— Я не одобряю тактику запугивания или угроз, мисс Блэкмен.

Я — само воплощение невинности.

— В самом деле? Я работала на вас. Я точно знаю, какую тактику вы одобряете.

От дружелюбия Беррихилла почти не осталось и следа.

— Как будто кровохлёбы просто идеальны, — саркастически замечает он. — Мы помогаем людям пережить трагические обстоятельства, которые находятся вне их контроля. Вы сами поставили их в эти обстоятельства. Разница в том, что теперь вы предоставлены сами себе, — он пожимает плечами. — Конечно, вы могли бы убить меня, но у меня есть высокопоставленные друзья. Они придут за вами. У вас больше нет Семей, за которыми можно прятаться.

— Я давно отдалилась от Семей, — спокойно говорю я ему. — Мне не нужно ни за кем прятаться, — я не отрываю от него взгляда. — Но, боюсь, у нас что-то не ладится. Я не хочу вас беспокоить и не хочу поднимать шумиху из-за того, что вы используете моё имя для развития бизнеса. Всё, чего я хочу — это просмотреть досье на Элис Голдман, а затем я оставлю вас в покое, — чего я не говорю, так это очевидного: если он продолжит преграждать мне путь, я сделаю гораздо больше, чем просто улыбнусь ему. Я снова показываю клыки, чтобы убедиться, что он понял намёк.

Он долго смотрит на меня. В его взгляде сквозит явная враждебность.

— Ладно, — огрызается он. — Мне нужно кое-что от вас взамен.

Я приподнимаю брови. Интересно. И смело.

— Что?

— Несколько хорошо продуманных нападений. Вам не обязательно никого убивать, но было бы неплохо, если бы вы смогли, так сказать, подвести их к краю пропасти.

Мои губы кривятся.

— Боже мой. Вы беспокоитесь о своих доходах, не так ли? Сколько людей обналичили свои полисы за последнюю неделю? Поскольку из-за вампиров теперь не нужно беспокоиться, нет и необходимости в антивампирском страховании жизни, не так ли? — я качаю головой в притворном смятении. — Ц-ц-ц.

Беррихилл бросает на меня сердитый взгляд, но не обращает внимания на мои подначки.

— Будет лучше, если это будут дети.

У этого человека нет стыда. Я осматриваю свои ногти.

— Внизу лежит тело без сознания, — я делаю реверанс. — Не стоит благодарности.

Если он и застигнут врасплох, то не подаёт виду.

— Этого недостаточно.

— Вам нужны заголовки, — я смотрю на него с отвращением. — Вы могли бы просто разработать новую политику, направленную на защиту от нападений со стороны сумасшедших религиозных групп, — Беррихилл не отвечает. — О, — говорю я. — Вы уже сделали это. Какая я глупышка.

Он фыркает.

— Таковы условия сделки.

Я обдумываю его условия.

— Что ж, хорошо. Я позабочусь о том, чтобы на первой странице завтрашней газеты были подробности о нападении вампиров. Пока этого будет достаточно.

— Принято. Приходите завтра, и я дам вам всё, что вам нужно.

Я отступаю на шаг и оглядываю его. Его зубы были отбелены до полусмерти, и, судя по отсутствию выражения на его лице, там определённо применялся ботокс. Я позволяю молчанию затянуться. Не слова дают людям власть, а контроль. У меня гораздо больше возможностей, чем у Беррихилла. Во-первых, я не беспокоюсь о старении. И ещё долго не буду беспокоиться.

Как я и ожидала, он не может удержаться, чтобы не нарушить молчание.

— Я не могу отдать вам файлы сейчас, — говорит он. — У меня нет гарантии, что вы сделаете то, что обещаете.

— Если только королева не упадёт замертво, вы получите свою первую полосу. Даю вам слово, — я заглядываю ему через плечо. Дверь за его спиной открыта, и оттуда высовывается стайка офисных трутней с широко раскрытыми глазами. — В противном случае я попорчу ваш прелестный наряд.

Кадык Беррихилла ходит ходуном. В последнее время обо мне писали достаточно много, и он считает, что я способна на это. В том, чтобы быть психопатом, есть свои преимущества. Он обдумывает варианты и быстро принимает решение.

— Что ж, хорошо, — огрызается он. — Идите за мной.

Он разворачивается на пятках и направляется обратно к двери. Я качаю головой, поражаясь его глупости. Никогда не следует поворачиваться спиной к опасному животному. Однако сейчас я кротко следую за ним. Секретарши и страховые агенты опускают головы, словно прячутся от меня. Трудно удержаться от смеха.

Беррихилл проходит мимо и указывает на ближайший кабинет.

— Вы можете подождать там, — сухо говорит он.

— Нет, — бодро отвечаю я. — Только не там, — я осматриваюсь и нахожу нужную мне комнату. — Этот подойдёт.

Выражение его лица становится ещё мрачнее.

— Это мой кабинет.

Я сияю.

— Потрясающе.

