В пять утра мои подопечные медленно спускались из своих номеров в холл отеля. На улице только начинало светать. За эти первые дни путешествия я уже поняла, что, где бы группа ни находилась и в какое бы время ни собиралась, последней, неизменно опаздывая, появлялась Жанна, причём почему-то всегда с мокрой, только что вымытой головой. Вот и сейчас, появившись на 15 минут позже условленного срока, она сделала вид, что не заметила укоризненных взглядов остальных членов группы, в которых читалось: «Мы могли бы поспать на целых 15 минут больше!»

Багаж погрузили в автобус, и все уселись по своим местам. Водитель Тензин, проконтролировав погрузку багажа, сел за руль. У него был вид мученика. Ещё бы! Сегодня ему предстояло проехать за рулём автобуса расстояние двух плановых дней за один! И он всем своим видом показывал, какой это тяжёлый труд – преодолеть 850 километров! Но разве эта блондинка, руководитель группы, может понять, какой это тяжёлый труд – вести автобус?! Ей главное – наверстать потерянное время, а мне мучиться! «Так, надо Тензина как-то воодушевить, а то он всю дорогу так и будет изображать из себя жертву не понимающей ничего в тяжёлой работе водителя руководительницы!» – подумала я. Мы поехали навстречу рассвету и Гималаям по ровной ухоженной горной дороге. Водитель в белоснежных перчатках крепко держал руль обеими руками, сосредоточенно глядя вперёд.

– Ты давно водишь автомобили? – завела я разговор с Тензином.

– Да, у меня очень большой стаж, 20 лет! – важно ответил он.

– А я тоже умею водить машину! – голосом блондинки похвасталась я.

– О! Отлично! У тебя получается ездить по городу? Я могу дать тебе советы в управлении автомобилем! – доброжелательно поддержал Тензин беседу.

– Ну, я не только по городу могу ездить, а ещё и по трассам. Я научилась хорошо водить автомобиль, когда перегоняла его из Владивостока в Москву, – хлопая глазками, ответила я.

– Из Владивостока в Москву? – Тензин усиленно соображал, правильно ли он меня понял, потому что он хоть и житель Китая, но всё-таки имеет представление, что Владивосток находится на Дальнем Востоке, а Москва – на другом конце совсем немаленькой России. И на всякий случай переспросил, каково расстояние от Владивостока до Москвы.

– Десять тысяч километров, – ответила я, показав при этом карту России на телефоне, на всякий случай ткнув в те места, где находятся города Владивосток и Москва.

– Десять тысяч километров?! – переспросил Тензин.

– Да. Это расстояние я раньше проезжала за 12–15 дней, а потом построили дорогу от Хабаровска до Читы, и стало возможно ехать быстрее – за 8–10 дней, – просто сказала я.

– Так ты не один раз гоняла автомобиль из Владивостока в Москву? – удивился он.

– Нет, не один раз. У меня 28 перегонов, – всё тем же голосом блондинки ответила я, как будто речь шла о поездке от дома до соседнего магазина. – Иногда гоняла легковые машины, а иногда и грузовики, в кузове которых стояли легковушки.

– А сколько километров в день ты проезжала во время перегонов? – пытаясь сосчитать в уме, спросил Тензин.

– Ну, смотря какая дорога была… Если очень плохая, то несколько сотен километров в день. А если такая, как эта, то не меньше, чем полторы тысячи километров, – ответила я, показав на дорогу перед нами.

– А что такое «плохая дорога»? – поинтересовался Тензин.

– Сейчас покажу!

И я показала Тензину несколько фотографий из своего смартфона. Я сохранила их на память о своих приключениях на перегонах, где легковые автомобили пробирались по лесовозным таёжным дорогам и по зимним замёрзшим рекам, проваливаясь под лёд в местах, где он был совсем тонким.

– Ты вот так ездила на машинах?! – Тензин был поражён.

– Да, именно так! Но я думаю, что с твоим опытом ты тоже легко мог бы это сделать! – подтвердила я.

