Джокер – воплощение юмора в трех глупых актах.
Джокер, Принц-клоун преступного мира, Человек, который смеется – у нашего посланника хаоса действительно много подходящих прозвищ. Но давайте рассмотрим этого грозного, смертельно опасного шутника с точки зрения Тени, концепции, первоначально сформулированной психоаналитиком Карлом Юнгом (1875–1961), и посмотрим, как Джокер воплощает темную сторону юмора[345]. Это исследование будет дополнено философией трикстера (не путать с персонажем Вселенной DC Трикстером), мифологической фигуры, бросающей вызов устоявшимся правилам. Мой главный аргумент заключается в том, что, если мы поймем, что Джокер – это наша коллективная Тень, мы сможем заглянуть в наши подавляемые обществом внутренние стремления и увидеть, как границы юмора подвергаются окончательному испытанию. Идея Тени объясняет, почему такой ужасный, кровожадный персонаж так притягателен для нас.
Джокер помещает хаос в центр мироздания. Все его мышление хаотично, и само его присутствие бросает вызов всему, что мы считаем обычным, нападая на этику и общественный порядок. Джокер – это конкретный пример основных идей юмора, доведенных до крайности. Если юмор – это беспорядок и неожиданные сюрпризы, то Джокер – это воплощение юмора. Он показывает, что происходит, если юмор безграничен, являясь его более мрачным воплощением, которое бросает вызов нашим базовым представлениям о том, как следует жить.
Карл Юнг считал, что у человечества есть как светлая, так и темная стороны, и Тень олицетворяет последнюю. Наша психика состоит из трех частей, включая эго (или сознательный разум), личное бессознательное и коллективное бессознательное[346]. Юнг подходит вплотную к теории психики Зигмунда Фрейда (1856–1939), разделяющей эго (сознательный разум), суперэго (усвоенные культурные правила) и Ид, которое относится к инстинктивным желаниям[347]. В теории Юнга фрейдистское Ид заменяется более коллективными архетипами, которые, кажется, неоднократно появляются в истории, например в религиозных верованиях, художественных произведениях и классической литературе. Юнг был убежден, что существуют определенные персонажи, которые очаровали человечество и которые появляются в разных формах снова и снова. Четыре основных архетипа (Персона, Анима, Самость и Тень) отражают нашу человечность с разных точек зрения, включая ценности, убеждения, мораль и мотивацию. В отличие от других архетипов, Тень представляет те аспекты личности, которые нам не слишком нравятся. Тень – это моральная проблема, темный аспект нашей личности, который придает форму нашим иррациональным импульсам. Это противоречит нашему идеальному представлению о себе как о разумных и нравственных существах.
Например, наши предубеждения проистекают из Тени, и они часто неожиданно проникают в наше сознание. Именно Тень управляет нами, когда мы выражаем ненависть к тому, что отличается от других.
В «Бэтмене» Тима Бёртона представлен обычный преступник Джек Напьер. Напьер обычен тем, что в нем нет большой тайны. Его психология соответствует психологии типичных жестоких преступников, которым, похоже, не хватает эмпатии. Вследствие неудачных обстоятельств он падает в резервуар с кислотой. Его подельники полагают, что Напьер погиб, и в некотором смысле так оно и есть, но его метафорическая смерть рождает, пожалуй, самого культового кинематографического Джокера: «Джека больше нет, дружок. Теперь я Джокер. И, как видишь, я безумно счастлив».
Джокер воспринимает смерть как способ исцеления. Для Джека насилие было инструментом завоевания власти и уважения, но для Джокера оно становится эстетическим представлением. Все свои кровавые деяния он совершает с улыбкой на лице: «Я делаю то, о чем другие только мечтают. Я создаю искусство на чьих-то останках. Ясно? Я первый в мире универсальный творец смерти». Он творец, который любит хорошие вечеринки. Вот почему он оживляет унылые музеи с помощью бумбокса и аэрозольных баллончиков, выпускает ядовитый газ в модные рестораны и так далее. Джокер оживляет мертвые места и убивает тех, кто не ценит жизнь так, как он.
Джокер Джека Николсона в основном соответствует традициям трикстера. В целом, такие персонажи не просто стремятся к уничтожению; они хотят перевернуть старый мир, чтобы открыть что-то новое. Джокер делает именно это, когда вторгается в музеи. Музеи можно рассматривать как усыпальницы искусства, где все шедевры человеческого творчества окружены серьезностью и строгими правилами. Творческая жизнь редко присутствует в самых модных музеях. В противовес скучному старомодному представлению о музеях Джокер привносит хаос в мир элитарного искусства. Все дело в том, чтобы разрушить устоявшийся порядок с помощью живого хаоса.
