Локация: Западный сектор, Нейтрал.

Заброшенная ветка подземной железной дороги

Встретились, как обычно, в вагоне. Появляться на людях вместе Дэн им не позволял. О правилах он рассказал будущим ливням в день, когда впервые привёл в вагон Рокси и объявил, что теперь их команда — полная.

Вэл и Яшка, ожидавшие, что четвёртым станет отбитый парень вроде них самих, от появления хрупкой красотки из цветного округа так охренели, что даже ничего не сказали. Рокси то краснела, то бледнела, и тоже молчала. А Дэн невозмутимо объявил, что теперь их цель — научиться хорошо катать. Сделать мотоциклы продолжением себя, отработать каждое движение. А ещё — стрелять. На ходу поражать мишени с минимальным количеством промахов. Через полгода им предстоит прогреметь на весь Мегаполис.

«М-мы будем подбираться к цели постепенно, — сказал Дэн, — шаг за шагом. П-просто, конечно, не будет. Но зато, когда всё получится... Вы п-понимаете, что это значит?»

Они понимали. Поверить было нелегко, но Дэн умел быть убедительным. И всегда держал слово. Обещал, что в распоряжении четвёрки окажутся самые крутые мотоциклы, какие только можно представить — мотоциклы появились. Обещал принести браслеты-обманки, генерирующие фальшивый ай-ди — принёс. Обещал, что тренироваться они будут в Грине, на самых навороченных полигонах, с самыми современными симуляторами — и всё было именно так.

Боевому оружию, которое появилось в их арсенале за неделю до первой «операции», как назвал это Дэн, никто из команды уже не удивился. Привыкли, что Дэн выполняет обещания. Единственным условием, которое он поставил, было: не нужно спрашивать, как это делает. Где берёт деньги, откуда получает информацию. Меньше знают — меньше расскажут на допросе, плохой вариант развития событий исключать нельзя. Всё, что нужно Дэну от команды, это готовность ему доверять.

Они были разными, все четверо, но каждому было, что вспомнить. От Яшки отвернулась семья. Мать Вэла покончила с собой. Рокси до того, как её удочерили Чанги, жила в приюте...

Каждый из них, несмотря на возраст, успел насмотреться на подлость и двуличие. И каждый за свою недолгую жизнь успел убедиться: вокруг тебя отчаянно мало людей, которым можно доверять.

«... Этот м-мир тяжело болен, — хмурясь, говорил Дэн. — Цветные округа отгородились от дальних б-бетонной стеной. Люди, живущие за стеной, ненавидят тех, кто ж-живёт в цветных округах. А те, кто живёт в цветных округах, считают себя хозяевами м-мира. Они уверены, что находятся в полной безопасности. Люди уже п-просрали всё, что можно — но упорно продолжают двигаться дальше. Упорно д-делают вид, будто ничего не случилось... Мы вылечим мир. Мы вернём ему справедливость».

Четыре месяца назад в их жизни появилась цель. Появились настоящие друзья, которые не предадут и не отвернутся. Они никогда это не обсуждали. Но твёрдо знали, что это так.

«Н-никто не должен видеть нас вместе. Мы не знакомы», — наставлял команду Дэн.

О том, чтобы их не видели во время тренировок на полигоне, он заботился лично, о сборе объявлял заранее. А если возникала необходимость собраться неурочно, на браслеты приходило оповещение: «Сегодня не получится (грустный смайлик) Давай завтра, в 19.30». Слово «завтра», как и смайлик, не означало ничего. Значение имело только время.

— Р-рассказывайте, как прошло, — приказал Яшке и Вэлу Дэн.

— Да нормально. — Яшка неторопливо раскуривал трубку. — Но насчёт того, что этот дик из наших, ты верно срисовал.

Дэн кивнул. Рокси удивилась:

— А вы как поняли, что он из ваших?

— Да там с ходу ясно стало. Я в цветных округах третий год трусь, на местных нагляделся — во, — Яшка чиркнул пальцем выше головы. — Схвати так, как мы с Вэлом, вместо этого дика кого другого — со страху откинулся бы раньше, чем прессовать начали. Они ведь здесь тупо не верят, что с ними может что-то случиться! У них же есть браслеты и Инструкция! Они в любой момент могут подать жалобу хоть на соседа, хоть на самих Проклятых. С Тяжёлых времен сорок лет прошло, драки нынче только в кино остались. У них даже детишки в песочницах песком не кидаются. Даже школота на переменах не мутузится! А тут вдруг, бац — и твой навороченный браслет, вместе с Инструкцией — хрень собачья. Ничем он тебе не поможет. Я видал, как местные себя ведут, было дело. Сперва шары на лоб выкатывают, поверить не могут, потом в обморок валятся. А этот дик — он как будто готов был. То есть, не к тому, конечно, что его мордой в реку сунут, а вообще — к тому, что не все вокруг лыбиться обязаны. Шевельнуться не мог, зато глазами сверкал так, что чуть не подпаливал. Был бы трезвый — хрен ещё знает, как бы дело повернулось... Скажи, Вэл?

