Обороняться легче всего было в душевых: один вход, никаких окон. Если б культисты засели там, а не в комнате отдыха, мы бы их в жизни не выкурили. Выбрали мы женские душевые на противоположном конце казарм, подальше от главного здания, куда ломились зомби.

Фрэнкс зажал в лапищах камень и пристально, не моргая, изучал его разноцветными глазами. Буквы на камне сотрудничать не желали. Мы с Грантом заняли позицию у входа. Грант подобрал еще один «Узи», я оставил себе АК-47 и рассовал по карманам столько магазинов, что штаны начали сползать. Свой пистолет я нашел в коридоре и вернул в кобуру, но патронов там осталось на пару выстрелов.

– Ну как там? – спросил я. Фрэнкс не ответил, слишком занятый кодом. – Что, этому вас в вашей крутой академии не учат?

– Заткнись, – пробормотал Грант.

– Сам заткнись, – бросил я. – Я с тобой еще не закончил. Если выживем, я тебе морду набью по-настоящему. В прошлый раз я просто разминался.

– Ты подло избил меня под дулом пистолета. Посмотрим, какой ты крутой в честном бою, – отозвался Грант. Вот дурак – правда думает, что есть разница! – Если бы не я, Торрес уже утащил бы тебя к Культу.

– Предатель, – пробормотал я, отвернувшись к двери. Но Грант уже завелся.

– Ты понятия не имеешь, о чем говоришь! К.О.М. лишь бы хапать деньги, им плевать, что будет с миром. Майерс когда-то был таким же, как я, так же разочаровался в них. Он дал мне шанс сделать мир лучше, сделать что-то важное. Да, я думал, что подвел вас, ребята. Но на самом деле это К.О.М. подвела меня, а не наоборот.

– И ты откликнулся на вакансию Майерса.

– Да, откликнулся. Лучшее решение в моей жизни. Ему нужен был человек, способный проникнуть в К.О.М., поймать шпиона, а если не сработает – проследить, чтоб вы не наделали глупостей. Я ввязался в это, чтобы помочь людям. Бюро контроля за монстрами – вот кто настоящие герои. Они делают всю грязную работу, защищая страну. А К.О.М. просто рубит бабло.

– «Рубит бабло»? А, ну да, когда ты богатенький, деньги – брызги!

– Тихо, – велел уставший от наших переругиваний Фрэнкс.

Я зыркнул на Гранта и снова отвернулся ко входу. Предатель он – четко и ясно. Майерс использовал меня как приманку, чтоб в своем хозяйстве разобраться, а мои друзья теперь расплачиваются. Когда все закончится, у меня к нему будут вопросы.

Царапины от удара вервольфа горели на лице. Потрогав их, я понял, что щека глубоко рассечена и сильно кровоточит. Грант охранял проход, Фрэнкс возился с головоломкой, так что я отошел к раковине и включил воду. Ледяная вода обжигала.

Фрэнкс глянул, как я умываюсь.

– Если ты заражен, мне придется…

– Убить меня? Ага, знаю. Мы так и познакомились, помнишь?

Агент кивнул и вернулся к своему занятию.

Глянув в зеркало, я вдруг заметил, что что-то не так. Дверь в туалетную кабинку была закрыта, но прямо под ней болталась какая-то тень. Закрыв воду, я подошел к кабинке и дулом АК открыл дверь.

– Г-ном?

Гнома затолкали в унитаз. Он был такой маленький, что поместился туда почти целиком, и вода сделалась неприятно розовой. Один ботиночек болтался, его я и заметил. Красный колпачок сполз на глаза, борода покраснела от крови. Дышал он быстро, загнанно.

Я присел возле него на корточки, снял колпачок. Гном с трудом поднял веки.

– Че как, дылда… – просипел он.

Я коснулся его руки.

– Что случилось?

Ударила черная молния, и все исчезло.

* * *

В этот раз все было иначе. Я впервые побывал в воспоминаниях нечеловека. Мысли казались немного чужеродными, и мне понадобилась пара секунд, чтобы мозги привыкли. Но все равно от первого лица я ничего увидеть не смог, так и остался зрителем в голове Г-нома. Вот он рассказал мне о предательстве Гранта и ушел, не понимая, как такой мужик-гора, который кому угодно задницу надерет, может сидеть и реветь как дите. Ни один уважающий себя крутой гном не позволит своим братанам увидеть, как он плачет. Странные они, дылды эти. Наверное, слишком много башкой об люстры бьются, об косяки и все такое.

Он услышал, как в бабской душевой включился душ, и хоть он, как любой гном, любил подглядывать за человеческими девчонками, посмотреть, как Дылда пристрелит стукача, было интереснее. В Бирмингеме люди постоянно друг в друга стреляли, и это всегда было круто. Но в воздухе вдруг запахло смертью, что-то было не так, поэтому он оставил дылд разбираться друг с другом и телепортировался сквозь стену.

Вода все еще лилась. Г-ном замер, чтоб случайно не разрушить невидимость. Он по опыту знал, что люди дико пугаются, когда вдруг видят гнома. По запаху он тут же определил, кто там моется: видел ее на базе, и даже среди других она выделялась. Молодая человеческая красотка с реднековским говором… Доун. Слышал, что у людей она была королевой красоты, и не зря – горячая штучка! Мамочка его предупреждала, что человеческие женщины опасные: здоровенные, бород, опять же, нет…

Г-ном заметил ее одежду, кучей сваленную возле кабинки, и снова почуял запах смерти. Одежда была заляпана кровью, будто девчонка свинью резала.

Странно. Майло, рыжая борода, сегодня никого не заставлял работать с трупами и кишками: сегодня был день большой охотничьей церемонии. Так чего это Доун здесь, вся в крови, а не в большом здании со всеми? Что-то с ней не то.

