Несколько культистов попытались меня остановить еще в похоронном бюро, но я перестрелял их безо всяких сожалений. По сравнению с монстрами эти шизики были совсем плюшевыми. В коридоре нашелся телефон, но такой же мертвый, как культисты. Выбежав на лестницу, я сунул в Зверюгу новый магазин и спустился к черному ходу. От самого порога передо мной расстилалось кладбище, между склепами клубился туман. В тумане метались огни: меня уже бежали брать культисты и черт знает кто еще. Самым мудрым ходом было бы убежать и спрятаться, найти какой-нибудь рабочий телефон, позвонить в Министерство внутренней безопасности, а не бежать на неубиваемого Худа и его сектантов.

Но если Мордехай мне просто привиделся в бреду, а взбодрился я из-за укола Торреса, значит скоро его действие прекратится и я всерьез стану зомби. И произойти это может в любую секунду. Так что действовать надо прямо сейчас, потому что Худ уже начал наколдовывать эту свою вечную ночь.

Я побежал вперед. Никакой стратегии, кроме «стрелять во все, что движется», я не придумал, но движущихся целей вокруг было хоть отбавляй. Мои ботинки скользили по мокрой густой траве, краем глаза я заметил, что имена на надгробиях вроде бы английские, но где нахожусь, все еще не понимал. Было прохладно, но не холодно, незнакомые звезды намекали, что я где-то в Южном полушарии. Один. Не то чтоб это было важно, впрочем.

Я повернул туда, где скопилось больше всего огней. Худ мог видеть в темноте, а вот большинство его подельников – нет.

В тумане появились странные силуэты, но стоило мне повернуться в их сторону, как они тут же исчезали. И продолжали пялиться на меня из-за каждого угла. Оставалось только гадать, каких жутких тварей Культ перетянул на свою сторону ради этого дня. Понятный шаг: в мире без дневного света монстры, на которых мы охотимся, будут жить как на курорте.

Никто меня не атаковал. И культисты, и твари предпочитали держаться подальше.

Я добежал до здоровенных переносных прожекторов вроде тех, которые используют на стройках. В центре старого кладбища и правда было что-то вроде стройки: на краю гигантской дыры размером с футбольное поле, явно выкопанной недавно и впопыхах, припаркованы были бульдозеры, самосвалы и экскаваторы. Земля здесь превратилась в грязь, вокруг валялись обломки надгробий. В стенах ямы виднелись старые гробы, кое-где разломанные экскаватором надвое, фрагменты скелетов были разбросаны кругом как мусор.

Я подошел ближе и глянул вниз. По дну ямы ползал туман, собираясь в клубы странной формы. Неизвестные мне насекомые, пролетая перед прожекторами, отбрасывали на него огромные тени. Что-то было там, на дне, засыпанное землей и костями.

Худ ждал меня в центре ямы, скрестив руки на груди. Рядом с ним стояла девушка в мантии со сложной вышивкой. Оба нацепили золотые короны, напоминающие кальмаров, и амулеты, чертовски древние на вид.

– Ой, ну не надо было ради меня наряжаться.

– Сейчас смеешься, потом будешь плакать, неверующий! – завизжала девчонка. Видимо, та самая, что строила Торреса. Если бы не вид безумной фанатички, она была бы даже милой. – Твоя судьба предрешена! Твое время вышло!

Худ улыбнулся и погладил ее по плечу.

– Извини мою дочку. В молодых столько энергии!

От такого родительского высокомерия она надулась, но папаша не обратил внимания.

– Люсинда, наследница моя, познакомься с человеком, который давно уже мне как заноза в… боку. Рад видеть, что ты пришел по своей воле, Питт. Решил все же воплотить свою судьбу?

– Если моя судьба – убить тебя, то да.

Краем глаза я заметил движение: твари постепенно окружали яму. Рискнул оглянуться – сзади напирали культисты. Огни, которые я принял за фонари, оказались свечением телепортов. Похоже, все сектанты собрались на вечеринку.

– Симпатичная яма, кстати. Для меня вырыл?

Худ покачал головой.

