В воскресенье почти все мои товарищи покидают базу. Надолго оставшись в казарме одна, я с удивлением понимаю, что скучаю по Лидди. Да что там – даже по беспрерывным шуточкам Кейна! Прежняя жизнь словно утекает сквозь пальцы. Тана почти мне не отвечает. Должно быть, устала от моих бесконечных просьб связаться с Сопротивлением и найти кого-нибудь, кто захочет меня вызволить. Но я в ловушке, а она нет. И что бы ни советовал Кросс, никогда не смирюсь с тем, что эта ловушка и есть моя новая жизнь.

Чтобы убить время, захожу в Нексус. Разумеется, историю моих поисков отслеживают, но любопытство вечно не дает мне покоя. Впрочем, удовлетворить его не удается. Когда я спрашиваю: «Нексус, кто такой Джулиан Эш?» – на экране появляются мигающие красные буквы:

ДОСТУП К ДАННЫМ ОГРАНИЧЕН

Задаю поиск по словам «бомбардировка Сан-Поста» – об этом упоминали Страк и Форд во время моего допроса, – получаю тот же ответ. Ищу имя «Кросс Редден». Тут даже предупреждение не выскакивает, просто появляется надпись:

ДАННЫЕ НЕ НАЙДЕНЫ

Раздраженная тем, что все мои запросы ведут в тупик, открываю тропу и стучусь в сознание Волка, но он меня не впускает. Со стоном переворачиваюсь на бок и отдаюсь скуке.

На следующее утро начинается вторая секция программы. Подождав, пока казарма опустеет, беру свои пожитки и отправляюсь в душ. Все сейчас должны быть в столовой, так что я замираю, услышав из одной туалетной кабинки голоса, а затем на цыпочках прохожу мимо них в душ.

За завтраком Хэдли объявляет, что на этой неделе нам предстоят учения, тренировочные операции, а также изучение различных технологий, используемых в Серебряном Блоке, и продолжение тренировок по созданию и укреплению щитов. Однако перед началом учебного дня на мини-коммах ждет нас очередной тест.

На этот раз тест короткий и совсем не сложный.

Назовите три свои основные слабые стороны.

Взвешиваю этот вопрос – и решаю в кои-то веки ответить честно. Главным образом потому, что тут правда мне не повредит.

Импульсивность

Нетерпеливость

Не люблю занятия в классе

О третьем пункте несложно догадаться, просмотрев мои оценки за письменные работы.

После теста каждый из нас получает позывной для общения по рации. Чувствую себя словно в одном из тех шпионских фильмов, что крутили в кинотеатре в Хамлетте. Шпионы девиантов, разумеется, всегда проигрывают. А шпион-прим, внедрившийся в ячейку девиантов, неизменно побеждает. Как же иначе? Генерал обожает пропаганду и сует ее куда ни попадя.

У Лидди позывной – Голубая Сойка. У Кейна – Кондор.

У меня…

Нажимаю на иконку своего профиля…

И у меня отвисает челюсть. Вот ублюдок!

Кейн заглядывает мне через плечо и прыскает. Все мы собрались в большой комнате, в техническом крыле главного здания.

– «Бескрылая Голубка», – громко читает он. – Даже не знаю, что тут сказать: то ли знак качества, то ли наоборот!

– Знак, что кое-кто дебил, – бормочу я. – Это привет от капитана.

Бетима расплывается в улыбке:

– А ты у нас теперь эксперт по капитанским мотивациям?

Я замечаю, что Айви на это хмурится. Она трется около Бетимы, не особенно скрывая, что подслушивает. И что терпеть меня не может. Не беда, это взаимно.

– Что ж, давайте начнем! – раздается у дверей громкий голос Форда.

Лейтенант энергичным шагом входит в помещение. Сегодня он в черной рубашке и камуфляжных штанах. В первый раз вижу его не в обычной синей форме – и невольно задумываюсь о том, откуда он вернулся сегодня утром.

