Бронированный джип без номеров въехал на охраняемую территорию заброшенной шахты. За ним следовал пикап с личной охраной. Из головной машины, тяжело хромая на левую ногу, вышел командир ополченцев с позывным Комбат. Он опирался на костыль. Тридцатипятилетний мужчина с неуемной энергией тяготился вынужденной немощностью от осколочного ранения после подрыва мины на дороге. Его сопровождал рассудительный заместитель с позывным Нитрон старше командира лет на десять.

К начальству подбежал невысокий юркий командир взвода с позывным Дукат.

— Комбат, из Манефы вернулся только один.

— Кто?

— Таксист.

— Остальные?

— Или убиты или… — Дукат не договорил. Скривившееся от досады лицо подчеркнуло провал операции.

— Таксиста ко мне! — распорядился командир, преодолевая две ступеньки в двухэтажную постройку из красного кирпича.

В душной комнате с длинным столом и забитыми досками окнами Комбат опустился на стул в торце стола лицом к двери. Справа от него сел Нитрон. Оба закурили. Сквозь клубы дыма они придирчиво разглядывали прибывшего Таксиста. Тот замер в понуром ожидании у противоположного конца стола.

Наконец Комбат ткнул окурок в пепельницу и спросил:

— Таксист, я вижу, ты цел. Почему?

— Отлучился к жене. Она предупредила, что биолабораторию нельзя взрывать. Я побежал к нашим, но было поздно.

— Что случилось?

— Наши вошли на объект и напоролись на мины. И началось…

— Что с хлопцами?

Таксист склонил голову:

— Они отстреливались, потом всё стихло. Я ждал в условленном месте. Никто не вышел.

Комбат отшвырнул прислоненный к стулу костыль, закурил новую сигарету, посмотрел исподлобья.

— Твоя жена прислала нам фото. Забор, здания, пост охраны и ни черта про мины!

— Телефон жены под ежедневным контролем. Дочь Ева снимала, где могла. Девчонка, что она понимает.

— Где были мины?

— Наши зашли через запасной выезд. Ночь, не углядели.

Комбат тихо выругался. Нитрон спросил об услышанном в начале:

— Почему американскую лабораторию нельзя взрывать?

— Взрыв распылит вирус. Эта дрянь создана против русских, убьет всех.

— Русских? — переспросил Нитрон.

— Так задумали американцы.

Нитрон посмотрел на Комбата. Тот понял его взгляд: хочет обсудить что-то важное.

— Свободен! — указал Комбат Таксисту.

Оставшись вдвоем, Нитрон сказал:

— Комбат, надо звонить в Москву. Вирусы, биолаборатория, американцы — это не в нашей компетенции.

Комбат докурил, щурясь от дыма. Тщательно примял окурок в переполненной пепельнице и, со словами: «Хлопцев жалко», набрал номер куратора из главной спецслужбы России.

Уже на следующий день заместитель директора ФСБ генерал-лейтенант Богданов возглавил руководство операцией с кодовым названием «Чума». В его кабинете на Лубянке помимо руководителей отделов присутствовали генерал войск радиационной, химической и биологической защиты Игнатов и командир спецназа полковник Матохин.

Игнатов, демонстрируя наглядные материалы, докладывал:

— В любой войне поражение терпит тот, у кого заканчиваются ресурсы: деньги, вооружение или люди. Профессиональные военные самый ценный ресурс. В продолжительной войне наибольшие потери армия несет не на поле боя, а от болезней. Возьмем Наполеона. Во время отступления от Москвы безвозвратные потери французов составили триста тысяч человек. Некоторые умерли от голода и холода, но больше всего — от инфекционных болезней. Вирус — вот главный враг любой армии.

Богданов пошевелил седыми бровями, показывая, что теории ему достаточно, и спросил:

— Что нам известно об американских биолабораториях на Украине?

— Лаборатории по вывеске гражданские, но финансируются Пентагоном. Это само по себе показательно: военное ведомство — главный заказчик. А заказывают они разработку вирусов этнического действия. Против славянского этноса: русских, украинцев, белорусов. По сути это биологическое оружие нового типа. Стремительное распространение в городах миллионниках и высокий процент летального исхода, которое можно списать на неизвестную эпидемию.

— Насколько американцы продвинулись в разработке?

— Трудно сказать. Но на примере лихорадки Эбола смертность среди черных африканцев девяносто процентов, в десятки раз больше, чем у белых. Что характерно, Эбола затронула те страны Африки, где в избытке полезные ископаемые.