– Нет. Отослать тебя обратно к Древним будет просто: по миру разбросано тринадцать малых врат, и, к счастью, в нашем священном месте они есть, готовые к использованию. – Он указал налево от меня.

Я шагнул туда, чтоб разглядеть, на что он там показывает. Экскаватор вырыл какое-то кольцо камней – из дыры шел тусклый красный свет, слышалась какая-то непривычная уху мелодия. Казалось, сам разум мой болит от нее.

– О, а я-то думал, ты тут строишь какую-то вундервафлю, чтобы меня победить. Хреново как-то у тебя получается злодействовать. – Я поднял Зверюгу и пальнул в Худа из гранатомета.

Худ вытянул руку, и сорокамиллиметровый снаряд сдетонировал, разбившись о невидимую стену. Они с дочкой скрылись в клубах дыма и осколков, но я знал, что их даже не задело.

– Я тебя подушкой мог бы убить, Питт. – Худ обвел жестом яму. – Это древний живой механизм. В последний раз его использовали еще до того, как люди населили Землю, в недоступной твоему жалкому пониманию войне против могучего Иса. Я уже давно знаю об этом месте, но у меня не было ни способностей, ни разрешения им воспользоваться. – Он сунул руку в рукав мантии и достал артефакт Мачадо. – Но с этой реликвией у меня все получится. С благословения Владыки Ужаса я пробужу древнее оружие!

Сотни голосов радостно заорали из тумана. Я как раз засовывал в Зверюгу новую гранату, но тут поднял голову.

– Черт.

– Восстаньте, мои легионы! – завопил Худ, и его голос разнесся по всему кладбищу. – Пусть СВЕТ УМРЕТ! Возрадуйтесь, дети мои! ГРЯДЕТ РАССВЕТ ТЬМЫ!

Толпа восторженно заорала. Земля содрогнулась, грязь пошла волнами. Тряска стояла такая, что я не удержался и упал на колени. Я пережил несколько приличных таких землетрясений, но это пробивало шкалу Рихтера. Земля словно кричала, протестуя против такого насилия.

Края ямы посыпались вниз, пришлось поспешно убираться. Яма начала расширяться, старые склепы потрескались, сложились сами в себя, то тут, то там вверх выстреливали гейзеры грязи, широкие трещины поползли из центра ямы. Люди и монстры хором кричали от ужаса.

Что-то лезло из-под земли.

Не просто «что-то», а неестественно перекрученная, искореженная башня футов в сто шириной поднималась все выше и выше, а на ее верхушке стоял маниакально хохочущий Худ. Перепуганная дочь цеплялась за его руку.

«Лифт», на котором они поднимались, был какой-то безумной и, очевидно, живой крапчатой штуковиной тошнотворно-зеленого цвета. Наконец оно перестало расти, и верх раскрылся, полезли во все стороны ветви, роняя комья земли на наши задранные головы. Крона заполнила все ночное небо. Наполовину растение, наполовину насекомое, создание, неподвластное пониманию человеческого разума.

Землетрясение поутихло, дерево встряхнулось, пробуждаясь от миллионов лет сна. Оно щелкало, пульсировало неестественной жизнью. Я даже посчитать не мог его высоту – все равно что смотреть с тротуара на небоскреб.

Это было то самое дерево из утопии Худа, из гримуара, который Карлос у него отобрал. Извращенное, болезненное, ненормальное – и вот оно, получите-распишитесь.

– УЗРИТЕ АРБМУНЕП, ДРЕВО ВЕЧНОЙ НОЧИ! – крикнул Худ с платформы, возвышавшейся в трехстах футах над землей. Конус абсолютной тьмы начал разрастаться из-под кроны, загораживая небо. Туча быстро увеличивалась, словно воспаленная раковая опухоль.

– Могучий Арбмунеп поглотит сияние небес. Мы заменим небо, уничтожим рассвет, ночь будет править миром! Ни солнца, ни луны, ни звезд. Лишь абсолютная тьма, дети мои, и я буду править ею. МЫ БУДЕМ ПРАВИТЬ ЕЮ! – закричал Худ. Облако все росло, оно не просто заслоняло свет – пожирало его. Арбмунеп был вполне себе живой. И голодный.

