Марьяна Сапрун позвонила из Киева и в очередной раз проинструктировала Чеснока, как обращаться с секретными препаратами. Затем с ним поговорил высокий чин из СБУ и подтвердил приказ. Чеснок понимал крайнюю щепетильность задания, поэтому уточнил:

— Приказ будет устным?

— Тебе мало моего слова? — возмутился начальник.

— Хотелось бы официально, чтобы не было разночтений.

— Будет тебе официально! От официального лица. Жди у телефона!

Через полчаса из Киева позвонили. Надменный голос спросил:

— Максим Наливайко?

— Так точно! Командир батальона «Сечь».

— С вами будет говорить…

На этот раз Чеснока соединили с самым высоким начальником. Выше в Украине разве что посол США и посланники из Белого дома.

— Ты получил приказ? — вещали из высокого кабинета. — Что тебя смущает?

— Формулировка: истребить всех людей в Донецке.

— Це не люди, це террористы! ДНР мы официально признали террористической организацией. С террористами переговоры не ведут, их уничтожают!

— Там и наши граждане.

— Украинцы здесь. Украинцы — это ты и я! А там коллаборанты и террористы. Дави без жалости! Сделай доброе дело, и Украина тебя наградит!

— Так точно!

Предстоящее задание было крайне важным и совершенно секретным. Поэтому Чеснок вызвал на совещание только двоих: своего зама Рябину и командира группы специального назначения Могилу. Оба были посвящены в цель операции. Предстояло согласовать детали.

— Приказ получен с самого верха, — объявил Чеснок. — Контрольная партия препарата практически готова. Необходимо доставить ее в Донецк. Скрытно и гарантированно.

— Гарантию пересечения ленточки дает только Лоцман, — беззаботно напомнил Рябина.

Все знали, что ушлый контрабандист по кличке Лоцман наладил связи по обе стороны новой границы и возит товары туда-сюда даже грузовиками.

— Правда, грошей много берет, хапуга! — продолжил Рябина. — Но америкосы раскошелятся на святую борьбу.

— Лоцман, Лоцман… — задумчиво повторил Чеснок. — Добрая идея. Он нас еще не подводил.

— Два нападения на объект, — напомнил Могила.

— Ты это к чему?

— Водонапорку мы обрушили, но где гарантия, что сепары успокоились и не ведут наблюдение за лабораторией. Лоцмана им перехватить — раз плюнуть.

Чеснок нахмурился, с минуту подумал и рыкнул:

— Я шо, два плюс два не разумею! Лоцман будет отвлекающий маневр. Дадим ему канистры спирта. А настоящий препарат понесет твоя группа.

— Надо подготовить людей.

— Вот и готовь! Границу перейдете в пешем порядке скрытно.

Могила кивнул:.

— Надо выбрать участок.

Все трое сгрудились над крупной картой.

— Самый удобный путь здесь! — ткнул пальцем Рябина.

— Согласен, — сказал Могила. — Пошлю туда бойцов на разведку, чтобы засветились.

— Ты шо, спятил! Засекут.

— На это и расчет, — коротко ответил Могила и повернулся к командиру: — Чеснок, я выберу неудобный путь, где нас не ждут. К примеру, тут через лес. Военные подсобят?

— Как?

— Устроят артиллерийскую перестрелку на соседнем участке. А я в это время под шумок проскользну с хлопцами.

— Перестрелку организую, — согласился Чеснок.

— Сколько у нас дней на подготовку?

— Есть еще время, — туманно ответил Чеснок. — Готовь людей, не посвящая в детали.