Г-нома не зря называли самым башковитым гномом Северного района. Он сразу понял, что дело дрянь. Тихо-тихо подкрался поближе, понюхал ее рубашку. Запах был кого-то из других новичков, как там их звали… Г-ном понятия не имел, сколько там крови в обычном человеке, но если так много вылилось, значит он уже мертвый, небось. Надо было сказать Предтече.

Душ выключился. Г-ном бросил рубашку и быстренько отбежал в угол, замер, чтоб невидимость не слетела. Доун вышла из душа.

От такого вида у него все мысли об убийстве из башки вылетели. О, да, детка… Таких длинноногих человеков он еще не видел! Но надо было собраться. Странная хрень происходит! Доун не прикрылась, не вытерлась, а просто запихала окровавленную одежду в мусорку. Потом остановилась, подняла хорошенькое личико, принюхиваясь… Люди обычно так не делали. У людей нюх ни к черту. Г-ном подумал, что надо бы валить, телепортироваться сквозь стенку, но стало слишком любопытно. Вдруг Доун резко развернулась, аж волосами махнула, и уставилась прямо на него – ноздри так и раздувались.

Но как она смогла его заметить? Замерших гномов люди не видят…

Доун моргнула, и ее глаза сделались пустыми, бесцветными и прозрачными, как кубики льда.

– Томте… – прошипела она низким, страшным голосом. Знала откуда-то, как гномы по-старому называются…

И тут он сообразил, что перед ним кто-то из фейского народца. И не просто кто-то, а самое худшее существо.

– Доппельгангер! – выпалил Г-ном и потянулся за пистолетом, но было уже поздно. Тварь прыгнула на него.

* * *

Я быстро убрал руку, но успел увидеть, как между мной и гномом протянулась полоска черного света. Секунду она подержалась, а затем развеялась как дым. Но я все еще чувствовал руки доппельгангера на своей шее.

– Ага. Капец, да? – Г-ном слабо улыбнулся. – Ваще безумие…

Он умолк. Умер.

Я вытащил мокрое тело из унитаза, осторожно положил на пол. Гном был легкий, как перышко.

– Где ты его взял? – спросил Фрэнкс.

Я мотнул головой.

– Культ заслал к нам доппельгангера. Вот о чем Торрес говорил.

– Кто им был? – спросил Грант.

– Доун, девчонка из Техаса. Наверное, ее отправили дежурить на камерах, и второго салагу она убила, потом пришла сюда, смыла кровь и прикончила Г-нома. – О доппельгангерах я почти ничего не знал, только то, что это какой-то редкий вид оборотней. – Потом пошла в столовую и выстрелила в Предтечу.

– Так вот как ты меня поймал… – пробормотал Грант. – С помощью гнома, значит…

– Если доппельгангер сбежал, может прикинуться кем угодно, – сказал Фрэнкс, так и уставившись на страж-камень. – Не могу понять. Нужно знать коды тех, кто его придумал.

Что-то грохнуло об крышу, приземляясь. Мы с Грантом вздрогнули, подняли пушки, но шум тут же исчез. Похоже, к нам пригнали прорву всякой разной нежити.

– Кто его может включить?

Я пожал плечами.

– Эрл, конечно. – Едва не добавил: «Если он еще жив». – Может, Джули или кто-то из старших охотников, но они все в главном здании. Пошли туда, найдем кого-нибудь.

Фрэнкс в знак согласия передал камень мне. Я сунул его обратно в сумку, закинул на плечо чужой АК.

– В туннели?

Грант поднялся.

– Не хотелось бы мне сейчас бежать через парадную дверь.

* * *

База превратилась в поле боя, толпы зомби осаждали главное здание: черные фигуры лезли на стены, иногда огни взрывов выхватывали из темноты каких-то существ, которых гоняли вокруг здания фигуры в черных балахонах. Из каждого окна на верхних этажах сыпало вспышками – огонь велся плотный. Потоки трассирующих пуль чертили узоры на фоне ночного неба.

– Почему они стреляют в воздух? – с опаской спросил Грант. Мы втроем сжались в кучку у входа в туннели. Под нами уходила в темноту лестница.

– Не знаю, – быстро сказал я. Этот креативный ублюдок даже медведей умудрился поднять. Хрен знает, кого он там пригнал поддержку с воздуха оказывать!

Главный корпус держался. Тяжелые решетки закрыли переднюю дверь, у входа все росла куча уродливых тел, среди выстрелов слышался звон молотков и скрежет ножовок. Как вдруг из окна-бойницы над дверью вылетела ярчайшая струя пламени – кто-то принялся поливать зомби из огнемета. Горящие тела зашатались и повалились на землю.

В свете огнемета я заметил еще кое-что – какую-то тварь, огромную, как грузовик. Она промчалась прямо по пылающим зомби и со всей дури врезалась в решетку. Грохот эхом прошел по всей базе.

– А это что? – прошипел я.

Четыре потока трассирующих пуль осветили гиганта, к ним тут же прибавился новый залп из огнемета и детонирующие одна за другой сорокамиллиметровые гранаты. Горящий монстр снова разбежался…

– Хм-м… зомби-слон, – задумчиво предположил Фрэнкс. – Или динозавр. В броне непонятно.

Ага. То есть Худ либо перебил целый зоопарк, либо парк Юрского периода к нам приволок. В любом случае выглядело хреново.

– Значит, точно через черный ход, – сказал я и посветил фонариком вниз, в туннель.

В ответ на меня уставились две дюжины белых глаз. Моргнули.

– Шоггот! – заорал Фрэнкс и ударил меня в плечо, отталкивая. Черное щупальце вырвалось из туннеля, со свистом вспоров воздух там, где я только что стоял, и тут же улетело обратно. Фрэнкс вытащил из внутреннего кармана рваного пиджака новую гранату и, выдернув чеку, бросил вниз.

