Появление Одноглазой убедило Кымбок в том, что огромные деньги, обнаруженные в потолке, принадлежали мертвой кухарке. Ей вспомнилось, что причиной смерти слона стала старуха, появившаяся перед машиной именно тогда, когда Джамбо делал ежедневный обход, вспомнилось, как долго они не могли высушить землю под завод, как там от укуса змеи погиб рабочий. Кымбок с тревогой подумала, что все эти несчастья идут от денег, пропитанных злобой и проклятием кухарки. Сестры-близнецы посоветовали как можно скорее провести шаманский обряд, чтобы задобрить покойную.

Кымбок послушалась их совета и пригласила шаманок, хорошо известных в округе чудодейственной силой, чтобы они успокоили разбушевавшегося духа. Устроили обряд перед кофейней – бывшей столовой, которую держала кухарка. Это был первый большой шаманский обряд в Пхёндэ, и весть о нем распространилась не только по поселку, но и по соседним деревням, поэтому собралась немалая толпа, среди которых только бродяг и нищих набралось несколько десятков. Стол, служивший алтарем, накрыли по правилам церемонии, установили на нем вареные головы коровы и свиньи, рядом столбиками уложили рисовые хлебцы, фрукты, разную снедь высотой в рост ребенка, и от тяжести у стола, как говорится, подгибались ножки. Собравшимся было на что посмотреть: бубенцы, веера, флажки, шесты и – самое впечатляющее и наводящее страх – шаманские принадлежности, а именно большие трезубцы, мечи, секиры в форме полумесяца, резаки с острыми ножами… Важная роль в церемонии отводилась ансамблю, исполнявшему народные мелодии. Музыканты, игравшие на традиционных барабанах, свирели, флейте, гонге и других инструментах, задали такой ритм, что зрители, невольно оказавшись под действием магических звуков, от возбуждения начали поводить плечами и слегка подпрыгивать еще до начала обряда.

А что еще всем показалось необыкновенным, так это вид святого военачальника, чья душа якобы вселилась в тело главной шаманки. На картине он был изображен как европеец, в отличие от других полководцев, причисленных к святым, причем на его неимоверно высоком носу красовались солнцезащитные очки. Он стоял на танке с трубкой в зубах и сверху мерил всех надменным взглядом. Он выглядел своеобразно и непривычно, но помощники главной шаманки объяснили, что полководец приплыл из далекой заморской страны, чтобы поддержать армию Южной Кореи, и проявил выдающиеся способности, а точнее, разбил всю северокорейскую армию, хотя сам ни разу не ступил на землю полуострова. А его пушки обладали такими потрясающими сверхъестественными возможностями, что при виде их испугался и убежал бы даже легендарный китайский предводитель Гуань Юй, не говоря уж о корейских военачальниках Чхве Ёне и Нам И.

Однако в тот день шаманский обряд с первой секунды не задался, несмотря на участие в нем души святого полководца, уподобленного божеству. Главная шаманка, приступив к своему ритуальному танцу, вдруг осознала, что кружится в левую сторону, хотя всегда кружилась в правую. Она восприняла это как дурное предзнаменование. Однако еще более загадочные явления начались, когда пришло время вызывать душу умершей. В ясный безветренный день флажки на шестах, поставленных в кумирне, вдруг заколыхались, да так сильно, будто вот-вот разорвутся, и бубенец неистово зазвенел сам по себе. Зрители стали перешептываться: должно быть, грядет божественный полководец в солнцезащитных очках. Однако в этот момент шаманка, игравшая на медных тарелках, неожиданно сошла с ума, стала бить себя по голове тарелками, разбила в кровь макушку и лоб, но продолжала со звоном колотить себя, не замечая боли. Другая шаманка, рядом с ней ударявшая в гонг, с громким смехом высоко задрала юбку и бесстыдно показала всем интимное место. Зрителей такое действо совсем не огорчило, но не могло не потрясти заказчиков шаманского обряда.

Помощники кинулись наводить порядок и увели с глаз долой обезумевших женщин, однако тут произошло еще одно нелепое событие: главная шаманка произносила заклинания для вызова духов, как вдруг из ее рта полились странные слова, которые впервые в жизни услышали не только зрители, но и сама говорящая. Кто-то из толпы сказал, что это язык той страны, откуда родом военачальник в солнцезащитных очках. Если их записать, то они звучат примерно так: «Годдем», «Факью», «Сан оф бич», «Мазер факер», «Коксакер» и «Оу шит». Спустя годы выяснилось, что все эти выражения матерные и неприличные настолько, что язык не поворачивается их повторить, но тогда об этом никто не знал.