– Конечно! – твёрдо сказал Тензин, выпрямившись и перехватив небрежно руль одной рукой. Его мученический вид куда-то испарился. За рулём сидел бравый водитель, готовый за день проехать хоть две тысячи километров! Теперь он смотрел на меня уважительным взглядом, как на коллегу.

Ну вот, такое настроение Тензина мне нравилось больше! Надо отметить, что и Допла, и Тензин разговаривали с нами на английском языке, всем видом показывая, что русский они не понимают. Хотя мой опыт прошлых путешествий по Тибету заставлял в этом усомниться. Тибетские сотрудники, работающие с иностранными туристами, далеко не простые гиды и водители! Ещё на непальской стороне я предупредила членов группы, что нас могут понимать, и чтобы все разговаривали с учётом этого факта.

– Слушайте, а давайте понаблюдаем за тем, реально они нас не понимают или только делают вид? – предложил Андрей.

– А что, давайте! – все дружно согласились, благо времени для таких наблюдений у нас во время путешествия было предостаточно.

Сегодня наступил самый сложный день для организмов участников группы. Очень быстро, со скоростью автобуса, за четыре часа мы с высоты 2800 метров, на которой находится Кийронг, поднимемся на перевал высотой 5231 метров. А затем окажемся на Тибетском плато и поедем по нему. В течение дня мы преодолеем несколько перевалов, и высоты на нашем маршруте будут варьироваться от 4400 до 5200 метров. В итоге мы должны приехать на озеро Манасаровар, которое находится на высоте 4600 метров. И поэтому, как бы мы не торопились, в течение дня придётся делать паузы, выходить из автобуса и гулять. А ещё пить как можно больше воды!

Допла сел на сиденье позади меня в позу лотоса, сложил кисти рук, переплетя пальцы в мудру счастья и исполнения желания, и стал читать мантры, молясь об удачной дороге. Пожалуй, в этом автобусе только я, Допла и Тензин отдавали себе отчёт о сложности сегодняшнего дня. Остальные члены группы просто ехали и смотрели в окна, обозревая те места, про которые я им рассказывала по ходу движения.

Мы едем по области Кийронг. Легенда рассказывает о том, как в восьмом веке просветлённый мастер Подмасамбхава, проходя по этим местам и наблюдая живописные пейзажи, воскликнул: «Кьиронг!», что в переводе означает «удобное и счастливое место». Подмасамбхава пришёл в Тибет из Индии по приглашению царя Тисонга Децэна, чтобы помочь утвердить буддизм в Тибете. Развитию буддизма препятствовали местные демоны. Подмасамбхава, обладая уникальными возможностями в магическом искусстве, подчинил демонов и злых духов Тибета, обратив их в буддизм и сделав защитниками Дхармы (нравственных устоев и универсальных законов бытия).

Также район Кийронга связан ещё с одним именем. Великий тибетский мистик, йог, учитель тибетского буддизма, автор многих песен и баллад – Миларепа – родился в этих местах. Это реальный человек, живший с 1052 по 1135 год. Здесь находятся пещеры, где он провёл многие годы в медитации, и место его вознесения. Пещеры эти уникальны по своей энергетике! Интересна история жизни Миларепы. Она является примером того, как за одну жизнь даже самый грешный человек может достичь полного просветления.

Миларепа родился в обеспеченной семье. Казалось, удача улыбнулась ему с самого рождения! Но вот беда – отец умер, оставив всё имущество под опекой дяди и тёти до достижения Миларепой совершеннолетия. Эти «милые» родственники оказались подлыми злодеями и обманом лишили Миларепу с его матерью богатства, превратив их в нищих. И никто из многочисленной родни и односельчан, видя такую несправедливость, не заступился за них. Тогда мать решила отомстить обидчикам. Она накопила немного денег и отправила Миларепу к знаменитому колдуну – обучаться чёрной магии. Миларепа учился очень усердно, ведь мать обещала убить себя, если Миларепа не сможет отомстить. И вот однажды, когда обучение было удачно завершено, в доме дяди и тёти состоялось торжество, на которое собрались почти все жители деревни. Миларепа наслал силы всех стихий на дом коварных родственников и на земли вокруг. Дом обрушился, похоронив под завалами людей, а урожай на полях был уничтожен градом. Миларепа отомстил сполна! Мать радовалась, обводя безумным взглядом уничтоженную деревню и громко хохоча. Но Миларепа вместо удовлетворения испытал угрызения совести и страх перед последствиями кармы.