– Это лейтенант Хираи. Специалист по коммуникациям.

Вперед выходит низенький плотный человек лет под тридцать. Двух передних зубов у него недостает, но это не мешает ему лучезарно улыбаться.

– Всем привет! – здоровается он.

– Лейтенант Хираи знает все, что только можно знать о технике, которую мы здесь используем. Коммуникаторы, камеры, глушители сигналов – все это в его ведении. С любыми техническими вопросами обращайтесь к нему. Он настроит микрокоммы, которыми вы будете пользоваться во время операций.

Хираи держит в руках черную коробочку размером с кубик сахара. Со щелчком ее открывает, показывает нам, что внутри. Этот коммуникатор не больше ногтя у меня на мизинце. Плоский, бежевый, такой крохотный, что его видно только на свету.

– Это, – сообщает Хираи, сияя от удовольствия, – не обычный коммуникатор. Это устройство – мечта любого оперативника! Ультрасовременная технология, со множеством функций, стоимостью в миллиарды кредитов. При виде такой техники просто невозможно не разрыдаться от восторга!

– Да он маньяк! – шепчет Кейн, и я давлюсь смехом.

Хираи прикладывает к черной коробочке указательный палец, и бежевый диск прилипает к подушечке его пальца.

– У этого малютки одна-единственная задача: обеспечить вам тактическое преимущество в бою. Повышенные возможности обработки звуковых сигналов: отсеивает и подавляет фоновый шум, увеличивает ясность речи. Способен даже по одному звуку распознать движение врага.

Я едва удерживаюсь, чтобы не поднять бровь. Ничего себе! Интересно, Сопротивление об этом знает?

– А еще, дети мои, – все более воодушевляясь, продолжает Хираи, – он экипирован встроенным биометрическим сенсором, способным отслеживать в реальном времени ваши физиологические показания. В реальном времени! Данные передаются в Командный Центр, так что мы всегда в курсе физического состояния наших оперативников.

По-прежнему сияя, он раздает коммуникаторы всем членам нашего взвода.

– Микрофон активируется голосом, – объясняет он. – Прекращает прием и передачу после двух секунд тишины. Кроме того, начать и прекратить передачу можно голосовыми командами.

Форд, до того скучавший, окидывает группу курсантов пристальным взглядом. Могу поспорить, особенно внимательно смотрит на меня.

– Ход каждой операции записывается и затем анализируется. Каждое произнесенное вами слово транслируется в центр коммуникаций. А в конце каждой миссии вы будете возвращать микрокоммы Хираи. То же касается и любого оружия. Все стволы пронумерованы, чипированы, и по возвращении в базу каждый необходимо просканировать и вернуть в систему.

– Мы будем покидать базу? – спрашивает Брайс.

Во мне просыпается надежда.

– Для некоторых операций – да. Но не сегодня. – Форд взглядывает на Хираи.

– А теперь давайте познакомимся с нашими крошками поближе! – с энтузиазмом объявляет этот технофанат.

_______

Дневные занятия окончены, но после ужина нас собирает вокруг себя командир взвода. Тайлер Страк загружает на голоэкран 3D-карту и дает нам пять минут на ее изучение.

На карте какой-то лабиринт из стальных стен и теней. Как, черт возьми, запомнить все эти закоулки за пять минут?

Лидди разделяет мои чувства.

– Рен, я никогда не запомню все эти коридоры! – шепчет она с отчаянием в голосе.

– Не волнуйся. Это наша первая учебная операция. Наверняка они не ждут, что мы все сделаем идеально.

В моем случае уж точно ждут провала.

Да и я сама планирую провалиться.

Правда, уже не надеюсь, что это убедит Кросса меня выгнать. Но все же рвать жилы ради поступления в Серебряный Блок мне претит.

