Настольная игра Pathfinder (англ. «следопыт, исследователь, землепроходец») возникла на основе D&D 3.5. Для нее придумали новый фэнтезийный сеттинг – Голарион. Pathfinder смогла быстро завоевать популярность игроков и в 2011, 2012 и 2013 годах даже становилась самой продаваемой НРИ в мире, потеснив D&D на пьедестале.

Если говорить о славянских и русских мотивах в мире Голарион, то путь следопыта вновь ведет на север. И снова нас встречают заснеженные леса, всесильные ведьмы и Баба-яга в избушке на курьих ножках. Но если вы ожидали увидеть переименованную копию Рашемена из D&D, то вскоре убедитесь, что все не так просто.

На северо-западе континента Авистан находится Иррисен (Irrisen). Это холодная и безжалостная земля, скованная вечной зимой. Такой она была не всегда. Иррисен возник из-за вторжения сверхъестественных существ – армии синекожих ледяных троллей и фей стужи во главе с Бабой-ягой. Местные племена людей, Ульфены, пытались сопротивляться, но всех, кто отваживался дать отпор захватчикам, ждала смерть, и выжившие предпочли покориться. Завоевав королевство, Баба-яга утратила к нему интерес и продолжила странствовать между мирами, оставив одну из своих дочерей править Иррисеном.

Неестественная стужа, царящая в Иррисене круглый год, вызвана магией. Эти могущественные чары не позволяют себя изменить и ограничивают возможности волшебников, которых занесло в эту заколдованную землю. Ледники очерчивают северную границу страны. Изрядную часть Иррисена занимает Ледовое Озеро, на северо-восточном берегу которого находится Белый Трон, столица страны вечной стужи.

Неудивительно, что большой властью в Иррисене обладают зимние ведьмы, владеющие магией холода. Их волшебные прислужники-фамильяры обычно принимают форму лис, зайцев, сов и других типичных для Иррисена зверей и птиц. Зимние ведьмы также зачастую принадлежат к местной аристократии, носящей название Ядвига (Jadwiga). Так звали первую королеву Иррисена. В Средние века это имя, славянизированную версию германского Хедвиг, носили несколько польских королев и принцесс. Многие имена, выбранные для правящей элиты Иррисена, показывают, что авторы игры ориентировались на средневековые славянские и венгерские аналогии, а также имена греческого и латинского происхождения. Например, Людвак, Божидара, Ксения, Елена, Саша, Карина, Наталка, Великас, Исидор, Элигиуш, Коломан, Ласло. Ядвига кичатся своим происхождением от Бабы-яги и вызывают у своих подданных смесь страха и восхищения. Мужчины, потомки Бабы-яги, обычно становятся военачальниками, тогда как правят страной женщины.

В Иррисене практикуют децимацию – казнь каждого десятого воина за трусость или непокорство, проявленное всем отрядом. На этом мучения казненных не заканчиваются. Возрожденные колдунами-некромантами, они вечно служат своей стране в крепости Велечия Нора (Velecia Nora, возможно, искаженное «Великая Нора»). Впрочем, имя бессмертного генерала казненных подпортит весь мрачный пафос для русскоязычного игрока, потому что звучит оно как Федор Елизавета (Fyodor Yelizaveta). Это объясняется не сложностью гендерного самоопределения, а русскими отчествами и фамилиями, с которыми зарубежные авторы часто не в силах справиться.

Вечная зима позволяет выращивать лишь крайне скудный урожай. Иногда еду привозят купцы, но они редко добираются до Иррисена. А местные жители еще реже набираются смелости покинуть родину. Они привыкли изо дня в день выживать среди стужи и постоянной опасности. Обитатели Иррисена суеверны, придают большое значение амулетам, способным отвратить несчастье и уберечь от слишком пристального внимания Бабы-яги и ее дочерей. Поэтому свои дома и предметы быта украшают резьбой с оберегающими хозяев символами – вратами, деревьями. А еще собаками и кошками, которых по той же причине часто заводят в качестве питомцев. Воронов считают благородными птицами, а вот ворон безжалостно убивают.

