По пути Мэтт еще разок пытался предложить мне руку, но явно не от всей души. Наверняка Кассиан заставил или мама его чему-то такому учила. Потому что после прошлого раза Мэтт до сих пор тер запястье и протирал ладони каким-то антисептическим раствором.

Нелегко ему приходится с такими-то особенностями. Впрочем, окружающим с ним еще сложнее, мне так точно.

В читальном зале уже собралось порядочно студентов. Но знакомых я не видела, только Дубровник разместилась в первом ряду, с двух сторон зажатая спаркиболистами.

— Вообще-то я занимала места вам… — начала было она, на что парни тут же рассмеялись.

— Мы можем подвинуться ради ведьмы Кассиана.

— Двигайтесь, — царственно махнула я рукой и костылем, после чего тут же плюхнулась на освободившееся место и вытянула вперед больную ногу. А на томный взгляд детинушки шепнула о подписанном с Кассианом договоре. И тем освободила еще один стул рядом с собой.

На него без всяких зазрений совести умостился Мэтт, предварительно протерев его своим антисептиком. Он сидел с идеально прямой спиной, сложив руки на коленях, чтобы ненароком никого не коснуться. Я тоже постаралась отстраниться, отчего почти прижалась к Дубровник. Но и та была не против, все пыталась по стулу отползти от сидящего справа спортсмена.

— По-моему, ты ему понравилась, — шепнула я.

— Кто бы говорил, мадам «У меня есть договор с Троем»!

— Пф-ф-ф. Мне он местечко не занял.

— Только постоянно носит на руках, разгоняет других и опекает.

— Ты будто ревнуешь, — я легко пихнула ее плечом, а Дубровник скривилась.

— Зная тебя, следующим шагом обвинишь в убийстве Эбби.

— Кстати, читал твою статью, просто улет! – заявил спаркиболист. – Я об этом еще три года назад твердил, а эти детективы-любители даже не выслушали мою идею.

— Потому что она бредовая! – вспыхнула Дубровник, а я поняла, что между этими двумя определенно есть искра. И вообще, нравится мне этот парень!

Но только хотела сказать об этом, как в читальный зал вошел Тони с целой корзиной какого-то тряпья, а следом за ним – Меб. У той в руках не было ничего, кроме целого подноса печенья.

— Ну что, мои инквизиторы и ведьмы, готовы к приключениям? – выкрикнул библиотекарь.

Ему ответили дружным гулом одобрения, даже строгая Меб расплылась в довольной улыбке, хотя весь ее вид намекал, что сейчас будет стучать ладонью по столу и требовать тишины в библиотеке.

— Итак, распределим роли, — деловито начала она, как только Тони поставил коробку на стол. – Напомню, что сегодня у нас будет небольшой суд над героями «Песни о Дэрине», где каждый из них сможет высказаться, а присяжные заседатели, — тут она внимательно оглядела всех собравшихся, чуть опустив очки, — вынесут свой вердикт. Дэрина – злая ведьма или жертва оговора? Буду ждать ваших мнений

Она вытащили из коробки потрепанную ведьмовскую шляпу, на которой, могу поспорить, до сих пор телепался засаленный ценник.

— Но как можно судить выдуманного персонажа? – возмутилась Дубровник. – Это глупо. В конце концов к «Песне» написана целая гора рецензий и разборов, где все разложено по полочкам.

— Для детектива-любителя вы поразительно однобоко мыслите, — Меб скривила тонкие бескровные губы. – Критика, разборы, сочинения в школу... Это все ерунда. Подключите фантазию и представьте на месте букв живого человека, тогда все заиграет новыми красками. Дэрина.

Произнесла ее имя приговором и водрузила на голову Ирме ту самую шляпу. Моя новая подруга задохнулась от возмущения, затем бросила на меня испуганный взгляд, точно я могла как-то повлиять на ситуацию.

