Шел уже третий час, как он торчал в своей машине напротив подъезда, где жили Наташины родители. Во дворе было темно. Разросшиеся деревья заслоняли тусклые фонари. И Андрей все это время напряженно всматривался в прохожих, боясь пропустить Наташу.

Когда-то эта темнота теперь подзабытого двора ему очень нравилась. Они с Наташей — тогда такой юной и влюбленной в него — пристраивались к одному из деревьев. долго обнимались и никак не могли расстаться. Как быстро пролетела молодость! И кончились ее надежды. мечты, обостренные чувства. Он ведь хорошо помнит, что не мог тогда дождаться утра, чтобы увидеть Наташу снова.

Андрей в очередной раз пощелкал кнопками радио, поискав подходящую музыку. Честно говоря, ему уже надоели все песни, которые передавали популярные радиостанции. Впервые он обратил внимание, что большинство из них посвящено несчастной любви. Кто-то кого-то бросает, все умирают от переживаний. Какое счастье, что его метания теперь закончились. На месте вулкана образовалась маленькая воронка, которая вот-вот заполнится песком. Или еще чем-то более зыбким. Но со временем песок утрамбуется, и по нему будет не страшно ступать. Андрей сам удивился, как легко он отказался от Марины, увидев ее «во всей красе». И больше не мучился, только иногда вспоминал.

Впрочем, так же легко еще недавно он отвернулся и от Наташи, заметив однажды на лице жены следы увядания. Он с ужасом подумал о том, что и сам стареет, что уже не может носить обтягивающие джемперы и рубашки, потому что сразу становится виден животик. Он начал пристально всматриваться в свое отражение в зеркале и обнаружил, что кожа его уже не так свежа, а овал лица не безупречен. В какой-то момент его охватила паника. Дожив до сорока, он даже не имеет наследника. А женщина, существующая рядом, не способна его родить. За время их долгого брака она набрала в весе, нашла свое счастье в швабре. И страшно представить, что будет с ними лет через десять.

Но сейчас подобные страхи Андрея не терзали. В последние дни он часто думал о Наташе, об их совместной жизни. Все-таки она была верной и преданной женой. Все-таки она еще весьма прилично выглядит. И вообще лучше синица з руках, чем журавль в небе. Причем синица знакомая, привычная и предсказуемая.

Бесконечная реклама, лившаяся из динамиков с перерывом на песни, раздражала его. Несколько раз он принимал решение подняться в квартиру, подождать Наташу там. В конце концов, ее родители всегда относились к нему хорошо. Не прогонят же его? И хотя бы чаем напоят. Но в последний момент решимость покидала Андрея. Он представлял, как его начнут расспрашивать, обязательно упомянут, что он своим поведением причинил их дочери боль. Очень надо все это выслушивать!

Ему хотелось, чтобы встреча с Наташей была неожиданной для нее. Она растеряется, будет открыта для его слов, не сможет сопротивляться его чувствам. А знакомая с юности темнота этого двора только поможет их объяснению.

И они опять съедутся. Можно даже снова устроить свадьбу. Или повенчаться — у Наташи ведь появлялось подобное желание лет пять назад. Тогда она считала: из-за того, что они живут в грехе, не венчаны, Бог не дает им детей. Ему не трудно пойти навстречу. Он обязательно предложит такой вариант, и это подтвердит его серьезные намерения и оправдает в глазах Наташиных родителей.

Конечно, будет нелегко. Ему придется выслушивать разные упреки, оправдываться, но мало ли что бывает в семейной жизни. Когда-нибудь все забудется, утрясется. Он же знает: Наташка — человек добрый, отходчивый. А с изменами надо быть просто осторожнее, не попадаться, как попался он. Все отрицать. Ни в чем не признаваться. И, конечно, впредь не искать в чужих женщинах того, чего в них попросту нет. Все они одинаковы — мечтают сесть на шею богатым мужикам, притворяются бескорыстными с одной целью — пристроиться в этой жизни и обеспечить за счет мужчины свое существование. Сказки про любовь пусть читают дети, а он больше не позволит водить себя за нос. Хороший был урок.

