Следующие несколько дней я привыкал к рутине. На базе я ночевал в комнатке напротив временной комнаты Джули. У многих ребят Предтечи были свои дома неподалеку, преимущественно в Казадоре, но я жил в старом поместье Шэклфордов. Пока Эрл не велел оставаться здесь. Рутина начиналась рано: в шесть Эсмеральда и ее охотники уже гоняли новичков. Я принимал душ и спускался на завтрак – на стуле у лестницы меня неизбежно ждал агент Фрэнкс. Ему тоже выделили комнату, но я так и не понял, пользуется он ею или нет. Такое ощущение, что этот гигант никогда не спал, а если и спал, то одним глазом. С тех пор как мы вернулись, каждое утро он встречал меня, сидя спиной к стене на складном стуле, уведенном из столовой. И всякий раз просто кивал, словно уже услышал меня задолго до того, как я спустился, и терпеливо ждал.
Фрэнкс попытался смешаться с толпой. После первого дня я намекнул, что если он тут вроде как налаживает связи, то не стоит расхаживать в броне, с ружьем и в обвесе фунтов на пятьдесят. Он внезапно согласился и теперь расхаживал в другой своей униформе: дешевом черном костюме с черным же пристяжным галстуком и в белой рубашке, воротник которой не предназначен был для такой бычьей шеи. Я заметил у него по крайней мере два полноразмерных «глока» и, кажется, по гранате в каждом кармане пиджака, но для Фрэнкса это уже была прямо маскировка.
– Вспомнишь солнце – вот и лучик, – саркастично сказал я, мечтая, чтобы он просто свалил уже. Он зыркнул на меня, явно жалея, что никто еще не попытался меня убить, поправил галстук, гранаты в карманах и встал, как обычно неразговорчивый. Я направился в столовую, он потащился за мной.
Сегодня ожидалось все то же самое, что вчера. После завтрака я наверстывал бумажную работу, потом учил новичков стрелять по мишеням, а не друг по другу – это было не так просто, задания становились все заковыристей. В общем, на бо́льшую часть дня меня запрягала Эсмеральда.
– Есть новости от твоих людей? – спросил я у агента Фрэнкса за завтраком. Мы были одни в просторной столовой: новички ушли на пробежку, отряд Предтечи выполнял задания командира. Трой, Холли и Майло вчера отправились в Коринф, вытряхивать информацию из эльфов трейлерного парка «Зачарованный лес». Хорошо им…
– Нет, – буркнул Фрэнкс, набив рот беконом. Жевал с открытым ртом. И громко.
– Можешь предположить, когда там Культ решит напасть?
– Нет.
– Думаешь, боятся сюда соваться?
Он пожал плечами.
– Что-нибудь интересное вчера ночью случилось?
– Нет.
Я никогда не любил долгие паузы в разговоре и попытался снова.
– Раз нам приходится вместе тут торчать, давай хотя бы познакомимся поближе. Мы вроде уже давно друг друга знаем. – Я не стал упоминать, что в первую нашу встречу он мне стволом в лицо тыкал, а во вторую пытался все дерьмо выбить. – Я даже понятия не имею, как тебя зовут.
Он помолчал.
– Агент.
Вот и попробуй с ним подружись.
– А хобби у тебя есть, Агент? Может, траву на зверюшках чиа выращиваешь? Собираешь карточки с покемонами?
Я прямо почувствовал его презрение, у него даже вены как у штангиста на лбу вздулись от раздражения.
– Нет.
И вот такие разговоры у нас были каждый день. Табельной личности ему правительство, похоже, не выдало. Этот человек был здоровенной, кровожадной, молчаливой загадкой. Я вздохнул и вернулся к своей рутине.
Мой офис был на верхнем этаже. Подозреваю, что технически он считался финансовым отделом К.О.М., но звучало как-то слишком претенциозно, потому что состоял отдел из меня и компьютера с установленным Quickbooks Pro. Я себя считал скорее вспомогательным финансовым отделом, потому что наконец уговорил Эрла нанять бухгалтера на полную ставку, но был слишком занят, чтобы собеседовать кандидатов, так что пока все бумажки висели на мне.
Бухгалтерия К.О.М. была и вполовину не такая сложная, как на моей старой работе, – мне удавалось все подбивать между заданиями. Но прежде чем я пришел, тут царил полный хаос: похоже, для большинства убийство монстров и математика были взаимоисключающими талантами. Но я смог навести порядок и несколько месяцев назад провел нас через аудит налоговой – это было почти так же трудно, как победить Мачадо.
