Князев стоит подобно неподвижной статуе около стеклянной перегородки, закрывающей лестницу, ведущую на второй этаж. Одной рукой он держит напиток, другая покоится в кармане брюк. Альфа, не иначе.

«Лиза, ты совсем с ума сошла?! Не пялься! Допуская даже малейшую мысль о нём, ты подставляешь свою семью под угрозу. И ему создашь огромные проблемы! Нельзя! Он вышвырнул тебя из машины и бросил!» — истерит подсознание.

Электрический заряд тока проносится по венам от мигом накатившего разочарования. Всего на секунду забыла о проблемах и происходящем хаосе в моей жизни, и, чёрт подери, это было приятно. Словно глоток свежего воздуха глотнула.

Не знаю, что движет в моменте, но я поднимаю голову и намеренно устанавливаю с Русланом зрительный контакт. Хочу убедиться, что он по-прежнему ненавидит и презирает меня. И я не ошибаюсь. Со стороны незнакомому человеку его поза покажется расслабленной, но клянусь всеми святыми, если бы взглядом можно было убивать, он бы непременно это сделал.

Князев переводит внимание на моего спутника. Сердце бросается вскачь; я замираю в ужасе, подумав, сейчас он поступит так, как делает это всегда: устроит драку. Набросится, яростно изобьёт Пашу, но мой бывший бросает на него незаинтересованный взор, а затем и вовсе отворачивается.

Это становится своеобразным холодным душем, который знатно отрезвляет и ставит последнюю точку между нами. Циничная улыбка растягивается на губах. Какая же ты дура, Лиза. Причём пьяная дура; иначе не могу объяснить, откуда эти глупые мысли о ревности в голове.

Сглатываю предательский комок разочарования, застрявший в горле. Подступившие слёзы делают всё вокруг мутным, и я опускаю голову, пряча лицо.

— Тебе нужно передохнуть. — Паша крепко обнимает меня за талию и уводит на исходную позицию к бару.

Таня с Егором вернулись и о чём-то мило воркуют. Лёшу, который приехал с нами, нигде не наблюдаю; наверное, нашёл себе другую компанию. Гудящие от неудобной обуви ноги молят разуться и я делаю это, швыряя сапоги в сторону.

— Иди сюда, — киваю Таньке, и та наконец отлипает от Воронцова. — Ты же говорила, его не будет тут! — шикаю на неё.

Подруга обводит помещение взглядом в поисках Князева, мигом поняв, о ком речь. А после произносит:

— Прости, я соврала, — раскаивается она с сожалением в голосе.

— Ты в курсе, как мне больно от одного его упоминания, и всё равно притащила, зная, что он тоже придёт? О чём ты думала, Тань? — спрашиваю с нескрываемой обидой.

Не дожидаясь от неё объяснений, разворачиваюсь и собираюсь свалить из этого отравленного места. От некогда весёлого настроя не осталось и следа; на его месте поселилась разъедающая душу пустота.

— Лиз, ну прости меня, дуру! — подруга нагоняет и хватает за руку, разворачивая к себе лицом. — Я хотела, чтобы ты пришла сюда повеселиться. Показала Князеву, какая ты сногсшибательная красотка и что мир не крутится вокруг него. Чтобы локти свои говнюк кусал и изводился мыслями, какую девушку он потерял!

— Потерял из-за того, что у меня есть жених? — уточняю слишком резким тоном

— Потому что не поверил! Правда же на поверхности лежит, а он слепошара; нихрена не видит! — запальчиво шепчет подруга. — Решил устроить допрос в машине, когда ты была в таком состоянии! А потом вообще выбросил голую на дороге. Кто он, если не мудак?

Таня продолжает приводить факты, почему стоит злиться на Руслана, но я не делаю этого, понимая: моя вина здесь не меньше. Текущая реальность – это цепочка событий, запущенная именно моей ложью.

— Нам всё равно не быть вместе; какой смысл доказывать ему и показывать что-то?

— Пусть прочувствует всю гамму боли, которую испытываешь ты, наблюдая за ним и его сукой Кристиной, — на полном серьёзе произносит подруга с нескрываемой злостью. — Сердце разрывается от одного представления, что пережила моя девочка, услышав, как та ему в туалете отсасывает!

Тело мигом обдаёт жаром; меня будто кипятком ошпарили. Воспоминания не заставляют себя долго ждать. Внутри такая жгучая злость собирается вперемешку с отчаянием, аж руки сжимаются в кулаки до боли в костяшках.

Таня права; я останусь. Пусть он уходит, если хочет!

— Пойдём к ребятам, а то на нас уже Егор подозрительно стал поглядывать.

— Ладно, — сама не знаю, соглашаюсь со сказанным выше о Руслане или с предложением вернуться. Пара шотов, и меня постепенно отпускает; даже перестаю украдкой поглядывать в сторону бывшего.

— Зуб давай! — требую, протянув раскрытую ладошку. Невольно вспомнился наш диалог в общаге, где Таня уверяла, что Руслан уехал. Соколова хохочет, поняв, о чём идёт речь, и прикрывает рот, отрицательно мотая головой. — Давай-давай!

