Долгие годы датчане считали себя богаче, чем были на самом деле. И жили соответственно. Уровень потребления в 60-е годы в среднем был выше объема производства, и поэтому приходилось прибегать к займам. То было «благосостояние в кредит».
Внезапное окончание эпохи дешевого топлива нанесло удар не только по этим иллюзиям, но и вообще по прежней модели социально-экономического развития. После периода полной занятости 60-х годов безработица в середине 70-х годов, как отмечалось, возросла до 9%, а после небольшого спада произошел ее новый рост до 11% в начале 90-х годов. В конце 80-х годов в среднем за год более 720 тыс. человек на различный срок оставались без работы. Помимо человеческого фактора, безработица — серьезное бремя для государственной казны.
Социально-экономические изменения не могли не сказаться на демографической ситуации в стране. До 1983 г. уровень рождаемости (за исключением нескольких лет) неуклонно повышался. При этом число родившихся (в 1989 г. — 62 тыс.) было ниже того же показателя середины 60-х годов. Увеличилось число умерших: 59 тыс. в 1989 г. Численность населения с 4,9 млн в 1970 г. увеличилась до 5,2 млн в 1994 г. Притом что 2,5 млн датчан имели работу (оптимальный показатель), безработных стало больше, чем когда-либо в послевоенные годы. Промышленное развитие бывших окраин Ютландии продолжалось и в 70-е годы. В 90-е годы началось строительство транспортных артерий через Большой Бельт и Эресунн, что способствовало оживлению хозяйственной деятельности в столичном регионе.
В 1989 г. доля самодеятельного населения составляла 72%; численность занятого населения возрастала прежде всего за счет трудоустройства женщин, а рост числа служащих происходил прежде всего за счет сокращения группы предпринимателей. Доля предпринимателей за два десятилетия сократилась вдвое, до 7—8%. Служащие составляли 36%, рабочие — 28%. Среди них 8% квалифицированных и 20% неквалифицированных. Категория служащих включает разные социальные группы с месячным окладом до 17 тыс. крон у лаборантов, почтальонов и полицейских и более 60 тыс. крон у директоров и высших военных чинов.
При общем высоком уровне жизни небольшая часть населения имеет сверхвысокий уровень доходов, предпочитая при этом либо проживать в Испании, Швейцарии или Лихтенштейне, либо там размещать свои состояния, чтобы избежать высокого датского уровня налогообложения, тогда как наиболее обделенная часть населения, лишенная жизненных перспектив, вытолкнута на обочину жизни. Прежде всего это хронические безработные, занятые в течение года менее 41 недели. В 1990 г. их насчитывалось более 100 тыс. человек.
На протяжении 80-х годов не произошло существенных изменений в распределении собственности. По данным на 1988 г., в руках наиболее состоятельной (⅒) части датских семей находилось около 21% собственности, а на долю наиболее обделенной (⅒) приходилось 2%. Средний годовой доход семьи после уплаты налога составлял в 1988 г. около 173 тыс. крон. Очевидно, что благополучие такой семьи зависело от степени трудоустройства ее членов. В послевоенные годы Дания впервые столкнулась с проблемой массовой и продолжительной безработицы.
Ныне важным условием поддержания высокого (среднего) уровня жизни и социального обеспечения является разветвленная, хотя и дорогостоящая, государственная (или «общественная») сфера услуг. Несмотря на все попытки правительства ограничить расходы на социальные нужды, сфера услуг доказала свою состоятельность и при всех ее минусах оценивается большинством граждан как благо.
Датчане традиционно ориентированы на социальную солидарность, своего рода коллективизм. Эта ценностная ориентация, обеспеченная системой социальной защиты, порой поражает иностранцев. Например, корреспондент газеты «Лос-Анджелес тайме», побывав в Дании, заявил: «Похоже, это последняя в мире страна реального социализма».
Вместе с тем в 80-е годы продолжалось принципиальное отступление от концепции социальной политики, допущенное социал-демократическим правительством при введении дополнительных пособий с 1 апреля 1976 г., т.е. не соблюдался принцип гарантированного права на получение пособия. Теперь действует произвольный принцип оформления пособий по мере надобности, которая определяется служащим системы социальной защиты.
Несмотря на то что у власти около 10 лет находились буржуазные партии, государственные расходы на социальные нужды к 1991 г. выросли по сравнению с 1970 г. С 20 до 27% ВНП. Сохранился и принцип преимущественно государственного финансирования фонда социальных пособий, столь необходимого для остро нуждающихся граждан. В зависимости от критериев подсчета эта группу составляют от 270 тыс. до 760 тыс. человек. Их в большей степени коснулись сокращение выплат и ужесточение административных мер в 80-е годы — то и другое по указанию руководящих органов ЕС.
Попытки правительств содействовать росту занятости населения не привели в 80-е годы к отказу от преимущественно пассивной стратегии на рынке труда. Больше всего безработных среди женщин в возрасте 20—24 лет (прежде всего неквалифицированные работницы) и среди лиц предпенсионного возраста (пенсионный порог остается прежним — 67 лет). Принятие закона о предварительной пенсии с 60 лет многим поначалу представлялось благом, однако нередко он обрекает вполне работоспособных людей на пассивный образ жизни. Сокращение государственной и муниципальной помощи пожилым датчанам побудило их в 1991 г. в ряде городов организоваться в неформальные объединения протеста (C-holdet).