Из портала, ведущего к Древним, раздался звук: кто-то смеялся, словно ногтями скреб по доске, но в миллиард раз громче. Смех ввинчивался в уши словно электродрель, и я невольно вскинул руки к вискам. Владыка Ужаса наблюдал, накачивал монструозное дерево энергией и аж похихикивал от возбуждения. Раз ход в наш мир ему был заказан, он мог хотя бы насладиться его разрушением.

Смотри-ка, даже необозримые, неподвластные разуму существа из иных миров бывают обидчивыми.

– Благодарю, о блистательный великий господин, за этот невероятный подарок! Я не подведу вас! – крикнул Повелитель Теней.

Сотни культистов повалили из тумана. Непонятно было, кто там под капюшонами, люди или монстры, но в движениях некоторых было что-то неестественное, как у разумных ходячих мертвецов, а некоторые фигуры выглядели слишком большими, нескладными. Сшитые из кусков других существ автоматоны стояли позади толпы: бездумные машины убийства, просто наблюдавшие за происходящим. Культисты попадали на колени, или что там было вместо них, поклонились в землю своему фальшивому богу и его отвратительному дереву.

Англичанин раскинул руки и спрыгнул с ветки, полетел вниз как ракета, но в последний момент выровнялся и легко ступил на землю, только плащ колыхнулся.

– Готов к путешествию? – спросил Худ.

– Готов умереть? – ответил я в тон. Пульс ускорился, адреналин и непонятная энергия побежали по венам.

– Прыгай в портал, Питт.

Он приближался, Владыка Ужаса снова захохотал. Кто-то отключил генератор, питающий прожекторы. Осталось лишь красное мерцание портала и тусклое свечение кожи-коры Древа.

– Прыгай в портал, больше повторять не буду.

Я крепче сжал Зверюгу и, заорав, бросился вперед, понятия не имея, что делаю. Худ, опустив голову, рванул мне навстречу, на бегу превратившись из человека в двенадцатифутовую тень. Тень обрушилась на меня под радостные крики своих сектантов и смех короля боли.

Я открыл огонь, но все было бесполезно: тень сбила меня с ног, надавала по роже. Это был момент триумфа Худа, а я ни хрена не мог ему сделать! Он просто схватил меня за ногу и потащил по грязи в подвал. Я цеплялся пальцами за землю, но это его не останавливало. Вот-вот он бросит меня в дыру…

Паника скрутила мне кишки.

– Должен признать, ты был достойным противником, Питт. Понятия не имею, как ты победил вирус, я с огромным удовольствием засунул бы тебя под микроскоп и посмотрел, как ты устроен, но сделка с Владыкой Ужаса куда важнее.

Точно. Я пережил укус зомби.

Я совершил невероятное. То, чего еще ни один человек не делал. Поколения мертвых охотников за меня болели, черт подери! Должен быть какой-то способ ему наподдать!

– Нет! – Я перекатился на спину и вытащил кукри из ножен. Но Худ продолжал меня тащить. Я махнул ножом, пытаясь перебить черную массу, тянущую меня за ботинок. Лезвие прошло сквозь пустоту, но я продолжал махать. Внизу в красном свете виднелись непостижимые формы и невозможные геометрические фигуры, слышались песни мертвых цивилизация и звуки абстрактных реальностей.

Владыка Ужаса ждал.

Англичанин поднял меня в воздух. Я отбивался, пинался, орал, размахивал ножом, но все было бесполезно: меня подвесили головой вниз над порталом. Кровь приливала к лицу, внизу маячили Древние, наверху Древо загораживало звезды. Культисты подобрались ближе, скандируя что-то, радостные от того, что меня, как Люцифера, сейчас сбросят в ад на вечные муки.

Но Худ не спешил меня бросать. На той стороне зашевелилось нечто гигантское.

– Ужаснейший, прошу, прими эту скромную жертву. Я докажу, что достоин твоей силы!

– Арбмунеп ф’тхаген! Арбмунеп ф’тхаген! – хором откликнулись сотни культистов, повторяя непонятное заклинание все громче и громче. Худ триумфально поднял теневую ручищу, держа меня как ругающийся, сопротивляющийся трофей.