Андрей присмотрелся к женщине, появившейся во дворе. Нет, снова не Наталья. Все-таки странно: где она может ходить в столь позднее время? Она же была заядлой домоседкой, которая даже походу в кино предпочитала стояние у плиты. Неужели у нее изменились вкусы? А если у нее связь с мужчиной? Сможет ли Андрей ей такое простить? Любить свою жену, которая отдавалась какому-нибудь козлу? Одному из тех, что приезжали за вещами? Он даже заскрипел зубами, представив подобную картину.

Внешне, надо отдать должное, мужики были ничего. В этом смысле вкус у Наташки хороший. Ведь выбрала же она в свое время из трех друзей именно его, самого видного. А ведь Андрей колебался в самом начале. Уж очень заводной была Машка. Но она не реагировала на Андрея, а Наташка везде и всюду смотрела на него влюбленными глазами. И он сдался. Хотя его мать была против, считая, что он достоин лучшей партии. Ведь вокруг была куча девчонок, у которых родители занимали солидные посты, ездили за границу, ни в чем не отказывая своим чадам.

Да, можно было по-другому распорядиться своей молодостью, красотой, умом. Собственно, и сейчас не поздно. Подумаешь, сорок лет. Семидесятилетние женятся на юных девчонках и не комплексуют, даже заводят потомство.

Андрей посмотрел на часы. Почти одиннадцать. Может быть, она не придет ночевать? Но ведь ее мамаша четко сказала, что Наташа будет после восьми, когда Андрей, изменив голос, попросил ее к телефону.

И вдруг внутри словно что-то Перемкнуло, какие-то токи заставили его напрячься. Через секунду со стороны дороги появилась женская фигурка. Он узнал ее по походке потому, что лицо было невозможно разглядеть.

Андрей быстро вытащил ключ зажигания, схватил с заднего сиденья большие белые лилии, которые купил по дороге сюда, и выскочил из машины.

Он чуть не упал, споткнувшись о попавшую под ноги доску. Наташа остановилась. Неужели узнала? Или просто испугалась появления в темном дворе какого-то мужчины? Андрей носком ботинка отбросил подальше доску и уже не спеша пошел навстречу Наташе.

Она, казалось, замерла.

— Привет, — сказал Андрей.

— Здравствуй, — ответила Наташа. — Это ты мне? — показала она на цветы в его руках.

— Конечно. — Он суетливо протянул букет бывшей жене.

Здесь, на слабоосвещенном тротуаре, Наташа показалась Андрею той самой девочкой, которую он провожал по вечерам много лет назад. Он давно не видел ее и сразу отметил, что она сильно изменилась. Головного убора на ней не было, а пышные вьющиеся волосы сменила совсем короткая стрижка. Андрей не любил, когда ни по прическе, ни по одежде невозможно отличить мужчину от женщины. А Наташа выглядела сейчас именно так — с ежиком на голове, в куртке, брюках и черных ботинках на плоской подошве. Но, как ни странно, ей шел этот дикий стиль. Она сильно похудела, чего не могла скрыть даже одежда. И еще — где-то загорела.

Андрей подумал, что, наверное, ее надо обнять, но сделать это не решился. Наташа казалась ему какой-то отстраненной, словно была чужой, незнакомой женщиной, которую нужно заново завоевывать.

— Поздно ты возвращаешься, — сказал он, чтобы с чего-то начать.

— Дела, — коротко ответила Наташа.

— Я тебя долго ждал. Нужно поговорить. — Андрей огляделся вокруг. — Может быть, в машине?

— Ты мог бы просто позвонить, — поежилась от холода Наташа.

— По телефону всего не скажешь.

— Хорошо. — просто сказала она, — а тема какая?

Андрей не отвечал, пока они не сели в его автомобиль. Могла бы, между прочим, домой пригласить. Делает вид, что он ей абсолютно безразличен. А сама волнуется, нервничает — он же видит.

— Наташа, — он дотронулся до ее руки, холодной как лед, — хватит валять дурака. Возвращайся домой.