Между нами завязывается шуточная потасовочка, которая заканчивается объятиями и признаниями о том, как сильно мы с Танькой любим друг друга.

28

— Веселитесь, девчонки? — отлучившиеся подышать на улице Егор и Паша возвращаются, принося вместе с собой шлейф морозной свежести.

— Веселимся! — отвечаем в унисон, продолжая обниматься.

— Там в «Правда или действие» собираются играть, не хотите? — Паша предлагает переместиться в другую часть дома.

— Не, я пас, — Егор поднимает руки в сдающемся жесте. — Не моя тема – подобные развлечения.

— И я не хочу, — мигом поддерживает Танька, закусив нижнюю губу.

— Ты же всегда за любой кипиш! Что происходит? — хихикаю подруге на ухо. Она, в свою очередь, тыкает меня локтем в бок со словами «отстань, Астахова». Поняв, к чему идёт дело, уверенно заявляю: — А я хочу! Пойдём, Паш? Пусть эти двое пенсионеров здесь вдвоём и сидят.

— Ты не идёшь, — уверенно заявляет Егор.

— Ещё как иду! — хмурю брови, обиженно уставляясь на друга. Чего это он мною командует?

— Лиза, там действия по типу «переспи на камеру». Ты готова к таким играм?

— Значит, я буду выбирать только правду!

— Да не, обещали без жесткача в этот раз, — смягчает ситуацию Паша. — Я присмотрю за ней. Нормально всё будет.

Ощущение дежавю сковывает, подкидывая воспоминания о прошлой вечеринке и ситуации, когда Руслан узнал о моей девственности из-за этой игры. Мотаю головой, отгоняя флэшбеки подальше.

Воронцов отпускает, но под ответственность Паши. Навеселе мы врываемся в гостиную, набитую развлекающимися. Здесь не так шумно и практически никто не танцует. Целенаправленно двигаемся в сторону диванов, где уже один из парней рассказывает правила.

«Отказываться нельзя, на вылет моментально».

«Если кого-либо уличат во лжи во время правды – прилюдная порка».

«Больше трёх раз одно и то же не выбирать».

— Куда хочешь сесть? — новый знакомый суетится, чтобы мне было комфортно. Как выяснилось, они с Егором хорошие приятели; иногда тренируются вместе. Узнав, как сильно Воронцов печётся обо мне, Паша стал ещё более обходителен и совсем не допускает лишнего. Комфортный парень.

— Без разницы, давай туда, — показываю на диван со свободными местами, и это становится фатальной ошибкой.

Усаживаясь на диван, ноги перестают меня держать, и я плюхаюсь резче положенного, увидев, кто, чёрт подери, восседает на кресле справа от нас. Ощущение, как будто я нахожусь в мыльной мелодраме, где сама судьба подкидывает идиотские события, желая морально добить главную героиню.

Вы находитесь в одном доме, чего ты ожидала! Естественно, будете сталкиваться!

Но самое ужасное в другом. Руслан не один. По классике жанра на его сраных ногах сидит девушка! Кудрявая, мать его, блондинка. Он ласково поглаживает её поясницу, а девка, приблизившись, тычет вываливающимися сиськами в его лицо и щебечет на ушко, заставляя говнюка давить улыбку.

Будь я в другом месте и не выпила такое количество алкоголя, подскочила бы и убежала в слезах. Но в текущем состоянии я лишь прыскаю от смеха, да так смачно, что приходится прикрыть рот рукой, наклонившись ближе к коленям. Сдерживаю рвущийся наружу дикий хохот и стараюсь не привлекать внимания. Со стороны эта сцена, наверное, выглядит идиотской, но мне плевать.

Усадил кудрявую блондинку с явно накрученными локонами! Хочется крикнуть: «Князев, ты редкостный придурок, если решил задеть меня этим!»

— С чего смеёшься? — Паша задаёт вполне логичный вопрос, правдивый ответ на который вслух озвучить не могу даже под дулом пистолета.

— Представила, как Егор будет ругаться, если узнает о том, как я по пожарной лестнице сп-пус-скалась! — придумываю на ходу, заикнувшись.

— А мы ему не скажем, — лукаво подмигивает парнишка.

Игра начинается. Негласный ведущий контролирует процесс, и все погружаются в царство порока и греха. Иначе это и не назовёшь из-за вопросов и действий, льющихся рекой. Я чётко решаю для себя: первые три раза кроме слова «правда» из моего рта не выскочит, а дальше разберёмся!

Вопросы и действия льются рекой:

«Какой у тебя фетиш в сексе?»

«Поцелуй любую из сидящих здесь девушек с языком!»

«Когда ты последний раз кончал в тёлку?»

«Покажи лифчик!»

«Самое странное место, где ты занимался сексом?»

«Покажи свои нюдсы!»

«Изменял девушке, будучи в отношениях?»

Складывается острое ощущение, что я нахожусь в кругу озабоченных подростков. Все дороги ведут к сексу, от этого становится аж противно. Рассказывать незнакомым людям интимные и провокационные подробности не так-то и просто. На это нужно иметь смелость.