Торжественный обряд с этого момента превратился в кромешный ад. Барабаны, свирели и флейты воспроизводили уже не музыку, а какофонию, и зрители заткнули уши. Танец шаманок тоже являл собой полную неразбериху: исполнительницы путались, мешали друг другу, одной наступили на подол и разорвали чхима, другая свалилась прямо на стол, служивший алтарем, и вся церемониальная еда попадала на землю. Увидев это, главная шаманка решила скорее отогнать злых духов, чтобы взять ситуацию под контроль, и решительно встала на острые лезвия чактту, но в тот же миг изрезала ступни. Кровь хлынула фонтаном, шаманка в ужасе закричала и упала в обморок. Остальные участники обряда растерялись, заметались, и в этот момент подул ветер, а с ясного неба полил дождь. Страх напал на зрителей, и они потихоньку начали отступать.

Вдруг главная шаманка, лежавшая без сознания, подскочила, как пружина, и уселась на лезвия. На этот раз все обошлось, крови не было, зато ее лицо за секунду совершенно преобразилось. Глубоко посаженные мышиные глазки, нос картошкой – это было лицо той самой старухи, чью обиженную душу хотели утешить шаманским обрядом. Кто-то из собравшихся узнал покойную и закричал. А виновница этого переполоха, тряся распущенными волосами, уронила голову на грудь и хрипло зарыдала. Так воют злые духи. У зрителей по спине побежали мурашки, кто-то упал без чувств. Главная шаманка, вернее старуха, внезапно перестала плакать, подняла голову и уставилась на окружавших ее людей. Наконец она открыла рот, и полилась речь, переданная духом:

Коль рыбина огромная окажется в горах, Столб огненный вознесется до неба самого, Коль будет пьян мужчина из края южного, Ваш род, как высохшие листья, превратится в прах.

От зловещего предсказания старухи люди в недоумении принялись перешептываться. А она, не проронив больше ни слова, лишь свысока поглядывала на всех и кривила губы в зловещей усмешке. Люди попятились. Но ситуацию исправила наша героиня Кымбок. Она решительно встала перед старухой и резко выкрикнула:

– Мы хотели утешить твою обиженную душу и отправить на небеса, потому и устроили шаманский обряд, потратили на это большие деньги. А ты, дух, препятствуешь нам, ведешь себя неподобающе! Упокойся с миром и, если хочешь, угощайся тем, что подано, а не хочешь – немедленно покинь нас!

Неужели требования Кымбок были услышаны? Дождь прекратился, и ветер стих. Бубенец на шесте замолк, и главная шаманка приобрела прежний вид. Зрители, пораженные дерзостью Кымбок, с восхищением говорили: «Ну до чего же храбрая, даром что женщина! Потому она и бизнесом ворочает сама. Смелости ей не занимать».

День закончился тем, что Кымбок разбросала еду внутри и за пределами кофейни, дабы умилостивить дух, однако интерес людей сразу переключился на предсказание. Они сосредоточились на том, какой смысл заключался в словах «огромная рыбина», а также на личности мужчины, которому суждено было стать причиной всеобщей трагедии. Со всех сторон раздавались всевозможные предположения, мнения, догадки, утверждения и версии, противоречащие друг другу. В конце концов начались те самые знаменитые споры о толковании пророческих слов. В них приняли участие все выдающиеся ученые Пхёндэ, которые, как полагается, разделились на два лагеря и бросились кусать, рвать на части и есть друг друга поедом. Как и все словесные дебаты, эти закончились лишь глубокими ранами, оставленными в душах противников, но, мне кажется, имеет смысл кратко изложить важные детали этих споров.

Как и полагается ученым, сначала они обратили внимание не на тайный смысл пророчества, а на его формальный аспект, то есть на то, что произнесенное устами главной шаманки состоит из двух равноправных частей: «Коль рыбина огромная окажется в горах, столб огненный возвысится до неба самого» и «коль будет пьян мужчина из края южного, ваш род, как высохшие листья, превратится в прах». Развернулась напряженная борьба. Представители одного лагеря убеждали, что в обоих предложениях содержатся причина и следствие одного и того же события. Их противники высказали противоположное мнение: изречение шаманки следует принять как два отдельных выражения, поэтому, естественно, произойдут два отдельных события. Таким образом, жесткая полемика велась между школой «Одного события» и школой «Двух событий».

