Каждый год в церкви, где пела Света, организовывалась поездка паломников к святому источнику в соседний регион. Многие ехали, чтобы побывать в месте, где проповедовали апостолы Христа, кто-то планировал набрать целебной воды. Были среди них и храбрецы, готовые окунуться в ледяную воду. Говорили, что зимой окунание переносится легче. Света с мамой решили съездить в это святое место. Они рассказали о своих планах Андрею, и он согласился сопровождать их в этой неблизкой дороге.

Над родником возвышался длинный навес. Вода пробивалась из-под земли, наполняя небольшой колодец, а оттуда по деревянным желобам стекала в просторный бассейн, расположенный в центре. По обеим сторонам от бассейна стояли аккуратные перегородки — раздевалки для тех, кто собирался окунуться. К самому источнику тянулась очередь: люди с канистрами и бутылями ждали, чтобы набрать святой воды.

Света крепко держалась за мамину руку, осторожно переступая по скользкой плитке. В другой руке она сжимала пластиковую бутылку, уже наполненную водой из источника.

Андрей, никогда не окунавшийся зимой в прорубь, стоял у бассейна и наблюдал за купающимися — казалось, он собирался с духом. Вдруг он оторвал взгляд от воды и заметил Свету с матерью: они медленно шли к выходу.

В это время из бассейна выходили женщины в мокрых рубахах. Вода струилась по их телам, стекала на пол и тут же замерзала, покрывая плитку тонким слоем льда. Даже осторожные шаги не спасли Свету — ноги ее резко поехали в сторону, и, взмахнув свободной рукой, она рухнула в воду. Увидев это, Андрей бросился к противоположной стороне бассейна и нырнул в ледяную воду. Здесь было неглубоко, и в несколько мощных гребков парень достиг Светы. Он резко подхватил ее под руки и поднял над водой, ощущая, как хрупкое тело содрогается в его руках.

Света захлебывалась, из носа и рта ручьями текла вода. Андрей, крепко держа ее, двинулся к ступеням. Выбравшись на плитку, он наклонил голову девушки вниз. Ее дыхание постепенно выравнивалось, но зрачки по-прежнему были расширены и беспокойно метались, будто ловя последние отблески света.

Странное тепло разливалось по промокшим телам, словно защищая их от зимнего холода. Андрей не отрывал взгляда от ее глаз — они вдруг ожили. Зрачки, которые всегда оставались широкими и не реагировали на свет, внезапно сузились, вбирая в себя окружающий мир. Стеклянный взгляд наполнился осознанием. То ли действие святой воды, то ли Божья благодать, то ли чудо веры, то ли любовь близких ей людей, а может, все это вместе — но свершилось чудо, и Света прозрела.