Нартуган понимал, что нужно было срочно освободить своего друга, которого Далагуд удерживал над пылающей лавой. Кипящая масса под ним неистово бурлила, её поверхность вздымалась пузырями, которые лопались с глухим, зловещим звуком. Стоило Далагуду разжать пальцы, и Мардан мгновенно исчез бы в пылающей бездне. Его ноги зависли всего в нескольких сантиметрах от раскалённой поверхности, и даже издалека Нартуган видел, как под воздействием жары одежда его друга уже начала обугливаться.

Пещера была маленькой, но заполненной лавой до краёв. Огненная река текла по её центру, создавая лишь небольшие островки из камня, через которые можно было передвигаться. Она струилась по стенам, сочилась сквозь потолок, каплями срываясь вниз. Воздух был наполнен удушливым серным запахом, а жара обжигала кожу, оставляя ощущение, будто тело оказалось в раскалённой кузне. Далагуд, уже снявший свою корону и плащ, небрежно отбросил их в сторону. Теперь они медленно тлели на камне, охваченные огненным потоком. Его лицо оставалось спокойным, в глазах читался расчёт. Он сжимал в одной руке посох Боли, а в другой — беспомощного Мардана. Казалось, он размышлял, оценивая ситуацию, просчитывая возможные исходы. Все его предыдущие планы пошли прахом, и теперь он искал новое решение.

Мардан не мог даже пошевелиться. Далагуд использовал одну из своих тайных способностей — при прикосновении к коже врага он впрыскивал особый токсин, блокирующий нервные импульсы. Этот яд не убивал мгновенно, но полностью парализовал жертву.

Нартуган же оценивал ситуацию, выжидая подходящего момента. Он понимал, что малейшая ошибка приведёт к гибели друга, поэтому действовать нужно было осторожно. Для начала он решил просто приблизиться, не делая резких движений. Каждый шаг давался с трудом, ведь одно неверное движение — и он сам свалится в пропасть, так и не добравшись до цели.

— Далагуд, мы оба знаем, что ты его не убьёшь. Он тебе нужен, так что давай перестанем играть в эти игры. — Нартуган медленно поднял руки, раскрывая ладони, давая понять, что не собирается атаковать. Он надеялся, что его слова заставят Далагуда хотя бы на мгновение задуматься, дать ему шанс вытащить Мардана из смертельной ловушки.

Далагуд взглянул на него с ухмылкой, его пальцы ослабили хватку, и Мардан чуть ниже провалился в пустоту.

— Да, но если окунуть его ноги, он не сможет далеко убежать, — заметил он, всё больше отпуская тело вниз, словно проверяя предел терпения Нартугана.

— Нет, подожди! — Нартуган шагнул вперёд, торопливо подбирая слова. — Послушай, ладно. Давай попробуем вызвать моего отца сейчас. Разве не в этом была твоя цель?

Он помнил, что Далагуд хотел переселить дух Карги в Аулие Агаш, но священного древа здесь не было. В его голове быстро созрел новый план: если дух отца действительно появится, то, возможно, удастся использовать это в свою пользу, чтобы нанести Далагуду удар, когда он меньше всего этого ожидает. Но старик лишь усмехнулся, покачав головой.

— Этот план, увы, уже не сработает.

— Тогда что ты предлагаешь? — Нартуган сделал ещё один шаг.

Далагуд сжал челюсти, отчего его скулы напряглись. Было видно, что он размышляет и еще не нашел нужную тактику. Он глубоко вдохнул, поднял посох и провёл пальцами по его поверхности, будто взвешивая слова.

