— Она... она от него. Клянусь, что от него! Я тогда... только к Громову приезжала, — пролепетала со страхом, посиневшими от холода дрожащими губами. — Мне некуда её...

Её. Это была девочка.

— А мне ты сейчас чё предлагаешь? — пробасил бандит, не найдясь, что сказать. Но невзирая на это зачерствевшее сердце Астахова по отношению к другим, впервые за много лет дрогнуло.

— У меня мама больная... А она... ей будет лучше с отцом. Таким отцом... — продолжала обрывками шептать сквозь всхлипы девушка. — Заберите, пожалуйста... Я назвала её Лизой, Елизаветой...

Даже не взглянув на дочь в последний раз, блондинка решительно всучила намокший свёрток мужчине. Громко разрыдавшись, гостья развернулась и, прикрыв рот ладошкой, бросилась на выход к воротам. А Андрей продолжал стоять спиной к остальным присутствующим на территории и держать в своих грубых кровавых руках хрупкое создание.

Мужское сердце дрогнуло во второй раз.

Малышка закряхтела, но голос не подняла. Будто почувствовала, что нельзя раскрывать своё присутствие. Не время.

В Астахове боролись две сущности. Одна из них, более жестокая, та, что повидала много смертей от его пистолета, твердила скрыть. Другая, та, в которой осталось человеческое сочувствие – отнести девочку Громову, а дальше пусть сам решает, что делать с дочерью.

Внутренний голос Андрея без конца задавался вопросом: неужто Бог услышал молитвы жены и послал им ребёнка? Хоть и не таким путём, как они хотели?

Не может быть таких совпадений. Эта девочка – дар. Она последнее, что может вернуть ему его любимую жену. Даст Марине сил и смысл жить дальше. Девочке будет лучше в полноценной семье, с любящими её родителями. Да и похожа его Маринка чем-то на мать девочки, тоже светлая и волосы волнистые. Ни у кого сомнений не возникнет. У Громова нет жены, он скинет ребёнка на нянь и продолжит жить своей жизнью.

Спрятав малышку под курткой, как это делала её родная мать, Андрей спешно двинулся к припаркованному неподалёку джипу. Из-за проливного дождя перед глазами всё расплывалось. Никто и при желании не заметил бы выпирающего из-под куртки ребёнка. В Андрее не было и капли сомнений в верности принятого решения. Астахов был из тех людей, что не сомневался в своём выборе никогда. За это его Захар и уважал.

— Андрей Алексеевич, а указания будут? — при выезде за территорию уточнил старший над охраной – Влас Шведов, притормозив машину своего руководства.

— Жена рожает, домой надо. Всё потом, — на ходу сообразил ушлый бандит. Как-то ж в будущем надо будет объяснять появление ребёнка?

— Да ну? Поздравляю от всей души! — на тот момент Влас ничего не заподозрил. Озарение к нему пришло гораздо позже, когда подросшая Лиза попала в его поле зрения, находясь рядом с Громовым. Вот тогда Шведов и сложил два плюс два, вспомнив ту самую ночь. Кудрявую блондинку и внезапные роды жены Астахова.

Выехав за пределы особняка и оказавшись на безопасном расстоянии, Андрей остановил машину. Достал кроху и переложил на соседнее сидение, поправив съехавший чепчик на её голове. Какое-то время сидел и смотрел на малышку, понимая, что хода обратного нет.

Опустив ручник, Андрей тронулся с места. Нужно домой поскорее добраться, пелёнка влажная, вдруг малышка заболеет. Ехал, раздумывая над собственным предательством лучшего друга, пока спешно удаляющаяся тонкая покачивающаяся женская фигура не привлекла внимание мужчины.

В девушке он узнал ту самую блондинку, мать ребёнка, которого без сожаления украл.

В мужской голове проскочила невесёлая мысль: не удержит девка секрет. Приползёт в один прекрасный день, умоляя вернуть дочку. А если не так, то с кем-то да поделится секретом. Не пойдёт. Если Громов узнает об обмане, грохнет без капли сожаления. Захар такого не прощает. Никому. А самому близкому тем более не простит.

Решение, как и всегда, принял моментально. Достав из бардачка пистолет, без раздумий снял ттшник с предохранителя и надавил на газ.

Запутавшаяся в этой жизни девчушка Юля и правда пошла по лёгкому пути, чтобы прокормить болеющую маму. Она не знала, что, решившись родить и отдать дочку её родному отцу, погубит себя.

Ночь. Лесополоса.

Некогда кудрявую блондинку с озорной улыбкой и чистыми глазами больше никто и никогда не видел.

Секрет о настоящем происхождении малышки, лежащей на пассажирском сидении, сохранится на долгие годы.

Рождённая Громова Елизавета Захаровна в ту ночь стала Астаховой Елизаветой Андреевной.

77

Романтично вздохнув, прикрываю глаза, подставляя лицо под щедрые лучи солнца, пробивающиеся сквозь большие окна.