– Назад.

Я рванул обратно к баракам. За мной, отдуваясь, бежал Грант. Граната сдетонировала, но не взорвалась, а зашипела. Термит!

Шоггот взвыл. Звук был непередаваемо жуткий и невыносимый, словно кто-то перегрузил все колонки на каком-нибудь концерте, допустив бешеную обезьяну к микрофону. Мы зажали уши, вой постепенно стих. Обернувшись, я увидел, как из туннеля валит дым.

– Он сдох?

Фрэнкс глянул на меня как на дурачка. Нет, конечно. Предтеча говорил, что страж-камень сдерживает нежить и существ из других измерений, то есть ручного шоггота Культа тоже должен был. А раз камня нет, значит эта тварь зарылась обратно в туннели.

– Нам надо спускаться.

– Гранат больше нет.

Эти твари были уязвимы только к огню, так что путь к главному корпусу они нам отрезали.

– Черт!

В туннелях они нас точно отымеют!

– Тихо! – прикрикнул Грант, подняв руку. Над нами захлопали огромные крылья. Наверное, крик шоггота привлек летающую тварь. Мы втроем нырнули под козырек казарм. Тварь покружила над нами немного, медленно взмахивая крыльями, и наконец грохнула о крышу всем весом, ломая кровлю.

Я задержал дыхание. Все, хана. Монстры под нами, монстры над нами, монстры вокруг, а у нас пара мелкокалиберных пукалок и волшебный камень, который мы включить не можем. Бежать некуда, а в напарниках у меня крыса и психопат. Вот это я понимаю – невезение!

Монстр поерзал, на нас посыпалась пыль.

Вдруг что-то вспыхнуло на другом конце базы, послышался грохот, тварь ударилась о крышу, а потом прыгнула и на невероятной скорости унеслась вверх – мы успели увидеть только какую-то серую массу с крыльями.

«Что это было?» – одними губами прошептал перепуганный Грант.

Я только плечами пожал – мне-то откуда знать – и показал в сторону вспышки. Она вылетела из мастерской Майло. Либо он туда пробрался и снял тварь, либо кто-то другой нам помог. В любом случае лучше было бежать в ту сторону, чем оставаться и ждать, не захочет ли какой-нибудь монстр нами пообедать. Фрэнкс понял, о чем я думаю, и кивнул. Между нами и мастерской было несколько возможных укрытий, но за ними открывался полный простор. Отселить Майло, игравшего с взрывчаткой и смертельными химикалиями, было хорошей идеей, но сейчас это обернулось против нас.

– Перебежками, – буркнул Фрэнкс и указал на Гранта: – Первый. – Потом на меня: – Второй. – И на себя: – Третий. Пошли.

Мы понимали: если нас хоть кто-то заметит, мы трупы. Грант быстро глянул в темное небо, на огонь, лижущий стены главного корпуса. На нас никто нападать не спешил. Он явственно сглотнул, так, что адамово яблоко дернулось, и побежал к следующему зданию – сараю, в котором мы хранили разные инструменты. Укрывшись за сараем, он огляделся, помахал мне и прицелился в небо.

Я вскочил на ноги так быстро, как смог. Кровь стучала в ушах, ботинки грохотали по гравию. Успел пробежать всего полпути, как в воздухе зашумели крылья. Грант огромными глазами глянул поверх моей головы и тут же открыл огонь. Я упал лицом в грязь, да еще и проскользил, будто бейсболист, пытающийся базу украсть.

Крылатый монстр промчался надо мной, подняв пыль. Вскинув голову, я успел увидеть, как он взлетает, расправив крылья. Под крыльями болтались ножищи с огромными когтями – по три на каждой. Больше всего на свете мне хотелось так и лежать или уползти куда-нибудь, но это было бы самоубийство, поэтому я снова поднялся на ноги и добежал до сарая.

– Л-ладно ходячие мертвецы, н-ничего, – заикаясь, проговорил Грант. – Б-бегающих я т-тоже могу понять. Но летающие? Ну нахрен! Я ухожу.

– Поздно, – задыхаясь, ответил я. – Ты уже уволен.

Фрэнкс видел, что со мной было, но все равно рванул за нами, работая руками и ногами, как олимпийский бегун, – неожиданно быстрый для такого здорового мужика.

– Летит, – сказал я, увидев, как летучий монстр ложится на крыло, разворачиваясь. Теперь он нацелился на Фрэнкса и, сложив крылья, снарядом полетел вниз. Прицел у АК был никакой – простой железный, – и я через него почти ничего не видел в темноте, но все равно принялся добросовестно палить в ускоряющуюся цель, понимая, что вовремя нам ее не остановить.

Фрэнкс тоже это понял. Он вдруг затормозил, так, что гравий полетел во все стороны, и, вскинув АК одной рукой, принялся поливать тварь длинными очередями. Приближаясь к земле, она расправила крылья… А потом Фрэнкс просто исчез – его унесло в небо.

Последнее, что я увидел, пока монстр не исчез за крышей сарая, – как Фрэнкс вскарабкался по лапам монстра и принялся бить его по морде.

Ходячая нежить услышала выстрелы, и тени, черные на фоне пламени, побрели к нам. Мы с Грантом переглянулись, проводили взглядом Фрэнкса. Летел он в том же направлении, куда нам надо было, так что… На хрен тактику! Главное – ноги унести! Вернее, тактика тут была одна: валить быстро.

– Бежим! – крикнул я.

Мы завернули за угол и понеслись к относительно безопасной мастерской Майло. Грант был легче меня даже в бронике, так что быстро оставил пыль глотать. Тут ведь как: когда убегаете от зомби-медведя, главное – быть не быстрее медведя, а быстрее своих друзей. Я на секунду задумался, не выстрелить ли Гранту в ногу.