— Здорово же, — я показала ей два «класса». – Ты ведьма и роковая штучка, можешь развернуться. Ну или покаяться во всех грехах.

— Ты невыносима, Клеймор! – шепотом ответила она.

Меб между тем продолжала нависать над нами, точно почуявший добычу гриф. Хотя в своем строгом темном костюме, с прилизанной прической и великоватым для ее лица носом куда больше напоминала ворону. Птицу одновременно зловещую и обыденную, тем и пугающую куда сильнее.

— Раз вы так мило воркуете, то ты – Арвел!

Она порылась в ящике и вытащила оттуда облупившийся деревяный меч, будто украденный из детского сада.

Ну вот, Ирме – отличная роль ведьмы, а мне – ее простофиля-муж, который еще и сгинул к началу основной сюжетной линии.

— Итак, нашим похотливым лордом-женихом будет… — тут Меб застыла, разглядывая собравшихся.

— Раз уж пришел, то я бы хотел получить себе одну из ведущих ролей, — влез Мэтт. – Мои всесторонние познания в данном историческом периоде будут весьма кстати и помогут создать правдоподобную атмосферу.

— Отлично, вы будете отцом Арвела, — Меб вытащила из ящика губную гармошку и положила ее на колени к Мэтту.

Тот с выражением брезгливого ужаса поглядел на инструмент, а потом вытащил из кармана платок и с его помочью взял гармошку в руки.

— У этого персонажа даже слов нет! Он не играет совершенно никакой роли!

Честное слово, знай я его чуть поменьше, сочла бы столичной примадонной, которой не доверяют спеть частушку на сельском празднике, столько праведной обиды звучало в его голосе. А Мэтт, на минуточку, вообще не собирался идти на чтения! А как только заявился, так сразу же требует себе главную роль. Вот мне было обидно, а он – просто нарцисс!

— Говори в случайные моменты «кхе-кхе», — совершенно серьезно ответил ему Тони. – Можешь еще стонать, звать на помощь и хрипеть. Так ты очень точно передашь атмосферу сумрачной безнадеги тех дремучих веков.

Мэтт не стал это комментировать, только щедро полил на гармошку антисептиком и теперь тер ее со всех сторон.

— Итак, место похотливого лорда все еще вакантно, — Меб взглядом строгой учительницы обвела собравшихся, будто все они повинны в грехах много веков как сгинувшего правителя.

— Северин отлично подходит, — предложил Тони и пихнул соседу Ирмы скрученную из проволоки корону, которую щедро осыпали блестками. – А лекарем будет его приятель Фред.

Второй спаркиболист, сидящий рядом с Мэттом, взял себе штопанный белый халат и накинул на плечо на манер плаща. Все равно застегнуться на его широком торсе у бедной одежки не было никаких шансов.

— Себе я оставлю роль судьи, — кивнула всем Меб. – Тони традиционно будет вас поддерживать.

— Ита-а-ак, — он тоже вытащил из коробки сшитую из лоскутов тунику, легко напялил ее поверх тонкого свитера и медленно пошел вдоль рядов собравшихся. – Наше славное королевство Гвинмор тогда занимало втрое меньше площади и находилось под рукой Альбуса Хмурого, бесконечно долго воевавшего со всеми соседями. Магическая наука делала свои первые шаги, ведьмы свирепствовали, а чума потихоньку ползла с востока. И вот в такое непростое время в предместьях одного крошечного городка жила таинственная Дэ-э-эрина!

Он двумя руками указал на побледневшую Дубровник, которая пыталась слиться со стулом.

— Давай, — я легонько подтолкнула ее. – Это твой час ведьмовской славы!

Но по ее меловому лицу было понятно, что Ирма скорее сбежит пешком в соседнюю страну, чем переселит себя и встанет с места.

— Что ж, раз наша Дэрина молчит, то все очевидно, — звучно продолжил Тони. – Поглядите на этого красавца-лорда!

