Михаил Александрович Шолохов (1905–1984) – классик советской литературы. В 1965 году получил Нобелевскую премию, которую ему присудили «за художественную силу и цельность эпоса о донском казачестве в переломное для России время» – иными словами, за роман «Тихий Дон».

Михаил родился в 1905 году в станице Вешенской области Войска Донского. Окончил гимназию. О трудном времени начала 1920-х годов он писал в автобиографии: «С 1920 года служил и мыкался по донской земле. Долго был продработником. Гонялся за бандами, властвовавшими на Дону до 1922 года, и банды гонялись за нами. Все шло как положено. Приходилось бывать в разных переплетах».

В 1922 году Шолохов уехал в Москву, чтобы поступить на рабфак. Но Шолохова не приняли: он не состоял в комсомоле и не имел направления на учебу. Чтобы прокормить себя, будущий писатель служил разнорабочим, грузчиком и счетоводом в домоуправлении. В свободное время Михаил занялся литературой и вступил в объединение начинающих писателей «Молодая гвардия». Он познакомился с А. Фадеевым, А. Веселым, М. Голодным. В 1923 году вышел его первый фельетон «Испытание».

В 1924 году Шолохов вернулся на Дон и женился на Марии Громославской, дочери бывшего атамана. Вернулся в Москву он уже вместе с женой. В том же году опубликовал рассказ «Родинка», позже вышел «Нахаленок» и др. В 1926 году его рассказы вошли в первую книгу «Донские рассказы».

В 1926 году Шолохов с семьей поселился в станице Вешенской. Еще в Москве писатель задумал большое произведение о донском казачестве в годы революции: «В 1925 году осенью стал было писать «Тихий Дон», но после того, как написал 3–4 печатных листа, – бросил… Показалось, не под силу… Начинал первоначально с 1917 года, с похода на Петроград генерала Корнилова. Через год взялся снова и, отступив, решил показать довоенное казачество».

«Тихий Дон» – это грандиозная эпопея о донском казачестве в годы Первой мировой и Гражданской войн. Его сравнивали по масштабности с «Войной и миром» Л. Толстого. В центре сюжета казак Григорий Мелехов: его роман с замужней соседкой Аксиньей, подневольная женитьба на другой, бегство с родного хутора. Григорий воюет, ищет истину, мечется между красными и белыми, женой и возлюбленной, теряет всех своих близких – и в финале возвращается домой, к сыну, понимая, что ему угрожает расстрел.

В этом романе совершенно особый красочный язык – казачье наречие («вечерять», «здорово дневали», «гутарить», «станичники»). Название романа «Тихий Дон» взято из казачьей песни: «Ой ты, наш батюшка тихий Дон! Ой, что же ты, тихий Дон, мутнехонек течешь?..»

М.А. Шолохов. 1938–1939 гг.

Во многом огромный интерес к роману объяснялся тем, что он был едва ли не единственным источником, из которого советские читатели могли узнать реальную историю Первой мировой и Гражданской войн. Эти события долгое время замалчивались. Для написания этого романа Шолохов два года собирал материалы в библиотеках и архивах, изучал историю донского казачества, мемуары генералов Краснова и Деникина, встречался с реальными участниками Гражданской войны на Дону, в частности георгиевским кавалером Харлампием Ермаковым. Судьбу этого казака, казненного большевиками за активное участие в Верхнедонском восстании, описал Шолохов в образе Григория Мелехова.

Первый том романа был завершен к весне 1927 года, второй – через год, к началу 1928-го. Еще через год был окончен третий том, но его публикация была приостановлена. Дело в том, что завистники обвинили Шолохова в плагиате. Многие и до сих пор не верят, что 23-летний парень мог написать такое монументальное произведение. В литературных кругах говорили, что автором мог быть неизвестный белогвардейский офицер, расстрелянный большевиками, рукопись которого каким-то образом попала к Шолохову. Однако если прочесть написанные ранее «Донские рассказы» Шолохова, то видишь наброски того же сюжета, тот же сочный казачий говор и всякие сомнения в авторстве отпадают. Дольше всего Шолохов работал над четвертой книгой «Тихого Дона», завершена она была только в 1940-м. Шолохов тогда уже был официальным лицом – участвовал в партийных и писательских съездах, был членом Ростовского крайисполкома и депутатом Верховного Совета. На писательство времени оставалось мало.