Тогда-то в его жизни и появился лама Марпа, ученик знаменитого Наропы. Марпа был крайне суров с Миларепой и подверг его немыслимым испытаниям, заставляя строить в одиночку каменные башни, разрушать их и строить заново. Так Марпа очищал его карму. Годами Миларепа страдал от холода, голода и непосильного труда, но даже когда его охватывало отчаяние, он находил в себе силы продолжать дальше. Он понимал, что это единственный путь к искуплению.

После долгих лет мучений Марпа всё-таки принял Миларепу в ученики и передал ему сокровенные знания. Миларепа ушёл в горы, в полное уединение, и медитировал там годами. Он жил в пещерах, питался одной травой и, преодолев все трудности, достиг состояния полного просветления, став одним из самых почитаемых йогов Тибета.

И вот сейчас мы ехали по тем местам, где разворачивались события из жизни Миларепы. Дорога была проложена параллельно руслу реки Кийронг и шла по узкому каньону. Слева от дороги, высоко на крутом склоне горы, показались строения монастыря. Мы остановились, чтобы немного пройтись. От дороги к монастырю ведёт тропа, поднимаясь серпантином круто вверх. И если пойти по ней, то примерно через два часа можно оказаться около монастыря. Здесь расположены пещеры, в которых медитировал Миларепа, а также место его вознесения. Но мы лишь сделали фото и видео, прогулявшись вдоль дороги, и продолжили свой путь на автобусе. Если проехать по основной трассе немного дальше и свернуть с неё на плохую просёлочную дорогу, то примерно через час можно попасть в деревню, где родился Миларепа. Находясь здесь, понимаешь, что легенды оживают, и события, до этих пор казавшиеся сказкой, обретают реальность.

Дорога на Тибетское плато

Дорога неуклонно поднималась вверх, и вот уже каньон сменился пустынной холмистой местностью. Мы остановились у большой древней ступы, возведённой около дороги. В Тибете ступу называют «чортен», что означает «место для подношения». Ступы строились задолго до возникновения буддизма, и изначально их прототипами являлись погребальные курганы, а затем они стали местами хранения праха Учителей и религиозных деятелей. Так, например, были построены десять ступ Будды Шакьямуни, в восьми из которых хранился его прах, в девятой – сосуд от праха, а в десятой – зола от погребального костра. Затем ступы стали строить на священных местах в честь какого-нибудь знаменательного события. Чортены также строят как путевые знаки для паломников и в качестве их защиты во время путешествия например, ступы возводят на высокогорных перевалах и около горных вершин.

Древняя ступа вдоль дороги из Кийронга в Сагу

Считается, что чортены обладают магической силой, несут в себе позитивную энергию, защищают и излечивают от болезней, делают жизнь человека гармоничной, позволяют стать лучше. Чтобы чортен оказал на человека максимальное влияние, а также очистил его карму, необходимо обойти вокруг него по часовой стрелке. Усилить эффект можно, сделав подношения. Территория, на которой расположен чортен, представляет собой мандалу, что многократно усиливает энергетическое воздействие.

В Тибете строят восемь видов ступ. Каждый вид имеет свою символику и значение, свои конструктивные особенности и строгие пропорции элементов. Правда, иногда строят ступы и без соблюдения канонов. Именно около такой ступы мы сейчас и находились. Видимо, она была построена ещё до того, как были приняты строгие правила возведения чортенов.