Отчетность была не очень красивая. Общим гроссбухом, например, я не гордился, но в этом и прелесть маленькой частной компании – не надо ублажать акционеров и иметь дело с дурацким SarbOx, от которого страдают все большие корпорации. Бо́льшая часть наших доходов шла от ФАС, а они всегда платили вовремя. Сложнее всего было проследить расходы, потому что наши отряды на задании разбрасывались деньгами, и разрушать у них получалось лучше, чем высылать мне отчеты.
С тех пор как я уехал в Мексику, инвойсов у меня на столе прибавилось. Охотники, как всегда, даже не пытались заполнить все правильно и просто бросали бумажки в кучу прямо посреди столешницы. Обрабатывать это все приходилось целую вечность. На верхнем листе красным маркером было написано: «Проект “Левиафан”».
– Черт, Майло, десять тысяч долларов на кастомные автоматические гарпуны? Да сколько тебе их надо? – пробормотал я, отбросив инвойс. У меня была отдельная папка под названием «Майло», и содержала она самые странные вещи.
Я со стоном пролистал папку. Сегодня у меня к этому душа не лежала, все мысли были о Культе и о том, как его победить. Я знал, что должен быть в поле, заниматься чем-нибудь полезным!
На столе у меня стояли несколько фото в рамке: мы с Джули в походе на горе Чеаха, Отряд Невероятных Салаг позирует у входа в пещеры Де Сойя с Добрым Диего – второй раз мы приехали туда уже как туристы – и единственное фото Мордехая Бирейки.
Это был тот самый черно-белый снимок, который мы с Ли нашли прошлым летом в дневнике Мордехая: старик позировал на фоне какой-то огромной чешуйчатой туши. Я взял фотографию и вздохнул. Не то чтобы мне недоставало странного призрака в голове, но Мордехай подсказал бы, что делать. Он знал ответы на все вопросы, хоть и скрывал их, пытаясь меня защитить. Он не мог просто все на меня вывалить, потому что я побежал бы действовать и случайно открыл бы ворота. Он ходил по тонкому льду, но был для этого достаточно мудрый и осторожный. Полная моя противоположность. Пусть Мордехай погиб за десятилетия до моего рождения, я его считал своим наставником.
– Вот бы ты вернулся, Старик, – сказал я. – Мне б сейчас хороший совет не помешал!
Никогда не хотелось мне быть особенным, но, как сказал Мордехай, я вытянул короткую соломинку. Мне пришлось решать судьбу мира, и вот теперь я за это расплачивался.
Я поставил фотографию обратно и недобро глянул на кучу инвойсов.
Хрен с ним, бумажки могут подождать!
По крайней мере, мне все еще платили за стрельбу – сбылась мечта оружейного фанатика. С десяти до полудня я учил салаг меткой стрельбе и обращению с оружием. Они уже проучились два месяца, это была их последняя неделя, так что тупые и опасные давно отсеялись, уехав домой с приличными отступными.
Оставшиеся были умницами. Как водится, их набрали из тех, кто пережил столкновение с монстрами. В этом потоке у нас оказался, например, солдат, убивший аккадского штормового зверя в Ираке; таксист, подвозивший вампира (тот не только съесть его попытался, но и чаевые зажал); два брата, хозяева «Строительной фирмы братьев Хайт», случайно откопавшие перевертыша; археолог, тоже узнавший, что некоторым вещам лучше оставаться в земле; и даже вчерашний школьник, к которому в окошко автокафе «Арбиз» влез кровавый демон. Так мы узнали, что кровавого можно убить, если сунуть его лицом во фритюрницу и подержать, пока не перестанет трепыхаться.
Я должен был помогать на стрельбище, но большинство салаг уже поднаторели в стрельбе. Один из парней Эсмеральды, Купер, такой же любитель пострелять, хорошо их натаскал. Но Купер был в основном подрывник, а стрелок по остаточному принципу, так что и мне было что им показать в плане обращения с дробовиками и пистолетами. Не хочу хвастаться, но, насколько мне известно, дробовиком я владею лучше всех в К.О.М. Правда, быть в чем-то лучшим и быть хорошим учителем – разные вещи, я мог только надеяться, что буду хотя бы вполовину таким наставником, каким был для моего потока Сэм Хейвен. Отличный он был инструктор.
Грант работал с будущими снайперами. Неприятно признавать, но он знал о снайперской стрельбе больше моего. Хотя, по-моему, он как раз пример учителя, который сам предмет отлично знает, а научить не может. Впрочем, я тут предвзят.