— Мне пришлось уже сто раз менять свой план. Сначала я хотел запереть Каргу в зачарованной клетке в своём замке. Потом пришлось перенестись в Аулие Агаш, но и там всё пошло не так. Теперь даже не знаю… Если я пораню тебя, Карга этого мне никогда не простит, а без его помощи мне не обойтись. — Он сделал паузу, оценивая ситуацию, а затем вдруг усмехнулся. — Но если отрубить все конечности этому парню и переселить его в тело Карги… Вполне возможно, что он всё равно заговорит. А после… Если вы хорошенько попросите, я даже верну ему руки и ноги. Нартуган не произнёс ни слова, но напряжённые веки, едва заметное сжатие челюсти — всё это выдало его мысли. Далагуд понял всё без слов. Старик, словно играя, медленно продолжил разжимать пальцы, позволяя Мардану опускаться всё ниже. Лава бурлила под ним, огненные волны жадно поднимались вверх, будто предвкушая жертву. Пещера была низкой, её своды угрожающе сужались над головами, и Нартуган понимал, что если решится атаковать, у него не будет второго шанса. Он уже приметил, что Далагуд стоит на той же чёрной каменной платформе, что и он сам, но разрушить её — означало рисковать жизнями обоих.

Он шагнул ещё ближе. Его движения были плавными, бесшумными. На первый взгляд могло показаться, что он просто сдаётся, но в то же время в его ладони медленно собирался эфирный снаряд. Он не торопился, незаметно напитывая его энергией, впитывая жар этого места, наполняя его силой поглощения.

— Если ты ничего не скажешь, я продолжу отпускать его вниз. — Голос Далагуда звучал нетерпеливо. Он ожидал мольбы, криков, хотя бы попытки торга. Но вместо этого перед ним был юноша, что двигался медленно, выжидая, не сводя с него пристального взгляда, словно затаившаяся перед прыжком рысь.

— Мне вот интересно. Если бы ты не был злым и просто попросил меня позвать отца, я бы тогда помог тебе? — Нартуган склонил голову набок, в его голосе звучала насмешка, но взгляд оставался сосредоточенным. Он продолжал выжидать, оставаясь в пределах удара, но не спешил атаковать.

— Вряд ли Карга согласился бы мне помочь, даже если бы его сын сам попросил раскрыть одну из главных тайн волшебного мира. — Далагуд чуть прищурился, внимательно изучая юношу, словно разгадывая его замысел. — Люди веками ищут этот путь, но безрезультатно. А твой отец каким-то необъяснимым образом смог туда попасть. И знаешь, что меня убивает больше всего? Мысли о том, что я тоже мог бы это сделать. Найти тот самый секрет, который нашёл он.

— Но, кажется, мой отец погиб, так и не дождавшись достойного соперника. — Голос Нартугана оставался спокойным, но слова намеренно били в слабое место, заставляя старика задуматься.

— О, я такого просчёта не допущу. — Далагуд усмехнулся, проводя пальцем по рукояти своего посоха. — Будь уверен, меня не так просто убить.

Время пришло. Нартугану удалось полностью зарядить свой снаряд, и теперь у него был единственный шанс — попасть в цель и переломить ход битвы. Убить Далагуда он не мог: это означало бы, что его душа просто переместится в ближайшее тело, и им, скорее всего, станет Мардан. Атаковать вулканический камень, на котором стоял старик, тоже не вариант — если бы платформа рухнула, друг полетел бы в лаву вместе с врагом.

Оставалась одна возможность. Его взгляд скользнул вверх, оценивая потолок. Магия сгущалась в его руке, пульсируя, жадно требуя освобождения. Прицелившись, он метнул снаряд прямо в каменный свод пещеры. В тот же миг, понимая, что удар вызовет обрушение, он соткал вокруг Мардана водяной купол. Заряженный энергией, сгусток силы со свистом вонзился в потолок пещеры, и в этот миг воздух словно сжался, пропитываясь напряжением. Затем раздался оглушающий грохот — массивные глыбы сорвались вниз, рассекая пространство, сотрясая пол, лаву и всё вокруг. В тот момент, когда защитный водяной шар коснулся кипящей лавы, раздался резкий шипящий взрыв пара.