Особое внимание уделяется и внутреннему наполнению ступы. Чортен не может выполнять свои функции, пока не наполнен специальными предметами. Сердцевиной чортена является столб, который называют «деревом жизни». Он окружён мантрами. В ступу также вкладываются различные материалы, каждого по пять видов: металла, драгоценных камней, злаков, лекарств, земли, дерева и других. Потом чортен нужно наполнить магической силой с помощью практики «придание энергии жизни». Для этого внутрь ступы необходимо вставить несколько хорло, которые будут устранять негатив, защищать от болезней, способствовать накоплению богатства и заслуг, а также насыпать ца-ца. Хорло представляет собой ритуальное колесо. Его восемь спиц символизируют восемь ступеней к просветлению. Ца-ца – это маленькие глиняные фигурки в виде пирамидок (уменьшенных копий ступы) или статуэток просветлённого существа. Для их создания специальную форму наполняют тщательно просеянной и замешанной глиной. Затем из фигурки вынимают немного глины, а в образовавшуюся полость вкладывают плотно свёрнутые священные тексты, порошок из золота, серебра, бирюзы, коралла и хрусталя, лекарственных трав, шести драгоценных субстанций и пяти зёрен. Потом всё это запечатывается глиной. Ца-ца сушат, иногда красят краской, освящают и помещают в чортен. Когда ступа заполнена всем необходимым, её наделяют силой и полномочиями. Для этого чортен освящает мастер или выполняется коллективная практика и читаются мантры.

Мы всей группой обошли ступу по часовой стрелке три раза. Над чортеном были натянуты многочисленные молитвенные флаги, а у подножья лежали плоские камни с выбитыми на них мантрами. Паломники несут эти тяжёлые камни с собой и оставляют в святых местах по пути следования, тем самым зарабатывая заслуги.

В некоторых местах ступа потрескалась, и из неё высыпались ца-ца.

– Ой, какие хорошенькие фигурки! – воскликнула Марина, поднимая и разглядывая ца-ца. – Я возьму несколько в наш центр!

– Марина, ни в коем случае нельзя уносить ца-ца от того места, где они находятся! – остановила я её. – Есть такое поверье, что если человек забрал с собой ца-ца, то живым из Тибета он не вернётся!

– Ого! А я не знала! Хорошо, что ты предупредила! – сказала Марина, положив ца-ца к основанию ступы.

– Это я забыла вас предупредить! – ответила я и громко повторила для всех участников группы, что уносить с собой что-то от ступы и от других святых мест нельзя!

Пришло время ехать дальше. Вскоре дорога лентой серпантина начала резко подниматься в гору, и через некоторое время мы оказались на седловине перевала Гунгтанг высотой 5231 метра.

Всякий раз, когда тибетцы оказываются на перевалах, они кричат: «Ла со со!» Что это значит? «Ла» – это божество, дух, обитающий в горах и небесах. Тибетцы верят, что горы – это священные места, населённые богами и духами-защитниками. Обращаясь к ним, путники просят защиты и благословения в пути. «Со» – это восклицание, означающее победу, удачу. «Ла со со!» можно интерпретировать как «Пусть боги будут благосклонны и даруют победу!» Это своего рода установление связи с высшими силами и вера в то, что боги и духи всегда помогут и защитят!

– Ла со со! – кричим мы хором вместе с Тензином и Доплой, въезжая на седловину перевала.

На перевале вдоль и поперёк растянуты молитвенные флаги, которые в Тибете называют лунг-та. Мы выходим из автобуса, чтобы прогуляться. Высота в пять тысяч метров даёт о себе знать одышкой и учащённым сердцебиением. Для нас этот перевал является воротами на Тибетское плато. Когда-то, так же как и мы сейчас, через этот перевал в Тибет пришёл Подмасамбхава, известный так же как гуру Ринпоче. Его вклад в развитие буддизма в Тибете трудно переоценить. Уходил он из Тибета опять-таки через этот перевал. По преданиям, именно здесь, где сейчас стоим мы, Подмасамбхава улетел на крылатом коне в другой мир. Но перед этим он соорудил на перевале ступу, около которой спрятал множество сокрытых текстов и священных магических предметов, предназначенных для будущих поколений практиков. В нужное время эти сокровища должны быть найдены, чтобы принести пользу всем живым существам.

