– Ты куда это? – раздался голос за моей спиной.

Я, держась за перила, наконец втиснула ногу в кроссовку и подняла взгляд. Эйден стоял передо мной с выражением легкой тревоги.

– На пробежку. А что?

Он бросил взгляд на свои дорогие спортивные часы – те самые, что ему подарили, и я точно это знала, потому что сама распаковывала посылку.

– На часах пять, – произнес он тоном, будто я не умею определять время.

Сам он вернулся домой около часа назад, как раз когда я в пятый раз перерисовывала обложку для одного автора. Я уже твердо решила – больше никогда с ним не работать. Он сводил меня с ума, каждый раз требуя чего-то нового. Если бы не принцип никогда не бросать клиентов, я бы давно послала его куда подальше.

Я была на взводе и понимала, что мне нужен воздух. Решила пойти на пробежку, хотя и понимала, что уже поздновато. Поэтому появление Эйдена, который до этого сидел на кухне, стало неожиданностью.

Мы почти не пересекались с тех пор, как вернулись из Вегаса неделю назад, но та поездка явно пошла нам на пользу. Напряжение между нами исчезло, и, кажется, он тоже это чувствовал. Возвращаясь с тренировок, он теперь стучал в мою дверь и кричал «Привет!» поверх музыки, под которую я работала. Прогресс.

– Всего пять миль, – сказала я, поднимая вторую кроссовку и балансируя на одной ноге.

Надевать обувь под его пристальным взглядом было сложнее – он, похоже, ждал, что я вот-вот упаду.

– Скоро стемнеет, – покачал головой Эйден, пока я пыталась втиснуть пятку.

– Черт! Все будет нормально.

Я пошатнулась и резко взмахнула рукой, пытаясь удержать равновесие. В тот же момент его широкая ладонь подхватила меня за локоть. Я смущенно взглянула на него, позволила себе опереться и наконец натянула упрямую кроссовку.

– Спасибо, – отступила я. – Вряд ли это займет больше часа. Бегаю я пока медленно, но скоро исправлюсь.

Эйден опустил свои невероятно длинные ресницы и провел рукой по подбородку. На его лице читалось странное смирение, спускавшееся ото лба к вечной морщинке между бровей и дальше к уголкам губ. Я недоверчиво моргнула.

– Подожди минутку, – вздохнул он и взбежал по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки.

Дом содрогнулся. Я иногда серьезно беспокоилась за прочность этой лестницы. И тут до меня дошло, что он собирается сделать.

Неужели?..

– Тебе не обязательно бежать со мной! – крикнула я ему вслед, невольно проведя взглядом по его идеальной пятой точке и каменным икрам, которые, казалось, бросали вызов гравитации.

Зачем ему это? Вспомнились его слова в Лас-Вегасе: «Не только ты относишься серьезно к своим обещаниям».

– Я тебя не спрашивал, – донесся его голос со второго этажа.

С одной стороны, это было ужасно мило – он не хотел отпускать меня одну в сумерках. С другой – человеку в его положении лишние кардионагрузки были ни к чему. Эйдену приходилось поддерживать форму на растительном питании, а это означало есть больше и усерднее тренироваться, чтобы потом полноценно отдыхать.

И вообще, сможет ли он пробежать пять миль?

– Серьезно, Эйден, я скоро вернусь. Телефон со мной.

Пауза. Если бы я прислушалась, то услышала бы, как захлопывается ящик его шкафа.

– Минутку.

Упрямый осел.

– Эйден, оставайся дома.

– Тридцать секунд.

И зачем я вообще с ним спорю? Ему нельзя перенапрягать сухожилие.

– Я уже выхожу!

Я сняла очки и оставила их на столике у двери. Нужно было дать глазам привыкнуть. Все собиралась купить резинку, чтобы очки не спадали во время бега, но руки не доходили. С возрастом мое зрение становилось все хуже – пора бы обновить рецепт.

Едва я подошла к двери, как сто двадцать килограммов снова загрохотали по лестнице.

– Я же просил подождать, – проворчал Эйден.

Я сердито обернулась.

– Я сказала тебе остаться. Тебе не нужно столько кардио.

Он сделал вид, что не услышал.

– Пошли.

Мы вышли на дорожку, выложенную камнем. Я начала разминаться.

– У меня с собой фонарик и перцовый баллончик, – похлопала я по поясной сумке. – Все будет в порядке.

Он не выглядел впечатленным.

– Отлично. Пошли.

– Эйден, я серьезно.

– Ванесса, пошли.

Его тон не оставлял пространства для споров. Я это уже усвоила

Он жестом показал, чтобы я шла первой, включил сигнализацию – Зак дремал в своей комнате – и последовал за мной. Я развернулась к нему, сделала выпад и приняла позу бегуна на старте.