В своей надменности Джокер хочет освободить простых людей из-под руин «бессмысленно прожитых жизней». Джокер считает, что лучший способ осуществить это – распространить свой ядовитый газ «Смайлекс» по всему Готэму. Ядовитый газ убивает людей, но при этом заставляет их улыбаться. В глазах Джокера бесполезные овцы, кажется, радуются наступлению конца, отчаянно хватаясь за деньги, которые он им бросает.
В своей безумной логике Джокер проявляет педагогическую сторону, когда напоминает нам о целительной силе смеха и о том, что даже самое безрадостное окружение может быть смешным. Он восхваляет смех как суть жизни, и, что интересно, даже во время его второй смерти смех не умолкает. После того, как Джокер падает с высоты, механический игрушечный рот продолжает смеяться. Джокер родился в смерти и живет даже после второй смерти.
Джокер отражает наше бессознательное стремление к свободе от ограничений. Он символ психического бунта; мы хотим свободно выражать себя, не заботясь о реакции других. В мире кинематографа Джокер является воплощением этого стремления. Мы хотим освободиться от ограничений и условностей, навязанных обществом.
Способ самовыражения Джокера смертельно опасен, но не всем обязательно впадать в бешенство, чтобы следовать своим страстям. В глубине души мы хотели бы быть похожими на Джокера, но многие из нас остаются довольны условиями, в которых мы живем – с нашей ужасной работой, разочаровывающими нас семьями, скучными родственниками и паршивыми хобби. Это не значит, что все мы хотели бы быть сумасшедшими клоунами, но скорее мы хотели бы иметь возможность игнорировать социальные ограничения, не заботясь о последствиях наших действий. Смертоносная Тень и воплощение нашей темной стороны, возможно, хотели бы сказать что-то важное. Джокер – это кривое зеркало, отражающее ужасный, но интригующий образ наших темных желаний.
Появляется новый тип Джокера – одинокий человек, с которым плохо обращаются, по имени Артур Флек в исполнении Хоакина Феникса. Режиссер Тодд Филлипс создал нечто уникальное, но в то же время захватывающе знакомое.
Джокер Николсона и Джокер Феникса, очевидно, различаются. В то время как первый – жестокий преступник, второй – несчастная жертва обстоятельств. Этот новый Джокер получает удар по голове, становится объектом оскорблений, всего лишь винтиком в огромных бюрократических колесах, и не может найти свое место в этом мире. Он просто хочет заботиться о своей матери, приносить радость детям в роли больничного клоуна и делать мир счастливее.
Но у персонажа Феникса есть свои когнитивные нарушения, наиболее очевидным из которых является его психическое расстройство, из-за которых стресс или беспокойство вызывают смех. Трудно сказать, когда Артур плачет или смеется. Более того, Артура, как правило, забавляют вещи, которые не веселят окружающих. Когда другие смеются, он не смеется, и наоборот. Даже в своем юморе Артур – чудак.
Этот современный Джокер – символ нашей повседневной борьбы за признание. Артур остается в стороне, аутсайдером, с которым никто не хочет сталкиваться. Согласно теории Акселя Хоннета, признание всегда обоюдно; нам нужны другие, чтобы развивать нашу индивидуальность[348]. Но все основные элементы признания (любовь, права и солидарность) оказываются недоступными для Артура. Несмотря на его полное любви отношение и стремление к радости, у Артура серьезные психологические проблемы, которые мешают ему относиться к миру так, как это делают так называемые нормальные люди. Даже когда он отчаянно пытается осмыслить окружающий мир, он оказывается неспособен к общению с другими людьми. С психоаналитической точки зрения также примечательно, что в жизни Артура никогда не было настоящего отца, и, став взрослым, он проецирует эту нехватку на Мюррея Франклина и Томаса Уэйна. Он жаждет признания, но это желание остается неудовлетворенным, становясь все более тяжелым психологическим бременем. Круговорот неудач становится его судьбой и ведет его к изоляции.