Спаркиболист тут же обернулся к задним рядам и подвигал бровями.

— Гкхе-кхеуэ, — со старанием изобразил кашель Мэтт, напомнив о той самой атмосфере.

— Разве могла одинокая, уставшая от чахоточного свекра женщина устоять перед его обаянием? – закончил Тони, а Ирма тут же вскочила.

— Чушь! Дэрина была честной женой, которая ждала мужа! И отрицала всяческие соблазны!

— Героически, — хихикнул Северин. – Не менее трех-четырех раз в неделю.

— Если бы это было так, то вряд ли бы ты, то есть лорд, взял Дэрину под стражу!

Она все-таки встала и вышла в центр зала, а спаркиболист отправился вслед за ней, перемигиваясь с собравшимися здесь девушками.

— Давай, Дубровник, порази всех своей версией, — Тони хлопнул ее по плечу. — Итак, ты честная, ну почти всегда, женщина, которая ждет мужа с войны…

— Кроме тех трех-четырех раз в неделю, когда соблазны все же оказываются сильнее, — снова влез Северин.

— Нет! Никаким соблазнам я не поддавалась! – возмутилась Ирма. — Тем более лорд вряд ли имел такую смазливую мордашку. Наверняка он был стар, толст и покрыт коростами.

— То есть тот еще красавчик по тем временам, — он блеснул улыбкой, как бы говоря, что у бедной ведьмы не было ни единого шанса устоять перед этим сердцеедом. – Именно к нему Дэрина и бегала из дома. И местные регулярно видели их вместе посреди леса, но ссориться с правителем не хотели, потому и выдумали проклятье для чащи и лесных зверей.

— А ты хорош, — согласилась Меб. – Но Ирма права, если ты познал все грани ее благосклонности, то для чего запер несчастную в темнице?

— Кгхэ-кхе!

На Мета вытаращились все собравшиеся, но он продолжал невозмутимо смотреть перед собой. Потом внезапно поднес гармошку к губам и дунул в нее. Я заранее отклонилась в сторону, но, к удивлению, играл он вполне сносно. Ну, насколько я могла судить.

— Как лекарь заявляю, что старикана следует прибить из жалости, — заявил Фред.

— Медики не убивали пациентов даже в те дремучие времена! – возмутился наш умник, прервав игру. – Да, лечили спорными методами вроде кровопускания или каленого железа…

— Тоже метод. Думаю, начать со второго, применять будем дважды в день.

— Кхуе-кхе.

— Говорю же, безнадежен. Облепить его пиявками да вынести поутру холодным.

— Увы всем нам, но свекор Дэрины дожил до конца сюжета, поэтому простите, но ближе к делу, — прервала их Меб. – И сейчас ждем доводов нашего славного лорда.

— Встречи — это хор-рошо, — промурлыкал Северин и прошелся по залу, оглядывая Ирму со всех сторон. – Но у дамы моего сердца были еще и земли, которые мне ох как хотелось получить. К тому же Дэрина носила под сердцем моего ребенка…

— Не факт! – вспылила Ирма.

— Тогда тем более у меня был повод запереть ее в темнице.

— Да! Потому что ты злобный, эгоистичный мужлан, который захотел моих… — она зачем-то оглядела себя и покраснела. – Земель. А я, как честная женщина, стояла до последнего. И в лес наверняка ходила собирать травы…

— Кхеу-кхе-кхе.

— Для помирающего свекра! – она ткнула пальцем в невозмутимого Мэтта.

Я только наблюдала за их спорами и вздыхала. У Арвела даже атмосферного кашля не было, только героическая смерть за кадром. Но Мэтт справлялся со своей миссией на отлично и, кажется, даже увлекся этим. Хотя по его лицу сложно что-то понять. Зато галчонок-Ирма распушила перья и теперь со всей возможной яростью отстаивала свою правоту.

