— Сейчас приедет скорая, заберёт вас в клинику для обследования, — сообщает Альфред, затем прочистив горло добавляет: — у вас есть несколько минут поговорить. Я буду ждать их на улице, — и сразу же выходит с кабинета размашистым шагом, по пути похлопав меня по-отечески по плечу.

— Альфред сказал ты огромная молодец, — хриплым голосом, Адам осторожно начинает разговор первым, — помогла ему.

— Ты спас мою жизнь сегодня, — я стою рядом с дверью, как будто приросла к полу, — это меньшее, что я могла сделать.

— Как ты? — муж задаёт обычный вопрос, но я не могу на него ответить. Внутри образовалась огромная пустота, которой нет объяснения. Я сама не понимаю, как я себя чувствую сейчас? Если физически, то в полном порядке. Если говорить о душевном состоянии, то уже намного сложнее: злость, жгучая обида, негодование, разочарование, всё смешалось между собой образуя огромную, зияющую пустоту в груди. — Подойдёшь? — когда я не сдвигаюсь с места на простую просьбу, вижу в его взгляде, понимание: чтоя всё знаю. — Что он тебе сказал? — внимательно следя за моим выражением лица требовательно спрашивает Адам.

— Я так полагаю правду, — прочищаю горло, но голос предательски дрожит. — Которую должен был рассказать мне ты.

— Я не хотел, не мог сделать тебе больно, — мужское лицо искажает гримаса невыносимой боли вперемешку с сожалением. Странная реакция для человека, который женился на мне только ради мести.

— Скажи мне только одно Адам, в тот день, когда ты отвёз меня к Стиву. Ты узнал от него про завещание и его условия? — слова вылетают изо рта быстрее чем я успела об этом подумать, не могу больше ходить вокруг до около. Мне нужно знать правду.

— Белла… — он зажимает двумя пальцами переносицу, закрывая глаза.

Руки машинально сжимаются в кулаки, от лица молниеносно вся кровь отхлынула. Меня начинает бросать то в жар, то в холод. Клиффорд не врал, он действительно использовал меня… а я жила в своём выдуманном мирке, якобы в счастливом браке с любимым человеком.

Бабушка была права, когда говорила, что он убьёт меня. Адам сделал это, но он убил мою душу, а не тело.

Дверь распахивается, я машинально отхожу в сторону.

— Сюда, — звучит голос Альфреда, следом за ним забегают несколько человек в медицинской одежде, скорая приехала быстро. Двое парней кладут Адама на носилки и выносят, я выхожу вслед за ними. Шум доносящийся с улицы сразу же оглушает. Вместо кареты скорой помощи, недалеко от дома стоит медицинский вертолёт, крутящиеся лопасти заставляют деревья вокруг него качаться, издавая звуки шелеста листвы.

Несколько полицейских машин с горящими мигалками стоят рядом с Гелендвагеном и несколькими тонированными минивэнами. Копы беседуют с Томом, бросая на нас мимолётные взгляды. Ледяной ветер пронизывает и так продрогшее тело до костей, одетое в одну только тоненькую кофту и джинсы. Медицинский персонал грузит Адама внутрь, я вижу по его красноречивому взгляду, как ему некомфортно от того, что его несут на носилках, как беспомощного больного.

— Я помогу вам, — парень подаёт мне руку, чтобы я поднялась на борт. Колеблюсь с минуту, но в конечном итоге вкладываю ладонь в его и вынуждено забираюсь внутрь и готовлюсь лететь вместе с ними в больницу.

Вертолёт взлетает, через небольшое окошко я неотрывно наблюдаю за отдаляющимся от нас домом, пока он не превращается в маленькую точку. Часть меня навсегда останется там, в виде той маленькой, беззаботной девочки у которой были родители и счастливое детство…

Глава 28

По иронии судьбы нас доставляют именно в ту клинику, при университете, где я училась и работала до встречи с Адамом. Вот и столкнулось моё прошлое с настоящим…

Вертолёт опускается на крышу здания, я начинаю испытывать лёгкое, непонятное волнение. Мгновенно появляется желание сбежать куда глаза глядят, но только не входить туда, где, каждый уголок будет напоминать о том, какая глупая и наивная я была.

А что теперь?

За последние полгода меня дважды похитили: за первого из бандитов я вышла замуж. Второй оказался родным дядей, который больше всего на свете желал убить меня, лишь бы не отдавать наследство, на которое я и так не претендовала!..

И вот теперь, «контуженную» меня, во всех смыслах этого слова и раненного Адама привезли в больницу, где я исполняла свои детские мечты: спасала жизни людей, в честь своих погибших родителей в автокатастрофе… которые по факту оказались убиты братом моего отца!.. Со стороны кажется, что я попала в ночной кошмар. Но нет, это суровая реальность моих будней. Ах да, ещё забыла добавить, что мой драгоценный, горячо любимый супруг, использовал меня в своих целях.