Совсем скоро наступит весна. От одной мысли о том, что мы сбросим с себя зимнюю одежду и начнём модничать, облачаясь в стильные луки, на губах расплывается беззаботная улыбка. Наконец-то не будет нужды надевать в сто одёжек, лишь бы не окочуриться от мороза на улице в минусовую температуру.

С той минуты, как с меня сняли железные оковы Шведовых, жизнь заиграла новыми, некогда неизвестными яркими и сочными красками. Больше нет никакого давления со стороны дяди, нет безумного преследования от Демьяна. И, самое главное, отсутствуют гнетущие думы о неизбежно приближающейся свадьбе с ненавистным блондином!

Я свободна!

— Свободна... — произношу вслух, пробуя слово на вкус.

Опираясь ладонями о широкий подоконник, я стою в своей новой временной спальне. Последние несколько недель мы припеваючи живём в доме родителей Руслана. В день выписки из больницы дядя Игнат (отец Руса) и Лилия под предлогом моего окончательного выздоровления и восстановления в спокойной обстановке настояли на том, чтобы мы перебрались хоть ненадолго пожить с ними в фамильный особняк Князевых.

По правде говоря, я думаю, что настоящая причина кроется в безопасности. Князев-старший решил перестраховаться и подержать нас около себя неопределённое количество времени. Руслан, конечно, кислячит, не желая быть в постоянном поле зрения отца, но я безумно благодарна Князевым за заботу и искреннее беспокойство.

Ни один прожитый день в доме дяди ни в какое сравнение не шёл с тем, как мои будни проходят сейчас: мирно, дружно и по-семейному. Днём Руслан с отцом заняты делами. Мне безумно нравится, какая связь установлена между этими двумя мужчинами. Игнат советуется с сыном, в то время как сам Рус заинтересованно вникает в дела отца. Он наследник, так и положено.

Мы же с Лилей времени зря не теряем. У мамы Руслана особый пунктик на здоровье. Поэтому наш с ней распорядок дня выглядит примерно так: по утрам первым делом мы выпиваем стакан тёплой воды с лимоном для детоксикации. Следующая остановка – спорт. В то время как Лиля занимается пилатесом для заряда бодрости и энергии, я делаю дыхательную гимнастику и ещё парочку лёгких упражнений на растяжку, так как мне запрещены активные физические нагрузки.

По окончании зарядки вкусно и полезно завтракаем смузи на миндальном молоке с добавлением шпината, банана, овсянки и ягод. Позавтракав, идём на прогулку на свежем воздухе, гуляя по окрестностям гигантских владений Князевых.

Обед мы тоже готовим вместе. Обычно, это полезные салатики с авокадо, овощами, микрозеленью и всё в таком духе. Мой желудок после жизни в общаге немного в шоке от непривычного для него питания. Дядя Игнат и Руслан смеются, говоря, что Лиля втянула меня в секту ЗОЖ-ников.

Если честно, во всём этом процессе мне больше нравится само времяпровождение вместе с мамой Руслана. Она такая добрая и классная, что в какие-то моменты даже становится страшно. Кроме Валюши в семье Астаховых ко мне никто так хорошо не относился. Оказавшись у Князевых, очень непривычно ощущать себя частью семьи, а не изгоем.

А вот вечером, кстати, уже готовят повара, накрывая щедрый стол к вечернему возвращению мужчин. Мы все вместе ужинаем, рассказывая свежие новости за день, весело и непринуждённо общаемся. Иногда тем же составом перебираемся из столовой в небольшой домашний кинотеатр и смотрим фильмы. Обычно уставшие Лиля и Игнат уходят первыми, оставляя нас с Русом вдвоём досматривать.

Что касается отца Руслана, он не менее замечательный человек, чем его жена. Первые дни я жутко его стеснялась, а учитывая ситуацию с ложной беременностью и тем фактом, что дядя Игнат был в курсе всего, было ещё и жутко стыдно перед ним появляться.

Правда, одна фраза, брошенная им за столом о том, что отныне я часть их семьи (хотя, по сути, являюсь всего навсего девушкой сына), растопила моё и без того растаявшее сердце.

Князев-старший то и дело заставляет домочадцев ухаживать за мной. Это нереально приятно и одновременно неловко.

«Лиля, подай девочке клубнику».

«Руслан, передай Лизе вот эти конфеты, пока твоя мать не видит».

«Руслан, у Лизы завтра контрольный осмотр в клинике, отвези её лично».

«Фильм сегодня выбирает Лиза. У неё нормальный вкус, в отличие от вас двоих. Без обид, Лиля, но ты любишь глупые мелодрамы, а ты, Рус – тупые боевики».

Так и живём! Хотя, в один из вечеров моё сердце было разбито одной тайной, поведанной Русланом. Мой милый без тени стыда сказал, что по дороге домой они с отцом поели бургеры. Без меня! Предатели...

В свободное время я много читаю. Подсела сейчас на современные романы. Иногда могу несколько часов не отлипать от книги, поглощая сцену за сценой. Бывает, выезжаю в город, но обязательно в сопровождении охраны. В отличие от Шведовских, эти ребята меня не раздражают, ибо они не для слежки, а для моей безопасности. Руслан обещает, что меры временные.