Это был самый большой поток салаг, который видела К.О.М., и похоже было, что под чутким руководством Эсмеральды выпускников у нас тоже будет много. Ей бы, правда, поосторожнее трудиться: если будет слишком хороша, Эрл ее засунет на постоянную учительскую работу, а ни один опытный охотник на такое не подпишется.
Сегодня я в основном прохаживался за шеренгой стреляющих салаг. Мне выдали половину потока, и я разбил их на пары: один работает, другой его проверяет. Учил их быстрой смене оружия: сперва расстреливаешь основной боезапас, потом быстро достаешь пистолеты. Большинство отлично справлялось, и головорезы Фрэнкса вписались без проблем. В Бюро работают профи, этого не отнять. Для салаг и команды Эсмеральды они были из предыдущего потока, но пропустили выпуск из-за полученных ранений. Это объясняло их опыт и умения. Наблюдая за ними на стрельбище, я выяснил, что Торрес очень хорош, Арчер дисциплинированный и работает методично, а Херцог середнячок, но самая яростная.
Моим телохранителям не нравилось, что я тут расхаживаю среди потенциальных вооруженных ассасинов Культа, но я им до сих пор не верил. Они все время пялились в мою сторону, ждали, когда же случится какое-нибудь ЧП, но, к сожалению для них, ничего не происходило.
После смены оружия, стрельбы в движении и стрельбы из укрытия мы сделали перерыв, чтобы перекусить, попить воды и перезарядиться, прежде чем перейти к более сложным упражнениям. Грант тут же начал рассказывать самым благодарным слушателям историю о своих геройствах – у него таких историй было завались. А я хлопнулся на бетонную скамейку под жестяным козырьком, отбрасывающим тень на огневой рубеж, и решил всосать баночку «гаторейда», чтобы немного передохнуть от салаг. Даже весной в Алабаме жарковато, особенно если торчишь на солнце в полном боевом обвесе и кевларовом костюме. Фрэнкс перестал маячить у меня за спиной и отошел ответить на звонок.
От толпы салаг отделилась девушка, самая молодая в классе, привлекательная, жизнерадостная, как чирлидерша, блондинистая и бойкая.
– Можно я присяду?
– Конечно. – Я указал на скамейку напротив. Она тут же шлепнулась, грохнув подсумками о бетон. Я заметил, что Торрес, Арчер и Херцог подозрительно уставились на нее – нет ли угрозы, не надо ли меня защищать, – и едва заметно покачал головой. Они вернулись к перекусу.
Девушка протянула мне злаковый батончик.
– Хотите?
– Нет, спасибо. – Я мысленно пробежал по списку салаг – ужасно запоминаю имена! – Доун, верно?
– Ага. – Она просияла и быстро огляделась, не подслушивает ли кто. – А можно у вас спросить кое-что?
У нее был милый техасский говорок. Я из Далласа, так что сразу его узнал. Меня куча девушек с таким же говором отшила.
– Я тут как раз затем, чтобы отвечать на вопросы, – заметил я, стараясь выглядеть примером для подражания. – Что ты хочешь узнать?
Она снова огляделась. Я заметил, что несколько салаг за нами наблюдает, будто они взяли Доун на слабо. Она заговорщицки наклонилась ко мне.
– Это вы тот парень, который в прошлом году победил Повелителя Мачадо?
Я из этого секрета не делал, но и говорить о том случае не любил. Тем более что тогда произошло много других вещей, о которых лучше было не распространяться.
– Кто тебе сказал?
– Шутите? – Она рассмеялась. – Вчера Эсмеральда всем рассказывала на лекции про монстров. Самая большая награда в истории К.О.М.! И вам отошла бо́льшая часть премии ФАС: убили одного вампира-хозяина своими руками, помогали с остальными, в одиночку завалили уникального мегадорогого монстра!
Это была правда, я на том задании поднял неплохо, но как-то не осознавал, что стал знаменитостью.
– Да, это был я, но благодарить надо весь отряд. Я просто оказался в нужное время в нужном месте.
– Я так и знала! Спорю, вы миллионы заработали!
– Что-то вроде того. – Заработал я правда много. Бо́льшую часть раздал семьям охотников, погибших в пещерах Де Сойя, но особо этот факт не афишировал. Просто чувствовал, что так будет правильно. Все равно у меня еще куча денег осталась. – Дело было серьезное.
– Вау! – Она уставилась на меня большими голубыми глазами. – Такой секс!