– Эйден, я не шучу. Тебе лучше остаться.

– Почему?

Он тоже начал разминаться, и шорты обтянули его мощные бедра, как вторая кожа. Я и не подозревала, что в его ногах столько прекрасно проработанных мышц, пока не увидела его в компрессионных шортах.

Мне пришлось усилием воли оторвать взгляд от этих мускулистых бедер. Не знаю, что в них было такого, что сводило меня с ума. Шестикубичный пресс меня не волновал, а вот накачанные квадрицепсы и икры были моей слабостью.

– Потому что тебе не стоит бегать, – и не подумав, я ляпнула то, что нельзя говорить человеку, живущему соревнованиями. – Не знаю, сможешь ли ты одолеть пять миль. Да и твое сухожилие…

Что я наделала?

Виннипегская Стена, трижды признававшийся лучшим игроком НФЛ, смерил меня взглядом, от которого мне впервые за все наше знакомство стало по-настоящему не по себе. Это было за гранью. Я внезапно пожалела, что некуда спрятаться.

– Лучше побеспокойся о своих пяти милях, ладно? – тихо, но жестко бросил он.

Боже правый. Я вздохнула, развела руками, признавая поражение.

– Как скажешь.

Средний палец у меня дернулся, но я удержала его в кулаке. Следующие несколько минут мы молча разминались и растягивали мышцы, уделяя особое внимание ногам. Я делала это из-за травмы колена, а Эйден – потому что его тело стоило миллионы. Миллионы и миллионы долларов.

Тот факт, что он нарушал собственные строгие правила, лишь бы не пускать меня на пробежку в одиночестве, растопил мое сердце. Моя злость на него постепенно утихала. Я просто надеюсь, что он не пожалеет об этом завтра.

– Я готов, – сообщил упрямый осел.

Я кивнула, постаравшись не закатить глаза.

– Дорожка здесь короткая, всего две мили. Я бегаю кругами.

Он коротко кивнул и пошел за мной к воротам. Я помахала охраннику, когда мы проскользнули через боковую дверь, после чего начали свой бег.

Несмотря на свой немалый вес, двигался Эйден на удивление легко. Конечно, он не был спринтером, но шаг у него был ровный и размашистый, он правильно дышал, и его ноги, каждая из которых должна была весить килограммов по тридцать пять, каким-то образом держали его рядом со мной, он не отставал и не вырывался вперед. Я понятия не имела, какую дистанцию он обычно преодолевал, когда занимался кардио, обычно на велосипеде или совершая спринты, но я точно знала, что он очень скрупулезно следил за подобными вещами.

Он не отставал миля за милей, хотя его шаг отяжелел, а дыхание стало хриплым и прерывистым. Когда до дома оставалось около четверти мили, я снизила темп. Никто из нас не проронил ни слова, пока мы возвращались бок о бок. Я уперла руки в бока, переводя дыхание, и, случайно оглянувшись, заметила, что он стоит в том же положении.

Словно почувствовав мой взгляд, он вопросительно вскинул свои густые темные брови.

Я тоже подняла брови.

– Ты как, в порядке?

– В порядке.

Он одарил меня самодовольным, но слегка кислым взглядом. Некоторое время мы шли молча, а потом он спросил:

– Давно ты начала бегать?

Я вытерла лоб и поморщилась.

– Прямо перед тем, как уволиться.

Я заметила, что Эйден бросил на меня быстрый взгляд.

Мне вспомнился день, когда я увидела женщину, пробегавшую мимо его дома.

– Раньше у меня не было на это времени.

И мотивации тоже, но это я оставила при себе.

– Хочу пробежать марафон через несколько месяцев. Мне нужно научиться бегать не меньше десяти километров, чтобы у меня потом сердце не остановилось.

Мы прошли еще несколько метров, прежде чем Эйден снова заговорил:

– Один из наших тренеров бегает марафоны. Я спрошу, может, он что-нибудь посоветует. Стоит придерживаться определенной техники, а то что-нибудь потянешь.

– Ой, спасибо. Я выйду на скорость, к которой стремлюсь, не меньше чем через месяц. Но с чего-то же нужно начинать.

Он в задумчивости издал неопределенный звук, но ничего не сказал. Остаток пути мы прошли в полном молчании. Я могла поклясться, что он думает о чем-то, судя по тому, как выделились его морщинки около глаз, но он не озвучил ничего из того, что происходило в его огромной голове.

Мы добрались до дома, когда уже загорелись уличные фонари. Встав на лужайке, мы начали тянуться. Я улыбнулась Эйдену, и он с запозданием дернул уголками губ в ответ.

– Как прошли предсезонные игры? – спросила я.

– Нормально.

Я сменила ногу и бросила на него взгляд недовольства подобной уклончивостью, но он был слишком занят рассматриванием земли.

