Я стою у двери спальни Максима, босая, в пижаме, и чувствую, как сердце бешено колотится в груди.

«Она мне небезразлична».

Эти слова эхом отдаются в голове. Я быстро отхожу от двери, иду в туалет на негнущихся ногах. Сажусь на край ванны, прижимаю ладони к горячим щекам.

Он говорил обо мне. О ком ещё?

Ну нет, Максим просто помогает старой знакомой. Это дружеская помощь, не более того. Наверное, он говорил с кем-то, кто неправильно понял ситуацию. Да, точно. Вот он и объяснял, что я не просто знакомая, а друг, которому нужна поддержка.

Небезразлична в смысле — ему не всё равно, как другу.

Я встаю, умываю лицо холодной водой. Смотрю на своё отражение в зеркале — растрепанные волосы, красные щёки, встревоженный взгляд.

«Успокойся, — говорю я своему отражению. — Не придумывай того, чего нет».

Возвращаюсь в комнату тихо, ложусь в кровать. Лежу с открытыми глазами, смотрю в темноту и пытаюсь выкинуть из головы эти слова.

Не получается.

Утром просыпаюсь первой. Встаю осторожно, чтобы не разбудить Софу, иду на кухню. Максим уже там — стоит у плиты, жарит яичницу. Обернувшись, видит меня и улыбается.

— Доброе утро! Как спалось?

Я стараюсь улыбнуться как можно естественнее.

— Доброе. Спасибо, нормально.

Иду к кофемашине, наливаю себе кофе. Руки почему-то дрожат. Я сжимаю чашку сильнее, делаю глоток обжигающего напитка.

Веду себя нормально. Просто как обычно. Он не должен заметить, что я слышала его разговор.

— Макс, — говорю я, не глядя на него, — я сегодня после работы начну искать квартиру. Посмотрю объявления, созвонюсь с риелторами.

Он оборачивается от плиты, смотрит на меня удивлённо.

— Зачем так спешить? Я же говорил, оставайтесь, сколько нужно.

— Знаю, — киваю я, всё ещё не встречаясь с ним взглядом. — Но всё равно надо искать.

Он молчит несколько секунд. Я чувствую его взгляд на себе.

— Ладно, — говорит он наконец. — Как хочешь. Но я уже говорил — вы можете оставаться здесь и дальше.

— Спасибо.

Завтракаем втроём с Софией. Она весёлая, рассказывает, что сегодня у них физкультура и они будут играть в баскетбол. Максим шутит, говорит, что в её возрасте тоже обожал баскетбол, хотя был невысоким и мяч до кольца еле докидывал.

София смеётся, и я смотрю на эту картину — обычное семейное утро, тёплое и уютное. И внутри что-то сжимается.

Я не могу позволить себе привыкнуть к этому. Не могу позволить Софе привыкнуть. Это временное. Мы здесь ненадолго.

После завтрака собираюсь на работу. Максим предлагает подвезти, но я отказываюсь — говорю, что доберусь сама, так быстрее.

На работе весь день пытаюсь сосредоточиться, но мысли постоянно возвращаются к услышанному ночью. «Она мне небезразлична». Я качаю головой, заставляя себя думать о квартальном отчёте, о презентации для клиента, о чём угодно, кроме этого.

В обед звонит Сергей Михайлович.

— Марина, добрый день. Как дела? Не забыли про нашу встречу в шесть?

— Нет, конечно. Всё помню.

— Отлично. Нужно обсудить текущее положение дел по вашему делу.

— Хорошо, буду.

Наконец пять вечера. Собираю вещи, прощаюсь с коллегами, еду в офис Сергея Михайловича.

Он встречает меня у дверей, как обычно — строгий костюм, умные глаза за очками.

— Проходите, Марина. Садитесь.

Сажусь в знакомое кресло, кладу сумку на колени.

Он садится напротив, раскладывает перед собой папку с документами.

— Итак, Марина, у меня есть новости. Первое предварительное заседание назначено через три недели. Это быстрее, чем я ожидал.

Киваю, сжимая ручки сумки.