Далагуд резко отступил, не отпуская при этом Мардана. Он видел магический снаряд у Нартугана, но до последнего был уверен, что тот атакует именно его. И никак не ожидал, что юноша направит удар вверх, разрушив потолок. Грохот обрушившихся глыб всё ещё эхом отдавался в ушах, а густой пар, поднявшийся от лавы, застилал всё вокруг. Он возненавидел его ещё сильнее. Уже в который раз этот мальчишка рушил его планы. Снова и снова вставал на пути, словно судьба специально испытывала его терпение. Когда пар рассеялся, Далагуд увидел, что Нартуган успел надеть маску воина — железное лицо с объёмными усами, отбрасывающее мрачную тень на его черты. Старик не знал, какие силы скрывались в этом артефакте, но уже одно его присутствие раздражало его до глубины души. Он не собирался недооценивать врага. Сжав посох боли, он сосредоточил свою силу, готовясь отразить любую атаку. Всё, что направляли против него, он возвращал обратно врагу.

— У тебя есть договор безумца. Напиши туда его имя.

— Но если он умрёт, проклятие перейдёт на меня. — Нартуган почувствовал, как сердце сжалось в груди.

Время вокруг него словно замедлилось, стоило ему надеть маску. Он всегда носил её с собой, но под чарами Далагуда даже забыл о её существовании. Теперь, когда маска вновь покрыла его лицо, мир изменился. Пространство дрогнуло, краски стали насыщеннее, воздух наполнился чужими голосами. Перед ним стояли люди. Их фигуры мерцали, словно колеблемый дым, и с каждым мигом их становилось всё больше. Их глаза были полны страдания, но в них горел огонь упрямства. Это были павшие. Те, кого Далагуд убил, поглотил, подмял под себя. Они не исчезли бесследно — их души остались в этом проклятом месте, застряв между мирами.

— Ты не можешь его убить, — раздался голос женщины, стоящей позади Далагуда. — Он перенесёт своё сознание снова. Мы не смогли…

— Беги! — крикнул дряхлый старик с пожелтевшей бородой. Он вышел вперёд, указывая на воздух. — Ты ещё молод, открой портал! Здесь нет барьера, ты можешь уйти!

— Надо спасти друга! — резко ответил Нартуган, не отводя взгляда от Далагуда.

— Дурак! Теперь вы оба умрёте! — процедил сквозь зубы мужчина со змеиными глазами. — Я уже сражался с ним в этом месте. Здесь его не победить. В нём кровь демона, жара и лава для него ничто!

— Хватит. Не слушай этих глупцов, парень! — перебил всех грубый голос, перекрывая прочие шёпоты.

Из теней вышел мужчина, высокий и широкоплечий, с густой чёрной щетиной и повязкой на правом глазу. В отличие от остальных призраков, его фигура не мерцала и не растворялась в воздухе. Он стоял твёрдо, словно живой, и в его взгляде читалась суровая решимость.

— Главная слабость всех колдунов — это ближний бой. — Голос воина был твёрдым, не терпящим возражений. — Мой отец был стражником тюрьмы Турсын-хана. Тогда бахсы носили защитные знаки в своих тумарах, но даже если нанести их прямо на тело, Далагуд не сможет переселиться в твоё сознание.

С этими словами высокий мужчина протянул руку вперёд. В воздухе вспыхнули три руны, их очертания искрились, колебались, словно пламя, что цеплялось за невидимую поверхность. Нартуган внимательно смотрел, стараясь запомнить каждую деталь.

— Теперь тебе осталось только одно. — Воин смотрел прямо в его глаза. — Нанеси эти знаки своему другу, потом подберись ближе к Далагуду и убей его здесь.

Нартуган кивнул. Он понимал, что внутри вулкана у старика просто не останется тел для переселения. Значит, он не сможет сбежать. Это был их единственный шанс.