Вид на Гималайские вершины с перевала

Ступа до сих пор стоит на перевале. На ней виден барельеф с изображением гуру Ринпоче верхом на крылатом коне. Мы три раза обошли вокруг ступы, вращая молитвенные барабаны, установленные по периметру, и после этого вошли в маленький домик, расположенный неподалёку и представляющий собой храм. Тесное помещение освещалось только масляными лампадами. У стен располагались изображения и статуи богов. В храме мы увидели маленького сухонького старичка в монашеской одежде, пожалуй, такого же древнего, как и сама ступа Подмасамбхавы. Как рассказал нам Допла, самой ценной реликвией этого храма является овальный камень, хранящий в себе божественную силу исцеления.

– Если хотите, вы можете испытать эту силу на себе! – предложил Допла.

– Да, конечно, почему бы и нет! – воскликнул Роберт, подходя к монаху, держащему камень. – А то постоянно спина болит, наверное, рюкзаков в походах натаскался!

Роберт наклонился, и монах положил довольно увесистый камень ему на спину между лопатками.

– Ой, в позвоночнике что-то хрустнуло! Я разогнуться-то смогу?! – со страхом прошептал испытуемый.

Но разогнулся Роберт легко.

– Надо же, у меня спина не болит! Реально не болит!

– Дайте-ка я попробую! – к старичку протиснулась Люда. – Меня мои мигрени замучили!

Монах явно не понимал ничего из того, что мы говорим, но почему-то положил камень Людмиле именно на голову. Подержав его с минуту, убрал и пригласил следующего. Людмила отошла в сторону.

– Надо же! У меня как будто в глазах всё прояснилось! Вот чудеса! – удивилась Люда.

Все мы по очереди подходили к старцу, наклонялись, а он укладывал камень каждому на определённое место. После сеанса «стоун-терапии» мы вышли из храма на свежий воздух, но уезжать отсюда не хотелось – такая удивительно благостная энергетика царила вокруг!

Мы спускались с перевала на автобусе, и перед нами открывались пейзажи высокогорной пустынной равнины, окаймлённой, казалось бы, совсем невысокими вершинами, покрытыми снегом. А ведь высота этих вершин была семь-восемь тысяч метров! Вот он – настоящий Тибет!

Тибет

Эта «крыша мира» протянулась на 3000 километров с запада на восток и на тысячу километров с севера на юг. Здесь, на самом большом высокогорном плато, находится всё самое выдающееся: самая высокая вершина на Земле – Эверест, самое высокогорное солёное озеро в мире – Нам-Цо, самая мистическая гора – Кайлас, самые высотные трассы, самый гигантский водораздел – отсюда берут своё начало десять основных рек Азии.

Тибетский пейзаж

Когда-то это плато было дном древнего океана. Даже на Эвересте альпинисты находят окаменелых морских обитателей! Но в результате столкновения тектонических плит Тибетская плита поднялась на 4500 метров, а в месте столкновения образовались каменные складки Гималаев высотой в 8000 метров.

Тибетский пейзаж

История Тибета как государства насчитывает не одно столетие. В VII веке нашей эры под предводительством царя Сонгцена Гампо разрозненные племена, объединившись, создали мощную империю, которая росла, покоряя соседние территории. Именно тогда в Тибет проник буддизм, став его главной религией. Однако, как и все империи, тибетская также не избежала периода упадка. В IX веке начались внутренние распри, и государство распалось на отдельные княжества.

На протяжении нескольких веков Тибет оставался раздробленным, из-за чего в XIII веке он попал под влияние монгольской империи Юань. В этот период монголы установили систему управления, при которой духовные лидеры, ламы, получили значительную власть. Позднее, после падения монгольской династии Юань, Тибет вновь обрёл независимость, и в XVII веке далай-лама V объединил страну, создав теократическое государство, в котором главой государства является духовный лидер.