Она молчала, никак не реагируя на его слова, которые он с таким трудом произнес.

— Хочешь, заберем сейчас твои вещи и поедем? — добавил он, не в силах терпеть это молчание.

— Не хочу, — тихо сказала Наташа.

— Почему?

— А зачем? — ответила она вопросом на вопрос.

В Андрее начинала закипать ярость. Что она тут изображает? Потеряла способность по-человечески разговаривать? Он сдерживался из последних сил.

— Ты ведь соскучилась по нашему дому?

— Это уже не мой дом, — она повернулась к Андрею, — там жили чужие люди, и стены пропитаны их духом.

— Сделаем ремонт, — попробовал пошутить Андрей.

Она не улыбнулась, отвела глаза и произнесла куда-то в пространство:

— Зачем я тебе понадобилась?

— Мне с тобой комфортно, — ответил Андрей.

— И только? — усмехнулась Наташа.

— А разве этого мало?

— Тебя бросила твоя девушка, тебе стало одиноко, и ты вспомнил обо мне. А я все эти месяцы старалась о тебе забыть.

— Получилось? — насмешливо спросил Андрей.

— Почти, — серьезно сказала Наташа.

— Да что ты ведешь себя как каменная статуя?! — взорвался Андрей. — Вспомни, сколько лет мы прожили вместе! Тебе было плохо со мной? Ты в чем-то нуждалась? А теперь тебе хорошо? Вот в этой куртке?

Для убедительности он даже пощупал материал — обычный дешевый нейлон.

— Но ведь шубы ты мне не отдал.

— Вот в чем дело! Так и знал! Не волнуйся, я куплю тебе новые. — Он немного остыл и добавил: — К следующей зиме. Да-да, я виноват, ты это хочешь услышать? Такой вот неудачный герой-любовник.

— А герой-любовник — это не тот, кто все время с разными женщинами, а тот, кто воюет с одной.

— Остроумно, — похвалил Андрей. — Я и хочу — с одной. Как раньше.

— Как раньше — не получится. Я больше не могу тебе доверять. Только представь себе этот ужас: ты ушел куда-то, задержался, уехал в командировку — я извожусь, звоню по всем телефонам, копаюсь в карманах, пыталось что-то узнать у твоих сослуживцев, требую отчета от тебя. Наверное, ты изменял мне и раньше. Я замечала, но гнала эти мысли от себя. Пройдет время, и появится другая Марина. Потому что меня ты уже давно не любишь.

— Но я же ради тебя с Мариной расстался! Разве это не доказательство, кто для меня важнее?

Наташа покачала головой, словно не соглашаясь с этим утверждением:

— Я догадываюсь, почему она сбежала. Девушка оказалась элементарной мошенницей. Мне ее фотографию показывали люди, которые пытались ее найти.

Андрей побледнел:

— И ты натравила на нее всяких отморозков?

— Никого я не натравливала, — спокойно ответила Наташа. — Эти люди были иностранцами, они искали девушку, которая обманом вымогала у их наивного друга деньги. Тогда она показалась мне знакомой, но я ничего не сказала, не была уверена.

— Признайся, ты специально сейчас это придумала, чтобы меня опустить, унизить?

— Тебе больно, Андрей? Мне тоже было страшно больно. Но от правды убегать не стоит.

— Кому она нужна — эта твоя правда? Она что, тебя счастливей делает?

Наташа не ответила. Ей с трудом давалось это спокойствие. Говорят, мужчина возвращается тогда, когда он уже не нужен. Андрей, сидящий рядом, такой далекий и близкий одновременно, не вызывал у нее никаких чувств, кроме жалости. Наташе совсем не хотелось сейчас ворошить то прошлое, которое еще совсем недавно было у них общим. Она посмотрела на бывшего мужа. Как далеко ему до Грэга, даже внешне! Взгляд Андрея был совершенно отсутствующим. Он, казалось, не видел ничего вокруг, погрузившись в свои невеселые думы. Печать обиды лежала на его лице, делая Андрея похожим не на сильного мужчину, а на женщину, которая вот-вот расплачется.

