Почта открывалась в семь тридцать, а пары в академии начинались без пятнадцати девять, так что у нас было достаточно времени разузнать все о письме Эбби. Вначале я хотела съездить туда только с Мэттом, но Кассиан незаметно возник за моей спиной и также молча проводил к своей машине.

Притом, внутри мы тоже оказались рядом, потому что наш умник уселся сзади.

— Сразу за водителем — самое безопасное место при авариях, — заявил он.

— И оттуда хуже видно дорогу, значит сложнее раздавать советы, — поддержал его Кас.

— Ничего, я буду стараться за нас обоих! – заверила я. – Так, надеюсь все пристегнулись и готовы начать движение. Советую плавно повернуть ключ в замке, а потом…

— Если будешь болтать, то не возьму на полигон, — тут же произнес Кассиан и повернулся ко мне.

Ради того, чтобы поглазеть на настоящего дракона, я бы пошла и на большие жертвы, потому изобразила «рот на замок» и уставилась за окно.

Утром пасторальные пейзажи за ним были куда скучнее, чем вечером. Тогда я могла хотя бы представить здесь какой-нибудь таинственный лес или сказочную деревушку, сейчас беспощадные солнечные лучи обрисовали квадраты полей и далекие деревья. Не зная, где едешь, вполне можно представить любую дорогу моей родной средней полосы, разве что вместо отбойников на обочине хиленький деревянный заборчик.

— Чувствую, этому пейзажу ты бы тоже поставила три из десяти, — проговорил Кассиан.

— Кто знает, вдруг на закате он вытянет на целую пятерку? Но вообще все здесь какое-то… разочаровывающее. Если и эльфам в самом деле режут уши, то даже не знаю.

— Но уши обычной формы куда удобнее и эстетичнее! – влез Мэтт. – К тому же изначально эта практика пошла после гонений на эльфов, развернувшихся в прошлом веке. Потом продолжили больше по привычке, чем из реальной необходимости.

— Дикари! – я скрестила руки на груди.

— У вас, наверное, и эльфы были героями любовных романов, — Кассиан снисходительно поглядел на меня, потом снова отвернулся к дороге. – Где-то рядом с драконами.

Я выразительно промолчала. Ни к чему им знать о моей собственной коллекции накладных эльфийских ушей, в которых я частенько снимала свои видео. И по комментариям знаю, что выглядела тогда умалишенной, слышать об этом еще раз не хочу.

— Еще там наверняка были гномы, — продолжал он. – Дроу, оборотни, вампиры… Просто любопытно, чем вам не угодили обычные мужчины в классической комплектации?

— Оборотни воняют, — тут же подключился Мэтт. – Вампиры вообще нежить. Все это очень и очень странно.

— Не страннее вашей привычки опошливать все удивительное и сказочное, что вас окружает.

— Хорошо, что ты рядом и вовремя открываешь нам на все глаза, — хмыкнул Кассиан.

— Цените!

Он даже не стал спорить, тем более мы наконец-то въехали в город и устремились к почте по узким улочкам. Я уже знала, что Риверхольм считался дырой даже по меркам королевства, и существовал только за счет академии. Но не очень понимала, почему местные не боролись с ее закрытием. Наверное, надеялись на развитие своих пунктов быстрого слива и продажу заряженных кристаллов. Об этом я тоже узнала из местных газет, когда по крупицам собирала информацию о мире. Пусть тот для меня и заключался в стенах академии и нескольких улочках Риверхольма. Пока заключался.

Почтовое отделение, кстати, было совсем рядом с редакцией газеты. И занимало первый этаж старинного здания, под крышей которого застыли настоящие горгульи. Жутковатые и слегка двигавшиеся вслед за пешеходами, отчего я как бы невзначай прижалась к Кассиану.

Но меня быстро отвлек прекрасный почтовый ящик. Высокий, алый, как пожарная машина, и похожий на резную колонну. Он щерился на меня темными прорезями для писем и манил. Поэтому Кассиан был забыт, а я прилипла к своей новой любви. Еще над ящиком мерцал белоснежный голубь с золотым клювом – символ местной почтовой службы. А когда я протянула к нему руку – рассыпался на множество мелких голубей, шустро взвившихся к небесам.

— Только не говори, что почтовых ящиков у вас тоже не было, — Кассиан подошел ко мне и склонил голову.

— Были, но синие и скучные, а здесь настоящая красота!

— Если мы не поторопимся, то опоздаем к началу занятий, — вмешался Мэтт. – И все еще не понимаю, зачем тебе понадобился я.

— О, ты ключевая фигура. Наш почтовый супергерой! – я подмигнула ему и все же отправилась к двери, которую передо мной открыл Кассиан.

Внутри самого отделения тоже зависла на пару минут, разглядывая еще один ящик, высокий стол для приема посылок и множество ячеек для писем. В которые те летели сами собой, пока невысокий мужчина с напомаженными усами раскладывал их стопками по столу.

— Доброго утра! Хотите получить или отправить? – добродушно спросил он, поправив свои нарукавники.

Кассиан между тем устроился за одним из столиков у окна, туда же утащил Мэтта, а я осталась разглядывать это магическое великолепие. Подумать только: один работник, никакой очереди и письма летают сами по себе!

— На самом деле, я хотела спросить, что вы знаете вот об этом, — я подошла ближе к столу вытащила из кармана письмо Эбигейл.

— Кто вы такая? – почтмейстер тут же помрачнел и склонился над прилавком. – Уж не та ли журналюга, которая написала глупенькую статейку об исчезновении Эбби? Вроде как ту убили и спрятали где-то в академии? И что теперь все жители Риверхольма под подозрением.