Я как раз набрал полный рот «гаторейда» со вкусом химозного винограда и чуть все не выплюнул.
– Что, прости? – закашлявшись, прохрипел я.
– Ой, извините. – По ее взгляду понятно было, что виноватой она себя вообще не чувствует. – Я просто обожаю такие штуки. Знаете что? Мы типа стопудово должны потом пересечься. И вы мне все расскажете. Я ужасно хочу все именно от вас услышать! Может, сходим выпить…
Как человек, которого хорошенькие девушки всю жизнь игнорировали, я не сразу понял, что она ко мне клинья подбивает. Мозг не сразу сложил слова в ответ.
– Э… Прости, Доун, я пока очень занят. Видишь ли, агент Фрэнкс, э… посол доброй воли, и мне надо его сопровождать. – Я как бы невзначай снял перчатки для стрельбы, надеясь, что она увидит кольцо.
Она увидела.
– А, так вы женаты.
– Помолвлен.
Это ее не смутило.
– Подумаешь. Я тоже была помолвлена, но ему снесли голову рыболюди. Долгая история… в общем, так я тут и оказалась. Вы видели, что бывает, если сунуть монстра в пропеллер? – Она одарила меня соблазнительной улыбочкой. – Когда-нибудь обязательно вам расскажу. Может, еще поболтаем!
Она встала со скамейки. И как женщинам удается даже в бронекостюме так классно выглядеть…
– Увидимся!
Она вернулась к компашке салаг, сказала что-то одной из девчонок, и та захихикала. У нас тут что, старшая школа К.О.М.? Я покачал головой и допил «гаторейд». Ну конечно! Когда ты один, красивые девушки на тебя даже не смотрят, но стоит завести отношения… бам! Они как из-под земли выскакивают!
Фрэнкс закончил свои федеральские дела и вернулся ко мне. Увидев мое сосредоточенное лицо, только плечами пожал.
Несколько часов поорав приказы салагам и постреляв по картонным мишеням в виде разных монстров, я взял ланч на двоих, оставил Фрэнкса у лестницы, как всегда, и поднялся в офис Джули.
Офис моей невесты отражал ее характер: здесь были одновременно порядок и хаос, но хаос деятельный. Она покрасила стены в цвет морской пены, развесила симпатичные картины, все отделала… и завалила бумагами и оборудованием. Среди всего этого стояла пара горшков с цветами – их латинские названия у Джули от зубов отскакивали, а для меня вся эта зелень выглядела одинаково и разве что аллергию вызывала, но Джули я никогда об этом не сказал бы. На стене над столом висела доска, а на ней фото друзей и семьи – даже парочка моих дурацких рож. Ее стол был завален бумагами, на полу, по углам, на архивных шкафах – стопки стратегических документов.
Проблема в том, что конца им не было видно. Джули в этом бизнесе из любви к охоте, так что, когда находилась работа, она сразу ехала на задание, но, как наследница семейного состояния, она все равно занималась той же ежедневной ерундой, что и остальные бизнесмены. А перекладывание обязанностей ей давалось тяжело. Как опытный финансист, я неплохо ей помогал между заданиями, но все-таки К.О.М. нужно было больше офисных работников на полную ставку. Мы планировали дождаться каких-нибудь умных салаг, которым не доверили бы работу в поле… но нам так отчаянно не хватало рук, что и требования понизились.
– Привет, красотка, – сказал я, входя.
Джули махнула рукой, чтобы я замолчал: она как раз слушала кого-то по телефону. Я поставил ее ланч на кучу выписок, заявок, инвойсов, отчетов и потрепанный роман Джейн Остин – даже Джули иногда делала перерывы.
Она схватила блокнот, вытащила ручку из-за уха и принялась делать заметки.
– Да… кожа как резина. Зеленые… восемь футов в высоту. Да, сэр, я знаю, кого вы описываете, и да, мы можем с ними справиться.
Я придвинул стул и плюхнулся на него, зная, что до сих пор воняю порохом и маслом. Похоже, намечалась новая работа. Прекрасно. Бизнес процветал. Неважно, чья была территория, – награда делились между всеми командами и сотрудниками.
В прошлом году мы побили все рекорды по прибыли, но это потому, что монстров лезло ненормально много, да к тому же за Мачадо нам заплатили невероятную сумму.
– Нет… – продолжала Джули. – Нет, сэр. Не приближайтесь к ним. Я повторяю! Не приближайтесь… Почему? – Она закатила глаза в ответ на дурацкий вопрос. – Потому что они вас съедят… Да. Сожрут вас.