В мини-коммы загружается наше задание. Звучит довольно просто. Пробраться в помещение, обойдя установленную по периметру сигнализацию и часовых внутри, найти цель и уничтожить. Задание на время, действуем парами, по две пары одновременно.

Я оказываюсь в паре с Кесс.

Ну разумеется!

Не знаю, какой садист вообразил, что дать мне в напарницы жертву моего хука справа – отличная идея. Страк объясняет, что пары подбирались случайно, но что-то я не особенно ей верю.

Встаю рядом с Кесс, она бросает на меня свирепый взгляд. Вокруг носа у нее еще заметен синяк; может, и стыдно, но меня это радует.

С другой стороны встает Кейн. Он в паре с Роу, они будут соревноваться с нами.

– Ну, держитесь, девчонки! – говорит Кейн и подмигивает.

Тем временем напарница сверлит меня убийственным взглядом.

– Только попробуй меня подвести, – шипит она вполголоса, – я тебе все зубы вышибу!

– Как твой нос? Подлатали его в медблоке?

В глазах у нее вспыхивает пламя.

– Синяки, я вижу, уже почти прошли, – добавляю я с ласковой улыбкой.

Рядом прыскает Кейн.

Кесс напрягается, словно готова на меня броситься, однако остается на месте и молчит – к нам как раз подходят Страк и Форд.

Учебная операция проходит в двухэтажном складском помещении на задворках базы. Мы с Кесс начинаем с первого этажа, а Кейн и Роу проникают на склад с крыши. Нам говорят, что обе пары находятся на равном расстоянии от цели, расположенной на втором этаже.

– Пара, которая доберется до цели первой, получит по пять люкс-кредитов на свои счета. После уничтожения цели уходите тем путем, которым пришла вторая пара. То есть та команда, что пришла с крыши, уходит на первый этаж, та, что пришла с первого этажа, – на крышу. Еще по пять кредитов получат те, кто покажет самое быстрое суммарное время. – Форд усмехается. – А проигравших отправим бегать кругами до отбоя.

– Не понимаю, почему нельзя проходить учебные операции на симуляторах, – замечает Лэш. – Было бы намного проще!

На этот вопрос Страк закатывает глаза.

– Вот именно, – соглашается она. – Намного проще. Поэтому симуляторы мы не используем. Виртуальная реальность не заменяет реальную жизнь.

Мы расходимся по позициям. Наша с Кесс стартовая точка – за углом склада, в тени, скрывающей нас от глаз предполагаемых часовых.

– Первая и вторая команда, пошли! – звучит у меня в наушнике голос Страк, сигнал к началу операции.

Сжимая оружие, мы с Кесс крадемся вдоль стены. Она впереди. Добравшись до угла, осторожно выглядывает и тут же снова прижимается спиной к стене.

Поднимает два пальца.

Часовых двое.

Киваю и подбираюсь поближе, чтобы взглянуть. Сливаясь с тенями, обходят здание по периметру двое мужчин в черной форме. Внимательно смотрят вокруг.

В задании сказано, что мы должны проникнуть в здание скрытно, не привлекая к себе внимания. Убивать нельзя никого, кроме цели. Значит, придется подождать, пока часовые уйдут.

Едва они исчезают за углом, мы с Кесс крадемся к двери. Хоть и не предполагается, что мы со второй командой работаем вместе, в наушнике у меня раздается игривый голос Кейна:

– Залетай, Бескрылая Голубка!

Я стискиваю зубы. Черт бы побрал Кросса Реддена!

– Мы уже на крыше. Прием.

– Кондор, мы не вместе работаем! – шиплю я, и ухо мне щекочет его смех.

Мы с Кесс входим на склад. От главного входа тянется, извиваясь, множество коридоров и исчезает во тьме, словно жилы огромного металлического чудища. Черт! Помню только дорогу к лестнице. Все остальное напрочь стерлось из памяти.