— Я пойду, — сказала Наташа. — Мне рано вставать.

— Что? — вздрогнул Андрей.

Наташа уже открывала дверцу машины.

— Подожди, — он просяще посмотрел на нее, — я все-таки не понял: ты хочешь со мной жить?

Именно сейчас, в эту минуту, больше всего на свете он хотел, чтобы она ответила «да». Он вдруг остро понял, как ему не хватает Наташи, ее присутствия, уюта, который она умеет создавать. И какая разница, есть у нее пара лишних морщин или нет! Здесь, в машине, она выглядела такой юной! Андрей подумал, что рядом с ней он всегда чувствовал себя уверенным, значимым, способным на многое. А теперь она просто убивала его своим холодным тоном, равнодушием, безразличием.

— Мне так плохо, — продолжил он, — ты не можешь уйти. Это жестоко. Ты все-таки моя жена. Ты же венчаться хотела, а там дают клятву: в горе и радости…

— Мы уже разведены, — сказала Наташа, по-прежнему держась за ручку двери. — У тебя было время на раздумья. Но ты не хотел даже разговаривать со мной. Я тоже не понимала, как ты мог со мной так поступить. Все надеялась, что одумаешься, позвонишь, придешь, объяснишься. Но ты не собирался меня утешать. А теперь рассчитываешь получить поддержку от меня? Решил, что я никуда не денусь, растаю, брошусь от счастья тебе на шею? Но мое отношение к тебе, увы, изменилось. Я поняла, что ты — человек, способный на любую подлость. Зная это, как я буду с тобой жить? В ожидании очередного удара?

— Что я такого сделал? — зло ответил Андрей. — Все мужики гуляют! Ты этого не знала? Мужчина но своей природе — охотник! Если он согрешит на стороне — никому это не принесет вреда. Только семью укрепит! У многих жен и мужей не ладятся сексуальные отношения. Что остается мужикам делать?

— Значит, и женщинам можно? Чтобы укрепить семью?

— Если гуляет женщина, то она портит род, линию семьи. Ведь неизвестно, от кого у нее потом ребенок.

— Чушь какая! — возмутилась Наташа. — Есть средства предохранения. У тебя получается двойная мораль. То, что можно тебе, не позволяется другому.

— Так я и знал, что ты завела себе любовника! — Страшная ревность охватила Андрея.

— Не волнуйся, твоего рода я не испорчу. И потом, я — свободная женщина и ни перед кем отчитываться не собираюсь!

— Отлично! Я все понял. Только зря ты так обольщаешься насчет себя! Тебе почти сорок лет, кому ты будешь нужна? Или сейчас много геронтофилов? Кого ты предпочитаешь — молодых мальчиков?

Наташа нажала ручку, толкнула дверь и вышла из машины. Только сейчас она заметила, что продолжает держать в руках его цветы. Наташа со злостью бросила букет под колеса, словно пытаясь освободиться от Андрея и от его рассуждений.

Поговорили… Да с самого начала было понятно, что он пришел к ней, потому что ему больше некуда пойти и поплакаться в жилетку. С ней ведь так комфортно! Она должна была ужаснуться, какой плохой оказалась Марина, проявить сочувствие, забеспокоиться, что никто не готовит ему завтрак, не стирает носки, пообещать, что сквозь пальцы будет смотреть на его измены… Этого он ждал!

Зачем она вообще согласилась с ним разговаривать?

От подобных встреч только обид прибавляется. Впрочем, он раздавлен, ему тяжело, выглядит неважно… Как человек, у которого на старте был триумф, а на финише — авария. Надо бы вернуться, подойти к нему и посоветовать нанять домработницу — она вполне заменит Наташу. Ну а насчет постели — он быстро сориентируется, тут нечего и сомневаться. Если бы они не расстались, то вполне могли быть счастливы. Но теперь Наташе не хотелось даже думать об этом.

Живи, Андрей, и размножайся, а наши пути уже разошлись.

Уже войдя в подъезд, она выглянула в окно. Машины на прежнем месте не было. И Наташа быстро стала подниматься по ступенькам.