Поворот от войны к миру, наметившийся к конце 1916 — начале 1917 г., способствовал распространению в воюющих и нейтральных странах антивоенных настроений. Датские пацифисты отказывались от воинской службы, мотивируя это соображениями совести и морали. Влиятельной силой в антивоенном движении стала социал-демократическая партия. С антивоенными лозунгами выступали Датское общество за мир, Христианский союз мира, Союз социал-демократической молодежи и синдикалисты. Эти организации имели множество сторонников в рабочем движении, где широко бытовало мнение, что война — это обман масс, так как рабочих посылают на смерть «ради капиталистической наживы». Молодые социал-демократы и синдикалисты считали, что вооружаться и обороняться такой маленькой стране, как Дания, нет смысла, а в армии видели лишь инструмент, с помощью которого господствующие классы удерживают власть.
Позиции антивоенных движений мира совпадали с политикой нейтралитета Скандинавских стран. Это подтверждают документы: протоколы встреч королевских особ, премьер-министров и министров иностранных дел этих стран, протоколы совещаний руководителей финансовых, военных и морских ведомств. Начавшая складываться в годы войны концепция безопасности Скандинавских стран предусматривала мирное разрешение конфликтов путем расширения системы международного права. Во внутренней политике Дании эта концепция нашла прямое выражение в принятии 13 февраля 1917 г. закона о сокращении вооруженных сил, который, кроме того, предусматривал освобождение от воинской повинности по моральным соображениям и замену ее альтернативной службой (отменен в 1933 г.)[22]. В Гристкоу и Кампеделе для тех, кто отказался от воинской службы, были созданы специальные трудовые лагеря.
Молодые датские радикалы с самого начала войны выступали с антимилитаристских позиций. В феврале 1917 г. по их инициативе в Гётеборге был учрежден общескандинавский пацифистский Комитет северной молодежи, а в мае в Копенгагене состоялся съезд молодых пацифистов Скандинавии, представлявших либеральное крыло движения. В 1918 г. по инициативе лидера датских радикалов Хермуда Ларсена (Ланнунга) был образован Объединенный комитет, призванный координировать деятельность пацифистских организаций Скандинавских стран.
Под лозунгами «всеобщего мира» функционировало Датское общество мира. Миротворческие акции, в частности отказ от воинской службы по моральным соображениям, нашли поддержку у женских и религиозных организаций. Усилилось межрегиональное церковное антивоенное движение северных стран.
Нередко представители датских деловых кругов, заинтересованные в скорейшем завершении войны, брали на себя функции посредников-миротворцев. И хотя никому из них не удалось примирить воюющие стороны, стоит напомнить о первой такой миссии. В марте 1915 г. директор Восточно-Азиатского пароходства крупный финансист Х. Н. Андерсен посетил в Берлине германского императора Вильгельма II, с которым был лично знаком. Во время их бесед Андерсен повторил слова Николая II, сказавшего, что «мобилизация была России навязана». Судя по всему, слова эти не произвели на Вильгельма II впечатления. Тогда Андерсен привел доводы, высказанные британским министром иностранных дел Греем: Англия готова достичь согласия с Германией, ведь именно с этой целью ее в 1912 г. посетил британский военный министр лорд Холден. Вильгельм II и после этого никакой склонности «к примирению не проявлял». Встречался Андерсен и с райхсканцлером Т. Бетман-Гольвегом и с судовладельцем А. Баллиным[23].
Затем Андерсен отправился в Петроград и был принят Николаем II, с матерью которого, Марией Федоровной, был лично знаком. Во время их беседы Андерсен, в частности, заметил, что, «хотя в Германии и не наблюдается недостатка в съестных припасах и других предметах первой необходимости, сильно развитая система кредита достигла крайнего напряжения, грозя большими осложнениями». Николай II, в свою очередь, сказал, что военные успехи России не допускают мысли о мире. Однако «некоторое время спустя он, Андерсен, может вновь приехать»...
Андерсен приехал в Петроград еще раз в конце июля 1916 г. Несмотря на серьезные поражения русских войск в Польше и Галиции, в Петрограде ничего не хотели слышать ни о всеобщем, ни о сепаратном мире. Николай II заверил Андерсена в своей верности Антанте и выразил убеждение, что «общее наступление всех союзников осенью исправит ситуацию»[24].