Массовая безработица зачастую сковывает готовность трудящихся бастовать. И тем не менее трудовые конфликты происходят. Многие проблемы удается решать путем переговоров (с 1973 г. легализовано проведение краткосрочных забастовок). Наиболее массовые забастовки связаны с перезаключением коллективных соглашений. В связи с этим в 1973 г. было потеряно 3,7 млн рабочих дней — самое большое число со времени забастовки чернорабочих в 1925 г., а в 1985 г. — 2 млн рабочих дней. В период действия коллективных договоров тоже проходят забастовки (в основном они признаются незаконными), в частности при нарушении условий оплаты или условий техники безопасности труда. В 80-е годы в ряде случаев приходилось, например, приостанавливать работу, чтобы добиться запрета на применение канцерогенного асбеста. Актуальной проблемой является несоответствие многих более мягких, чем в Дании, положений законодательства других стран ЕС в области охраны труда.
Уровень вовлеченности датчан в профсоюзы по-прежнему очень высок: три основных общенациональных профцентра объединяют 1,7 млн человек. Кроме того, около 5% наемных работников являются членами альтернативных, преимущественно христианских, профсоюзов, которых привлекла в их ряды не столько идеология, сколько более низкие размеры членских взносов. По сравнению с 70-ми годами несколько сократилась доля трудящихся в 26 организациях ЦОПД, зато повысился уровень их организованности среди тех, кто примыкает к двум другим национальным объединениям. Внутри же профсоюзного движения обострились дискуссии по поводу перестройки его структуры для приспособления как к новым хозяйственным условиям, так и к изменениям в структуре организации работодателей. Профсоюзные активисты осознают, что, находясь на перекрестке разных социальных и политических проблем, они должны и впредь активно участвовать как в политической, так и в культурно-просветительной деятельности.
В 70-е годы отмечается широкое участие практически всех социальных и возрастных групп населения в разнообразных формах образования, переподготовки или повышения квалификации. В 80-е годы снизился приток учащихся в гимназии, возрос поток поступающих в различные среднетехнические учебные заведения. Так, если в 1962 г. 53% лиц в возрасте старше 20 лет не имели профессионального образования, то в 1990 г. — лишь 30%.
Существенно изменились жилищные условия: уже 3/5 датчан проживали в 80-е годы в односемейных коттеджах, чаще всего купленных в кредит, но условия его погашения в конце 80-х годов ужесточились, что вызвало озабоченность многих. Прежде всего с этими домовладельцами связана часто обсуждаемая в Дании проблема так называемой черной работы (по-русски — «левая» работа, или «халтура»). Для страны с высоким уровнем налогообложения стремление граждан подработать, не ставя об этом в известность власти, — реальная проблема. Объем такой работы в Дании достигает 4% ВНП.
Как уже говорилось, исключительно высокая для Западной Европы степень вовлеченности женщин в производственную жизнь (до 77% в 1989 г.) вызвала необходимость, в частности, улучшить систему дошкольных детских учреждений. Ведь, несмотря на сокращение рождаемости, в 70-е годы потребность в яслях сохранилась из-за большого числа работающих женщин. А поскольку многие муниципалитеты стремились экономить, образовались большие очереди. В эти же годы все чаще и на мужчин стали возлагаться все новые обязанности по дому. В целях укрепления молодых семей в 80-е годы были узаконены непродолжительные декретные отпуска для отцов.
На производстве — в условиях общих темпов роста производительности труда — нагрузки на работающих возросли. В 70-е годы профсоюзы стали уделять больше внимания проблемам производственной среды. Общество несет огромные расходы от последствий недостаточной обустроенности рабочих мест. Ежегодно фиксируется 50 тыс. производственных травм и 20 тыс. случаев производственных заболеваний. Из-за психических или физических травм 71 тыс. человек в 1990 г. были вынуждены покинуть рынок труда (в 1980 г. — 50 тыс.). Судя по опросам общественного мнения, нередко именно улучшение условий труда — наряду с требованием гарантий от произвольных увольнений — является более приоритетным, чем повышение заработной платы.
Экономическая самостоятельность женщин неизбежно повлекла за собой изменение семейно-брачных отношений. Институт традиционной семьи утратил свою монополию. В начале 70-х годов наметился взрывной рост числа разводов преимущественно по инициативе женщин. После 1989 г., когда в течение года было зарегистрировано более 15 тыс. разводов, наметилось снижение этого уровня. Возросло число гражданских, неоформленных браков. А в 80-е годы были легализованы однополые браки.