Осознав, что нашёл нужное знание, Нартуган не колебался ни секунды. Он сорвал с себя маску и, не теряя времени, молниеносно бросился в сторону Далагуда. Колдун ждал атаки, но в последний момент Нартуган резко сменил тактику. Два заряженных снаряда устремились вверх, врезаясь в потолок, где последний слой вулканической руды уже был покрыт сетью трещин. Далагуд инстинктивно вскинул голову, следя за тем, как камень грозит обрушиться. Этого мгновения было достаточно. Нартуган сорвался с места, стремительно меняя траекторию, и, прежде чем Далагуд успел среагировать, он уже перехватывал безвольное тело Мардана. В тот же миг потолок рухнул с оглушающим грохотом, гигантские глыбы сотрясли пещеру, а когда водяной купол коснулся лавы, мощный выброс пара мгновенно скрыл всё происходящее плотной завесой.

Нартуган не останавливался, лавируя между оседающими обломками. Горячий воздух обжигал лицо, земля под ногами крошилась, но он продолжал двигаться, пока не достиг безопасной платформы. Дыхание сбилось, мышцы дрожали от напряжения, но теперь он был рядом с Марданом, который, судорожно вдохнув, наконец открыл глаза.

— Мардан, очнись. Я сейчас поставлю на твоей руке защиту. — Голос Нартугана звучал твёрдо, не теряя времени, он быстро пояснил другу суть происходящего. Затем, так же как и себе, он нанёс те же магические символы на его левую руку. Алые линии мгновенно впитались в кожу, оставляя после себя тонкие шрамы, в которых мерцала слабая искра магии.

— Что ты делаешь? — Мардан с трудом сфокусировал взгляд, его разум всё ещё был затуманен недавним воздействием. Но он был рад видеть, что Нартуган в сознании.

Далагуд, наблюдавший за ними, сжал кулаки. Глаза старика вспыхнули злым светом, а голос, усиленный магией, прокатился по пространству:

— Вы меня разозлили. Откуда тебе известно об этой печати?

Нартуган поднял голову, ухмыльнувшись:

— Я бы мог объяснить… но не думаю, что это поможет тебе спастись.

— Глупец! Ты правда думаешь, что эта жалкая печать способна защитить тебя? — Далагуд напрягся, его лицо исказилось от злости.

— Нет, не из-за этого. — Нартуган сжал кулаки, его тело налилось силой. — Ты взял в плен двух моих подруг. Ты пытался подчинить меня. Ты мучил моего друга. Раньше меня сдерживала лишь мысль о том, что кто-то может пострадать, но теперь… — Он сделал шаг вперёд, и его взгляд вспыхнул холодным гневом. — Теперь у тебя ничего не осталось. Никто не сможет остановить меня. И когда мои кулаки настигнут тебя… знай, это будет не магия. Это будет месть.

— Ну так чего ты ждёшь? Начинай.

Больше Нартуган не хотел терять времени. Он сорвался с места, кулак, заряженный магией, рассек воздух, но в тот же миг его удар остановила невидимая преграда. Раздался резкий хлопок, и вспышка энергии отбросила его назад, словно невидимый взрыв. Падая, он едва не угодил в бурлящую лаву, но в последнюю секунду соткал водяной щит, используя его как опору. Тело резко дёрнулось, и он смог приземлиться на один из небольших каменных островков, разбросанных по раскалённой поверхности. Выпрямившись, он поднял взгляд на Далагуда и тут же понял источник барьера. Красный камень, вделанный в длинный посох, мерцал кровавым светом, словно живое сердце, пульсирующее магической силой.

— Ну как, понравилось? — Далагуд ухмыльнулся, чуть приподняв посох. — Я всегда держу его при себе. Отлично помогает против таких дикарей, которые любят бросаться в бой с голыми руками.

Нартуган не ответил, лишь метнул вперёд один из своих магических снарядов, надеясь, что его магия сможет поглотить силу барьера. Но стоило тёмному сгустку приблизиться, как камень на посохе вспыхнул, и снаряд с оглушительным взрывом отлетел обратно.

— Почему я не могу поглотить его силу? — Нартуган ужаснулся, шагнув назад.