– Арбмунеп ф’тхаген! Аайиии!

И снова меня не бросил.

– Ох, ну что еще? – недовольно спросил он. Я отвлекся от царства ужаса и поднял голову. Тень повернулась, и я смог увидеть, что привлекло ее внимание.

Неподалеку, наверное там, где я впервые телепортировался, в грязи, среди толпы культистов мелькнул язычок пламени. Миньоны разошлись, и огоньки, соединившись, открыли портал – небольшой, всего в фут. Грязь исчезла, и вверх забили лучи света. Из дыры вынырнула бритая голова с длинной рыжей бородой и в летчицких гогглах. Я эту бороду немедленно узнал.

– Майло? – спросил я, все еще не веря своему счастью. Голова огляделась, изучая монстров, культистов, ужасное дерево и нас с Англичанином.

– Привет, Зет. Поболтайся там секунду… – ответил Майло из Алабамы, будто это была самая естественная вещь. Голова исчезла, но я слышал, как они кричит кому-то. – Сработало! Нет, не помещение! Я же говорил, что мы сообразим, как оно работает! Поехали!

Еще две вспышки, но они уже очертили круг побольше. Да что там «побольше» – огромный! Кучка культистов слишком поздно поняла, что стоит в грозящем открыться портале, и в панике побежала, сшибая товарищей, путаясь в длинных мантиях. К.О.М. не просто поняла, как работает магическая веревка, она еще и связала из нее здоровенный канат!

– РЕБЯТА! ВЫ РУЛИТЕ! – заорал я.

Огоньки соединились, раздался громкий «чпок», как будто пробку из гигантской бутылки вышибло, и земля в круге исчезла. Несколько культистов исчезли вместе с ней. Мои глаза привыкли к бледному свечению Древа, и свет, бьющий с другой стороны, меня просто ослепил. Портал не просто пропускал материю, это была буквально дверь в другое место, в ясный день. Свет разорвал кладбищенскую ночь.

От такой атаки мощная теневая форма Худа скуксилась и уменьшилась, а Древо буквально закричало, когда свет попал на листья. Затесавшиеся среди культистов вампиры занялись пламенем и завопили, сгорая, – их плоть, пузырясь, потекла с костей.

Ужасный механический вой раздался в Алабаме и все приближался, пока в нем не послышался стрекот лопастей, едва заметный на фоне орущего из колонок рока и басов в миллиарды децибел. Из портала в луче света носом вверх вырвалась красно-белая стрекоза.

Алабама была от нас как бы сбоку, поэтому «Крокодил» и вышел вертикально. Он тут же нырнул носом вниз, но наш безумный пилот тут же выровнялся, даже лопасти от борьбы с гравитацией не оторвались. Кулак умудрился провести вертушку под ветками Древа, акульи челюсти на носу хищно закружили над культистами. Тут было на кого поохотиться!

Колонки орали трек More Human than Human, но вдруг орк остановил музыку, его собственный голос, усиленный динамиками не хуже голоса Худа, призывавшего Древо, разнесся по кладбищу.

– МОНСТРЫ… УЗНАЮТ МЕСТЬ… КУЛАКА-А-А!

Кулак нарушил закон, запрещающий навешивать оружие на наш вертолет, так что Роб Зомби вернулся прямо под аккомпанемент двух «Миниганов GE7.62», прицепленных по бокам «Крокодила» и выдававших шесть тысяч выстрелов в минуту. Отстрочив по культистам трассирующими пулями, Кулак развернул носовую пушку своего летучего танка, и двадцатимиллиметровые заряды полетели в тварей. Ракеты зажглись одна за другой, как римские свечи, и куски зомби полетели в разные стороны. Летучие твари попытались атаковать вертолет с воздуха, но Кулак разнес их методично и аккуратно.

Было жутко. И очень впечатляюще!

Из портала вылетел новый вертолет, за ним еще один – «Апачи» Бюро, тоже готовые устроить фейерверк. После вертолетов с шумом и криками повалили охотники и федералы с пушками наготове. Зажглись огнеметы, напалм ударил раскаленными струями. Оказалось, мантии у Культа – сплошная горючая синтетика. А еще не знали наши некроманты, что падать и кататься по земле против напалма не поможет.