Толстый слой пыли на бетонном полу заглушает наши шаги. Кажется, каждая тень пульсирует опасностью, в каждом углу таится невидимая угроза. Я помню, что все это не по-настоящему, но сейчас захвачена игрой. В крови кипит адреналин. В иных обстоятельствах эта тренировка стала бы для меня чистым наслаждением.

Мы движемся бесшумно и точно. Я замечаю первую сигнализацию: пол пересекает тонкая, как бритва, голубая линия. Осторожно перешагиваем через нее. Огибаем угол, и тут из темноты материализуются двое вооруженных часовых. Без колебания мы отступаем назад, прижимаемся к стене. Ждем, пока они пройдут мимо.

– Пора! – почти беззвучно шепчет Кесс.

По узкой лестнице спешим на второй этаж. Кесс снова впереди. Уверенно держит ствол, двигается бесшумно, как призрак. А она молодец! Неприятно признавать, но это правда.

На середине лестницы ступенька у нее под ногой громко скрипит.

Мы застываем.

Вокруг все тихо.

Я выдыхаю, и мы идем дальше.

Наконец добираемся до верха. Цель где-то здесь, но пока скрывается во тьме. Судя по отсчету времени на моем мини-комме, результаты у нас пока вполне приличные. Эту часть карты я не помню, так что охотно следую за Кесс, которая, похоже, знает, куда идти.

Посреди одного коридора она останавливается, предостерегающе поднимает руку. Я тоже останавливаюсь и, проследив за ее взглядом, вижу сияющие перед нами голубые нити. Чтобы добраться до конца коридора, придется под ними проползти. А из-за угла в любую секунду может появиться часовой.

Кесс кивает мне, и я иду первой. Ползу на локтях, стараясь пригибать голову как можно ниже.

– Быстрее, сука!

Предполагается, что напарница должна прикрывать мне спину, однако Кесс, как видно, не слишком-то хорошо усвоила понятие боевого братства. Да и элементарные человеческие чувства ей чужды. Но я держу себя в руках и не пинаю ее ногой в физиономию.

Успешно преодолев сигнализацию, вскакиваем на ноги и продолжаем свой путь. На секунду это упражнение снова меня увлекает. Интересно, где сейчас Роу и Кейн? Мне вдруг хочется их победить. Добраться до цели первой. Мы как раз сворачиваем за следующий угол, когда впереди звучат слова:

– Цель уничтожена!

Это Роу.

Кесс громко, разочарованно выдыхает и, обернувшись, пронзает меня убийственным взглядом, словно это я виновата, что парни добрались до цели первыми. Но операция еще не закончена. Добираемся до двери, обозначенной на карте. Кейна и Роу здесь уже нет.

Кесс распахивает дверь, видит манекен, служащий нам целью, приставляет к его голове револьвер, чтобы активировать сенсор. Скривившись, бросает в микрофон:

– Цель уничтожена.

Теперь надо вылезти на крышу. Если поторопимся, еще сможем опередить Кейна и Роу; вот только у меня не было и нет намерения их побеждать.

Очередная сигнализация расположена у подножия лестницы, ведущей на крышу, и замаскирована толстым слоем пыли. Если смотреть невнимательно, легко ее пропустить.

– Давай! – тороплю я Кесс. – Ну же, быстрее! Бегом!

– Погоди…

Сделав вид, что ее не слышу, я бросаюсь вперед – и задеваю сигнализацию.

Пронзительный вой вспарывает воздух, эхом отдается от стен. Вокруг начинается хаос: со всех сторон, топоча ботинками по бетонному полу, сбегаются часовые.

В наушнике раздается саркастический голос Форда:

– Пиф-паф. Вы убиты.

– Сволочь тупая! – рычит Кесс, голос ее сочится ядом.

С трудом удерживаясь от смеха, я пожимаю плечами:

– Прости, не заметила сигнализацию.