Над головой захлопали крылья. Черт, только не сейчас! Но в этот раз звук был какой-то неровный. В небе снова появился серый силуэт, но летел он только на одном крыле – второе болталось. С другой стороны какая-то тень – очевидно, Фрэнкс – все наваливала и наваливала ему с кулака. Наконец монстр потерял контроль и рухнул между заросших кудзу деревьев.

Немного отклонившись от курса, я побежал туда же. По звукам ситуация уже была понятна: кто-то кому-то раздавал на орехи. Монстр лежал на спине, а Фрэнкс, сидя у него на груди, утрамбовывал в землю череп твари размером с диван, не меньше.

Гигантский коготь все-таки отшвырнул Фрэнкса, существо село. Это был зомби, да, но кто именно, я сказать затруднялся. Ноги оканчивались птичьими когтями, но тело было человеческое, из каждого плеча росли кожистые крылья – одно явно сломалось при падении. Вместо лица – череп, но размером с пятигаллонное ведро, полное клыков, похожих на ржавые гвозди. Оно обернулось ко мне.

Пришлось выстрелить пару раз, чтоб наверняка размолоть черепушку в пыль. Тело наконец обмякло.

Из кустов, тяжело дыша, вылез Фрэнкс.

– Ненавижу летать экономом…

– Да ты сегодня король комедии, – сказал я, перезаряжаясь. – Надо бежать, за нами еще медведи гонятся.

Он не ответил. Обернувшись, я увидел, что он лежит лицом вниз в кудзу.

– Вот черт!

Грант все бежал к мастерской, я больше не мог различить его в темноте. Зато слышал, как приближаются мертвецы. Фрэнкс весил целую тонну, умнее всего было бы его бросить тут. Это все его рук дело, в конце концов. Его и Бюро. Я ему ничего не должен.

Я даже сделал пару шагов к мастерской, но остановился. Он бы меня не бросил.

– Г-Р-Р-Р! Тупой федерал! Идиот ты, Фрэнкс! – Я поднял его, перекинул его руку через свое плечо и заорал в ухо: – Двигай давай!

Его голова беспомощно повисла. Он был без сознания.

– Ну конечно! А когда было легко?! Да никогда! – Я закинул его на спину, как пожарный, плети кудзу хватали за ботинки. Шарканье и громыхание металла все приближались, а до мастерской было ярдов сто. Продираясь через кудзу, я потащился к безопасности.

Вскоре я ясно увидел мастерскую. Внутри маячил кто-то с длинной трубой на плече. Выпутавшись из кудзу, я снова побежал, поскальзываясь в грязи, чувствуя, как щиколотка с каждым шагом болит все сильнее. В мастерской что-то грохнуло, мимо пролетело что-то огненное, и деревья позади нас взорвались. Базука! О, эти монстры не с теми ребятами связались!

Полетели новые ракеты – значит, Грант добежал до мастерской и тоже открыл огонь. У Майло в загашнике полно было всякого!

– Питт! – прогудел голос позади меня. – Я иду за тобой!

Англичанин.

Я рискнул и оглянулся. На меня сквозь дым и обломки перло какое-то гигантское существо, каждый его шаг сотрясал землю. Когда-то это был слон, большой, красивый, но теперь его бивни заковали в железо, на голову прикрутили стальные пластины, кости обернули проволокой и кевларом. На спине у него ехал мой враг. Он по случаю приоделся в вышитый черный балахон, на груди у него болтался золотой медальон в виде этого их кальмарьего бога. По лицу под капюшоном бродили тени.

– Худ, – бросил я.

Он поднял руку, веля всем остановиться. Зомби-слон поднялся на задние ноги и взревел пыльными легкими, как разбитая туба. От того, как он рухнул обратно, у меня под ногами земля затряслась.

– Так ты знаешь мое имя… Знающий имя обладает властью.

Его войско принялось потихоньку меня окружать: еще один медведь, что-то сшитое из немецкой овчарки и козы, а за ними – не меньше десятка гуманоидных зомби со всевозможными приблудами.

– И как же ты меня вычислил?

Фрэнкс всем весом давил мне на плечи. До мастерской нам было уже не добежать, поэтому я медленно положил его на землю.

– Карлос Альгамбра сказал.

Англичанин кивнул без удивления.

– Лучше было бы, конечно, убить его, но он заслужил страдать.

Из мастерской вылетела еще одна ракета. Худ просто махнул рукой в ее сторону, и тьма сгустилась, затвердела. Боеголовка взорвалась, не долетев.

– Уничтожить помеху, – приказал он, и несколько его миньонов бросились к мастерской сквозь стену тьмы. Стена закрывала свет, идущий из окон, но последняя ракета Майло подожгла маленькую рощицу деревьев. Правда, горело тусклее, чем фейерверки в Мексике, а я его и там едва смог остановить!

– Ты получил то, зачем пришел. Отпусти остальных, я пойду с тобой.

Он расхохотался, глядя на меня сверху вниз.

– Ой, да ладно тебе, приятель. Ты свой шанс уже упустил. Я годами работал ради этого момента! Ты хоть представляешь, как долго надо собирать армию мертвецов? Я трупы собирал, как филателист – марки. – Он погладил гниющую слоновью спину. – Но сегодня многие экземпляры в моей коллекции пострадали. Так что нет. Я уйду, только вырвав у К.О.М. сердце.

– А дохлого слона ты откуда достал?

– Интернет, – ответил Худ. – Поспрашивал в зоопарках, в цирках…

– Ого… – АК все еще был у меня в руках. Худ, разгадав мои мысли, покачал головой.

– На твоем месте я бы этого не делал.