Немигающим взглядом наблюдаю, как медицинский персонал выгружает Адама и направляюсь следом за ними к лифту, который спустит нас в нужное отделение. Вежливая медсестра предлагает мне сесть на кресло каталку, но я тактично отказываюсь. В этой ситуации осталось только, чтобы меня ещё, как не способную ходить везли на инвалидном кресле. Физически я в порядке, поэтому - пойду сама. Мы вынужденно молчали всё время полёта, но я то и дело, бесстрастно ловила на себе изучающий взгляд Адама. Несмотря на его состояние, я видела, что он думает, о чём-то важном, осмысливает и явно строит планы.

Когда двери лифта открываются и мы оказываемся в длинном коридоре, нас сразу же передают в руки персоналу клиники. Я держу голову низко, прижимая подбородок к груди, чтобы, как можно меньше людей могли узнать меня. Слава Богу, сотрудников здесь огромное количество, плюс текучка, поэтому бывают случаи хоть и редкие, что не все знакомы друг с другом в лицо. Надеюсь мне повезёт.

— Белла?! — инстинктивно поднимаю голову, о чём мысленно себя ругаю. Блин! — Привет! — Саманта - моя хорошая знакомая из отделения гинекологии, взволнованно улыбаясь подходит ближе. — Что случилось?

Медбратья везут недовольного Адама на каталке, он пытался встать, но мы уложили его обратно, с таким ранением ему нужен покой. Я полу бегом иду рядом, Саманта подстраивает свой шаг под нас.

— Привет, — стараюсь выдавить из себя дружелюбие. Мои губы настолько пересохшие, что от улыбки нижняя трескается. Вытираю мгновенно проступившую каплю крови, кожа противно щиплет. — Долгая история… — бросаю на неё многозначительный взгляд.

Не могу же я ей рассказать всю правду?..

Адама доставляют в отделение интенсивной терапии и первым же делом приступают к осмотру, естественно не допуская меня внутрь. Не смотря на отказы, и заверения, что со мной всё в порядке, меня тщательно осматривают и заставляют сдать анализы. Саманта уходит, но обещает, что ещё вернётся, немного позже, так как сейчас у неё начинает обход. Девушка была искренне обеспокоена нашим состоянием.

Спустя примерно час, врач выходит из отделения, где лежит Адам в одиночной палате, заставляя меня вышагивающую вдоль дверей остановится.

— Вы супруга пострадавшего? — мужчина скептически осматривает меня. — Прошли обследование?

— Белла Коулман, — утвердительно киваю головой, представляясь мистеру Бенедикту Макконахи, как написано на его бейджике, — да сэр, прошла.

— У вас знакомое лицо, — переводит взгляд с меня, на какие-то записи в руках. Скорее всего, это - анализы Адама.

— Я работала тут, какое-то время, — честно отвечаю на его комментарий.

— Почему уволились? — док продолжает рассматривать записи.

— Ну-у, — хочу сказать ему, что: меня похитил мужчина, которого вы только что осматривали, но спокойно произношу, — вышла замуж.

— Понятно, — осуждение, что променяла медицину на мужчину, так и сквозит в его голосе. Понимаю, сама того же мнения, но выбора у меня особо не было. — В общем, что хочу сказать: по анализам всё довольно-таки неплохо, помощь была оказана вовремя, жизни соответственно ничего не угрожает. Какое-то время понаблюдаем, возможно пару дней придётся мистеру Коулману задержаться у нас, потом будем выписывать. Первостепенно отдых и меньше нагрузки, — он поднимает на меня лицо, поправляя очки, — ну вы и сами это знаете. Можете зайти к мужу, он ждёт, — подытоживает, а я облегчённо выдыхаю.

Он будет порядке. Спасибо, Боже!

Когда врач скрывается за поворотом, толкаю дверь и вхожу внутрь, медсестра в небольшом коридорчике помогает мне надеть шапочку и медицинский халат вместе с бахилами. Перед дверью в палату Адама стою, какое-то время не решаясь открыть её.

Я понимаю, что запуталась в своих чувствах, внутри нет ни ненависти, ни обиды, ни сожаления. Абсолютно ничего, сама не понимаю, чего сейчас хочу. Хочу ли я его видеть? Скорее - да, чем - нет. Не смотря на ту боль, что муж мне причинил, чувства из своего сердца вырвать по щелчку двух пальцев: я не смогу.

— Всё хорошо? — медсестра заботливо кладёт руку на плечо. — Если хотите, я передам супругу, что вы ещё на осмотре. Придёте, когда будете готовы.

— Нет, я должна… — я смотрю в её доброе, прекрасное, юное лицо, — нет смысла избегать, нам нужно поговорить, — не знаю почему, но я озвучиваю в слух мысли.

— Тогда я вам помогу, — тепло улыбаясь, девушка вместо меня нажимает на ручку и открывает дверь в палату, и слегка подталкивает в спину. Я благодарно киваю ей, ведь сама бы, долго решалась на этот шаг.

Адам лежит, немигающим, хмурым взглядом испепеляет потолок, но, когда вхожу сразу же поворачивает голову в мою сторону, черты мужского лица мгновенно смягчаются. В его вену воткнут катетер, а рядом с кроватью стоит капельница. Я удивлена, что он так долго держится здесь. Думала через минут десять сорвёт с груди все датчики и укатит домой на своём Гелендвагене, нарушая всевозможные скоростные режимы.