– Защищайте Арбмунеп! – заорал Англичанин. – Остановите их! Защищайте Древо, мать вашу!

В лучах света показалась Джули: на плече М14, волосы развеваются на горячем ветру. Она одновременно орала команды и расстреливала монстров направо и налево, словно какая-нибудь королева амазонок. Стоило ей увидеть меня и Худа, как на ее лице отразилась такая ярость, что даже я испугался.

– Все! Конец тебе! – крикнул я Худу.

Тень снова скукожило от света. Сторона лица, повернутая к порталу К.О.М., стала человеческой, а вот сторона, освещенная тусклым светом портала Древних, осталась демонской.

– Тебе тоже, – прошипел он.

И разжал руку.

Я с криком полетел вниз, но уцепился за края ямы. Камни впились в пальцы, руки чуть не вырвало из плеч, ноги болтались над красной бездной. Кое-как подтянувшись и опершись на локти, я перевернул кукри и всадил Худу в ногу, пришпиливая его к земле. Он заорал и отшатнулся, нога превратилась в клуб дыма, а я, подтянувшись на ноже, выполз из ямы.

Владыка Ужаса взвыл жутким голосом, лишившись добычи. Я вскочил на ноги и ударил Худа ножом. Он поморщился: сталь прошла через ткань мантии и вонзилась в то, что у него было вместо плоти. Солнечного света из Алабамы достаточно было, чтоб его ранить.

Худ тоже это понял, поэтому прыгнул в воздух, уходя от моего клинка.

– Уничтожьте портал! – приказал он, левитируя, чтоб я его не достал. – Уберите свет!

На кладбище начался настоящий ад. Монстры кишели вокруг, бросаясь на пылающее кольцо охотников. Столп света был нашей единственной надеждой, поэтому К.О.М. окружила его, заняв позиции за расколотыми надгробиями, кучами земли и руинами склепов. Отстреливались они вполне успешно: каждый выстрел укладывал какую-нибудь тварь.

Худ, пытаясь организовать свою армию, отходил к Древу. Я бросился было за ним, но кто-то меня окликнул. Обернувшись, я увидел Джули с отрядом охотников, пробивающимся ко мне. Там были Трой, Холли, Сэм, мой новоиспеченный шурин Нейт, Купер и пара салаг – братья Хайт. Все они тут же окружили меня и, присев за укрытиями, принялись отстреливаться от автоматонов.

– Ты живой! – воскликнула Джули.

А вот Холли я, похоже, таким уж живым не казался. Она сунула дуло мне в лицо – я аж почувствовал жар, поднимавшийся от металла.

– Скажи что-нибудь!

Я ухмыльнулся так, что щеки заболели, и сунул нож в ножны.

– Долго возились, ребята!

Охотники переглянулись. Если я не зомби, то почему, спрашивается, все еще двигаюсь?

– Но… как? – спросила Холли.

– Я же избранный, забыла?

– Я же говорил, чудеса случаются! – напомнил Трой, перекрикивая свою же очередь. Он заглянул в портал к Древним. – Это что… ад?

Охотники тоже глянули вниз и тут же отошли. Не та вещь, на которую приятно глазеть.

– Близко к тому. Пошли, Худ там. – Я указал на Древо. Надо было добраться до него, пока он не выключил нам свет.

Джули была, конечно, рада, что я жив, но праздновать времени не было. Она схватилась за рацию.

– Кулак, это командир. Выдвигаемся к этой огромной… башне. Прикрой нас!

Через пару секунд «Крокодил», висевший над кругом света, подлетел к нам, паля во все стороны. Ракеты утюжили кладбище так, что земля дождем падала с неба.

– Пошли!

Я побежал вперед, стреляя сквозь клубы дыма. На нас вышел автоматон, бывший при жизни троллем. Теперь его туша была вся утыкана шипами. Я всадил в тролля несколько зарядов и едва успел проскочить под замахнувшейся на меня лапой. Купер, пробежав мимо, воткнул стальной приклад ему в бок, сшибая потерявшего равновесие тролля. Хайты тут же разнесли тварь, разбив места, где куски сходились друг с другом.