— Разве не ясно? Это не обычный барьер, который строит стены. Он не отражает силу, он её анализирует, запоминает и выпускает обратно с той же мощью. Твоя магия могла бы поглотить его, но посох срабатывает за десятую долю секунды. Слишком быстро для твоих способностей.

Лунный свет, пробивающийся сквозь трещину в стене, переливался по золотым узорам на одежде Далагуда, придавая ему зловещее величие. Его вытянутая тень на каменном полу казалась демоном, поджидающим момент, чтобы нанести решающий удар. Но прежде чем старик успел сделать следующий ход, в стороне раздался тихий шаг. Мардан, до этого едва державшийся на ногах, теперь стоял рядом. Он двигался уверенно, в его осанке не чувствовалось прежней слабости. Подойдя к Нартугану, он быстро склонился к нему и шепнул:

— Я смог призвать ещё одного призрака. Он поддерживает мои силы, так что я в порядке. Давай нападём с двух сторон. Он не сможет направить посох на оба направления.

— Звучит как хороший план. — Нартуган кивнул, чуть сжимая кулаки.

Нартуган сжал в ладонях несколько снарядов, чувствуя, как энергия в них пульсирует, готовая вырваться наружу. Мардан, стоявший рядом, не терял времени, его правая рука растворилась в мерцающем пурпурном свете, а затем магия сгустилась, формируя огромную эфемерную косу, её лезвие сверкнуло в отблесках пламени, отбрасывая резкие, искажённые тени на каменный пол. Быстрыми, отточенными движениями они рванули в атаку.

Первым двинулся Нартуган, его тело было напряжено, каждая мышца горела от предвкушения битвы. Он прыгнул выше, чем прежде, и, зависнув в воздухе на несколько мгновений, выпустил сразу несколько кумалак, метая их в разные стороны. Один из снарядов с грохотом врезался в стену, разнеся её часть на осколки, другой вспорол потолок, вызвав осыпавшийся поток пепла и каменной крошки, а третий устремился прямо в защитный барьер Далагуда. Раздался мощный хлопок, воздух содрогнулся от волны давления, и мгновение спустя взрыв от отражения атаки разорвала пространство, скрывая всё в хаосе летящих обломков.

Это был момент, которого так долго ждал Мардан. Воспользовавшись кратким замешательством врага, он молниеносно сорвался с места, стремительно преодолевая расстояние до противника, пока тот ещё не успел оправиться от боли. Его движения были лёгкими и стремительными, а шаги — почти бесшумными благодаря помощи призрачного воина, силы которого влились в его тело, наделив его неестественной ловкостью. Теперь ему оставалось лишь одно: добраться до Далагуда и вырвать из его рук посох, пока колдун окончательно не пришёл в себя. Лезвие эфирной косы описало дугу, проносясь по воздуху с едва уловимым, но тревожным свистом, и прежде чем Далагуд успел полностью осознать угрозу, острое лезвие глубоко впилось ему в бок. Звук удара был резким и глухим, будто металл рассёк плоть, не встретив преграды.

Колдун вздрогнул, и в следующее мгновение алые капли брызнули на каменный пол; одна из них попала прямо на лицо Мардана, оставив горячий след на коже. Но этого было недостаточно, чтобы нанести Далагуду смертельный урон — для полной победы необходимо было отобрать его посох. Тем временем Нартуган, мягко приземлившись, направил всю накопленную магию в пальцы, и его рука озарилась мерцающим красным свечением. Далагуд едва успел почувствовать приближение разрушительной силы и тут же выставил перед собой посох.

В этот миг Мардан, собрав остатки сил, рванулся вперёд, пытаясь вырвать артефакт из рук колдуна, но Далагуд резко протянул свободную руку и, коснувшись его, вновь парализовал подростка. Мардан замер, чувствуя, как тело вновь сковывает предательский яд, парализующий каждую мышцу и заставляющий его беспомощно наблюдать за происходящим всего в шаге от цели. Он горько винил себя за то, что забыл о ядовитом прикосновении Далагуда, снова попавшись на его коварную уловку.