— Три недели... это скоро.

— Да. На предварительном заседании судья определит порядок рассмотрения дела, назначит даты основных слушаний. — Он делает паузу, снимает очки, протирает их. — Также я получил информацию от своих коллег, что ваш супруг нанял очень дорогого адвоката. Специалиста по бракоразводным процессам с большим опытом.

Ожидаемо. Конечно, Толя не станет экономить на юристах, когда речь идёт о его бизнесе.

— Марина, я ещё раз должен вас предупредить.

Я выпрямляюсь в кресле, напрягаюсь.

— Слушаю.

— Ваш супруг сейчас, вероятно, консультируется со своим адвокатом, пытаясь найти способы оспорить раздел имущества. И рано или поздно он может вспомнить о существовании тех документов, которые вы подписывали пятнадцать лет назад.

Сердце начинает биться быстрее.

— И что тогда?

— Тогда он может попытаться получить к ним доступ любым способом, — говорит Сергей Михайлович твёрдо. — Украсть их, уничтожить, подменить. Или надавить на вас морально, заставить отказаться от претензий в обмен на что-то.

Я сижу и слушаю, и внутри всё холодеет.

— Но они в банковской ячейке, — говорю я. — Он не знает, где они. И туда не может попасть без меня.

— Верно, — соглашается он. — Поэтому мой вам совет: не приносите оригиналы документов из банка заранее. Даже мне не приносите до самого судебного заседания. Храните их в ячейке до последнего момента. А в день суда — заберёте и принесёте прямо в зал. Так будет безопаснее всего.

— Хорошо. Поняла. Только в день суда.

— Именно, — кивает он. — И ещё одно. Если ваш супруг начнёт вести себя агрессивно, угрожать, пытаться запугать — сразу же фиксируйте это. Записывайте разговоры на диктофон, если возможно. Вызывайте полицию, если он переходит границы. Все эти факты могут пригодиться в суде.

— Я уже вызывала полицию, — говорю я тихо. — В ту ночь, когда он получил повестку. Он разбил посуду, кричал, угрожал мне.

Сергей Михайлович кивает одобрительно.

— Правильно сделали. Есть протокол?

— Да, полицейские составили. Взяли с нас обоих объяснения.

— Отлично. Это хорошее доказательство его агрессивного поведения. Продолжайте в том же духе — защищайте себя, не бойтесь обращаться за помощью.

Мы ещё минут двадцать обсуждаем процессуальные моменты. Он объясняет, как будет проходить предварительное заседание, что нужно будет говорить, какие вопросы может задать судья. Рассказывает, что основные слушания, где уже будут рассматриваться доказательства и выноситься решение, назначат через месяц-полтора после предварительного.

— Готовьтесь морально, Марина, — говорит он в конце. — Ваш супруг не сдастся просто так. Он будет бороться до конца. Но у нас сильная позиция, мы должны победить.

Выхожу из его офиса с тяжёлым сердцем. Еду забирать Софу из школы, и всю дорогу думаю о словах юриста. Три недели до предварительного заседания. Толя может вспомнить про документы. Может начать угрожать мне.

Нет. Не буду об этом думать. Всё будет хорошо.

Надо просто продержаться три недели до заседания. Всего три недели.

У школы жду Софу вместе с другими родителями. Она выбегает весёлая, машет мне рукой.

— Тёть Мариш! Мы выиграли в баскетбол! Я забросила три мяча!

Обнимаю её, целую в макушку.

— Молодец, солнышко! Горжусь тобой!

Едем к Максиму. По дороге открываю приложение с объявлениями о сдаче квартир. Листаю, отмечаю несколько подходящих вариантов. Надо завтра начать звонить, договариваться о просмотрах. Наверное, если бы я не услышала слова Макса сегодня ночью, то не торопилась бы с этим.

Открываю дверь квартиры ключами. Заходим с Софой. Пахнет... готовкой? Иду на кухню и вижу Максима. Он стоит у плиты, помешивает что-то в кастрюле.

— О, привет! — Он оборачивается, улыбается. — Как день прошёл?