С середины 80-х годов, с изменением некоторых ценностных ориентаций, вновь возросло число традиционных браков, особенно церковных венчаний. Глубокое влияние на общественное мнение оказала идеология феминистского движения, активисты которого после первых лет экстравагантных демонстраций подключились к конкретной работе по облегчению жизни женщин. По их инициативе создана сеть кризисных центров, которые оказывают, нередко сотрудничая с муниципальными властями, помощь матерям-одиночкам. С активностью этих центров связано введение закона о равенстве полов и то, что сексуальные домогательства на работе подлежат судебному разбирательству. Международные опросы показывают, что датчанки (наряду с женщинами других Скандинавских стран) имеют максимальные возможности для карьеры. Так что нет ничего удивительного в том, что из 24 министров созданного в январе 1993 г. правительства Дании 8 — женщины.
Сокращение рождаемости в 70-е годы обусловлено рядом социально-экономических причин. Одна из них — введение в школьные программы предмета «сексуальное просвещение», другая — вступление в 1973 г. в силу закона о свободном бесплатном аборте в течение первых 12 недель беременности. Непосредственной реакцией на этот закон явилось создание Христианской народной партии (ХНП).
По мере сокращения числа детей школьного возраста произошло закрытие целого ряда школ по всей стране. В 70-е годы возросла численность студенчества. Большинство студентов живут на кредиты, получаемые от государства и банков, совмещая учебу с работой. Для 70-х годов (в меньшей мере для 80-х) характерен высокий уровень участия школьников, гимназистов и студентов в общественной жизни, в частности в различных общественных и политических организациях.
В течение 70-80-х годов наблюдался значительный рост как национального богатства, так и массового потребления. Если индекс потребительских цен 1980 г. принять за 100,то В 1989 г. он составил 173. В связи с сокращением роста инфляции лишь недолго остро ощущались последствия отмены правительством Шлютера системы автоматической индексации заработной платы. В структуре потребления датчан сократились расходы на питание (20% семейного бюджета в 1987 г.), однако расходы на жилье возросли на 32% и на транспорт — до 16%. В целом датчане стремятся экономить на питании, энергии и воде, а также на лекарствах, цены на которые значительно выросли за последние годы. В бюджете времени все больший удельный вес занимают работа и учеба, а более всего — продолжительность поездок. Сравнительно меньше времени остается на отдых и быт. Важное значение имело введение пятинедельных отпусков[60].
Уже говорилось, что современной Дании характерны высокие жизненные стандарты. Вместе с тем иностранные наблюдатели отмечают, что бытовой практицизм и рационализм датчан подчас граничат с бездуховностью. Они отмечают также, что «датский уют», которым датчане гордятся, весьма однообразен и подчинен неписаным правилам «хорошего тона», и это противоречит распространенному образу раскованных и незакомплексованных датчан.
Но, несмотря на обустроенный быт и широкую сеть социальной поддержки, датчане страдают от стрессов и усталости. В 70—80-е годы резко возросло потребление лекарств. Врачей особенно беспокоит чрезмерное употребление снотворных. Рекордным для всей Скандинавии на протяжении последних десяти лет является уровень потребления алкоголя, в 1990 г. в среднем 11,9 литра на человека, широкое распространение получило употребление различных видов наркотиков. Возросло число самоубийств — это главная причина смерти мужчин и женщин в возрасте от 20 до 44 лет. Вместе с тем в 80-е годы продолжительность жизни увеличилась до 78 лет для женщин и до 72 лет для мужчин, впрочем, в соседних Скандинавских странах эти показатели выше, особенно для женщин.
Поворот общественного и личного сознания к проблеме «цена благополучия» обусловлен как глобальными процессами, так и повседневным опытом. Возросшая во многом благодаря экологическим движениям степень информированности населения по вопросам экологии дала о себе знать как на производстве, так и в быту. По сравнению с данными опросов в других странах датчане готовы пожертвовать экономическим ростом ради защиты окружающей среды.
Такие качества датчан, как открытость и раскованность, проявились и в их отношении к возросшему потоку иностранных рабочих из Турции, Пакистана, Югославии и других стран. Хотя, несмотря на огромные усилия властей, профсоюзов и общенационального союза иммигрантов, адаптация приезжих сопряжена с множеством социальных и культурных проблем. В их среде безработица превышает 30%.
Учитывая изменившиеся потребности в рабочей силе, датские власти в ноябре 1979 г. ужесточили правила въезда и трудоустройства иностранцев.
При том, что в основном датское общество терпимо относится к приезжим, в 80-е годы активизировались правоэкстремистские организации, которых насчитывается не менее десятка. Их агитация способствует проявлениям бытового расизма, имели место и случаи физической расправы с иммигрантами.
Озабоченность по поводу усугубления этой тенденции заставила королеву Дании Маргрете II в своих новогодних телевизионных обращениях к нации в 80-90-е годы предостерегать датчан от подобных проявлений ксенофобии.
С углублением западноевропейской интеграции, когда в общественном сознании парадоксальным образом переплетаются устоявшиеся представления (консерваторы — традиционные приверженцы таких ценностей, как семья, монархия и родина, — теперь фактически призывают к отказу от национального суверенитета, а коммунисты — приверженцы интернационализма — выступают в защиту национального суверенитета), можно ожидать обострения проблем национального самосознания. Впрочем, социологические исследования показывают, что датчанам свойствен достаточно рациональный подход и к этим вопросам.