Следующим крупным произведением Шолохова стал роман о коллективизации «Поднятая целина». В 1930 году Шолохов с воодушевлением писал редактору издательства «Московский рабочий»: «Сочиняю новый роман, как вешенские казачки входят в коллективизацию и как они живут в колхозах». Колхозы в то время делали первые шаги, и Шолохов искренне верил в успех этого начинания. Однако его вера была подорвана жестокой действительностью.

В 1931 году Михаил Александрович продолжал писать свой роман, однако его послания в Москву резко сменили тон: «Езжу по округам, наблюдаю и скорблю душой… Вы бы видели, что происходит. Жмут на кулаков, а середняки уже раздавлены. Народ звереет, беднота голодает, настроение подавленное… Посевной клин уменьшается, конфискованный скот гибнет на станичных базах…» Письма Шолохова рисовали удручающие картины коллективизации на Дону, и близко не напоминающие идиллию «Поднятой целины».

Несмотря на это, в начале января 1932 года «Правда» публикует отрывок из «Поднятой целины», и этот роман быстро стал самым знаменитым в те годы произведением в стране. Эта книга была объявлена совершенным примером литературы соцреализма, о ней написали горы статей, она стала обязательной для изучения в школе. Именно за нее писатель был удостоен высшей награды страны – Ленинской премии.

А на деле коллективизация обернулась репрессиями, арестами и повальным голодом для населения. 2 ноября комиссия Кагановича прибыла в Ростов-на-Дону и предложила жестокие меры: арест всех саботажников, всех «социально чуждых и контрреволюционных элементов» и суд над ними по ускоренной процедуре, которую должно было обеспечить ОГПУ. В случае, если саботаж будет продолжаться, население предполагалось подвергнуть массовой депортации.

С ужасом наблюдая происходящее, Шолохов 4 апреля 1933 года обратился к Сталину с письмом, в котором он подробно описывает расправы при осуществлении хлебозаготовок в отношении жителей донских станиц. Сталин принял некоторые меры, отправил на Дон эшелон с зерном. Однако на объединенном пленуме 11 января 1933 года тот же Сталин резко критиковал местные партийные и советские органы, разрешающие колхозам создавать хлебные фонды ради выживания: для собственных нужд, фуражный, страховой.

Сообщение о нападении фашистской Германии на Советский Союз застало Шолохова в Вешенской. Воевать Шолохова направили на информационный фронт – в редакцию «Красной звезды». Кроме того, он был военкором газеты «Правда» и Совинформбюро. Лучшие очерки Шолохова (к примеру, «Наука ненависти») вошли в золотой фонд отечественной журналистики. Однако Шолохов чувствовал, что душой, образом мыслей он не газетчик, что не может ограничиваться жестким газетным форматом. И начал писать роман «Они сражались за родину». Рассказывали, что на фронте газетные номера с главами нового шолоховского романа зачитывали до дыр.

Зимой 1942 года неудачно приземлился самолет, на котором Шолохов летел по редакционным делам. Выжили только он и пилот. Писатель получил сильную контузию, от последствий которой страдал до конца своих дней. И все же современники, вспоминая Шолохова в военные годы, рисуют образ человека, который не дает унывать ни себе, ни другим. То же самое говорил в его последнем романе бронебойщик Лопахин: «Может быть, мне с шуткой и жить, и воевать веселее».

Планы Шолохова относительно романа «Они сражались за родину» все расширялись, он задумал написать трилогию, в орбиту которой попадет и предвоенное время. Одним из главных персонажей он сделал генерала Стрельцова, героя гражданской войны в Испании, отсидевшего до войны в сталинских лагерях. Но в годы правления Брежнева о сталинских репрессиях говорить стало не принято, и публикация последующих частей романа стала всячески тормозиться. Роман был в основном написан, но по идеологически причинам публикация его была затруднена. Шолохов сжег свои рукописи, и роман остался незаконченным.

В феврале 1984 года Михаил Шолохов скончался от тяжелой болезни. Похоронили его не на кладбище, а во дворе собственного дома. Там же похоронена и жена писателя.