящей из Егора, Таньки, Руслана и меня - проводим время вместе. Рус и Егорка отлично ладят, и это невероятно радует. Ребята нашли общий язык, и, пожалуй, их можно назвать хорошими приятелями.

Уже как пару недель мы переехали из особняка Князевых в квартиру Руслана. Мой больничный официально закончился, и ездить в универ из загородного посёлка оказалось слишком долго, поэтому было принято решение переселиться.

В общем, счастье распирает меня всю, как мыльный пузырь. Воронцов и Танюшка смеются, говоря, что я бесконтрольно улыбаюсь, будто дурочка блаженная. А я и правда порхаю, готовая взлететь на крылышках любви и радости.

— Я уже рассказывала, как врачи сказали, что я в рубашке родилась? — с пафосной моськой уточняет подруга. — Отделалась, так сказать, лёгким испугом?

— Как минимум раз десять, — горько усмехаюсь, шинкуя лук на разделочной доске. — Я, наверное, никогда не смогу искупить вину перед тобой, — поднимаю взгляд на экран смартфона, с которого на меня смотрит Соколова.

Мы болтаем по видеозвонку, пока я готовлю обед. Таня же в это время беззаботно валяется в комнате общежития. Невзирая на её весёлый настрой и лёгкость поведения, мою персону одолевает вселенский стыд.

— О-о-о-й, — вздыхает нарочно громко. — Завела опять свою шарманку. Перестань, ты вообще ни в чём не виновата!

— Ну да, не виновата, — бубню, уныло возвращаясь к процессу нарезки. — По моей вине неадекватный Демьян отыгрался и на тебе.

— Лиза, ты сама жертва этого мудака, — подруга хмурится, сводя брови на переносице. — Господь всемогущий, ну почему он не подох в аварии, а? Где справедливость?

— Ты чудом не осталась инвалидом от такого удара, — в носу начинает щипать от одного представления о том, какие последствия могли бы быть для её здоровья.

— Ну не осталась же! — Таня закатывает глаза. — Астахова, будь добра, не драматизируй. Вот ты там меня мысленно хоронишь, а я сегодня собираюсь на ночёвку к Егору.

— Ого, кто-то перешёл на новый этап? — от довольного лица Соколовой и её многообещающе вытянутых губ в трубочку расплываюсь улыбкой во все тридцать два зуба сквозь нахлынувшие слёзы.

— Если под «этапом» ты подразумеваешь секс, то в горизонтальную плоскость наши отношения перешли уже давненько. Я же тебе говорила!

— Да помню я, помню, — уже начинаю в открытую смеяться. — Причём во всех пикантных подробностях!

Про интимную жизнь лучших друзей я бы хотела знать как можно меньше, но это невозможно. Таня – душа нараспашку. Подруга может без умолку тараторить, рассказывая мельчайшие детали о том, как, сколько, в каких позах и каких размеров (кхм-кхм).

После таких откровений мне с трудом удаётся смотреть в глаза Егору, вытесняя из головы эти, блин, жуткие образы, подкидываемые фантазией. Слава Богу, Руслан не умеет читать мысли, иначе могли бы возникнуть небольшие проблемки.

— Короче, мы сначала вечером идём в ресторан, а уже оттуда – к нему, — сообщает Танька с блестящими от влюблённости глазами. — Слушай, а помоги мне выбрать, что надеть?

Поднявшись с постели, соседка направляется к шкафу и распахивает дверцы, приступая к показу мод. В итоге в этом бесконечном хаосе переодеваний и хныканья о том, что подходящего наряда совсем нет, с горем пополам через час миссия выполнена. Выбор падает на умопомрачительное элегантное платье чёрного цвета, подчёркивающее идеальную и утончённую фигуру Татьяны.

Мы ещё недолго болтаем о девчачьих делах. Параллельно я замешиваю тесто для открытого клюквенного пирога и запекаю в духовке предварительно замаринованную курицу.

В процессе Соколова требует, чтобы я как можно скорее вернулась в общежитие. По правде говоря, я чувствую себя безумно комфортно рядом с Русланом в уютной квартирке. Мне нравится жить с ним вместе. Из-за всех этих запретов и трудностей, через которые нам пришлось пройти, я ценю каждый миг рядом с любимым.

Хотя умом понимаю, что сожительствовать не входило в мои планы. Да и внутренняя ханжа ругается из-за идиотских предубеждений о том, что до свадьбы делить общую жилплощадь нельзя. Мол, не женится потом никогда.

Если прислушаться к себе по-настоящему: возвращаться в общагу не хочется. Нет, дело не в удобствах или соседстве с Танюшкой, вообще не в этом. Просто с Русланом я чувствую, что нахожусь на своём месте. Под его надёжным крылом. Милой заботой и надёжной защитой.

Каждый день я поскорее бегу с учёбы домой, чтобы подготовиться к приезду Руслана, если его не было в университете. Обожаю встречать любимого вечером вкусной едой и идеальным порядком вокруг.