Вчера я получила неожиданное сообщение от Инессы. Без особых разглагольствований сноха пригласила выпить кофе, сообщив, что эта встреча исключительно её желание. Вадим об этом не знает, и я могу не волноваться о конфиденциальности.

78

Конечно, я согласилась. Наше последнее столкновение в торговом центре, в результате которого Инесса не сдала нас дяде или Шведовым, хоть и уличила во связи с Русланом, стало основной причиной этого. Жена дяди определённо изменилась; стоит вспомнить ту самую ночь, когда она успокаивала и купала меня после побега из квартиры Демьяна.

Мы действительно посидели с ней вдвоём в уютном кафе, потягивая кофе с вредными десертами (Лиля, простите). Мы болтали с родственницей о разном. По большому счёту, Инесса искренне интересовалась, хорошо ли я чувствую себя в доме Князевых.

«— Получше, чем при жизни с тобой под одной крышей, — не выдержав, выпаливаю я правду на поставленный вопрос. Инесса кошмарила меня всё детство и подростковый период. Разве можно забыть о таком и отпустить обиду, как говорится, не проработав травму? — Я всегда хотела спросить: за что ты меня так ненавидишь? Ненавидела?

— Я не ненавижу тебя, Лиза, — вздохнув, сообщает сноха, переводя взгляд за мою спину. — Просто ты напоминаешь мне о том, чего я хотела бы никогда не вспоминать.

— О чём ты? — непонимающе вскидываю брови, внимательно следя за сменяющимися эмоциями на её красивом, но таком стервозном лице.

— О детском доме. О том, каково это – чувствовать себя никому не нужной, — я знала, что сноха сирота, но тем не менее её открытое признание – как удар под дых. — Я смотрела на тебя, видела девочку, себя в прошлом. Одинокую, беззащитную, забитую и зажатую.

— Именно поэтому ты избрала тактику гнобить ребёнка, а не поддерживать? — откидываюсь на спинку стула, неосознанно скрещивая руки на груди в защитном жесте.

— Не пойми неправильно. Я была молодая и глупая. Рано выскочила замуж, пыталась построить свою семью. Забыть, стереть из памяти тяжёлое детство, и вроде как всё начало налаживаться, а потом появилась ты, — Инесса возвращает стеклянный, ничего не выражающий взгляд. — И я снова вспомнила ту разбитую Инессу из прошлого. Я видела в тебе себя, Лиза.

— Я не хотела быть напоминанием о твоём прошлом, — произношу с нескрываемым укором. — Инесса, я была сиротой, нуждающейся в поддержке, а ты превратила мою жизнь в сущий кошмар.

— Жизнь – штука жестокая. Зато теперь ты счастлива и любима, — горькая усмешка озаряет её алые губы. — Ты в отличии от меня не ищешь счастье в покупках, не думаешь о том, где и с кем твой муж, потому что он не приходит ночевать домой. А если приходит, то тебя не хочет. И та любовь, за которую ты отчаянно хваталась последние годы, превратилась в ненависть.

— Если ты не счастлива с Вадимом, почему не разведёшься? — Тут к гадалке не ходи, очевидно ведь, что от их брака осталось одно название, причём уже давно. Сохранилась лишь игра благополучия на публику.

— Чтобы твой дядя себе нашёл молодую потаскушку и притащил в дом, а мы с Яной остались на улице? Ну уж нет.

— Как знаешь. Дело ваше, — решаю не лезть с советами. Можно подумать, мне вот осталось только переживать за их отношения. За прошедшее время Вадим мне ни разу не позвонил. Если он не думает обо мне, то почему я должна думать о нём? — Если ты видишь во мне прошлое, к чему сейчас эта встреча?

За столом повисает затянувшаяся пауза. Сноха крутит чашку на блюдце своими утончёнными пальцами с длинным маникюром, я же молча наблюдаю за её раздумьями.

— Всё изменилось после твоего приезда той ночью от сынка Шведова. Я поняла, что твоя жизнь в разы хуже моей, — наконец признаётся родственница. — Это стало переломным моментом. У меня в своё время хотя бы была возможность выйти замуж за любимого мужчину, а ты была вынуждена терпеть Демьяна, непонятно ради чего и кого.

— Ради вас, — лаконично напоминаю, снова не удержавшись.

— Да, ради нас. Ради семьи, никогда тебя не ценящей, — не отрицает, кивнув головой. — Я поняла, что была несправедлива все эти годы. И мне стало безумно жаль от осознания, что тебя лишили возможности быть с любимым и любящим тебя мужчиной.

— Мне было важно узнать, что причина на самом деле все эти годы крылась не во мне, а в тебе. — Слова Инессы вселили в меня веру в людей. Она могла бы не раскрывать душу, отмолчаться, но сноха предпочла расставить всё по полочкам, не оставляя недопониманий.