В тот самый миг, когда надежда уже покинула его, пространство будто замерло: из пустоты проявилась полупрозрачная рука, которая решительно сомкнулась на посохе, вырвав его из пальцев ошеломлённого Далагуда. Время словно остановилось, позволяя каждому присутствующему осознать драматичность и напряжение этого решающего мгновения, в котором смешались удивление, облегчение и отчаяние. Но Далагуд, не готовый признать поражение, с диким безумием в глазах, выкрикнул последние слова вызова:

— Я никогда не сдамся! Весь мир был против меня, тысячу раз я менял своё лицо, тысячу раз подстраивался под обстоятельства, но всегда доводил начатое до конца! Я — ДАЛАГУД!

Призванный дух древнего воина, призванный Марданом, находился внутри его тела. Он ощущал, как силы юноши стремительно тают, и отчётливо понимал, что подросток не успеет остановить отражения магии. Решив, что нельзя допустить поражения, воин резко вытянул вперёд свою призрачную руку, перехватывая посох врага и выбивая его с траектории разрушительного удара. Артефакт с оглушительным звоном отлетел в сторону, ударившись о каменный пол.

Далагуд замер, словно не понимая, что только что произошло, а затем его лицо исказилось от гнева. Но прежде, чем он успел среагировать, проклятый снаряд, выпущенный Нартуганом, уже достиг цели, пронзив старика насквозь. Магия, пропитанная проклятием, мгновенно поглотила его тело, расщепляя плоть и оставляя от некогда могущественного колдуна лишь чёрную пыль, медленно опадающую на горячие камни.

Мардан и Нартуган застыли на месте, словно не веря собственным глазам. Затем Нартуган первым пришёл в себя и, протянув руку Мардану, помог ему подняться. Их взгляды встретились, наполненные одновременно облегчением и радостью, и, не сдерживая больше эмоций, они закричали от ликования, освобождая всю накопленную за время битвы ярость и напряжение. Но праздновать победу было рано. Голос призванного воина резко прервал их радость:

— Вам нужно немедленно уходить отсюда! Это измерение принадлежало Далагуду, и теперь, когда его хозяин погиб, оно скоро разрушится.

— Но вроде ничего пока не рушится, — Мардан быстро осмотрелся по сторонам, пытаясь заметить хоть какие-то изменения.

И словно подтверждая слова воина, камень под их ногами дрогнул, мелкие трещины начали стремительно расползаться по стенам и потолку, а вдали уже раздавался глухой рокот, предвещающий обрушение всего пространства.

— Нужно спешить.

Мардан открыл портал, и они вместе с Нартуганом шагнули в него, оставляя позади бушующее лавой измерение. Однако облегчение было недолгим: выход привёл их не в привычное место, а в другую пещеру. Нартуган сразу узнал этот зал, его стены покрывали мерцающие минералы, источавшие разноцветное свечение. Это место не предвещало ничего хорошего.

Не успели они осмотреться, как пространство впереди внезапно озарилось ярким золотым сиянием, и перед ними возник Алтын Адам. Его каменное лицо ничего не выражало, однако в глазах читалась явная угроза.

— Зачем ты призвал нас сюда? — Нартуган шагнул вперёд, чувствуя, как мышцы напрягаются от нарастающего беспокойства.

— А разве это не очевидно? — холодно произнёс Алтын Адам, не сводя с него глаз.

— Надеюсь, ты собираешься поздравить или наградить нас за победу? — осторожно спросил Нартуган, но в глубине души уже знал ответ, чувствуя в воздухе исходящую от воина враждебность.

— Поздравить — возможно, — бесстрастно ответил Алтын Адам, и в его руках начал формироваться тяжёлый золотой меч. — Но единственная награда, на которую вы можете рассчитывать, — быстрая и безболезненная смерть.