Ведьмоварги (witchwargs), огромные белые волки с ледяным дыханием, не уступают людям в интеллекте. В Иррисене они заключили союз с Бабой-ягой и населяют целые городские кварталы. Чары, наложенные Бабой-ягой на эту часть городов, позволяют ведьмоваргам принимать человеческий облик, всегда с холодными голубыми глазами и белыми волосами. Подобный образ, вероятно, навеян как скандинавскими, так и славянскими представлениями о волках-оборотнях.

Зимние ведьмы разместили вдоль рубежей Иррисена избушки, подобные знаменитой Избушке Бабы-яги. В них сидят куклы, внутри которых заперты похищенные детские души. Куклы зорко следят за пограничьем и оживают по ночам, охотясь на непрошеных гостей Иррисена. Возможно, этот образ навеян волшебной куколкой из русской народной сказки «Василиса Прекрасная» (№ 104 в сборнике Афанасьева), хотя там это и сугубо положительный персонаж.

Еще один мотив из той же сказки связан с невыполнимыми заданиями Бабы-яги. Она внезапно может явиться смертной женщине и потребовать подмести всю Избушку маленькой кистью. Отказавшихся ждет съедение, а те, кто справился с заданием, становятся ведьмами.

Для Голариона Баба-яга в принципе – существо из иного мира. На самом деле она родом с Земли, которую иногда навещает. Когда-то была сарматской девушкой по имени Янка (Yanca), однажды встретившей прорицательницу-норну. Норна была не человеком, а волшебным существом, и ее наставления дорого обошлись Янке. Девушка так заслушалась, что не заметила, как два года пролетели будто один миг. Это один из повторяющихся фольклорных мотивов, связанный с посещением иного, сверхъестественного мира. За это время племя Янки уже откочевало в неведомом направлении. Так что пришлось вернуться к норне и стать ее ученицей. Завершив обучение, Янка странствует по миру. От жителей Руси, почему-то существующей одновременно с более древними кочевниками-сарматами, она и получит свое прозвище. «Баба» – из-за преклонного возраста, «Яга» – искаженное имя Янка. Вначале Баба-яга обитала в погребальном кургане, пока не создала Танцующую Избушку на курьих ножках.

Интересно, что Баба-яга показана довольно неоднозначным персонажем, как и в фольклоре, где она может выступать то в роли врага, то в качестве помощника. В мире Pathfinder неприязнь Бабы-яги к людям вызвана их непрестанной жаждой милостей. Тем, кто все же взывает к ней о помощи, раздраженная Баба-яга заламывает непомерную цену, но всегда выполняет обещанное. Хотя она вполне могла достичь бессмертия еще в молодости, Баба-яга сознательно дожила до старости, считая необходимым сполна испытать все этапы жизни, а не хвататься сразу за возможность избежать могилы. Бессмертной ведьма стала лишь в 102 года, когда здоровье уже начало ей изменять. Точно так же она не желает становиться божеством, не любит лишней лести и раболепия.

Раз в столетие Баба-яга возвращается в Иррисен. Предвестниками этого события выступают Три Всадника – Белый, Красный и Черный. Всадники объезжают Иррисен, проверяя преданность подданных Бабе-яге: верных награждают, уличенных в измене проклинают или уничтожают. Здесь мы снова видим прямую отсылку к русской народной сказке «Василиса Прекрасная». Там появляются три всадника: «сам белый, одет в белом, конь под ним белый, и сбруя на коне белая», «сам красный, одет в красном и на красном коне» и «сам черный, одет во всем черном и на черном коне». Баба-яга называет их своими верными слугами и поясняет Василисе, что они воплощают собой «день ясный», «солнышко красное» и «ночь темную» соответственно.

Посещая Иррисен, Баба-яга возводит новую дочь на трон в Белом Престоле. Прежнюю правительницу, как и ее отпрысков, она забирает с собой, оставляя лишь внуков. Очередная госпожа Иррисена сразу сажает на все важные посты собственных прямых потомков, пока цикл вновь не повторится. Так продолжалось тысячу с лишним лет. Все изменилось, когда королева Эльванна дерзнула восстать против матери и попыталась захватить власть. Для этого она решила устроить ловушку для Бабы-яги. А союзником Эльванны выступил не кто иной, как оккультист Григорий Распутин. Он, оказывается, тоже приходится сыном Бабе-яге и не питает особой любви к оставившей его матери. Этой истории посвящено отдельное игровое приключение 2013 года с красноречивым названием «Распутин должен умереть!» (Rasputin Must Die!). Его героям предстоит совершить путешествие из Иррисена в Сибирь 1918 года. В результате планы Эльванны и Распутина терпят крах.