— Все это замечательно, — прервала их Меб. – Но как вы тогда объясните, почему лекарь нащупал в животе честной женщины Дэрины рога и копыта?

— А я накануне перебрал, — Фред встал и развел руками. – Вообще забыл об этой вдовушке. Лежу, значит, страдаю, голова трещит… Тут забегает лорд и давай трясти меня, ведьма это или не ведьма. Ну и выдал ему про рога и копыта.

— Кто тогда устроил пожар?

— Высшие силы! – трагическим шепотом произнес Тони, поддерживая задумку Меб.

— Определенно я, то есть Дэрина! – самодовольно заявила Ирма. – Смогла разжечь огонь подручными средствами, и когда началась паника среди охраны – сбежала. Или же твои ухаживания были настолько убогими, что пробудили во мне давно дремавший колдовской дар.

— С поджогом план отличный, — хихикнул Северин. – Ты бы первая и задохнулась! Нет, думаю, это наш пропойца-лекарь. Который уронил очередную бутыль, от которой все и вспыхнуло.

С видом «я мог» Фред важно покивал ему.

— Вообще-то это сделала я, то есть Арвел, — выдала я, попыталась встать, но ойкнула от боли в ноге и села обратно.

Остальные замолчали и повернулись ко мне, явно желая подробностей. Ну что же, настал и мой звездный час.

— Вот смотрите, никто и никогда не видел Дэрину колдующей, ну кроме того пожара. Зато ее муж – вполне себе маг. Что если он сбежал от своего командира и скрывался в лесах рядом с домом? Думается, дезертиров и тогда не любили, поэтому он окружил свое убежище заклятиями. А Дэрина, как верная жена, носила ему еду. От него же и понесла.

Ирма на этом приосанилась, будто мнимая верность давно погибшей женщины была ее личной и неотъемлемой заслугой.

— А потом, когда лорд захватил Дэрину, Арвел всех сжег. Хотя версия с доктором мне тоже нравится.

— Гхе-кхе, умираю-у-у, — подытожил мою речь Мэтт. Затем с важным видом добавил: – Я читал об основах драматургии, хорошую историю стоит закончить смертью центрального персонажа.

— Твоего деда никому не жаль, — отрезала Ирма. – Это не считается.

— И формально история и так закончилась смертью центрального персонажа, — на этом Северин самодовольно подвигал бровями.

— О да, ушел лекарь молодым, — поддержал его Фред. – Девочки, кто хочет поблагодарить меня за актерскую игру, жду вас в столовой!

Судя по тому, что несколько студенток ответили ему смущенным хихиканьем, не бывает маленьких ролей, бывает у актера мелкий бицепс. На Мэтта, кстати, тоже косились, но он не замечал ничего вокруг, просто глядел в одну точку. Зато не возмущался и не учил никого жизни, даже о цвете моих волос не вспомнил, наверняка и ему понравилось быть в центре внимания.

— Все благодарности от поклонниц примете позже, — отрезала Меб. – Теперь давайте проголосуем, кто считает, что во всем виноват наш лекарь, печальный раб бутыли?

Я оглянулась и заметила целый лес рук среди собравшихся. Ну даже обидно! Выложила им такую замечательную и стройную теорию, которая изящно объясняла все странности, а они проголосовали за Фреда и его бицепс. Точнее – глупость.

— Кто за ведьму-Дэрину, у которой от неловких ухаживаний лорда открылся магический дар? Или способность разжигать огонь при помощи камней, сорочки и миски с тюремной баландой?

В этот раз рук было куда меньше. Но я бы и сама не голосовала за этот вариант. Все же Ирма тянула на ведьму чуть меньше, чем никак. Даже ее версия с тайным поджогом подручными средствами выглядит не такой беспомощной, по сравнению с пробуждением колдовской силы.

— Теперь голосуем за дезертира-Арвела!