Он бормочет что-то себе под нос, явно испытывая искушение отказаться. В конце концов, однако, он выбирает более разумный из двух вариантов и сдержанно кивает.

— Как пожелаете, — он едва контролирует своё дыхание. — Я пойду возьму файлы.

Я хлопаю его по плечу.

— Спасибо.

Глава 7. Угрозы и обещания

Я понятия не имею, как выглядит кабинет Брукхаймера, но Беррихилл, безусловно, не скупился, когда обставлял свой. Письменный стол выглядит антикварным, несмотря на то, что большое кресло за ним эргономичное, а на нём стоит тонкий, дорогой на вид ноутбук. На одной из стен висит огромный плоский экран, на котором транслируются новости за день. И снова в центре внимания — уничтожение пяти Семей. Раздражаясь, я выключаю его. Я открываю пару ящиков стола и заглядываю внутрь, замечая различные визитки эскорт-услуг рядом с аккуратным набором канцелярских принадлежностей. Затем я подхожу к окну. У меня прекрасный вид на весь дом Икса. Никто не входит и не выходит. Я скрещиваю руки на груди и изучаю затемнённые окна. «Ты там, Икс? Ты знаешь, что я приду за тобой?»

Минуту или две я остаюсь на месте, затем разворачиваюсь и хватаю кресло Беррихилла. Я выдвигаю его из-за стола и ставлю перед окном как раз в тот момент, когда возвращается сам мужчина.

— Что вы делаете?

— Переставляю вашу мебель, — отвечаю я, не оборачиваясь. — В этом помещении совершенно неправильная энергетика.

Если я ожидала, что он будет жаловаться, то я разочарована. Он слегка фыркает и подходит ко мне, протягивая папки так, словно держит в руках бомбу. Я беру их и пренебрежительно прогоняю его прочь. Челюсть Беррихилла двигается, как будто он хочет что-то сказать. В конце концов, он сдаётся и оставляет меня в покое.

— Я приду и найду вас, когда закончу, — кричу я ему вслед. Затем улыбаюсь.

Не сводя глаз со здания Икса, я открываю первую из папок. Передо мной фотография улыбающейся Элис с редкими зубами — та самая, которую показывали во многих новостных программах. Её глаза искрятся озорством, а в улыбке столько детского оптимизма, что у меня щемит сердце. Я быстро перехожу к первому отчёту.

На первых страницах рассказывается немногим больше о том, что случилось с Элис, хотя язык изложения довольно прост. «В последний раз местонахождение застрахованного лица зафиксировано в…, бла-бла». И всё в этом роде. Я понимаю, что страховая компания, или полицейский отчёт, или что-то в этом роде должны быть беспристрастными, но есть что-то очень обескураживающее в том, чтобы читать это. Это был ребёнок, а не «лицо». Полагаю, мне следует поздравить себя с тем, что я доказала, что я всё-таки не такая уж бессердечная. Однако, когда я сталкиваюсь с голыми фактами похищения Элис, поздравлять меня особо не с чем. Я полагаю, всё могло быть и хуже; я могла до сих пор работать на этих ублюдков.

Из-за громкого характера этого дела Брукхаймер и Беррихилл привлекли нескольких разных следователей, чтобы убедиться, что всё дотошно изучено. Изучая их отдельные отчёты, я испытываю смутное чувство профессиональной отстранённости. Очевидно, что следователи пытались выполнить свою работу так, как это видела страховая компания, а именно найти любой возможный способ уклониться от выплаты компенсации по полису. Всё, что им было нужно — это несколько предположений о том, что виноваты в этом кровохлёбы. Однако, читая, я понимаю, что была не единственной, кто делал всё возможное, чтобы заставить компанию заплатить. Я просто добилась большего успеха, потому что у меня был Rogu3, чтобы взломать системы Семей и доказать, что вампиры тут ни при чём.

В папках мало новой информации, хотя полезно посмотреть, какие аспекты уже были рассмотрены. Подруга, у которой гостила Элис, была подробно допрошена. Даже в семь лет в её словах чувствуется усталое раздражение, как будто у неё столько раз брали интервью, что она без особых эмоций раз за разом описывала произошедшее. Нет, Элис никогда не проявляла никакого интереса к вампирам, ведьмам или деймонам. Да, в тот день, когда она пропала, она вела себя как обычно. Нет, они не видели, чтобы кто-то посторонний слонялся по окрестностям.

Брукхаймер и Беррихилл не просто отправили следователей поговорить с теми, кто был непосредственно связан с Элис. Они также отправили по меньшей мере двух агентов опросить всех жителей района, выпытывая детали, позволяющие предположить, что в этом районе видели вампира. Вопросы, которые они задавали, были намеренно расплывчатыми, чтобы спровоцировать столь же расплывчатые ответы. Они не хотели никаких категорических опровержений. Простое предположение о том, что в тихом пригороде бродит кровохлёб, вызвало бы достаточно сомнений, чтобы страховая компания отказалась платить. К сожалению, несколько местных жителей подыграли им.