Вэл угрюмо кивнул.

— Трезвость — всему голова! — вмешался Боцман. Порхнул на плечо к Рокси, посоветовал: — Не родись красивой, а родись у трезвых родителей!

— К-ковальски состоял в банде Учителя, — обронил Дэн. — Знаете такого?

Вэл отрицательно помотал головой. А Яшка присвистнул:

— Учителя?! Хренасе.

— А кто это? — влезла Рокси.

— Учитель-то? В Милке когда-то одним из самых крутых барыг был, мне про него дед рассказывал. Таскал из цветных округов новые вакцины, а туда — наркоту. На него мелкие пацаны работали, он для прикрытия сиротский приют содержал. Из цветных округов ему даже бабла на это отстёгивали. Благотворительность, там, все дела... Когда начиналась вспышка, сироток тащили в Грин. Ну, должна же власть показывать, как она о детях заботится. Пацаны хватали вакцину — с той стороны был свой человек, который передавал. И один-два, вместо того, чтобы в карантине загорать, чесали обратно в Милк. Гоняться за ними, понятное дело, не гонялись — ну, свинтили и свинтили, что возьмёшь с придурков. Как представлю, сколько Учитель на этом наваривал — зубы сводит от зависти. — Яшка затянулся, выдохнул дым. — Но это давно было, мы с вами ещё под стол пешком ходили. Лет десять назад.

— Д-двенадцать, — поправил Дэн.

— А, ну во. Я ж и говорю, дело давнее.

— А как же они сбегали? — удивилась Рокси. — Ну, те мальчишки? Во время вспышки перекрывают же всё, за стену не пройти?

Яшка пожал плечами:

— Дед говорил, что, вроде, по подземке. Я так мыслю — тоннелем вроде нашего, дики тогда ещё не все щели позатыкали. Ну, и лазили они по таким местам, где взрослому не пробраться, потому дикам в голову не приходило там искать. Парни и наркоту теми же путями в Грин пёрли. Учителя, говорят, долго за жопу взять не могли. Зато уж, как взяли...

— К медикам отправили? — спросил Вэл.

— Нет, блин. В Красный округ, в квартал для взрослых.

— П-по некоторым слухам, Учитель откупился, — обронил Дэн. — И остался ж-жив.

Яшка развёл руками:

— Может, и так. Я б не удивился, ушлый был мужик.

— А этот Ковальски, получается, один из тех пацанов, кто на него работал? — спросил Вэл.

Дэн кивнул:

— Д-да. Ковальски взяли во время облавы, отправили в интернат. А п-потом он поступил в Академию Эс-Ди.

— Охренеть — карьера, — хмыкнул Яшка. — Сперва его дики ловили, теперь сам ловит.

Вэл поморщился:

— Да кого он там ловит? Доставщиков пиццы? А то сам не знаешь, чем в цветных округах дики занимаются.

— Т-тем не менее, — бросил Дэн. — У них в участке — почти двести сотрудников. Большая часть которых старше и опытнее К-ковальски. Но на расследование поставили его.

— Совпадение? — предположила Рокси.

— С-сомневаюсь.

— Спецом выбрали того, кто не обгадится? — спросил Вэл.

— Д-думаю, да.

Яшка вздохнул. Попенял:

— И чего вот ты сразу не сказал? Плавал бы наш парень дальше в речке, и никому б мозги не манал.

— Ну, — поддержал Вэл.

Дэн покачал головой:

— Н-нельзя. Пока — нельзя... Его удалось напугать, как думаете?

— Кабы ты не сказал, что он под Учителем ходил, я бы не парился, — задумчиво проговорил Яшка. — А теперь — Проклятые знают. Взбесился этот Ковальски, поди, куда больше, чем напугался... Учитель у себя ссыкунов не держал, это точно.

27-е августа, 42-й год от начала Светлых времён.

Всё штатно. Подготовка к операции идёт по графику.

«Эсдик? Удалось обезвредить?»

Не думаю. Я выбрал неправильную тактику. Такого человека, как он, не стоило запугивать.

«И что планируешь делать?»

Ждать.

«Ждать? Чего?»

Пока он сам на меня выйдет. Рано или поздно это непременно случится.

«Справишься? Актёрские навыки — не самая сильная твоя сторона.»

Знаю. Но эту роль я играю много лет. Успел привыкнуть.

«Сроки?»

Это будет зависеть от Ковальски. Всё, что могу сейчас делать я — выжидать.

«Согласен. Действуй. До связи».

До связи.