— Нормально, — отвечаю я, стараясь улыбнуться в ответ. — А ты что-то готовишь?

— Решил сварганить борщ, — говорит он. — Давно не готовил. Надеюсь, получится съедобно.

София бежит к плите, заглядывает в кастрюлю.

— Ой, как вкусно пахнет!

Максим смеётся, треплет её по волосам.

— Через полчаса будет готово. Идите, отдохните пока.

Я иду в нашу комнату, достаю телефон, снова открываю объявления о квартирах. Начинаю записывать номера телефонов, чтобы завтра позвонить.

Софа делает уроки за письменным столом. Я сижу на кровати с телефоном и пытаюсь сосредоточиться на поиске жилья. Но мысли возвращаются к Максиму. К его словам по телефону. К тому, как он сегодня встретил нас — с улыбкой, с борщом на плите, как будто мы...

Нет.

Стоп. Не надо.

Он просто добрый человек. Хороший друг. Не более того.

— Ужин готов! — зовёт Максим из кухни.

Идём ужинать втроём. Борщ действительно получился вкусным — наваристый, с мясом, со сметаной. София нахваливает, Максим скромничает, говорит, что просто повезло.

Мы сидим за круглым столом, едим, разговариваем. Обычный семейный ужин. София рассказывает про школу, про победу в баскетболе. Максим рассказывает смешную историю из детства.

Я смеюсь вместе со всеми, но внутри что-то неспокойно. Мне нравится эта атмосфера. Слишком нравится. И это пугает.

После ужина моем посуду втроём. София вытирает тарелки полотенцем, я мою, Максим убирает в шкафы. Работаем слаженно, как команда.

— Тёть Мариш, — говорит вдруг София, — а долго мы тут проживём?

Вопрос застаёт меня врасплох. Я смотрю на Максима, потом на Софу.

— Не знаю, солнышко. Недолго. Я ищу нам квартиру, как найду — переедем.

— А я не хочу переезжать, — говорит она тихо. — Мне здесь нравится.

Максим наклоняется к ней, кладёт руку ей на плечо.

— София, ты можешь оставаться здесь сколько захочешь, — говорит он мягко, но твёрдо. — Правда. Мне очень приятно, что тебе тут нравится. И я совсем не против, если вы с тётей Мариной поживёте у меня подольше.

Он поднимает глаза на меня, и я вижу в них искреннее участие.

— Серьёзно, Марин. Не торопитесь с переездом. Тут места всем хватает.

София светлеет лицом, обнимает его за шею.

— Спасибо, дядя Макс!

Он улыбается, треплет её по волосам. А я стою рядом и чувствую, как внутри всё сжимается от противоречивых эмоций.

Вечером я иду в душ, пока София доделывает последнее упражнение по математике. Стою под горячими струями воды и чувствую, как напряжение дня постепенно уходит. Закрываю глаза, подставляю лицо под воду.

Выхожу из душа, вытираюсь полотенцем, надеваю домашнюю пижаму — мягкие штаны и футболку.

Возвращаюсь в комнату. София уже спит, свернувшись калачиком на раскладном кресле, обняв свою любимую книжку. Я тихо забираю книгу, укрываю её одеялом по-лучше, целую в лоб.

И вдруг звонит телефон.

Частный детектив. Ого.

— Алло?

— Марина Александровна? — голос в трубке звучит встревоженно.

Сердце пропускает удар.

— Да, слушаю.

— У меня для вас важная информация. Я только что выяснил, что ваш супруг тоже нанял частного детектива. Пару дней назад.

Мир вокруг замирает.

— Что?

— Да, — продолжает он. — И, судя по всему, этот детектив уже собрал определённую информацию. В частности, он записал ваш недавний разговор с подругами в кафе.

Кровь стынет в жилах.

Господи.

О чём мы там говорили? О переезде к Максиму? О документах!

О боже…

Толя знает.

Толя теперь знает, где мы живём, и что я хочу использовать документы, которые дают мне право на восемьдесят пять процентов его бизнеса.

И теперь он точно не остановится ни перед чем.