Она прикрыла трубку рукой и взглянула на меня.
– Что не так с людьми? Вот зачем они лезут договариваться с монстрами? Идиоты.
– Лично я во всем виню «Сумерки».
В реальной жизни вампиры сияют, только если их поджечь.
Джули вернулась к звонку.
– Хорошо, наш отряд подъедет через… – Она глянула на часы, и по тому, что не стала никуда перезванивать, я понял, что поедет наша команда. – Через три часа.
На том конце провода разразились тирадой. Джули забарабанила пальцами по столу, выжидая, пока это закончится. Такой же жест я недавно видел у ее матери, но если у Сьюзан ногти были красные и острые, то у Джули – короткие, чтобы не мешали стрельбе.
– Послушайте, сэр, они все равно никуда не уйдут. Пока вы к ним не подходите, не смотрите в их сторону и ничего не предпринимаете, они нападать не будут. Аванс мы ожидаем по прибытии на место, а пока никого не подпускайте к зданию. Да, спасибо, хорошего дня. – Она повесила трубку. – Ну, насколько это возможно, когда у тебя засилье троллей.
– О, тролли… Каков план?
– Едем в Бессемер. Кулак ушел куда-то по делам, так что никакой вертушки. Майло и остальные как раз будут возвращаться из Миссисипи, встретимся на полпути. Надеюсь, они успеют вовремя. Тролли окопались в маленьком заброшенном здании. Скорее всего, их там мало, мы справимся. Награда за взрослую особь… – Она сверилась с таблицей ФАС, прикнопленной к стене. – Пятьдесят тысяч за голову! Неплохо.
– Отлично, – сказал я. Руки уже чесались схватить Зверюгу и раздать всем монстрам по серьгам. – Никогда не видел троллей. Дай угадаю: маленькие, милые и разноцветные волосы торчком?
Джули улыбнулась и наградила меня сочувственным взглядом больших карих глаз.
– Как жалко, что ты их и не увидишь.
– Ну во-от! – заныл я.
– Знаю, знаю, но приказ Эрла есть приказ. Здесь тебе безопаснее.
– Сможешь меня тайком в чемодане вывезти?
– Ты большеват для чемодана. Послушай, милый, я знаю, что это тебя злит, – попыталась успокоить меня Джули, но провалилась. Я откинулся на стуле и закрыл лицо ладонью. Странно было трогать его, не чувствуя шрама. Как-то неправильно. И вообще, все было неправильно: я должен был ехать сейчас на задание вместе со своим отрядом! – Не переживай, разберемся с этим Культом, и все снова станет нормально.
Я фыркнул.
– Нормально?
– Сравнительно нормально. И кстати, мы в этом кавардаке кое-что забыли. – Она скорчила рожицу.
Я задумался. Что, забыл какую-то очередную свадебную хрень? Мне хотелось схватить Джули, сбежать и пожениться в Вегасе или что-нибудь такое, но Шэклфорды настаивали на том, что чтобы все делать с размахом. Джули подождала, пока я угадаю.
– Выбрать салфетки?
Пальцем в небо, но для меня все было одно.
– Уже. Желтые и лавандовые. Как ты мог забыть?
– Э… Культ Смерти и все такое, – сказал я в свою защиту. Я понятия не имел, что за цвет такой – лавандовый. Наверное, большинство мужчин скажет, что это такой светло-синий.
– Нет, ты должен был познакомить меня со своей семьей. Ты собирался им позвонить, помнишь?
Я саданул себе по лбу. Ну конечно. Я нечасто выходил на связь с семьей. В последний раз я их видел, когда поправлялся после того, как мистер Хаффман меня чуть пополам не разорвал. Звонил маме я в последний раз, чтобы рассказать о помолвке, и она проплакала в трубку часа полтора. Но из-за боевых заданий я все откладывал встречу. Мои родные думали, что я все еще бухгалтер.
– Еще ты должен был позвонить брату.
– Он все еще в туре, очень занят.
С моим братом Дэвидом (известным большинству как Мош) я разговаривал по телефону недавно, чтобы организовать VIP-билеты на концерт для друзей, и разговор вышел короткий. Мы, Питты, хоть немного дисфункциональная семья, но любим друг друга по-своему, пусть и общаемся нечасто.
– Но на этой неделе он должен приехать в наш штат, – напомнила Джули.
– Поздно, он уже тут, играет на Баззард-Айленде. Я достал билеты Кулаку и его племени, думал тоже пойти, но теперь, похоже, без вариантов.