– На моем месте я бы себя пристрелил. И знаешь что… а идея-то неплохая! – Я сунул горячее дуло под подбородок.

Худ привстал.

– Стой!

– Если притащишь меня к Владыке Ужаса без половины башки, он разозлится, как думаешь? – Я нащупал спусковой крючок. Это был не блеф. – Отзови свою армию, и я пойду с тобой. В противном случае вышибу себе мозги, а тебе придется это объяснять вашей главной устрице.

– Подожди… – прошептал Фрэнкс. Он очнулся, сунул руку за пазуху и достал фляжку. Нашел время выпивать!

– Ты не хочешь себя убивать, – ласково проговорил Худ. – Самоубийцы, вообще-то, попадают в ад.

– Будто ты веришь в ад, – пробормотал я.

– Подловил. Но мы можем все обговорить. Да, предпочтительнее притащить тебя живым, просто чтоб посмотреть, каким пыткам он тебя подвергнет. Но, если не оставишь мне выбора, я лучше сам тебя прикончу. – Он становился все злее и злее. – Думаешь, что можешь угрожать мне своей смертью? Да я король мертвых! Оглянись! Смерть – моя служанка! Смерть – мое искусство!

Фрэнкс прижал фляжку к губам и залил содержимое прямо в глотку. Поморщился, будто его обожгло. Немного жидкости пролилось ему на подбородок, в темноте она светилась голубым.

Худ это заметил.

– Так-так-так… Специальный агент Фрэнкс, я о тебе едва не забыл. Смотрю, у тебя там эликсир жизни? А я-то думал, как ты умудрился так долго проскрипеть. Был уверен, что герр Диппель унес рецепт с собой в могилу. Ты просто обязан со мной поделиться.

Фрэнкс уронил фляжку и забился на земле в конвульсиях. Худ печально покачал головой.

– Болезненно и бессмысленно. Доза эликсира тебя не спасет.

Фрэнкса трясло, но он попытался встать, цепляясь за мой ремень, а я так и стоял, целясь в себя из АК. Слышно было, как хрустят кости Фрэнкса, вены на его лице запульсировали. Англичанин такого явно не ожидал. Фрэнкс ухмыльнулся ему, сверкнув в темноте белыми зубами.

– Доза? А может, пять доз, ублюдок?

Худ помедлил.

– Невозможно… Плоть не способна выдержать такого глубокого очищения.

– Терпенье и труд… – Фрэнкс скинул пиджак, оторвал пристяжной галстук. По бокам на двух наплечных кобурах болтались «глоки», рубашка превратилась в окровавленные лохмотья. Отсветы пламени танцевали по его телу, на шее пульсировали мускулы. Он стащил свои извечные кожаные перчатки, отбросил их в сторону, хрустнул костями, сжимая кулаки…

На костяшках левой было набито НАТЕ. Как у мертвого дальнобойщика в Монтгомери…

Нет, это и была татуировка дальнобойщика. И его рука.

У меня отвисла челюсть, я чуть АК не выронил.

– Основное задание. Защитить Питта от Культа, – тихо сказал Фрэнкс сквозь стиснутые зубы и кивнул, глядя на меня. В голубом глазу отражались всполохи пламени. – Я никогда не проваливал заданий.

Так Фрэнкс был собран из частей…

Англичанин, вдруг испугавшись, махнул рукой в нашу сторону.

– Взять их!

Монстры бросились на него, я вскинул АК к плечу и открыл огонь. Фрэнкс скрестил руки на груди, сделал резкое движение – и вот у него в каждой руке по «глоку». Стрелял он прямо пугающе точно, попадал как раз в стыки шлемов зомби. Слон взревел и, подгоняемый безумно орущим хозяином, понесся на нас.

Я едва заметил, как что-то прыгнуло с земли на слоновью спину. Эрл Предтеча приземлился прямо позади Худа и за секунды расстрелял всю обойму «Томми-гана» врагу прямо в спину – Худа затрясло, как припадочного. Эрл схватил его за мантию и швырнул на землю, тут же спрыгнув за ним. Я тем временем увернулся от бегущего на меня слона – гигантские ножищи прогрохотали мимо.

– Ты! – выплюнул Худ. Мантия зашевелилась, его плоть превратилась в тени, мечущиеся, извивающиеся. Секунда – и вот он уже стоит на ногах, отряхивая красную алабамскую глину с шикарных одежек. – Так значит, мой ассасин не выполнил миссию.

Предтеча выпрямился.

– Серебряными пулями она меня нашпиговала. – Он раскинул руки, показывая издырявленную куртку. – Надо было ей сказать, чтоб целилась в голову. Я этот бомбер ношу не потому, что выглядит круто. Это стопроцентная шкура минотавра. Пуленепробиваемая. – Эрл хищно улыбнулся, его глаза зажглись золотом. – Отлично выглядишь, Марти. Для покойника.

Нас снова окружила нежить – бывшие люди в шлемах из упрочненной стали. Их нижние челюсти так и шамкали. Я сунул дуло прямо в рот подбежавшему зомби – челюсти автоматически щелкнули, и я выстрелил. Пуля отрикошетила от внутренней стороны шлема, разнося мозг. Фрэнкса перехватил зомби-медведь, сбил с ног, едва не разодрал утыканными лезвиями лапами, но нашем федералу все было нипочем: он уткнул оба ствола в сварной шов монстру прямо в шею и снес ему башку чередой выстрелов. Медведь рухнул, погребая его под собой.

Худ и Предтеча кружили, не сводя глаз друг с друга.

– Думаешь, я мертвец, Эрл? Наоборот, никогда не чувствовал себя более живым!

Он взмахнул рукой, и в ладони материализовался теневой клинок, около фута в длину. Другая рука превратилась в трехпалую когтистую лапу, широкую, как лопата.