— Меня интересует Украина.

— В последнее время на Украине зафиксированы вспышки инфекционных заболеваний, в том числе тех, которых не было долгие годы. Что характерно: фиксируется высокая смертность, но есть и выжившие. На наш взгляд, это испытания как вирусов, так и вакцин против них. Заразили — подлечили. На основе полученных данных разрабатываются новые более опасные штаммы вирусы.

— Мы можем с этим бороться медицинскими методами? Прививки, вакцины.

— Если враг нас атакует и застигнет врасплох — нет. Времени просто не будет.

— Какой видите выход?

— Требуется захватить образец вируса и документацию биолаборатории. Тогда появится шанс разработать вакцину.

— Как лучше уничтожить биолабораторию?

— Лучше всего термобарическим снарядом. Пламя в две тысячи градусов уничтожит любой вирус.

— Легко сказать! — подал голос Матохин. — Как я подгоню огнеметную систему в тыл противника? Ее радиус действия несколько километров.

Богданов переключил взгляд на командира спецназа.

— Что предлагаете?

— Операция сама по себе крайне опасна. Скрытно проникнуть, нейтрализовать охрану из мотивированных националистов, захватить объект, найти там то, не знаю что. А тут еще вирус! Если мои бойцы заразятся — вакцины нет! Мне придется пожертвовать группой? Это элита спецназа. И время на подготовку всего-ничего. Из всех вводных — только фотографии.

Матохин веером рассыпал снимки на столе и с сомнением прокомментировал:

— Девушка, снова девушка, какой-то качок и мельком объекты на заднем плане.

Богданов потянулся, придвинул снимки к себе.

— Вы зря так. Это смелая девушка, она нам помогает.

— Но в оружии и минах не разбирается. Я слышал, были потери.

Генерал-лейтенант разглядел на снимке парня с голым торсом и уверенно постучал пальцем:

— Я его знаю. Старший лейтенант Могилевский, служил у нас снайпером. Стал исполнителем заказных убийств по кличке Могила. После объявления в розыск скрылся на Украину.

Матохин заинтересовался:

— Товарищ генерал-лейтенант, его можно задействовать для наших целей? Расположение мин, смена караула. Возможно, бывший офицер оступился и хочет смыть вину.

Генерал с сомнением помотал головой:

— Могилевский враг, служит украинским националистам. Хотя мысль интересная. Оступился…

Богданов вспомнил противостояние двух киллеров: Светлого Демона и Могилы. Светлый Демон работала на Контору под кураторством Кирилла Коршунова. Подполковник Коршунов отличный офицер, но оступился. Отсиживает срок. Вот кому можно дать шанс на реабилитацию.

Хозяин кабинета дал распоряжение помощнику, и его оперативно соединили с колонией, где отбывал срок Коршунов. Генерал-лейтенант в общих чертах обрисовал суть сделки по возможному освобождению.

Заключенный выслушал предложение Богданова и первым делом спросил о жене:

— Я прошу разговора с супругой, Светлым Демоном.

Генерал ответил холодно:

— Проект Светлый Демон закрыт. Агент покинула страну и ни в чем не нуждается. Ни в деньгах, ни в мужском внимании.

— В каком смысле?

— Сейчас речь не о ней, а о тебе, Коршунов. Ты готов выполнить задание? Отвечай здесь и сейчас!

— Не подведу, товарищ генерал-лейтенант. Дайте шанс!

— Считай, уже дал. Сегодня сформируем группу, ты будешь главным. Детали в процессе подготовки.

О результатах разговора Богданов объявил собравшимся на совещании:

— Решение найдено. На опасное задание пойдет группа бывших офицеров во главе с осужденным подполковником Кириллом Коршуновым. Он служил под моим началом, я ему доверяю. Сейчас он и трое других оступившихся отбывают наказание за разного рода проступки. В случае успеха они будут помилованы.

Матохин усомнился:

— Четверо. Не маловато?

— Сколько есть. Ополченцы дадут проводника. Предлагаете добавить кого-то из ваших?

Матохин проглотил каверзный вопрос и заявил с жаром:

— Товарищ генерал-лейтенант, я возьму на себя обеспечение вооружением и подготовку группы.

— Тогда за дело! Времени в обрез. Сегодня же группу доставят из колонии в ваше распоряжение. И еще, Коршунов знаком с Могилевским. — Богданов придавил пальцем фотографию мускулистого киллера. — Сыграет это в нашу пользу или нет, пока не ясно.