— Правда или действие? — очередь доходит до парня с соседнего дивана, и задаёт он вопрос Князеву. Я мигом подбираюсь, навострив уши.

— Действие, — расслабленно отвечает Руслан, не моргнув и глазом.

— Поставь своей тёлочке засос, — довольный дебильным заданием, угорает тот.

Внутри всё холодеет. Неужели он это сделает? При мне? Вопросы отпадают мгновенно, не успев толком возникнуть в голове. Не колеблясь и секунды, Князев присасывается к шее блондинки и метит её. В одной руке он держит непонятно откуда взявшийся бокал с тёмной жидкостью, другой мацает её за открытое и, надо заметить, подтянутое, загоревшее в солярии бедро. Я заставляю себя отвести взгляд, не пялиться на то, как он целует, но не могу. Словно мазохистка наблюдаю и медленно уничтожаю себя.

— Правда или действие? — выполнив задание, Руслан задаёт вопрос уже своей спутнице.

— Действие, — томно облизывает губы.

Желание подняться и уйти отсюда перевешивает; я всерьёз задумываюсь о том, чтобы свалить да побыстрее, но сидящая внутри стерва Лиза орёт не рыпаться и не проявлять слабости перед ними.

— Сними трусики и покажи.

29

Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук.

Слышу, как грохочет сердце в груди, заглушая общий гам голосов вокруг. Он серьёзно попросил её об этом? А что потом? «Расстегни мою ширинку, давай займёмся сексом при всех?» Я бы умерла от стыда, получив такое задание, но его спутница не теряется. Под общее ликование, мужской одобрительный гогот и блуждающую улыбку Руса она поднимается на ноги и без стеснения принимается стаскивать нижнее бельё, покачивая при этом задом. Сняв их, победно вскидывает руку вместе с красным кружевом и вертит, будто флаг.

Папина гордость, блин!

Не удержавшись, закатываю глаза, и это не ускользает от бесстыжей. Усевшись снова на руки к моему бывшему, сучка по всей видимости выбирает следующую жертву.

— Правда или действие? — наигранно улыбнувшись, задаёт вопрос мне.

— Правда, — отвечаю с той же елейной интонацией. Не доставлю тебе удовольствие, стерва.

— С кем и когда у тебя был в последний раз секс?

Ну, конечно, у нас же тем, кроме этой, совсем нет. «В последний раз у меня был секс с парнем, у которого ты сидишь на руках!» — так и хочется плюнуть им обоим в рожу, но я сдерживаюсь по максимуму.

Отплачу тебе той же монетой, милый. Хотел поиграть со мной? Я дам тебе достойный отпор, не дождёшься слёз и страданий. Если ты хотел унизить меня, обломись!

— С женихом, — произношу чётко, смотря прямо в глаза Руслана. Между нами устанавливается неизбежный зрительный контакт. Мне мерещится, что его зрачки темнеют ещё сильнее, и в них плещется злость. Но это всего навсего мираж. — Вчера вечером, — не успев произнести, я вздрагиваю от громкого звука хлопка и разлетающихся по полу осколков.

Девушка Руслана взвизгивает и отряхивается от жидкости, оказавшейся на её ногах. И только тогда я понимаю: в руках Князева лопнул тот самый стакан. Внутри разливается непонятное чувство удовлетворённости, а по коже расползаются мелкие мурашки.

— У тебя есть жених? — не скрывая удивления и, кажется, разочарования, переспрашивает Паша, перетягивая внимание на себя.

— Ага, — словами не описать, скольких усилий мне стоит придать себе как можно более беззаботный вид, растягивая счастливую улыбку на губах. Растопырив пятерню, указательным пальцем левой руки тычу на безымянный палец, приговаривая: — Совсем скоро здесь появится заветное колечко!

К чему эта клоунада, Елизавета? Зачем ты заставляешь Руслана верить в то, что между вами с Демьяном есть чувства и отношения помимо вынужденного брака? Чтобы спасти его от отца моего жениха...

Я обязана обезопасить Руслана от Шведова-старшего.

Происходящее дальше оставляет в памяти отпечаток в форме одного большого размытого пятна. Мне неинтересна эта идиотская игра, неинтересны тупые вопросы и странные задания. Я погружаюсь в собственные мысли, пропуская большой отрезок времени, пока не слышу голос Руслана:

— Правда.

— Ты любил когда-нибудь? — спрашивает сучка, сидящая без трусов.

— Нет. Никогда, — звучит уверенно и чётко.

Не поднимая взгляда, я рассматриваю собственные колени и борюсь с желанием соскочить на ноги и пойти хорошенько вмазать ему по роже. Он не любил меня, использовал чисто для секса, как и всех остальных. Разве стоит удивляться этому факту?

Сердце подсказывает – это ложь. Намеренная, чудовищная ложь... Однако разум с ним не согласен.

— Поцелуй-ка свою подружку. А нет-нет, лучше уединитесь! — злорадно гогочет какой-то придурок. — Но учтите, нам нужны будут доказательства. Использованный презик или мокрая простынь подойдут.