– Ничего, я тебя от этого вылечу, – ответил мой босс. – Дай только время.

– Ты уничтожил мое старое тело, молодец. Вот только дух, который в нем обитал, изначально жил в этом сосуде. Считай, я пересел на тачку покруче. – Худ взмахнул теневым клинком, но Предтеча успел наклониться.

Я пнул очередного зомби в колени, чтоб он упал, завел АК ему под подбородок и вышиб мозги. Хотел было помочь Фрэнксу, но тот, взревев, столкнул с себя гигантского медведя и вскочил на ноги, тут же пробив кулаком шлем подбежавшего зомби. Кулак с НАТЕ высунулся обратно, сжимая пригоршню мозгов, и зомби рухнул как мешок с картошкой. Подбежала козлособака, попыталась цапнуть Фрэнкса за ногу, но тот пнул ее так, что она улетела в горящую рощицу.

– Во тьме я неуязвим, а этого костерка недостаточно, – гордо заявил Худ, размахивая мечом. Предтеча прыгнул на врага, ударил когтистой рукой, разрывая мантию, и, не встретив сопротивления, не успел затормозить. Он упал, удивленно глянул на ткань в руках. Позади него выросла тень и вонзила черный шип прямо в спину.

– Эрл! – закричал я.

– Стой там! – приказал он, закричав от боли. Изо рта у него летела кровавая слюна, но он развернулся, снова атаковав тень. Щупальце тьмы ударило его в живот, отбросив к огню. Тень заползла под мантию, и ткань снова поднялась, приняв человеческую форму. Худ подошел к Эрлу.

– Ты даже не представляешь, как долго я этого ждал.

Я выстрелил Худу прямо в затылок, но пуля вылетела изо лба. Он помедлил, обернулся ко мне.

– Потерпи. Я к тебе еще вернусь.

Эрл поднялся. Он весь дрожал, в груди зияла дыра. Она постепенно закрывалась, осталась только кровавая дорожка. В главном здании что-то загрохотало, словно там запускали фейерверки.

– Все это твое «я сама ночь» какое-то нечестное. – Эрл указал на небо. – Но если думал, что мы будем тебя валить честно, то тактика твоя – отстой.

Небо озарилось яркими огненными шарами. Медленно, один за другим, они приближались к земле, освещая все вокруг. Осветительные снаряды и парашютные ракеты! Наши реактивные установки все небо зажгли фосфорным светом.

– Хитришь, Эрл, – улыбнулся Худ. Ему явно не терпелось броситься в бой.

По лицу Эрла заметались тени, все новые и новые ракеты взмывали в небо.

– Мой папаша всегда говорил: если не хитришь – значит, недостаточно стараешься.

Фрэнкс свернул башку последнему зомби и двинулся к Худу. Англичанин замер между двумя врагами. Новая вспышка осветила зомби-слона: он развернулся и готовился к новому рывку.

Худ медленно кивнул, его угловатое лицо посерьезнело.

– Это вас не спасет.

Он схватился за талисман, и между его пальцев побежала неприятно знакомая черная молния. Тень начала расти, становиться плотнее, темнее, словно Худ высасывал всю энергию вокруг. Голос его стал низким, пугающим.

– Бюрократский Франкенштейн и оборотень-реднек не соперники Повелителю Теней, Верховному жрецу Владыки…

– Заткнись, – бросил Фрэнкс, выходя вперед. Щупальца тьмы, выскочившие из рук Худа, легко снесли его в сторону. Земля под Англичанином начала подниматься, словно надувающийся пузырь, и наконец лопнула. Оттуда вылез гигантский ком черной слизи, открылись белые глаза… Шоггот вернулся.

– Оуэн! Неси камень Майло! Он знает, что делать! – крикнул Эрл, уворачиваясь от всплесков черной энергии. – Беги!

И я побежал к мастерской. Это была наша единственная надежда. Какими бы крутыми Эрл и Фрэнкс ни были, Худа и его слуг им не победить – я знал. Рев позади сделался громче, нежить все перла на главный корпус, его сотрясали все новые взрывы. Я пробежал сквозь искусственную стену тьмы, задержав дыхание, словно через отравленный туман. Через пару шагов я уже был на свободе – несся к мастерской, перепрыгивая через сожженных и расстрелянных зомби.

– Майло! Нужна твоя помощь!

Голова Майло высунулась из люка в крыше, вокруг валялись стреляные LAW.

– Оуэн! Что надо?!

Я на бегу достал из сумки камень и поднял над головой.

– Включить эту штуку!

– Спускаюсь!

Не успел я опустить камень, как его унесло из моей руки. Меня чуть не сшибло порывом ветра. Удивленно вскинув голову, я увидел еще одного летающего зомби: взмахивая могучими крыльями, он все выше уносил камень в когтях. Я заорал от досады.

БУМ!

Твари оторвало ногу, та шлепнулась, все еще сжимая когтями шар. Я на бегу вытянул руку и поймал его. На крыше теперь вместо Майло засел Грант. Он глянул на меня из-за «Барретта M82A1» пятидесятого калибра.

– Шевелись уже, Питт!

Дверь гаража была опущена, но вот обычная дверь рядом с ней распахнулась, и появился Майло с гигантским огнеметом. Сбоку на огнемете был нарисован мультяшный дракон и надпись «Огнеметатель».

– Дай посмотреть! – крикнул Майло, стаскивая лямки огнемета.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ!

Я обернулся и увидел, что Грант открыл огонь по зомби-слону, пронесшемуся через стену тьмы как скорый поезд. Бежал он прямо на нас. Я сунул Майло шар с вцепившимися в него когтями, запрыгнул внутрь, закрыл дверь и для чего-то еще засов задвинул. Майло глянул на меня как на идиота и принялся щелкать буквами на шаре.