Один из братьев вдруг вскрикнул от боли: что-то ударило его в спину. Воздух зажужжал, будто в воздух поднялся рой злых пчел.

– Ложись! Ложись! – закричал я, когда пули засвистели над головой.

– Подстрелил меня, сукин сын! – крикнул салага, заползая за кучу строительного мусора. Нейт заметил вспышку и пальнул в ответ.

На нас сквозь пыль двигалась шеренга культистов, прикрывавших отход Худа. Их было несколько десятков, и, судя по плотности огня, тяжеловооруженных. Наш маленький отряд попрятался кто куда, пули взрыли грязь совсем рядом.

– Сдавайтесь, охотники! – потребовал культист, приказав на время прекратить огонь. – Нас больше!

– Да сколько вас, психов, надо убить, прежде чем вы уберетесь?! – заорал Сэм Хейвен из-за мраморного надгробия.

– Великий Орден един! – ответил тот же культист. – Даже после смерти мы продолжаем сражаться. Мы…

– Мог просто сказать «всех» и время сэкономить! – перебил Сэм и достал рацию. – Кулак, цели у основания башни, в двадцати ярдах дальше нас. Вали их.

Тут же сверху зарокотал «Миниган» – Кулак разрывал наших гостей на куски, пока трассирующие пули не нашли всех, кому предназначались.

Джули поднялась.

– Пошли, пошли!

Мы снова побежали, но вокруг творилось что-то странное. Голоса, повторявшие молитву или заклинание, стали громче, среди них выделялся усиленный голос Худа, кричащий на непонятном языке. Арбмунеп визгливо заскрипел в ответ, словно рой цикад, и зашевелился.

– Скажи Кулаку, пусть летит осторожнее!

Слишком поздно. Одна из пластинчатых ветвей ударила вниз, и Кулак чудом смог увести вертушку с пути, чуть не потеряв винт. Ветка обиженно заскрипела, и на огромной скорости полетела на место. Одному из «Апачей» так не повезло: ветка задела его винт, и вертолет, бешено крутясь и дымя, грохнулся на бок возле портала. Лопасти улетели в толпу монстров.

– Что за хрень?! – заорал Сэм.

Не успел я ответить, как земля вздыбилась под ногами, унося нас вверх. Кто-то попа́дал, кто-то удержался, мне повезло оказаться в центре, на сравнительно плоском пятачке, а вот Джули полетела бы вниз, если б я не схватил ее за руку крепко-крепко. Нас подняло футов на двадцать, остальных раскидало, и лишь я понял, что происходит. Арбмунеп двигался.

Весь мир закрутился, затрясся, громоподобный треск прошел по кладбищу, вокруг вздымалась и опадала земля. Нейт Шэклфорд исчез в открывшемся у него под ногами разломе. Джули закричала что-то непонятное. Холм, на котором мы удерживались, пролетел еще футов двадцать и резко остановился, чуть не сбросив меня, дернулся вперед снова…

Корни. Гигантское дерево умело ходить! И двигалось оно прямо к порталу и защищавшим его охотникам. Я кое-как вытащил Джули на ровное место.

Второй «Апач», вспыхнув факелом, полетел вниз: ветка Арбмунепа разбила его пополам. Только у Кулака получалось все время избегать невероятно быстрых веток, хотя неуклюжая вертушка по всем законам физики такого уметь не должна была. С каждым взмахом веток дерево сыпало на нас комья древней грязи. Где-то у ствола раздавались взрывы, но Арбмунепу было плевать. Кулаку давно следовало убраться, а он все палил, прикрывая людей внизу.

– Кулак! Назад! Выбирайся оттуда! – приказала Джули. Очередная ветка замахнулась, и наш пилот едва от нее ушел. Следующая разнесла ему хвостовой винт, и «Крокодил» сперва завертелся на месте, плюясь дымом, а потом нырнул куда-то вниз и скрылся из виду.

– Нет! – крикнула Джули, но ее заглушил грохот разбившегося вертолета.

