Индивидуальные тренировки с Хэлом я закруглила: навыки из той жизни остались при мне, а скверный дар развился даже сильнее.

— Летиция сол Лерман, останьтесь, — сказал он мне после урока. А когда остальные студенты ушли, спросил: — Куда ты пропала?

— Как это пропала? Вот же я.

Рори задержалась у тренировочного поля, завязывая шнурки, и Хэл терпеливо дождался, пока она отойдет подальше.

— Я серьезно, — сказал он. — Турнир на носу.

— И я усиленно готовлюсь к третьему туру.

Защитный артефакт Бондаря Тука основывался на не самом предсказуемом сочетании рун, центральной из которых была маскировка. Парень со скверным даром находить, что угодно, пошел от обратного и использовал детскую руну для пряток. Атакующий терял цель, и с низкоуровневыми скверными тварями это работало идеально. А при добавлении в центр артефакта правильного исходного материала, так и на кайрога подействует.

— Хорошо. Как закончишь — принеси артефакт, мне надо проверить его и зарегистрировать для участия. Но сначала тебе надо пройти первые два этапа, — напомнил Хэлвиг, хмурясь. — Летти, может, ну его, этот турнир? Я и так тебя зачислю на факультет.

— Вы правда думаете, что я иду на турнир ради факультета скверноборства? — усмехнулась я.

— Обычно туда идут ради внимания великих домов. Для одаренок и бастардов — хорошая возможность проявить себя в лучшем свете, чтобы главы родов приметили возможных вассалов.

— Может, я собираюсь привлечь внимание женихов, — пошутила я.

— Ведь именно по этому критерию выбирают жену, — подтвердил Хэл. — Чтобы могла хорошенько вмазать. Серьезно, Летиция, не ходи.

— Я могу удрать, помнишь?

Он поймал мою ладонь, погладил пальцы.

— Обсудим то, что произошло в дозоре? — предложил тихо.

— На Тьена напали, — кивнула я. — Это был целенаправленный удар. Сол Кхары освобождают дорогу для законного наследника рода.

— Если он и правда сын Годвина, — уклончиво ответил Хэл. — Но я не про него, а про наш поцелуй посреди скверны. И про тот, что случился потом, в твоей комнате. У тебя милая спальня, Летиция. Такая девчачья: кружева, бархат, ленты… Я почему-то представлял себе что-то более лаконичное.

— Зачем вы вообще представляли мою спальню, учитель Крэйг?

— А зачем ты идешь на турнир?

— За победой.

— А я думаю, что ты собираешься привлечь внимание дома сол Кхар, — предположил он. — Годвин будет там, приедет посмотреть на младшего сына. Ты что-то замышляешь, Летиция? Что-то скрываешь от меня?

Целую жизнь.

— А что вы скрываете от меня? — спросила я, вздернув подбородок. — Что такого нужно от вас дому Кхаров?

Губы Хэлвига дрогнули, но он сжал их и не ответил. Когда пауза затянулась, я высвободила руку и пошла прочь. Что в прошлой жизни, что в этой, он все такой же непробиваемый пень! Неужели так сложно — рассказать, признаться… Я споткнулась, вдруг осознав, что сама — точно такая. Что если мне сделать первый шаг? Снять часы Тьена, показать знак на запястье…

От дерева отделился мужской силуэт, вспыхнули рыжие волосы.

— Думаю, ты готова к турниру, — одобрительно произнес Отис, подстраиваясь под мой шаг. — Надери там всем задницы, Летиция сол Лерман! А лучше — снимись с участия.

— И ты туда же? — возмутилась я.

— Ходят слухи, что на турнир привезли каких-то особо опасных тварей, — сообщил Отис. — Вернее, это Хелена подслушала. Сказала — усилили меры защиты.

— Вот и прекрасно, — буркнула я. — Сам говоришь — делают все, чтобы никто не пострадал.

Но в прошлой жизни такого не было. Турнир прошел без всяких волнений. Горан сол Кхар забрал свой трофей да и все.

Что-то опять изменилось. Кайрога привезли из-за меня? Из-за того, что не дала убить моего брата? Или случайно, мимоходом, я изменила еще какие-то цепочки событий?

Закончив артефакт, я тем же вечером отправилась регистрировать его у Хэлвига Крэйга. На этот раз я не стала прыгать к нему в спальню, а вместо этого отправилась в академию, поднялась на кафедру скверноборства и постучалась в его кабинет.