Артур с горечью говорит, что надеется, что «в моей смерти будет больше смысла, чем в моей жизни». Будучи аутсайдером, он мечтает о карьере стендап-комика, но никто не смеется над его шутками. Над ним смеется ненавистная публика. Из-за того, что он не может утолить свою жажду признания, Тень, темная сторона Артура, становится сильнее.
И снова Джокер рождается из смерти, но не своей, а чужой. Когда Артур едет в метро в полном клоунском гриме после неудачного выступления, он оказывается в вагоне, где трое мужчин из высшего общества пристают к молодой женщине, которая затем убегает. Эта злополучная поездка заканчивается смертью мужчин от руки Артура. Насильственная цепь роковых совпадений становится символом коллективного бессознательного, вырвавшегося на свободу; коллективно подавленная Тень теперь бесчинствует без ограничений. Джокер превращается в громоотвод, направляющий ярость масс.
Артур изменился, и его отношение к радости и смеху изменилось. Его шутки вызывают беспокойство, его тревога очевидна, а смех демонический. Бывший кумир Артура и замена фигуры отца, Мюррей Франклин, теперь стал мишенью. Побитый жизнью клоун получает свою окончательную месть, совершая отцеубийство на глазах у миллионов телезрителей. Это начало революции клоунов. Джокер, воплощение юмора, – живая трагедия. Для Джокера юмор – это щит, и благодаря ему он верит, что никто больше не сможет причинить ему боль. Он размышляет о том, что никогда в жизни не был счастлив, ни на минуту. Раньше он думал о своей жизни как о трагедии, но после всех поворотов событий он понимает, что это все-таки комедия.
В конце фильма мы видим, что то, что сначала было обозначено как болезнь, может быть просто чувством юмора. В психоаналитическом смысле Джокеру удается сломить чрезмерно строгое суперэго и высвободить подавляемое мрачное веселье. Всю свою жизнь Артур следовал правилам, но это ни к чему его не привело и не удовлетворило его жажду признания. Во время трагического момента в метро преследование было на самом деле забавным для Артура или, по крайней мере, для его Тени, Джокера. В черной комедии у людей часто возникает ощущение, что там есть что-то смешное, но смеяться над этим сомнительно. Это сомнение не касается Джокера. Он смеется над самыми ужасными вещами.
Когда сила юмора Артура высвобождается, Готэм сгорает дотла. Пусть даже Артура арестовывают за то, что он застрелил ведущего вечернего шоу, сотни других джокеров выражают свое недовольство. Они больше не желают подчиняться богатым и могущественным. Наследие Джокера раскрывает всю гнилость общества и предлагает нелепую революцию, во время которой смех можно услышать на каждом углу города, вся иерархия разрушена, а правящий класс должен уйти. Это очень близко к тому, как Михаил Бахтин (1895–1975) описал карнавал в качестве противоположности обычному миру[349]. Все перевернуто с ног на голову, и все смеются надо всеми. Бахтин, однако, утверждает, что кратковременный хаос карнавалов наводит на мысль о том, что обычный и безопасный мир, даже если он несколько скучноват, в конце концов, имеет смысл.
Бывший больничный клоун (человек, играющий клоуна для больных) и поборник веселья, теперь является кровожадным лидером социальных перемен. В конце фильма чей-то голос спрашивает: «Разве это не прекрасно?»[350] Зрителю остается ответить на этот вопрос, а для того, чтобы дать правильный ответ, требуется саморефлексия и столкновение с нашей собственной коллективной Тенью.
В 2008 году Кристофер Нолан предложил интересный взгляд на Джокера, которого сыграл Хит Леджер. В «Темном рыцаре» Джокер – возвестник хаоса и беспорядка, по преимуществу темный трикстер. Юмор часто основан на парадоксе, противоречии или конфликте, и «Темный рыцарь» показывает, что было бы, если бы бессмысленная логика юмора захватила мир. Конечно, зрителю необязательно смеяться вместе с Джокером, который готов убить тысячи людей за долю секунды и при этом смеется. Вместо этого мы должны рассматривать его как парадоксальное существо, которое бросает вызов или вступает в противоречие с обществом (будь то наше цивилизованное общество или преступная организация), управляемое правилами, кодексами поведения и, в принципе, общими целями.
Как трикстер, Джокер занимает пространство, которое не вписывается в рамки мира, но и не находится полностью за его пределами. Трикстеры появляются на обочине или в коридорах общества; это вечные переменные, которые не вписываются в повседневную жизнь. Для трикстера пытаться контролировать ход событий – неблагодарное дело, потому что все изменчиво, и даже наши самые сильные представления в какой-то момент могут быть пересмотрены. Джокер – это не только мрачный вызов, но и загадочная тайна. Откуда он взялся? Никто не знает. Каковы его цели? Их нет. Как ему удается всегда быть на шаг впереди властей? Трудно сказать.