Всю обратную дорогу Кесс кипит от ярости. Едва заметив нашу взводную, бросается к ней.

– Она специально! Она меня подставила! – вопит она, багровая от ярости, а потом умоляюще смотрит на Страк: – Пожалуйста, можно мне пройти еще раз с другим напарником?

– Нельзя, – с усмешкой отвечает Страк.

Вскоре все результаты подсчитаны и загружены в систему, а Кесс все никак не успокоится. Когда она проверяет свой мини-комм и видит напротив наших фамилий пометку «НЕ ВЫПОЛНЕНО», с ней едва не случается удар.

– Сука! Тварь тупая! Я тебя прикончу!

Она бросается на меня, но между нами встает Форд.

– Хватит, – скучающим тоном говорит он. – Идите сдавайте оружие.

В конце каждого упражнения от нас требуется сдать огнестрел, а также все холодное оружие, которое мы носим на себе. Однако… глядя, как сдают оружие мои товарищи, я замечаю, что через сканер проходит только огнестрел. Ножи и ножны от них курсанты просто бросают как попало на длинный стол.

Неужели кто-нибудь заметит, если пропадет один несчастный ножик?

Возможно, заметит Страк. Она как раз смотрит, как разоружается очередной курсант, а глаза у нее зорче ястребиных. Но когда наступает моя очередь, мне везет: кто-то зовет ее по имени, и она отворачивается.

Воспользовавшись этой возможностью, прячу один нож вместе с ножнами себе за пояс. Он небольшой, не длиннее четырех дюймов. Будь моя воля, ни за что бы не выбрала такое оружие – без винтовки я чувствую себя голой, – но пленникам выбирать не приходится.

_______

В спальне слышу, как Кесс в другом конце комнаты жалуется «команде психопатов» на нашу дисквалификацию. Тут же сидит Айви. В последнее время постоянно вижу ее рядом с ними. И на меня она вечно смотрит с таким недоверием, словно я сделала ей какую-то гадость.

С недоверчивым взглядом Айви я встречаюсь в зеркале в душевой позже, перед отбоем. Она стоит у соседней раковины, зачесывает в хвост свои белокурые волосы. Надо признать, Айви хороша собой. Впрочем, девушка невзрачной внешности вряд ли привлекла бы внимание Кросса. Сам-то он так хорош, что, казалось бы, таких красавцев просто не существует в природе.

Наконец Айви начинает разговор.

– Почему ты все еще здесь? – подозрительно спрашивает она.

– Ты о чем?

– О том, что стрелять ты не умеешь. Драться тоже. Даже нож держишь неправильно.

– Я очень, очень стараюсь! – отвечаю я с самым невинным видом.

Это она пропускает мимо ушей.

– И при этом ходишь, задрав нос, словно ты лучше нас всех! Такого ничем не обоснованного самомнения я никогда еще не видела. Ты одна из худших курсантов в Программе!

– Хм… – Я поджимаю губы. – Никогда не считала себя самодовольной. Но хорошо, принимаю конструктивную критику и постараюсь это в себе преодолеть.

Она стискивает зубы:

– Почему он до сих пор тебя не выставил?

Я поднимаю бровь. Прекрасно понимаю, кто этот «он», но делаю вид, что я не в курсе.

– Кто?

– Кросс. Ни от кого другого он не потерпел бы такой беспомощности! Почему же тебя не выгоняет?

– Ну, не знаю. Может быть, я даю ему что-то… что-то такое, без чего он не может жить.

Полная ерунда, но Айви-то об этом не знает! И судя по тому, как вспыхивает ее взгляд, такое предположение ей совсем не по вкусу.

– Что ж, наслаждайся, пока можешь. Глазом моргнуть не успеешь, как он тебя бросит!

– Как тебя? – интересуюсь я, улыбаясь ее отражению.

Щеки у нее пылают, она кривит губы, смотрит на меня, будто убить готова, – но ответить ей нечего.