– Ты организовал билеты на хеви-метал-концерт для племени орков? – озадаченно переспросила Джули. – Там же будет полно людей, как ты это себе представляешь?
– Места на закрытой трибуне-скайбоксе. Ты же знаешь, каково им в толпе. Я сказал брату, что волонтерю в ожоговом отделении, поэтому все будут в масках и гогглах. Он легко согласился.
А еще спрашивал, когда это я успел полюбить волонтерство в больницах, но Мош, вообще-то, многого обо мне не знал.
– Не знаю… Но пока Кулак следит за своими и ни во что не ввязывается… – озабоченно проговорила Джули. На орков распространялась награда ФАС, так что племя, живущее с нами, можно было назвать нелегалами. – Спасибо за ланч, но мне нужно к Эрлу. Для охоты на троллей нужно найти пару стрелков, чтобы тебя заменить.
– Эсмеральда и ее ребята хороши, Купер с FAL так вообще ад устраивает. Они наверняка уже не знают, как бы отделаться от тренировок. Я могу последить за салагами.
– Хорошо, тогда возьмем и команду Эсмеральды. Будет весело поработать с братишкой. При таком раскладе, если Майло задержится, мы все равно сможем атаковать троллей сразу, не задерживаясь. Кстати, как идут тренировки?
– Хорошо, но одна салага, кажется, пыталась со мной флиртовать. Мы, страшные парни, к такому непривычные, нас такое прям из колеи выбивает.
– Угу, иногда молодые впечатлительные салаги западают на своих опытных инструкторов… Ой, подожди. Как-то знакомо звучит. Как там мы с тобой познакомились? – Джули захлопала глазами. – Которая дурочка?
– Доун, техаска.
Она кивнула.
– О, красотка. Она завоевала титул «Мисс Хьюстон» или что-то вроде того. Жаль, что мне теперь придется ее убить.
– Не переживай, ты для меня единственная, – сухо ответил я. – Хоть я и видный представитель мужского племени и меня на всех хватит. Занимайтесь троллями, мы с Грантом побудем на хозяйстве.
– Обещаешь быть с ним милым?
– Обещаю Гранта не обижать! – Я поднял руки, защищаясь, и мысленно добавил: «Если не даст повод». – Серьезно, у нас с ним все гладко. Правда, я его увидеть не ожидал. А ты?
Джули поежилась.
– Я не думала, что еще когда-нибудь его увижу. Особенно после того, что с ним случилось. Он так внезапно исчез…
Я посерьезнел.
– Ты в порядке?
Они с Грантом в прошлом году всерьез встречались, и нам до сих пор неловко было об этом разговаривать. Я знал, что в глубине души она до сих пор чувствует вину за то, что так быстро сошлась со мной после того, как мы решили, что Грант погиб.
Джули поднялась, обошла стол и легко поцеловала меня.
– Я в порядке… Ну ладно, тролли сами себя не перестреляют. Нужно ехать, пока клиент не позвонил и не наорал опять. Люблю тебя.
Это была кодовая фраза, означающая: «Сейчас я не хочу об этом говорить».
– Я тоже тебя люблю. Будь осторожна.
– Буду. И не забудь позвонить родителям. – Джули Шэклфорд подарила мне идеальную улыбку и вышла и офиса. – Ни во что не влипай! – донеслось из коридора.
– Никогда, – ответил я, но она уже исчезла.
Рутина меня отпустила только на закате. Занимался я тем, что помогал салагам проходить полосу препятствий, пока Грант Джефферсон на всех орал. Агент Фрэнкс все это время дышал мне в затылок. Салаги испуганно на него поглядывали: даже среди новичков этот мордоворот уже стал легендой.
Без отрядов Предтечи и Пакстон база затихла. Племя Кулака тоже уехало, но они и так были как невидимки. В весеннем воздухе Алабамы не продохнуть было от пыльцы – у меня аж глаза слезились, – светлячки замерцали в ячейках забора. Вокруг царил мир и относительное спокойствие, поэтому я устроился на скамейке у входа в главное здание и решил позвонить родителям. Надо было выдумать очередную причину, по которой они не могли встретиться с моей невестой. Пока за мной охотятся психи, время совсем неподходящее.
Фрэнкс, как всегда, маячил в десяти футах. Он скрестил руки на груди и мрачно пялился на мой телефон.
– Можно немного личного пространства? – недовольно спросил я. Он огляделся. Мы были одни, никаких угроз. Снова повернулся ко мне.