Мнения всех ученых сошлись в одном: под «горами» подразумевается Пхёндэ, но вопрос о толковании смысла «рыбины огромной», что окажется в горах, снова разделил их на два лагеря. Школа «Одного события» отнеслась к выражению «столб огненный возвысится до неба самого» категорично, безусловно приняв за столб мужской член в состоянии возбуждения, из чего следовало, что «рыбина огромная» должна означать женский половой орган. Ученые этой школы утверждали, что старуха произнесла не проклятие, а хвалу, и не кому-нибудь, а огромному члену слабоумного, при жизни овладевшего отверженной старой девой, поэтому две фразы представляют собой метафорическое выражение сильного влечения мужчины и женщины. Школа же «Двух событий» указала противникам на то, что они слишком схематично подошли к определению смысла «столба огненного», а формальное применение такого метода чревато дальнейшими ошибками в толковании всего пророчества. В свою очередь, школа «Двух событий» представила собственное понимание выражения «рыбина огромная»: это новый вид оружия – ракета, использованная в недавней войне. Они обосновали свою позицию обтекаемостью формы ракеты, что свойственно и рыбе, и привели веский аргумент: вырывающееся из хвоста ракеты пламя точно соответствует следующей фразе – «столб огненный».

Вскоре теория о ракете подверглась критике: «Как старуха могла знать о ракете, если она не застала войну?», на что последовало разъяснение: «Она дух, а духи знают все», вызвавшее несогласие: «Тоже мне дух! Не надо пороть ерунду», на что последовало заявление: «Кто ты такой, что посмел так непочтительно обращаться к старшему?», после чего раздался протест: «Это ты, что ли, старший? Какой ты университет окончил?», принятый с иронией: «Какое это имеет отношение к делу, болван?», перешедшей в оскорбление личности: «О твоей невоспитанности, щенок, я знаю со времен учебы в школе», породившее «теорию захоронения»: «Такого, как ты, надо зарыть в землю, чтобы твоей ноги не было в научном мире», которая спровоцировала угрозу: «Видал я не раз тех, кто непочтителен к старшим. Избиты они были до такого состояния, что мочились кровью», в ответ на что была выдвинута теория «присуждения ученых степеней», якобы получаемых некоторыми как карточный выигрыш, в свою очередь вызвавшая негодование: «По-твоему, блядь, я что, свою ученую степень выиграл в карты?», закончившееся обменом реплик: «Ты, козел, говоришь, что это не ракета? Тогда что это?» – «Как что? Это член твоего отца, подонок!», который превратил дебаты ученых мужей в откровенную стычку. Бесконечные дискуссии о «столбе огненном», о «южном крае», о «высохших листьях», о других словах из пророчества охватывали все новые темы и не прекращались до конца года.

Искры от этих разгоревшихся споров, как ни странно, попали на торговца рыбой, и ему пришлось выслушать тяжкие оскорбления. Случилось это, когда школа «Двух событий» в качестве реванша выдвинула свою теорию, главную роль в которой отвела торговцу рыбой, работающему водителем в фирме Кымбок. Представители этой школы за «мужчину из края южного» приняли именно его. Поскольку жители поселка и без того с подозрением относились к нему из-за едкого запаха рыбы, утверждение ученых они сочли вполне убедительным. Кымбок пришлось изрядно попотеть, защищая торговца от разъяренных местных жителей, пришедших выгнать неугодного из поселка. А то, что он родом с юга, приверженцам школы «Двух событий» как бы невзначай сообщили не просто случайные люди, а сестры-близнецы. У них до сих пор болела душа из-за смерти Джамбо, и виновником они считали водителя. Как бы то ни было, шаманский обряд, породив раскол в научном мире и ненависть ученых мужей друг к другу, еще долго служил поводом для сочинения многочисленных сплетен.

Стоит рассказать еще кое-что, о чем время от времени люди вспоминали спустя годы. Шаманка, вставшая ногами на резаки и получившая глубокие порезы, уже в тот день предчувствовала, что проклятие старухи на этом не закончится. Дух покинул тело, но голос как начал, так и продолжил звучать у шаманки в ушах, хотя обычные люди его больше не слышали. Этот голос, словно вылетевший из ящика Пандоры, нельзя было затолкать назад.

Спустя время она поняла, что дух умершей старухи намного могущественнее духа святого военачальника в солнцезащитных очках, и призвала сильного духа вселиться в нее, чтобы служить тому сосудом. В конце концов этот злой дух к ней прилепился. Однако шаманка скоро осознала, что дух старухи, наполненный лишь гневом и злобой, есть дух мести. Иногда, правда, он демонстрировал чудодейственную силу, но вдруг жители поселка, обратившиеся к шаманке с просьбой провести обряд, начали внезапно умирать и сходить с ума, одержимые злым духом, и таких людей становилось все больше. По этой причине шаманку причислили к злобным черным колдуньям, и ей пришлось прекратить свою деятельность. Она испробовала множество способов, чтобы избавиться от старой карги, а в один дождливый вечер бросилась в колодец. Женщина лишила себя жизни ради того, чтобы злой дух больше никому не причинил вреда. Только тогда люди, заклеймившие ее как одну из многочисленных неопытных пустомель, признали ее истинной шаманкой. Несмотря на то, что во время обряда она изрезала ступни, встав на острые ножи.