Я боялась оглядываться, но рук оказалось примерно столько же, сколько и у лекаря. А вот Северин только обрадовался:

— Сжег нас из ревности, мерзкий тип, — добавил он.

— Семнадцать за доктора и четырнадцать за Арвела, — произнес Мэтт. Хотя, могу поспорить, он оглянулся на пару секунд, не дольше.

— Что же, как всегда, победила безалаберность, — подытожила Меб. – Всем спасибо! В следующее выходные разберем «Кот для золотой леди», тоже классика, но объемная, кто еще не знаком, рекомендую начать уже сегодня.

При этом она глянула прямо на меня, будто я тут единственная, кто не знаком с гвинморской классической литературой. Просто бе-бе-бе. Тони тоже подмигнул мне, а потом не поленился подойти и добавить, что ждет моего выступления на следующих выходных. Затем он шустро собрал все аксессуары в коробку и встроился в конец очереди из тех, кто покидал читальный зал.

На месте остались только мы с Мэттом и Меб, Дубровник унеслась вслед за Северином, чтобы убедить того в своей ведьмовской стойкости к чарам лорда-командующего. У меня же слишком болела нога, чтобы шустро скакать вслед за остальными. Наверное, надо было послушать доктора и остаться в кровати еще на день. Но как же это скучно!

Зато теперь я сполна расплачивалась за свое веселье пульсацией в лодыжке и мрачными мыслями о том, как ползу по лестнице к спальне. Я, конечно, вся такая самодостаточная и мужественная, но сейчас бы совсем не отказалась от явления Кассиана, у которого была премилая привычка носить меня на руках.

Но его отсутствие не повод пускать тут корни, тем более Меб уже откровенно косилась на меня. Потому я притянула костыли, оперлась на них и встала, неуклюже, зато без кряхтения и стонов. Но и без того чувствовала себя древней старухой, которая еле-еле ковыляет к выходу.

— Это совсем не похоже на литературные чтения! – вдруг в пустоту заявил Мэтт и слегка покачнулся на месте. – Но и в такой форме есть плюсы. Я неплохо провел время.

— Я же говорила, литература – наше все! – ответила ему я. Надеюсь, он догадается встать и открыть дверь. Мне с этой махиной не справиться.

— Это все идея Тони, — призналась Меб и подошла ко мне, чтобы выпустить. – Раньше мы целые представления устраивали. Ну еще в те времена, когда могли продавать билеты на чтения. Тогда главный зал набивался битком, не только студентами, но и жителями Риверхольма. Мы готовили декорации, костюмы, ставили целое представление по мотивам повестей и рассказов. А потом показывали небольшие интервью от имени героев. Правда, роли раздавали заранее заинтересованным ученикам. Было здорово, и у нас постоянно водились средства на пополнения фондов. Сейчас с этим туго.

— Тогда я считал это очень глупым, — снова влез Мэтт. – Хотя Хильдегарда убеждала меня, что такое вхождение в образ другого человека помогло бы мне развить эмпатию. Но это странно. Ведь сейчас я совершенно не проникся своей ролью. Видимо потому, что она была слишком незначительной.

— Все начинают с малого. Так что хочешь свершений – ходи к нам регулярно.

Мэтт встал и быстро нагнал меня, почти подталкивая к двери. Но догадался ее придержать, а когда мы оказались вдвоем в коридоре, протянул розовый с блестками конверт, который и сейчас пах апельсинами и розой.

— Вот точная копия письма Эбигейл, не знаю, чем она тебе может помочь. Полиция обследовала ее несколько раз, ничего особенного. И почерк точно ее.

— Спасибо.

Я впихнула письмо в карман, а потом шустро попрыгала в сторону лестницы, мечтая не свалиться от боли где-нибудь на полпути. Поможет или не поможет – вопрос пока открытый, все равно пока не прочитаю, не пойму. А для того нужно добраться до комнаты через тьму тьмущую ступеней.