– Нет.
– Ну ты и козлина. – Я вздохнул и набрал домашний номер. Фрэнкс не стал отвечать. Такого не сдвинуть.
Поймите правильно, я люблю своих родителей. Просто мы не особо умеем разговаривать. Мама болтает постоянно, но о неважных вещах, а отец чаще раздает приказы, чем, собственно, говорит. Все детство он меня муштровал, готовя к неизбежному мировому пожару и концу света, поэтому беседовать с ним один на один мне всегда было как-то неловко. Но надо признать, что, если бы мой отец, герой войны, не научил меня защищаться, я бы сейчас тут не сидел. Спасибо за его паранойю.
Прошло три гудка, прежде чем трубку сняли. Голос был хриплый и незнакомый.
– Кто это?
– А это кто? – эхом отозвался я, автоматически глянув на свой «блэкберри». На экране высвечивалось «Мама», значит номером я точно не ошибся.
– Ну здравствуйте, мистер Питт, – усмехнулся неизвестный. – Очень вовремя. У ваших родителей такой милый домик! Надо бы вам чаще сюда заезжать.
У меня похолодело в животе. Наверное, и на лице что-то такое отразилось, потому что Фрэнкс тут же напрягся, потянулся ручищей под пиджак.
– Ты еще кто? – резко спросил я.
– Никто, – он хрипло рассмеялся. – Просто прислужник теней, которому сам Верховный жрец Владыки Ужаса поручил передать послание. Ваши родители у нас. Он готов обменять их жизни на вашу. – На фоне кто-то зарычал, раздался удар, треск, вскрикнула от страха женщина (я был уверен, что это мама). – Если не сделаете как мы говорим, мы скормим их по кусочкам могучему шогготу.
Сердце провалилось куда-то в желудок, я потерял дар речи. Фрэнкс сообразил, что происходит, вытащил рацию и принялся раздавать какие-то приказы, но я не понимал слов, все сливалось в сплошной белый шум, земля уходила из-под ног.
– Я… я…
– Вы сделаете как я скажу, мистер Питт, ибо мы – острие праведного гнева Древних! Мы… эй! Держите старика!
Разбилось стекло, снова что-то хрустнуло, бахнул выстрел, и связь прервалась.
– НЕТ! – крикнул я, но никто этого уже не услышал, сигнала не было. – Черт! Фрэнкс! Мои родители! Они добрались до моих родителей!
– Принято, – спокойно сказал он, слушая рацию. Наверное, ему как раз выудили из бездонной базы данных координаты. – Местные силовики уже выехали.
Я в панике снова набрал номер. Пошел гудок, но трубку никто не брал.
Я поймал себя на том, что нервно расхаживаю туда-сюда. Нет. Быть не может. Они же никакого отношения к этому не имеют. Это не их война. Они даже не знают, чем я зарабатываю, живут в сотнях миль отсюда! Беспомощность обрушилась на меня, словно молот на наковальню. Прошла мучительная минута, а я не мог понять, что делать. Меня тошнило.
– Агент Майерс, – Фрэнкс протянул мне рацию.
Я выхватил ее, вдавил кнопку.
– Майерс, сукин сын! Беги, вали их!
– Успокойся, Питт. Мои люди уже решают вопрос. Если культисты сбегут раньше, чем мы приедем, оцепим местность. Мой вертолет уже прогревается, я лично возглавлю поиск.
– Естественно, лично! – прорычал я. – Это твоя вина!
– Просто успокойся и не покидай базу, – велел Майерс.
Я бросил рацию Фрэнксу в лицо (тот легко поймал ее) и побежал к главному зданию.
– Куда ты?
– К ним! – крикнул я через плечо.
– До них несколько часов, – сказал Фрэнкс.
– Черт!
Конечно, он был прав, но я просто должен был хоть что-то сделать. Кто из наших неподалеку? Джули должна была знать. Я достал телефон и нажал «Д» – быстрый набор. Заметался по кругу, пережидая гудки…
– Здравствуйте, вы позвонили Джули Шэклфорд, бизнес-координатору К.О.М. Пожалуйста, оставьте сообщение после гудка.
Я выругался. Ну конечно она не ответит, она же охотится на троллей! Дождавшись гудка, я наболтал ей что-то паническое про то, как культисты похитили моих родителей.
Мой телефон зачирикал – входящий.
– Алло? – я тут же взял трубку.
– Сын? – прохрипел с одышкой знакомый голос.
– ПАП! – крикнул я. – Ты в порядке?