– Быстрее давай! – поторопил я.

– Серьезно? – ответил он, напряженно всматриваясь в шар сквозь очки. – Давненько я с ним не возился…

Я заоглядывался в поисках чего-нибудь способного остановить зомби-слона. Ну ведь должно же быть против него какое-то оружие? И что за работа у меня такая, на которой приходится задавать такие вопросы? Впрочем, ответ возвышался прямо передо мной на здоровом треножнике с колесами. Я схватился за рукоятки и покатил его по линолеуму.

– Заряженный?

– Конечно, – рассеянно отозвался Майло, не отвлекаясь от камня. – Страж-камень похож на головоломку, но система координат основана на линиях силы, обозначенных буквами. Самое сложное, что тут все на немецком… Как там было…

Дверь гаража рухнула под ударом адского элефанта. Майло поднял голову как раз вовремя, чтоб заметить несущегося на него яростного зомби в пятнадцать тысяч фунтов весом. Я навел гарпунище на слона – даже в прицел смотреть не пришлось, в нем и так виднелась одна серая плоть – и надавил на спусковой крючок.

«Левиафан» пальнул так, что меня аж отбросило. Шестифутовый гарпун из обработанной стали вошел прямо в «ведро» на слоновьей башке, кабель проскользил через все его тело и вышел из бока. Зверь дернулся, но гарпун прочно вошел в стальной столб. Гора разлагающейся плоти упала, обрушивая стеллажи.

Я поднялся. Всю комнату заволокло пороховым дымом.

– Майло! – кашляя, позвал я.

Ответа не было.

Гнилая шея поддалась гравитации, и слоновья башка свисала теперь с кабеля как пиньята. Тело лежало на боку: оно погребло под собой стеллажи и Майло тоже…

И Майло тоже!

Я подбежал к монстру, пытаясь понять, можно ли под него как-то подлезть. Если Майло спрятался под стеллажом, значит, все еще жив. Но как поднять такую гору мяса?

– Держись, приятель! Я сейчас!

Я заметил в углу монтировку, подсунул под слоновью ногу.

Из-под трупа раздался странный приглушенный звук, словно кто-то запускает газонокосилку, или триммер, или…

Пилу.

Я автоматически отошел. Пила с ужасным ревом атаковала слона снизу, и через тридцать секунд из бочины показалось ее полотно, разбрызгивая всякие телесные жидкости. За ним из слоновьего пуза вылез отвратительно грязный Майло. Прорвавшись, он как следует глотнул воздуха и отбросил пилу. Я схватил его за руку, чтоб вытянуть, но Майло оттолкнул меня, покопался в кишках и достал камень.

– Ты в порядке?

– Тихо! – прикрикнул он, отплевываясь от слоновьей жижи. Его пальцы заскользили по шару. Я глянул в сторону выбитой двери и заметил новых зомби. Крылатая тварь приземлилась прямо у входа, запрыгала к нам на оставшейся ноге. Ну вот и все.

– Бинго!

Майло поставил последнюю букву на место. От камня во все стороны полетела совершенно видимая ударная волна. Она прошла через мое тело, но я ничего не почувствовал, однако вот стоило ей врезаться в нежить, как зомби просто взорвались, куски мяса и костей полетели во все стороны, как шрапнель. Волна все расширялась, летела по базе – разрушительное цунами, уничтожающее нежить на месте.

Поднялся жуткий, невообразимый вой – как в тот раз, когда мы запулили в шоггота термитом, только еще хуже. Шоггот, кстати, как раз удрал вперед волны, не переставая выть от боли.

Значит, остался только один…

Майло вылез из слона, чуть не поскользнувшись на мягких внутренностях.

– Фу… это мне карма прилетела за то, что заставлял салаг лазить в кишках, точно тебе говорю.

Я поднял тяжелый огнемет, пристроил на спину. Толстый шланг вел от ранца с баллонами, полными огнесмеси, к тяжелому брандспойту с драконом-«огнеметателем». Устройство было, прямо скажем, не бином ньютона. В другую руку я взял фонарь и двинул к выходу.

– Хватай что-нибудь светящееся и за мной.

Все небо заполонили огни, шум боя потихоньку стихал: нежить взрывалась, ее поводыри-культисты пытались свалить, и только искусственная стена тьмы стояла все так же. Я рванул прямо сквозь нее, не думая об опасности… поэтому тут же запнулся о расчлененного зомби и свалился в кучу тел. Кое-как встав обратно с тяжелым огнетушителем на спине, я включил фонарь и направил вперед.

Фрэнкс, весь изрезанный, стоял на четвереньках, зажимая рукой живот, и кашлял кровью. Красной, пенящейся. Я окликнул его, но он не мог говорить, только рукой показал. Я посветил туда и увидел огромное существо, две массивные ручищи, сжимающие что-то маленькое. Тварь наклонилась, будто собиралась сожрать то, что держала. В луче она тут же сдулась, превратившись в Худа, держащего Эрла за голову. Худ вскинул руки, защищаясь от света, и Эрл безвольно упал.

Я поставил фонарь так, чтобы он светил на Англичанина, и перехватил огнемет поудобнее. Но надо было заставить эту сволочь отойти от Эрла, чтоб я смог применить изобретение нашего сумрачного гения Майло.

– Давай, Худ! Иди и возьми меня!

Он пошел на меня, прикрывая чувствительные глаза рукавом балахона.

– Ты храбрый человек, Питт. – Взмах руки – и фонарь взорвался осколками стекла и пластика. Англичанин снова превратился в огромную тень, навис надо мной. – Но все кончено.

Он подошел ближе, но я все медлил, не хотелось случайно сжечь Эрла: после огня вервольфы не регенерируют.

– Что ты с ним сделал?