— Войдите.

Хэл поднял взгляд и выпрямился в кресле. А я прикрыла за собой дверь, ощущая странное дежавю. Словно время вновь замкнулось в петлю — осталось лишь станцевать.

— Артефакт для третьего тура, — сказала я, положив перед ним поделку.

Вышло странное — клык бжгуча, который мне когда-то вручил Этьен, стал сердцем артефакта. Пара железных скоб — для концентрации силы. Кожаный ремень с цепочкой рун для широты воздействия, и пара кристаллов-накопителей для подпитки.

Хэл подцепил пальцем ремешок, и клык бжгуча покачнулся в воздухе.

— Да, выглядит странно, — признала я.

Но скверному дозору плевать, как это выглядит. Главное, чтобы работало.

— На скверной твари смотрелось бы органично, — сказал Хэл. — О, ты даже налепила блестяшек… Садись, Летиция сол Лерман. Сейчас я запишу твое изобретение. Придумала, как его назовешь?

— Кулон Тука, — ответила я.

Хэл бросил на меня быстрый взгляд, но ничего не сказал. Достал из ящика стола какую-то папку, взял чистый лист.

— Воздействует на скверных тварей вплоть до четвертого уровня, — добавила я.

— Слишком самонадеянно, — прокомментировал Хэл. — Давай напишу до третьего.

— Нет, — отказалась я.

Пусть изобретение погибшего Бондаря не исчезнет. Четвертый уровень вызовет интерес.

— Значит, на турнире ты собираешься спровоцировать дом сол Кхаров? — спросил Хэл, делая на листе пометки.

— Я думаю так: Кхары проводят ритуалы с черенковыми магами не для дома, а для старшего сына, — пояснила я. — Грегор отбирает их магию, благодаря чему кажется сильнее и выдает себя за корневого. Маги со скверным даром нравятся ему особо. А я покажу все, на что способна, и он захочет мой дар.

— Самонадеянно и глупо, — покивал Хэл.

— А когда убийца нападет, я прыгну к тебе и назад, — продолжила я. — Ты остановишь время, мы соберем толпу свидетелей…

— Ты втягиваешь меня в заговор против сильнейшего дома и даже не спрашиваешь, пойду ли я на такое? — заметил Хэл, пряча в стол папку.

— Не пойдешь? — спросила я.

Он подвинул артефакт кончиками пальцев, и я забрала его себе, накрутила ремешок вокруг запястья. Если Хэл откажется помогать, то весь мой план и правда превратится в безумие.

— Что я получу за это, Летиция? — спросил Хэл.

— Мою благодарность…

— В какой форме ты собираешься ее выразить? — уточнил он.

Я невольно прищурила глаза — таким жаром от него полыхнуло.

— Ты пока ничего не сделал, а уже требуешь награды, — насмешливо заметила я.

Хэл поднялся, обошел стол и, положив руку мне на плечо, склонился.

— Это разумно при заключении сделки, — прошептал он. — Я должен знать, ради чего буду рисковать жизнью.

— В скверну ты прыгнул просто так, — напомнила я.

— Но времени там не терял, — усмехнулся он, а его пальцы погладили мою шею.

Мое дыхание сбилось, и я невольно прикрыла глаза, пока он медленно ласкал мою кожу, вновь безошибочно находя точки, прикосновение к которым лишало меня сил к сопротивлению. Но я не его бесправная Лета. Я — Летиция сол Лерман, дочь великого дома.

— Чего ты хочешь? — спросила я, встав со стула и развернувшись к Хэлу лицом. — Чтобы я переспала с тобой ради призрачной надежды прищутить Кхаров?

Хэл задумался на миг, ноздри дернулись, как будто он запоминал мой запах. Длинные пальцы вновь погладили мою шею, слегка отогнули ворот рубашки, приоткрывая грудь, опустились на талию.

— Станцуй, — хрипло предложил он. — И я прыгну за тобой, куда потребуется.

— Я вам не ярмарочная плясунья!

— А я тебе кто? — холодно поинтересовался Хэл. — Марионетка? Ты дергаешь меня за ниточки и ждешь, что я буду выполнять твои команды?

Он был так близко, что я чувствовала жар его тела. Не корневой маг, но я слишком остро на него реагирую.

— Ты мое помешательство, — прошептал Хэл, склонившись. — Моя…

И я трусливо прыгнула в свою комнату, унося на губах его поцелуй.