– Ага, – тяжело выдохнул он. – Какие-то ублюдки выбили дверь, попытались нас связать. Несли какую-то чушь. Налетчики недоделанные.
Замершие легкие снова начали качать воздух.
– Мама в порядке?
– Конечно, в полном.
О, спасибо тебе, Господи.
– А что там культисты?
– Культисты? Эти-то утырки? Трех я подстрелил, один вон по подъездной уползти пытается. Ничего, с такими дырками далеко не уползешь, сейчас его накрою. Что, черт возьми, происходит?
Я выдохнул с облегчением. Мой отец воевал двадцать пять лет – и в открытых конфликтах, и в тайных. Чего только не повидал и от гуков, и от террористов. Его так легко не запугать.
– Пап, слушай внимательно. Держись, копы скоро будут. У тебя еще стволы есть? – Он немного обиженно буркнул в ответ. – Отлично. На всякий случай бери те, что побольше.
– Насколько большие?
– Самые.
В отцовском случае это значило очень серьезные пушки. Яблочко от повернутой на оружии яблоньки недалеко падает.
– Выжившие культисты есть? – перебил Фрэнкс. Я поднял палец. – Он нам нужен.
Я кивнул.
– Пап, в последнего больше не стреляй, копы хотят его опросить.
– Тогда пусть быстрее шевелятся. Брошу ему полотенце, пусть зажмет рану и не ноет. А ты слушай сюда, сын: они говорили о тебе. Что это все из-за тебя. В какое дерьмо ты вляпался? Счетоводом у мафии стал?
Ну конечно, он все еще думал, что я бухгалтер.
– Объясню все потом, обещаю. Приезжайте в Алабаму так быстро, как сможете, федералы вас проводят. – Я неласково глянул на Фрэнкса, но тот согласно кивнул. Видимо, в какой-то момент он вызывал своих, потому что к нам уже бежали нагруженные снаряжением Арчер, Херцог и Торрес. – Они еще что-нибудь говорили?
Папа охнул.
– Черт, забыл! Они сказали, что пошлют за твоим братом… Насилие и Зло – что-то такое…
– Мощь и Насилие?
– Да, но потом я схватился за кухонное ружье.
Сколько себя помню, у Питтов всегда было как минимум по одной пушке в каждой комнате. Вот и кухонная пригодилась.
– В общем, я выстрелил ублюдку, который это сказал, в лицо и отвлекся немного. Надо ехать к Дэвиду.
– Он рядом со мной. Я этим займусь, пап, увидимся в Алабаме. Просто держись. – Я повесил трубку и пролистал контакты до номера брата. Руки так дрожали, что я едва по кнопкам попадал.
– Але, – раздался в трубке незнакомый голос, и сердце у меня замерло. Неужели опоздал?
– Мне надо поговорить с Мошем! Прямо сейчас! – заорал я.
– Мужик, ему сейчас на сцену выходить. Звякни попозже.
– Семейное дело, – настойчиво сказал я.
– Короче, я его менеджер. Скажу, чтобы он перезвонил, когда шоу кончится. – Голос у него был расслабленный, чуть ли не томный такой.
– Мош в опасности! Уведите его со сцены! Сейчас!
– Слушай, мужик, завязывай с веществами, ты ж, по ходу, на измене. Через пару часов перезвони.
Он повесил трубку.
Я нецензурно взревел и побежал к главному корпусу за снаряжением.
– Вы куда? – спросил Торрес.
– Они собираются напасть на моего брата. Он сегодня в Монтгомери, мне надо к нему. Доедем за полчаса.
– Наша штурмовая группа на Максвелле, – быстро сказал Арчер, имея в виду базу ВВС в Монтгомери. – Я их подниму.
– Майерс сказал, что К.О.М. нам покидать запрещено, – бросила Херцог.
– Наш отряд уже там, они справятся. Бросившись туда, вы только опасности себя подвергаете. А Культ наверняка только этого и добивается, – негромко добавил Торрес. – Это может быть ловушка.
– Нет. Еду. – Я развернулся. – И первому, кто за мной сунется, прострелю колено.
В гневе я выгляжу довольно угрожающе. Трое младших агентов рефлекторно отступили. Только Фрэнкс не дернулся. Все молчали, придавленные моим тяжелым взглядом.
– Помогать будете или нет?
Фрэнкс задумался, видимо взвешивая плюсы и минусы: подвергнуть меня опасности против возможности кого-нибудь пристрелить. Решение пришло быстро.
– Я поведу.