Не найдя лучшего варианта, молча сажусь в кресло, напротив. Эгоистично требовать объяснений, когда он в таком состоянии, поэтому уныло молчу.

Однако Адам, начинает разговор первым:

— Надо поговорить, — хриплым, но своим стандартно уверенным голосом чеканит он. — Клиффорд Росс убил моего брата, — без предисловий начинает рассказ.

— Я поняла, — киваю головой. — Догадалась, если быть точнее.

— Все годы после того, как узнал правду о смерти Уильяма представлял, каким образом буду мстить! — сглатываю подступивший комок в горле, представляя, как он жил всё это время со жгучей ненавистью внутри себя. — Я собирался похитить его дочь, но по ошибке ко мне попала ты. Изначально я не собирался вредить ни тебе, ни ей, просто использовать, как рычаг давления, — Адам переводит дух. — Когда понял,ктоты на самом деле, чуйка подсказала, что отпускать уже нельзя, это будет опасно для твоей жизни, — вспоминаю, как просила его в ту ночь, на базе отпустить меня и ненавидела в последствии за отказ. — Я втянул тебя в эту грязную игру и оказался прав, Клиффорд напал через пару дней, попытавшись убить тебя. Живя своей обычной жизнью, до того, как попала в мои лапы, ты не представляла для него никакой угрозы.

— Это я тоже поняла, — пока что он говорит не те вещи, которые меня особенно волнуют. — Почему ты не сказал о родителях? — в лоб задаю один из самых главных для меня вопросов.

— Я никогда не играл с тобой Белла! — Адам хмурит брови. — Не смог вывалить на тебя дерьмовую правду о настоящей смерти Роберта и Луизы. Не хотел делать больно. Каждый сраный день откладывал разговор! Как только я открывал рот, ты делала, что-то с таким беззаботным видом, что я затыкался не в силах разбить твоё сердце.

— Как насчёт завещания? — нервно тереблю рукав кофты, закусывая губу.

— Всё это время, что ты находилась рядом, я ждал информацию. В тот день, когда мы ездили к Стиву, он действительно показал копию завещания и письмо приложение к нему, — моё сердце пропускает удар, делаю глубокий вдох и выдох. Адам продолжает вываливать на меня правду, своим низко-хриплым голосом. — В письме говорилось, что ты можешь распоряжаться всеми счетами и деньгами, но в права наследования «Ross Family» вступаешь только после замужества, когда сформируешься, как мудрая женщина, — вряд ли я сейчас похожу на мудрую, замужнюю женщину, которая имеет право распоряжаться кровавым бизнесом, подмечаю про себя. — Твой отец хотел, чтобы рядом с тобой был надёжный мужчина, который прикрывал бы твой тыл, потому что женщине тяжело в одиночку, заниматься бизнесом, — по моей щеке скатывается одинокая слеза, ведь мне казалось, что я действительно нашла именного такого мужа для себя! — Не встретившись со мной, вероятнее всего, когда ты вышла замуж бы за другого, — он скалится, — Клиффорд убил бы тебя и твоего мужа. Возможно поэтому Миссис Уотсон и была категорически против нашей свадьбы.

Теперь поведение бабушки мне становится понятным, она действительно боялась этого! Значит и про завещание всё знала!

— Она всё знала… — вслух озвучиваю последнюю мысль. В памяти всплывают оба наших с ней скандала, первый после того, как я сказала, что Брайан сделал предложение и второй, когда мы приехали к ней с Адамом…

— Во-первых, я женился на тебе, потому что действительно люблю, Белла! — Адам смотрит на меня серьёзно. — Во-вторых, чтобы обезопасить от Клиффорда. И в-третьих, это, наверное, одно из самых важных причин, когда я увидел это завещание, то понял, что могу оставить его с голой задницей на законных основаниях. Забрать всё то, что по праву принадлежит тебе Белла, отомстить за твоих родителей. Мне ни цента не нужно от этого состояния, ты же прекрасно это понимаешь! Чтобы не наплёл тебе этот ублюдок - не верь!

Конечно понимаю…

— Ты спас мою жизнь дважды… — мысленно я уже простила его, потому что верю в каждое сказанное слово.

— И я сделаю это снова, даже не задумываясь, Белла! — пылко уверяет меня самый любимый мужчина на всём белом свете. Мы прошли этот ад, неужели всё закончилось!..

Я подскакиваю со своего места, желая, как можно быстрее оказаться в объятиях мужа, но как только делаю шаг, в палату стучат. Дверь открывается, в проём заглядывает Саманта:

— Белла, можно тебя на пару минут?

— Я сейчас вернусь, — бросаю быстрый взгляд на Адама и иду к подруге. У нас теперь вся жизнь впереди, ещё успеем поворковать. Тем более, она наверняка бы не отвлекала нас, если бы это не было важным. — Что-то случилось? — выхожу, плотно закрывая за собой дверь.