Я трачу ещё некоторое время на чтение их ответов: в одном из них говорится, что там был темноволосый мужчина, у которого изо рта текла кровь, и который превратился в летучую мышь и улетел. Ага, конечно. Другой рассказывает о незнакомой машине, которую видели в этом районе. К сожалению для Брукхаймера и Беррихилла, полиция довольно быстро опровергла это предположение, поскольку камера видеонаблюдения на местной заправочной станции зафиксировала автомобиль, принадлежавший агенту по недвижимости, осматривавшему окрестности. Я кратко записываю содержимое всех свидетельских показаний. Никто не знает, что может оказаться полезным в будущем. Даже сумасшедший старик, который непреклонен в том, что пучеглазые инопланетяне забрали Элис с улицы у него на глазах, упоминается в моём блокноте.

К сожалению, очевидцы, как известно, ненадёжны — будь то свидетельства НЛО или что-то ещё. Попросите десять человек, которые были свидетелями одного и того же события, описать, что они видели, и вы получите десять разных ответов. Компания пришла к выводу, что местные жители могли бы «подсказать» причины исчезновения Элис, которые помогли бы им избежать выплаты, но, несмотря на разнообразие историй, ни одна из них не подтвердилась. Возможно, вампиры были лёгкой мишенью для обвинений, но доказательств этому не нашлось.

Я безрадостно улыбаюсь. Без сомнения, Беррихилл и его приятель попытались бы скрыть информацию о взломе Rogu3, если бы я случайно не проговорилась об этом местной прессе. Простая истина заключалась в том, что Семьи не были вовлечены, и все это знали. Даже Медичи не был настолько идиотом.

Я вздыхаю и закрываю папку, уставившись в окно и подперев подбородок руками. Сотни людей интересовались исчезновением Элис. Мы тщательно изучили каждую улику; если бы можно было что-то найти, это бы уже обнаружилось. Единственный человек, который может пролить новый свет на всё это — Мария. Возможно, она знает, где похоронены останки Элис, чтобы мы могли помочь Голдманам поставить точку в этом деле. Но если Элис оказалась в том же месте, что и Мария, я сомневаюсь, что какая-либо информация поможет её семье почувствовать себя лучше. Я подавляю дрожь, пробегающую по моему телу. Если я что-то и поняла, так это то, что я не могу изменить прошлое. Всё, что я могу сделать — это повлиять на будущее.

В здании Икса по-прежнему нет никаких признаков активности. Несмотря на усилия Фоксворти, этот адрес, возможно, уже не актуален. Я прикидываю, как долго смогу ждать, прежде чем проникну внутрь и разнюхаю всё вокруг. Место выглядит безобидным, но, вероятно, оно почти неприступное. Я уверена, что где-нибудь обязательно отыщется лазейка — она всегда есть.

Насколько я могу судить, здесь только один вход. Я буду удивлена, если здесь обнаружится чёрный ход, хотя, вероятно, это стоит проверить. Я перевожу взгляд от окна к окну в поисках уязвимых мест. Я бы не решилась взбираться по стене самого здания — неизвестно, какая сигнализация может сработать — но, вероятно, я смогла бы перепрыгнуть с офисного здания слева. Возможно, стоило бы попросить Rogu3 оставить Хейла в покое на пару часов, чтобы посмотреть, сможет ли он найти какие-нибудь планы зданий.

Я массирую шею. Как бы ни было заманчиво ворваться в парадную дверь и бросить всё на произвол судьбы, я обыграю Икса только в том случае, если буду умнее его. Большинство людей сказали бы, что у меня нет ни малейшего шанса, но я очень, очень мотивирована. Я найду способ добраться до него, даже если это убьёт меня.

Я продолжаю наблюдать за улицей, погружаясь в изощрённую фантазию о том, как Икс у моих ног молит о пощаде, после чего я снесу ему голову. Я как раз добираюсь до главного, когда позади меня раздаётся покашливание.

— Чего вы хотите, Беррихилл? — раздражённо спрашиваю я. Я поворачиваюсь и смотрю на него. Он ослабил узел галстука, но взгляд его стал жёстче, чем раньше. У него было достаточно времени, чтобы разозлиться, и он начинает сожалеть о нашей маленькой «сделке». Переживёт.

— Вам звонят, — он указывает на телефон на своём столе. — Я переадресовал звонок на эту линию.

Мои глаза подозрительно прищуриваются. Никто не знал, что я приду сюда, потому что, пока я не увидела их табличку внизу, я не знала, что Брукхаймер и Беррихилл находятся в этом здании.

— Кто это?

— Откуда мне, чёрт возьми, знать? — огрызается он.

Я указываю на него пальцем.

— Не двигайтесь, — в ответ я получаю свирепый взгляд, но он делает, как ему сказано. Я поднимаю трубку. — Алло?

— Это Джо с ресепшена, — раздаётся голос О'Ши. — Вам следует спуститься.