– А как твоя нога?

– Хорошо.

– Точно?

О, эти его карие глаза. Его спокойное серьезное лицо стало слегка раздраженным.

– Точно.

– Ладно, умник, я просто хотела убедиться, – фыркнув, я покачала головой и отвела взгляд.

– Все в порядке, – сказал Эйден после небольшой паузы. – Я осторожен. Я знаю, что будет, если я начну рисковать.

Мы оба знали. Он мог потерять все.

Я вдруг почувствовала себя дурой.

– Я просто хотела убедиться, что ты в порядке. Вот и все.

Несмотря на то, что к этому моменту его лицо было опущено вниз, я заметила, как напряглись его трапециевидные мышцы, сообщив мне о том, что я хотела знать. С ним все было в порядке, но он находился в стрессе.

– Все идет лучше, чем кто-либо предполагал. Тренеры довольны моим прогрессом. Я делаю все, что они говорят.

Я не могла сдержать улыбку, услышав это.

– Знаешь, это одна из тех вещей, которые нравились мне в тебе больше всего. Ты знаешь, чего хочешь, и готов сделать все ради своей цели. Это правда… – «Привлекательно» было бы неправильным словом, и это точно было не то, что я охотно произнесла бы вслух в его присутствии. – Достойно восхищения.

Честно говоря, оглядываясь на свой выбор слов пятнадцать секунд спустя, я знала, что сказала это с наилучшими намерениями, но, обратив внимание на губы, которые я целовала неделю назад, я ощутила, что прозвучало все совсем иначе.

– А теперь? – его голос был низким.

Ох черт.

– Нет, мне и теперь это нравится. – Я подняла руку, чтобы сдвинуть очки к переносице, но вспомнила, что оставила их дома, и опустила руку. – Не знаю, почему я сказала это в прошедшем времени. Знаешь, именно ты вдохновил меня начать новую жизнь. Я думала, ты лучше всех поймешь, почему я так поступила.

Он повернул голову настолько медленно, что и правда стало жутковато. Но то, как он взглянул на меня?.. Я не смогла бы это описать. Единственное, что я знала наверняка – это то, что у меня от его взгляда защекотало между лопатками.

Его кадык дернулся, когда он сглотнул, а напряженный рот дернулся после неохотного кивка.

– Понял. – Он хмыкнул и снова уставился на землю, поднимаясь на ноги и подтягивая пятку к попе. – Как работа?

Боже. Кажется, это наш самый долгий и личный разговор за все время. Просто невероятно.

– С работой все ок. Я набрала кучу проектов, так что не жалуюсь. – Я мельком глянула на Эйдена, проверяя, слушает ли он. И он действительно слушал. – Меня позвали на один из главных в стране фестивалей для авторов любовных романов, я в полном восторге. Наверняка найду там новых клиентов.

– Я думал, ты делаешь обложки для книг, – сказал Эйден.

– Да, но туда пускают разных специалистов, главное – заплатить. Если поеду, работы прибавится. Половина моих клиентов – писатели. Остальное – сборная солянка.

Он сменил ногу и спросил с неподдельным интересом:

– В смысле?

В такие моменты особенно чувствовалась дистанция, выросшая между нами.

– Да много всего. Визитки, лого, постеры, брошюры. Дизайн футболок для группы. Эскизы для тату.

Я ткнула пальцем в свою футболку. Она была почти белой, с неоновым черепом в венке из алых роз и надписью THE CLOUD COLLISION.

– Я делала для группы, где играет парень моей подруги. Были заказы от Зака и других ребят из вашей команды. – Я не пропустила, как он дернулся, когда я это сказала. – В основном баннеры и лого, – тихо добавила я, слегка смущаясь своей работы.

– Каких ребят? – спросил он, сбитый с толку и явно удивленный.

– Ну… Ричард Кейн, Дэнни Уэст, Кэш Баджек, еще тот полузащитник, который в межсезонье ушел в Чикаго.

– Ни разу не слышал.

Я пожала плечами, пытаясь улыбнуться, делая вид, что это не важно.

Он снова издал свой тихий, задумчивый звук и замолчал. Мы молчали, но в молчании не было ни неловкости, ни напряжения. Просто два человека, каждый со своими мыслями. Наконец Эйден коснулся моего плеча и ушел в дом.

К тому времени, как я зашла внутрь и надела очки, Зак уже стоял у плиты, а Эйден сидел у кухонного острова со стаканом воды. Достав чистый стакан, я тоже налила воды.

– Что готовишь? – спросила я Зака, заглядывая ему через плечо.

Он помешивал соус, от которого тянуло луком и чесноком.

– Спагетти, заюш.

– Обожаю спагетти.