Я едва держался. Корень, на котором мы стояли, то и дело поднимался вверх, а через пару секунд обрушивался вниз. Рядом «шагали» десятки таких же корней, неся Древо к порталу. Грохот наверняка разносился на много миль. Не знаю, кто там был главный у защитников портала, но ему хватило ума скомандовать нашим бежать к похоронному бюро. Ком, на котором мы с Джули удерживались, наконец отвалился, и я шлепнулся в грязь.

– Бежим! – крикнул я, не отпуская руку Джули и пытаясь не попасть под гигантские «ноги» Арбмунепа. Каждый корень был размером с машину, земля тряслась, когда они обрушивались с высоты. Стоило одному приземлиться позади, как ударная волна швырнула нас вперед.

Древо дрогнуло, навалившись на портал, ввинтилось корнями в землю, разрубая магическую веревку, отрезая нам связь с Алабамой. Столп света исчез – мы оказались в абсолютной тьме. Древо застыло.

Секунду вокруг стояла абсолютная тишина, прерываемая лишь нашим загнанным дыханием, но вот дерево застрекотало, устраиваясь на новом месте. Темнота была такая, что я даже поднесенную к лицу руку не видел. Быстро перевести дыхание…

– Пошли, – прошипела Джули, потянув меня за ремешок бронежилета. – Надо вернуться за Нейтом!

Я едва мог разглядеть ее во тьме, но вдруг в абсолютной стене мрака за ее спиной раскрылись три десятка ярко-белых глаз.

– Шоггот! – Я вскинул дробовик и включил фонарик, но щупальце ударило прямо в Зверюгу, пришпилив ее к моей груди, и сбило меня с ног, крепко обхватив для верности. Невероятно сильная тварь! Второе щупальце обхватило Джули за талию и подняло в воздух. Джули выругалась. Еще несколько глаз открылись, внимательно наблюдая за моей борьбой.

– ПОЙМАЛ ЖЕРТВУ, – пробасили все шесть пастей шоггота так громко, что Худ точно услышал. Аморфное существо заскользило куда-то, неся Джули и таща меня по земле. Я не мог ничего различить, но, кажется, тащило меня туда же, откуда мы только что прибежали, и бороться не получалось. Я попытался позвать на помощь, и тут же получил щупальцем по губам. Пахло оно горячим дегтем.

Шоггот с минуту тащил меня и остановился, лишь когда ночь осветилась красным. Вернул к порталу Древних, значит. Наконец он швырнул нас на землю, скользких от слизи, кашляющих, но не отпустил. Некромант уже ждал нас, по бокам стояли гигантские автоматоны. Перед нами лежал красный, затянутый дымкой портал в мир мертвых.

– Ты покойник, Худ, – просипел я. – Федералы знают, где мы, уже летят сюда с ядерными боеголовками. Они никогда не позволят твоему дурацкому дереву тут торчать!

Он кивнул.

– Пусть. Это Древо – лишь первое из многих. В обмен на тебя мой повелитель пробудит остальные. Арбмунеп – величайшее из них, но по всему миру разбросаны тысячи ростков. – Худ улыбнулся. – Если вы захотите уничтожить их, вам придется добрую половину мира спалить в ядерном огне. Но даже этому огню не рассеять вечной ночи. Ис сделал ту же самую ошибку шестьдесят пять миллионов лет назад.

– От наказания ты все равно не уйдешь, – сказала Джули. Чернота подозрительно моргнула в ее сторону белыми глазами. – Мои люди об этом позаботятся.

– Малышка Джули Шэклфорд стала совсем взрослая! – расхохотался Худ. – Твои люди? Отличная шутка. Твои охотники прямо сейчас сломя голову бегут от моих слуг. Но даже если они смогут вмешаться, ничего хорошего тебе это не принесет. – Он хлопнул в ладоши. – Великий шоггот, отправь этих смертных к твоему великому творцу!

Но ком слизи не бросил нас в портал. Мокрым щупальцем он вздернул Джули повыше, держа ее вверх ногами и с любопытством разглядывая.

– Чего ты ждешь? – недовольно воскликнул Худ. – Я приказал бросить их в портал!