Кажется, я впервые смог разглядеть у тени выражение лица. Худ улыбался.

– Если ты разговаривал с Карлосом, значит встречал маленького демона, которого я подсадил к нему в голову. Так вот, тварь, которую я засунул в разум Эрла, гораздо, гораздо хуже! Ну и поделом ему.

Фрэнкс вскочил на ноги и с ревом пронесся мимо меня, но Худ просто отшвырнул его одним ударом.

– А вот ты… – Дождавшись, пока Фрэнкс упадет, Худ пнул его по ребрам так, что тот отлетел. – Я правлю всем лишенным души. Не знаю, как ты умудряешься игнорировать мои команды… Придется забрать тебя домой и вскрыть, чтобы выяснить.

Я не мог больше ждать и нажал на спусковые крючки «Огнеметателя». Первый зажигал огонь, второй выпускал напалм под давлением. Волна жара окатила меня, опалила волоски на руках, и в тень ударила пятидесятифутовая струя пламени.

Худ взвыл от гнева, снова уменьшился, но вытянул руки вперед, и пламя послушалось – обогнуло его, вместо того чтобы сжечь. Он поморщился, черные молнии полетели из его амулета, заскользили по рукам, отталкивая огонь назад. Брызги напалма полетели во все стороны, зашипели, падая на землю.

Я все давил и давил на спусковые крючки, но стена пламени неумолимо сдвигалась ко мне. Стало жарче, я стиснул зубы, чувствуя, как испаряется влага и я начинаю поджариваться под одеждой. Огнетушитель Майло сдавал под напором магии Худа, и в конце концов я не выдержал – заорал с досады и, отжав спусковые крючки, упал на колени. Тень снова нависла надо мной.

А потом мир взорвался выжигающей сетчатку агонией и оглушительным скрежетом. Худ закричал, на этот раз – от боли. Меня тут же ослепило, словно кто-то ледорубы в глаза воткнул. От такой яркости мозг едва не плавился.

– Оуэн, ложись! – скомандовал Майло, но я был слишком оглушен, чтобы послушаться. Толчок в спину отправил меня лицом в прохладную грязь. – Выкатываем секретное оружие!

Я закрыл голову руками, спасаясь от бомбардировки светом и звуком.

Секунд через тридцать ужасный шум прекратился. Я поднял голову, но перед глазами так и плыли фиолетовые пятна. Надо мной наклонился какой-то безликий прямоугольный монстр… а потом Майло поднял сварочную маску и схватил меня за руку.

– Пошли!

Я почти ничего не видел. Худ все еще орал, свет прожигал его теневую плоть, но появились и другие звуки: голоса охотников, стрекот вертолета над головой. Кажется, вертушка светила прожектором.

Красное пятно, бывшее, наверное, Англичанином, встало, шатаясь.

– Это не конец, Питт!

– Нет, ты проиграл, Худ! – заорал я в ответ.

– Пусть мы проиграли битву, но твоя судьба предрешена! Мои слуги об этом позаботились. Скоро увидимся!

Что-то заскрипело, щелкнуло – кажется, веревка-портал, – и он исчез.

Я снова повалился на колени.

– Что это было?!

– Мое секретное оружие! – заорал Майло мне в ухо.

– Я ослеп, а не оглох!

– Прости. В общем, я сделал самую здоровенную в мире светошумовую гранату. Сколько магния и алюминия пришло! И я не знал, как тут определить точное соотношение… Но раз мы не взорвались, значит у меня получилось. Идем.

Он помог мне подняться, и я похромал подальше от шума, цепляясь за покрытую слоновьей кровью руку. Наконец Майло усадил меня где-то в спокойном месте. Я едва мог видеть руки.

– Что происходит?

– Охотники окружают периметр, – ответил он, помолчав немного. – Чокнутый англичанин свалил. Всю нежить разорвало. Над нами летает вертушка федералов.

– А где Эрл? – Молчание. – Майло? Где Эрл?

– Они пытаются его откачать, но он… не двигается.

– Отведи меня к нему, – попросил я, все еще ни черта не видя.

– Ты не медик. Пусть они делают свою работу, – спокойно сказал Майло. Я нащупал его запястье и сильно сжал. – Эй!

– Нет времени объяснять. Отведи меня к нему, быстро, или он умрет.

Может, Майло и не понял, чего это я, но охотники быстро приноравливаются. Он потянул меня обратно, и я постепенно начал различать силуэты предметов и цвета. Группка охотников склонилась над неподвижной фигурой.

– Он не отвечает, – произнес кто-то. – Физические раны затягиваются, но что-то не так. Температура тела быстро падает.

– Пустите меня, – сказал я. – Я помогу.

– Зет, что ты тут делаешь? – спросил голос Холли. Она явно не ожидала меня увидеть. – Что с…

– Времени нет. Это то же самое, что было с Карлосом.

Майло подвел меня ближе, я встал на колени рядом с Эрлом. Холли поняла.

– Всем отойти! – велела она.

– Ты о чем? – спросила фиолетовая тень голосом Купера.

– Зет знает, что делает, – бросила Холли. – Салаги, если из Эрла выползет какая-нибудь дрянь, стреляйте в нее. Куп, ты со мной. Нам еще крысу ловить.

Я не понимал, о чем она говорит. Коснулся груди Эрла – дыхания почти не ощущалось, он был холодный на ощупь. Я чувствовал, как из порезов на щеке кровь капает прямо на руку.

Я должен был спасти Эрла.

Понятия не имея, что делаю, я сосредоточился, попытался вспомнить, что чувствовал, прежде чем проснулась сила. Вот оно, чужеродное присутствие. Худ назвал его демоном, но чем бы там оно ни было, моя задача – вытащить его, быстро.

Мир вокруг исчез.