Я игриво хлопнула ресницами, он ухмыльнулся в ответ. Я села на стул рядом с Эйденом.

– Тебе хватит, – рассмеялся высокий техасец. – Эйден, тебе не предлагаю. Я добавлю в соус мясо.

Тот лишь небрежно пожал плечами.

Я встала, чтобы налить еще воды. И тут Зак спросил, перемешивая фарш с овощами.

– Вэнни, помочь со списком игроков в этом году?

Я застонала.

– Забыла. Брат недавно напоминал. Не хочу, чтобы этот щенок снова выиграл и троллил меня.

Зак махнул рукой.

– Понял. Не парься.

– Спасибо… Что? – Я поймала на себе хмурый взгляд Эйдена.

– Ты играешь в фэнтези-футбол?

Он говорил о той онлайн-игре, в которую играют миллионы. Ты собираешь команду из реальных игроков. Три года назад меня втянули против брата и наших друзей, и с тех пор я играю каждый год. Тогда я не знала, кто такой угловой защитник, не говоря уж о прощальной неделе, но сейчас я во все врубилась.

Я медленно кивнула, чуя недоброе. Эйден нахмурился еще сильнее.

– Кто был в твоей команде в прошлом году?

Я стала перечислять, кого помнила, пытаясь понять, к чему он клонит, и откуда у меня это скверное предчувствие.

– А кто в защите?

Вот оно. Я спрятала руки под стол и украдкой глянула на Зака, мысленно посылая ему проклятия.

– Ну, вообще…

За моей спиной раздался сдавленный смешок Зака. Вот псина.

– Так меня не было в твоей команде?

– Понимаешь…

– Ты не взяла «Даллас»?

Не знаю, что прозвучало в его вопросе – злость или обида, – но что-то такое точно было.

– Ну… – Я снова глянула на предателя, который давился смехом. – Вообще, Зак помогал мне с выбором.

Да, это было низко.

– Слушай, я не специально тебя не взяла. Я бы взяла, но Зак сказал, «Миннесота»…

– Минне-сота.

Боже, он даже штат рассек надвое.

Эйден, честно, покачал головой и бросил взгляд на Зака… да, возмущенный. Потом протянул руку, шевеля своими бесконечно длинными пальцами.

– Дай посмотреть.

– На что?

– На твой прошлогодний состав.

Я вздохнула, достала телефон из поясной сумки, открыла приложение и протянула ему.

Я следила за его лицом, пока он изучал список, и чувствовала себя ужасно виноватой. Я планировала взять «Даллас» только из-за Эйдена, но Зак отговорил. Типа, даже если у тебя лучший защитник страны, это не значит, что остальные приведут тебя к победе. Да и Эйден почти весь сезон пропустил. Нечего было так серьезно все воспринимать.

Эйдену хватило пары секунд, чтобы оценить мою команду. Он поднял на меня свои темные глаза.

– Зак тебе помог?

– Ага, – виновато пробормотала я.

– Почему ты не взяла Кристиана Дельгадо?

Одно это имя заставило меня ощетиниться.

Я не успела ответить, как влез Зак:

– Я вроде советовал его взять.

Советовал. Но я просто не хотела видеть этого придурка в своей команде. Чтобы выиграть время, я открыла холодильник, достала воду и налила в стакан.

– Не захотела, – буркнула я, садясь на место.

Он не отступал:

– Почему?

Проблема была в том, что я совершенно не умею врать. Эйден и Зак сразу раскусят.

– Он мне не нравится, – прямо сказала я, прекрасно понимая, что это только подстегнет любопытство этих надоед.

– Почему?

– Просто не нравится. Скользкий тип.

– Он и мне никогда не нравился, подруга, – заявил Зак.

Я медленно подняла голову и встретила пристальный взгляд Эйдена. Я невольно поежилась. Он что, понял, что я что-то скрываю?

Если и понял, то не подал виду – по крайней мере, сейчас. Он снова уткнулся в список. Маленькая морщинка между его бровями заставила меня насторожиться.

Морщинка углубилась, когда он спросил Зака:

– Почему ты посоветовал ей взять Майклза?

Зак ответил что-то, от чего Эйден покачал своей большой головой.

– Не слушай его, – сказал он. – Я бы помог, если бы ты спросила.

Прямо как сегодня, когда он спрашивал про работу. Сначала я подумала, что не стоит, но потом решилась:

– Пару лет назад я спросила тебя, кто такой ресивер, а ты сказал погуглить.

Он вздрогнул. Реально вздрогнул. Я даже почувствовала себя виноватой, что напомнила о том, что было для него недостаточно важно, чтобы запомнить. Я хотела быть помягче – раз уж он побегал со мной, – поэтому потянулась через остров и похлопала Эйдена по руке.

– У нас есть пять лет на то, чтобы ты помог мне.