Волосы Джули прилипли к «дегтю», но она не отводила взгляда от монстра.

– Мистер Мусорник, это ты? – тихо спросила она.

Глаза моргнули.

– ЗАЙКА-ОБНИМАЙКА?

Джули широко улыбнулась.

– Это ты!

Я почувствовал, как через щупальце волной прошли эмоции: Мистер Мусорник вспомнил. В этот раз черная молния оглушила меня словно бомба.

* * *

– Привет, – сказал съедобный детеныш. – Я Джули.

– ГРЯЗНОЕ МЛЕКОПИТАЮЩЕЕ, – ответил Изгой. Нужно поглотить детеныша. Изгой посрамлен. Изгой подвел господина – УЖАСНЫЙ АДСКИЙ ВИЗГ – Изгой пришел поглотить млекопитающих, убивавших других слуг Орды. Изгой обрадует господина и перестанет быть Изгоем. Он снова станет Воином Орды № 786. – ПОГЛОТИТЬ!

– Ты смешной, – сказал съедобный детеныш. Воздух прошел через его голосовые связки и преобразовался в мелодию, как у ужасных гончих-сорокопутов воющих ворот. Изгой захотел остановиться. Новый звук, который у млекопитающих назывался «хихиканье», заставил его не есть детеныша. Маленькими конечностями с противопоставленными большими пальцами детеныш поднял сделанное из ткани и набитое волокнами чучело крошечного земляного существа.

– Это Зайка-Обнимайка. Хочешь поиграть?

– ПОГЛОТИТЬ?

– Нет, глупый! Поиграть! – Детеныш упрыгал на своих жалких нижних конечностях. – Идем! Ты теперь мой друг. Ты как большой мусорный мешок!

Изгой запутался. Остальные млекопитающие были сделаны из пылающей ярости. Господин – УЖАСНЫЙ АДСКИЙ ВИЗГ – из боли и приказов. Но детеныш был не для убийства и не об убийстве. Внутренним взором Изгой вдруг увидел, что детеныш сделан из звезд.

Непонятно. Изгой пошел за детенышем. Изгой стал Другом.

* * *

Я думал, что в гномской памяти было странно и чужеродно, но Мистер Мусорник мне показал, что такое настоящий чуждый разум. Голова болела от призрачных звуков, облачка мыслей всплывали и с грохотом лопались, лишь одно изображение было неизменным: крошечный идеальный светящийся ангел с хвостиками и плюшевым кроликом.

– Уничтожь их! – заорал Худ медлящему шогготу.

– НЕЕЕЕЕЕТ! – простоватый монстр вспомнил единственную, кто его любил во всей его монстровой жизни. Два тентакля щелкнули, как кнуты, пополам разрывая автоматонов, охранявших Худа, прошли через его теневую плоть, испаряя землю под ногами, но он тут же собрался обратно и, зарычав, вытянул руку.

– Подлая аморфная тварь! – Луч огня выстрелил из амулета, пробежал по его руке и ударил шоггота. Пламя охватило монстра. – Как ты посмел?!

– ЗАЩИТИТЬ ЗАЙКУ-ОБНИМАЙКУ, – пророкотал горящий шоггот и, бросив Джули за спину, а меня уронив в лужу «дегтя», полетел через портал прямо на Худа. Пылающие куски брызнули во все стороны. Я заскользил в луже, пытаясь встать на ноги, объятый огнем ком слизи затвердел, и с ужасным, душераздирающим визгом Мистер Мусорник взорвался.

Худ смахнул пепел с мантии.

– Никогда не нанимай на дело слизней.

Он легко перелетел через портал и приземлился рядом со мной. Я пальнул ему в голову, но он буквально отмахнулся от пули и, схватив меня за голову, поднял над землей. Он все еще был наполовину человеком, наполовину тенью, но дыра в его лице быстро затягивалась.

– С тобой мы уже попрощались.

– ПИТТ! – вдруг заорал кто-то. Я обернулся на голос и увидел агента Фрэнкса, бегущего к нам. Он лавировал между огромными корнями, и я видел, что ему не успеть…

– Поздно, – сказал Худ и швырнул меня прямо в центр портала.