Правительницей Иррисена, в нарушение прежней традиции, становится не дочь, а внучка Бабы-яги – Анастасия. Причем она оказывается фэнтезийной версией Анастасии Романовой. Замечу, что Распутин и Анастасия крайне популярны в западной массовой культуре, в том числе благодаря диснеевскому мультфильму. Но это скорее материал для другой книги, уже не «Фантастической Руси», а «Фантастической России». В игре Анастасия – тайная дочь императрицы Александры Федоровны от Григория Распутина. А раз Григорий является сыном Бабы-яги, то и Анастасия приходится ей внучкой. После расстрела царской семьи Распутин с помощью магии и локона волос Анастасии воскрешает ее и помещает в тщательно охраняемый монастырь. Герои приключения «Распутин должен умереть!» освобождают Анастасию. По их просьбе Баба-яга и возводит девушку на престол Иррисена. Правда, местная знать-Ядвига не в восторге от новой королевы, а простому народу живется ненамного лучше, чем прежде.

Я уже упоминал о таком фольклорном образе, как три дочери Бабы-яги. Но иногда их может быть и больше, прямо как в Иррисене. «Десять родных дочерей» и «двадцать падчериц» одной Бабы-яги есть в «Сказке о Василие-королевиче», а у ее сестер соответственно «двадцать родных дочерей» и «тридцать падчериц» и «тридцать одна родная дочь да пятьдесят падчериц», причем из дочерей самая младшая, Марья Ягинишна, «была всех мудренее».

За пределами Иррисена, в Иобарии, высятся три колоссальных изваяния, созданных Бабой-ягой. Называется это великолепие Артроза (здесь хочется пошутить о суставах престарелой ведьмы, хотя наверняка речь лишь о том, что статуи соединены вместе, учитывая значение греческого ἄρθρον, «соединение»). Грубо высеченные из камня нагие фигуры изображают три возраста – деву, беременную женщину и сгорбившуюся старуху. Предполагается, что они символизируют разные ипостаси Бабы-яги. Внутри гигантских статуй скрываются волшебные крепости, соединенные порталами. Сама Баба-яга давно не посещает это место, поручив его верному стражу.

Три образа/возраста Бабы-яги могут отражать троичность этого персонажа в фольклоре. Там присутствуют не только дочери-ягинишны, но и три яги. Это три сестры из «Сказки о Василие-королевиче», а также три «ягишны» из «Сказке о молодце-удальце, молодильных яблоках и живой воде» (№ 174 в сборнике Афанасьева). Может показаться, что «ягишна» – то же, что и «ягинишна», однако именно сама Яга названа «ягишной» в сказке «Баба-яга и жихарь» (№ 106 в сборнике Афанасьева). К слову, согласно гипотезе В. Я. Проппа, «в основном сказка знает три разные формы яги»[233] – дарительницу, похитительницу и воительницу, но вот с возрастами эти испостаси никак не связаны.

В Иобарию Баба-яга наведывалась, чтобы помешать местной версии Кощея. Как и в D&D, здесь персонаж из русского фольклора оказывается уродливым великаном с молотом. Он на дух не переносит Бабу-ягу и угрожает как Иобарии, так и Иррисену. Дело в том, что Кощей когда-то был обычным человеком, отличался несдержанным темпераментом и особенно не любил женщин и великанов. Баба-яга сыграла с ним злую шутку. Она выполнила просьбу смертного Кощея и даровала ему бессмертие. Но при этом превратила его в демонического великана, придав Кощею тот облик, который вызывал у него наибольшую ненависть. Баба-яга также спрятала часть смертной души Кощея в шейную гривну.

Хотя основные «русские» параллели относятся к Иррисену, стоит упомянуть еще одну страну из мира Голарион. Раздираемый усобицами между знатными родами, Бревой вызывает ассоциации с Русью периода феодальной раздробленности. На его гербе красуется двуглавый дракон. Правит здесь династия Суртова, представители которой носят имена Натала, Никос, Берислав, Мирна, Нолески. А среди знатных родов есть семьи Лебеда, Орловски, Лодовка, Медвед.