Вечером 22 мая 2020 года Джен Тодд отмечала свой шестьдесят восьмой день рождения на пикнике с парой друзей. После ужина Тодд забралась на заднее сиденье внедорожника своих друзей, и они отправились прокатиться.

Они ехали по проселочной дороге, где не было фонарных столбов, и в темноте водитель не заметил стадо диких кабанов, пока те не оказались в свете фар. Резкий поворот – внедорожник перевернулся. Тодд выбросило из машины при опрокидывании, и автомобиль приземлился прямо на нее, сломав больше дюжины костей и повредив мышцы, сухожилия и связки. Она пролежала в сознании под машиной больше часа, пока не прибыли спасатели.

После аварии Тодд перенесла несколько хирургических операций и других инвазивных процедур. Ее семья, друзья, коллеги, ученики и почитатели сплотились вокруг нее, поддерживая как могли; но из-за карантина, вызванного пандемией COVID–19, большая часть этой заботы осуществлялась дистанционно. Однажды Арнольд Шварценеггер позвонил ей по FaceTime и мягко упрекнул за то, что она не сообщила ему сразу о случившемся. «Конечно, я беспокоюсь о тебе, – сказал он. – Ты семья».

Почти через год после аварии Тодд решила проверить свои силы, построив три большие приподнятые грядки для органического сада, каждую из которых обрамила бетонными блоками. Она перенесла блоки и грунт самостоятельно, а затем посадила то, что назвала «садом победы». В следующем году она снова начала поднимать тяжести. Она начала с очень легких весов по сравнению с теми, какие поднимала в молодости. Она сделала становую тягу с весом в 115 фунтов.

«Это приятное чувство, – сказала она мне, – и садоводство тоже приятно. Мне нравится работать, понимаешь?»

Она также завела щенка. Бульмастифа, девочку. Она назвала щенка Паджи в честь самой известной женщины-пауэрлифтера 1940-х Паджи Стоктон.

Однажды, когда мы разговаривали по телефону и уже собирались попрощаться, она вспомнила еще кое-что. «Я тебе говорила, чем еще занимаюсь? – спросила она. – Я называю это тренировкой „Джен из Кротона“».

Она выдержала театральную паузу и продолжила: «Я поднимаю своего щенка каждый день. Когда я ее взяла, она весила двадцать два фунта, а сейчас она уже пятьдесят шесть. И скоро она станет такой большой, что я не смогу ее поднять». И последняя фраза, о приближении к пределу своих возможностей, была сказана таким радостным тоном, что мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что она просто шутит.