Джокер Леджера жаждет хаоса без каких-либо дальнейших целей. Он пропагандирует свое мировоззрение с помощью мрачного юмора и, делая это, проверяет основные моральные устои, чтобы понять, насколько сильны эти этические позиции на самом деле. Для Джокера самое важное и, вероятно, забавное – наблюдать за тем, как люди ведут себя в кризисных ситуациях и действительно ли они верны своим публично заявленным убеждениям. В этом Джокере коллективная Тень разгуливает на свободе в своем самом маниакальном обличье.
Джокер Леджера не стремится ни к власти, ни к славе или деньгам. С точки зрения трикстера, все это не имеет значения. Напротив, он любит всевозможные, зачастую смертельно опасные, розыгрыши. Например, трюк с исчезновением карандаша (ударяя по нему головой преступника) абсурден, смертельно опасен и убедителен. Джокер не знает заранее общие последствия этого действия перед боссами мафии, но действует в зависимости от ситуации и, кажется, всегда находит способ ускользнуть от потенциальной опасности. Конечно, Джокер не совсем невежественный идиот, поскольку к его телу привязаны взрывоопасные гранаты, так что он явно готов к разного рода непредвиденным обстоятельствам. Тем не менее он не уверен, что произойдет, но оставляет за собой право выбора и готов действовать, если того потребует ситуация. В сказаниях о трикстерах по всему миру этим мифическим проказникам удается сбежать, например, из запечатанных комнат через замочную скважину. Образно говоря, Джокер проделывает то же самое с бандитами, полицейскими и Бэтменом.
Конечно, Джокер понимает, что такое деньги для людей. Вот почему он заключает сделку с гангстерами, чтобы остановить Бэтмена, и в итоге получает огромную кучу наличных. И что он делает с деньгами? Он их сжигает. Это серьезное заявление против бандитов, которые так одержимы материальными благами. Идея Джокера состоит в том, чтобы освободиться от цепей валюты, и тогда вы будете свободны в погоне за тем, что действительно важно в жизни.
Итак, что произойдет, если эта погоня увенчается успехом? Джокер не знает, или ему все равно. По его словам, он похож на пса, бегущего за машиной. Пес не знал бы, что с ней делать, если бы догнал. Мы можем заключить, что Джокер ставит процесс превыше целей. Он бросает вызов традиционному и неизменному разуму, принимая хаос. Неоднозначный, но философский аргумент Джокера в том, что невозможно ставить перед собой определенные цели в жизни. Своим мрачным юмором Джокер напоминает нам о том, что мы терпим сокрушительные неудачи, если наша цель – добиться как можно большего богатства, или даже счастья, или каких-то этических высот. Сосредоточьтесь на процессе и не привязывайтесь – вот на чем настаивает Джокер.
Какой вывод мы можем сделать из трех версий клоуна-убийцы в фиолетовом? Во-первых, наша Тень постоянно развивается и меняется. В 1989 году все было иначе, чем в 2008-м, и снова все изменилось в 2019-м, не говоря уже о более ранних комиксах и экранизациях. Джокер в своем мрачном юморе – это кривое зеркало, в котором отражаются наши желания и страхи, но это часто скрывается за завесой смеха. Он призывает аудиторию задуматься о роли Тени в собственной жизни и значении коллективного бессознательного для понимания человеческой психики.
В вечной битве между Бэтменом и Джокером все уже поменялось местами. Обычно летучие мыши являются кошмарными символами ужаса, а клоуны приносят радость и веселье. Но в Готэм-Сити клоун символизирует ужас, а летучая мышь дает надежду в борьбе с маньяками. Главный посыл: мы должны помнить, что вещи не всегда таковы, какими кажутся. Если мы слишком успокаиваемся в рутине повседневности, джокероподобная Тень врывается в комнату и трясет решетку нормальности. Нам не обязательно следовать логике Джокера до хаотичного финала, но как воплощение юмора он нужен во всех обществах. Возможно, каждому поколению нужна своя собственная версия Джокера, чтобы понять смысл своей Тени. Вот почему Джокер никогда не умирает, и даже если он умирает, то каждый раз восстает.