— О, вы читали? – я широко улыбнулась от встречи с поклонником, но посчитала, что предлагать ему автограф все же чересчур. – Я не журналистка, просто хочу докопаться до правды. И еще – привлечь новых студентов в академию.

— При помощи трупа?

Он пытался давить на меня, но учитывая невысокий рост и щуплое сложение – выходило так себе. И вообще, он был весь такой несуразный со своими старомодными усами, белоснежной рубашкой странного кроя, расшитым жилетом и цепочкой часов, что я чувствовала себя на костюмированной вечеринке. Оттого и воспринимать происходящее серьезно не получалось.

— Раз уж вы так прониклись моей теорией, то помогите с расследованием! – продолжила я. – Вы же наверняка можете что-нибудь сказать об этом конверте.

— Все, что мог, я уже сказал полиции! – на этом он гордо выпятил грудь, вытащил из-под стола стопку конвертов и принялся их штамповать. – А вам, дорогуша , стоило бы заняться своей личной жизнью вместо того, чтобы отрывать важных людей от работы.

— Один маленький фактик, и я уйду!

— Мне нечего вам сказать!

На этом он демонстративно отвернулся к ячейкам и начал что-то там проверять, а я развернулась и неторопливо пошла к парням. Нога, к слову, почти не болела, напоминая о себе только при резком движении. Потому я быстро добралась к ним и громко, чтобы почмейстер точно услышал, спросила:

— Мэтт, ты же следишь за порядком в академии? Чтобы там все было аккуратно, безопасно, соответствовало всем требованиям, да?

— Конечно. Каждый день проверяю все особо значимые места, раз в неделю – случайные, и ежемесячно – все остальное согласно установленному графику.

Этот ангелоподобный умник продолжал рассказывать о своей системе, а я едва сдерживалась от акульего оскала. Тем более почмейстер пока продолжал свою работу, прислушиваясь к нам лишь краем уха.

— А знаком ли ты с требованиями к почтовым отделениям? – спросила я и тут же услышала, как стопа конвертов шлепнулась на пол. Ну вот, я же просила по-хорошему, надо было сразу помогать, а не будить бюрократического зверя.

— Поверхностно, — ответил Мэтт, глядя куда-то мимо меня. – Но если тебе нужно, могу освежить в памяти.

— Как думаешь, если бы мы, в теории, захотели написать жалобу на это отделение, на что бы нам следовало обратить внимание? Может быть недостаток освещения или плохой подъезд?

Мэтт покачнулся на стуле, собираясь с мыслями, потом поднял на меня небесно-голубые глаза и с энтузиазмом добавил:

— И еще тридцать шесть пунктов. Думаю, если освежу в памяти все стандарты, то мы доведем их число до пятидесяти, и наверняка закроем это место. Хотя не знаю. Мама часто говорит, что есть забота о безопасности окружающих, а есть излишние придирки. Не будет ли это вторым?

— Ну нет, что ты! Почта должна быть быстрой и безопасной!

Кассиан с самым серьезным видом покивал ему и огляделся, будто в самом деле искал те самые нарушения, которые угрожают добрым жителям Риверхольма.

— Не было ли в твоих словах скрытого сарказма? – поинтересовался Мэтт. – Обычно люди склонны недооценивать риски и не соблюдают правила.

Тут за моей спиной раздались быстрые-быстрые шаги, сопровождавшиеся цокотом каблуков, а потом кто-то тронул меня за рукав. Вне своего рабочего места почмейстер выглядел еще более странно, потому как не дотягивал мне даже до плеча. Наверное, за стойкой у него есть постамент, чтобы с высоты смотреть на посетителей.

— Я скажу то же самое, что уже озвучивал полиции, после чего вы уйдете вместе со своими тридцатью шестью пунктами! – заявил он, недобро прищурившись.

— Идет! – ответила я еще до того, как Мэтт набрал в легкие воздух и возмутился. Увы, но исчезновение Эбби меня интересует куда больше, чем требования к количеству светильников или ширине подъезда.

— Этот конверт из нашего почтового отделения, — произнес он. – Я специально заказывал их в том году, вместе с марками и открытками. Там особая бумага и шрифт надписей, вот видите.

Его короткий палец ткнул в строчку «адрес», хотя по мне та была совсем обычной. Но за стеклянными витринами действительно лежали стопы разных конвертов и марок, а еще – всевозможные открытки. Видимо, местный почмейстер регулярно закупал все эти штучки, чтобы местные жители охотнее пользовались его услугами. Все же простое письмо – одно дело, а красивое, на хорошей бумаге, в плотном конверте и с интересной маркой – совсем другое.

— Еще его забросили в почтовый ящик, что рядом с академией, я потом долго вычищал из того блестки, — он со вздохом растер их между пальцами,. – Я говорил об этом полиции, но по версии инспектора Эбби, как и многие, заранее купила конверт, а отправила через тот ящик, чтобы никто не смог вычислить, куда она уехала.

— Бред какой-то, — я спрятала письмо в карман.

Чем больше копаюсь в этой истории, тем больше вопросов к местной полиции. Исчезла студентка, перспективный маг и просто красавица, а они будто специально сделали все, чтобы прикрыть дело.

— И я думаю, что бред. Но когда попытался указать на это, наш доблестный страж правопорядка Мерфи приказал не лезть не в свое дело. Вон, как вы, проверками угрожал!

На этом почмейстер гордо задрал нос и удалился от нас на свое рабочее место, а мы с парнями переглянулись, обдумывая все эти факты.