Охранник внутренней тюрьмы курил на пороге котельной. Железная дверь за ним была распахнута. Подошедший Могила узнал парня, которого после колкого словца Евы все звали Адамом, и отчитал постового:

— Дверь в изолятор должна быть закрыта.

— А то шо? — лениво спросил охранник, не выпуская сигарету.

Адам был из тех, кто не признавал в беглом москале настоящего начальника. Да и ревность в парне взыграла: гарна украинска дивчина досталась москалю, а не бравому хлопцу.

Могила решил не переть на рожон, спросил по-свойски:

— Как наш пленный?

— Кто не курит и не пьет, тот здоровеньким помрет и на органы пойдет.

Адам криво усмехнулся, сделал последнюю затяжку и отбросил окурок. Эти сигареты ему принесла Ева, как и обещала. Значит, есть еще шансы.

Офицер указал:

— Мне допросить пленного. Открой дверь.

Зазвенели ключи, лязгнул засов камеры. Коршунов на нарах качал пресс. Могила убедился, что пленнику далеко до его фигурных кубиков на животе. Он и в этом лучший!

— Сядь, Коршун! — приказал Могила.

Коршунов подчинился. Дождался, пока надзиратель закроет дверь, они останутся вдвоем, и спросил:

— Я свободен?

— С чего это?

— Слышал, стреляли. Похоже на звук снайперки.

— А теперь меня послушай, слухач. Со снайперкой ты угадал, но Светлый Демон не выполнила заказ.

Коршунов стиснул руки, ссутулился, бросил взгляд исподлобья:

— Еще есть время.

— Осталось немного.

— Она выполнит, — твердо произнес Коршунов.

— Уверен?

— Она выполнит, — повторил Коршунов. — Вопрос в другом. Как ты меня отпустишь?

Могила заложил руки за спину, приподнялся и опустился на носочках. Честно признался:

— Это будет непросто.

— Так и знал, что обманешь!

— Я — нет. Другие — с удовольствием тебя прикончат.

— Так кончайте уже! — Коршунов вскочил, готовый наброситься на вооруженного офицера.

— Сесть! Команды встать не было! — осадил его Могила.

Пленник сел, сцепив руки. Могила понизил голос:

— План простой. После выполнения заказа я отправлю тебя в Харьковское СБУ под охраной троих придурков. И дам пистолет с патронами. Дальше сам.

— А Светлая?

— Ее в то время уже не будет.

Твердые взгляды противников встретились. Несколько секунд длилось немое состязание.

— Рассчитываешь победить. Уверен? — спросил Коршунов.

— Я лучший! Ее время закончилось!

— Хочешь занять ее место?

Могила наклонился, эмоционально жестикулирую руками. Чувствовалось, что его задели за живое.

— Думаешь, мне нравится в батальоне нациков. Я хочу выполнять заказы здесь в Украине, как Светлый Демон в России! Обнулять чиновников, политиков, олигархов. Здесь работы много больше, чем в России.

— Работай. Что тебе мешает?

— Коршун, ты жив, благодаря мне. Тебя бы давно шлепнули! А если Светлый Демон выполнит заказ, то и подумать страшно… — Могила покачал головой. — А я тебя отпущу. И не потому, что добрый. Отпущу, чтобы ты рассказал в нужных кругах, что я победил Светлого Демона!

— Меня разжаловали и посадили.

— Коршун, в вашей Конторе бывших не бывает. Вы птенцы одной школы, расскажешь там — узнают здесь! Могила лучший!

Коршунов смерил взглядом разоткровенничавшегося противника. Он распознал суть: перед ним самовлюбленный киллер, жаждущий славы. Это страшный человек. Ради пугающей славы он готов на всё. И этот же довод обнадежил пленника. Могила выпустит его, как обещает. Но при условии: если победит Светлого Демона. Знает ли Светлая о коварном плане завистника?

— Я понял, — промолвил Коршунов. — Ты уже отменный киллер с устрашающим именем. Но слава победителя принесет тебе большие гонорары.

— Имя, имя… — Могила прошелся по камере. — Для криминала моя кличка звучная, но серьезных заказчиков… Я сменю имя. Стану просто Демоном. Нет — Новым Демоном!

— Я согласен. Отпустишь, расскажу о тебе, как о Новом Демоне.

— Ну вот и славно. Договорились.

Могила собрался уходить, но неожиданно обернулся и признался:

— А знаешь, ты мне понравился. Я хочу работать с тобой. Станешь моим Куратором?

— Это не моя страна. Я уйду в Россию.

— Я тоже могу вернуться в Россию в новом качестве. Для твоей и моей пользы.

— Время сейчас другое. Заказы в прошлом.

— Не смеши! Разве в России нет сволочей, желающих навредить стране. Коррупционеры, предатели и внутренние враги будут всегда. Контора даст задание, я устраню! Ты подумай.

Когда Могила ушел, Коршунов крепко задумался. Но не о заключительном предложении Могилевского. Он думал о главном. Нужна ли ему свобода ценой поражения любимой женщины? В чем заключается поражение в схвате киллеров? Что скажет о нем Светлая, узнав о коварном плане, в который он ее втянул? Все варианты ответов были неутешительны. И пленник сосредоточился на другом вопросе.

Как еще можно выбраться от сюда?