В XVIII веке Тибет оказался в сфере интересов маньчжурской империи Цин, сохранив внутреннюю автономию, при этом его внешняя политика полностью контролировалась Пекином. В начале XX века, после падения династии Цин, Тибет провозгласил свою независимость. Далай-лама XIII заявил о прекращении всех связей с Китаем. Но этот период свободы оказался недолгим. В 1950 году китайская армия вошла в Тибет, в результате чего регион был захвачен Китайской Народной Республикой. Далай-лама XIV бежал в Индию, где основал правительство в изгнании. С тех пор Тибет является частью Китая, а вопрос о его статусе остаётся одним из самых острых в мировой политике.

Тибет невозможно постичь, если не разобраться в местных религиях. Испокон веков, ещё до зарождения основных религий, во всех уголках Земли существовало язычество. Шаманизм в Тибете – это коренная языческая религия. Хотя это даже не религия, а особый таинственный вид искусства общения с силами природы и управления ими. Шаманы считают, что у самой Земли, у каждого объекта природы, будь то горы, реки, камни, деревья, животные и прочее; у каждого природного явления: дождя, ветра, грома, землетрясения, извержения вулкана и т. д., – есть свой дух-хозяин. С помощью особого магического таинства шаман может общаться и взаимодействовать с духами, поэтому шаманизм – это особая практическая магия, умение пользоваться которой не мешает её обладателю причислять себя к какой-нибудь религии. Вот почему в Тибете считают, что первым шаманом являлся бог Шива. Шаманами были также Подмасамбхава и Миларепа.

Старейшей из ныне существующих религий считается религия Бон, ставшая коренной религией Тибета. Её корни уходят в глубокую древность. Бон пришёл на земли Тибета за тысячи лет до буддизма и впитал в себя многое из культов местного шаманизма. Легенды рассказывают о Шенрабе Мивоче, основателе Бон, который жил в мифической стране Олмо Лунгринг, расположенной где-то к западу от Тибета. Он принёс учение, направленное на гармонизацию с природой, на уважение к предкам и достижение просветления.

Символом религии Бон является свастика-солнцеворот, концы которой загнуты против часовой стрелки, слева направо. Нормальный ход всей космической энергетики идёт по часовой стрелке, что символизирует свастика с концами, загнутыми справа налево. Бонская же свастика означает, что её приверженцы не следуют течению естественных процессов природы, а разворачивают их вспять, подчиняя себе. Бон – совокупность представлений о мироздании, в которой есть не только описание природных законов, но и конкретные инструкции по применению методов воздействия на этот мир, своего рода руководство для магов.

Жрец религии Бон – это тот, кто может и лечить, и насылать болезни; тот, кому подвластны погодные явления; тот, кого боятся за его способность как даровать счастье, так и отнимать его. Жрец может как продлевать жизнь, так и укорачивать её, как ставить защиту, так и проклинать.

Буддизм, придя в Тибет из Индии, не только не смог отвергнуть предыдущие религии, но и был вынужден впитать их почти целиком. Фактически он слился с Бон-по и стал называться «ламаизмом». Поэтому тибетский ламаизм далёк от классического буддизма Индии.

Существует несколько школ тибетского буддизма. Самых больших и известных – четыре. Нинма, сакья, кагью – относятся к «красношапочникам». А школа гелук – доминирующая – относится к «желтошапочникам». Свои названия школы получили из-за цвета ритуальных головных уборов приверженцев.

Буддизм – это религия и философия, основанная на ряде учений Будды Шакьямуни. Суть буддизма – путь к освобождению от страданий и достижению просветления, основанный на сострадании, мудрости и практике.

Мы ехали по необъятным просторам высокогорного плато, и пейзажи, знакомые многим по картинам Николая Рериха, сменяли друг друга: синие озёра, холмистые равнины, голубые остроконечные вершины с белоснежными шапками вековых снегов. На просторах со скудной растительностью бродили стада домашних и диких яков.

Домашних яков хозяева украшают яркими цветными помпонами, кисточками и лентами. Яки – самые значимые животные для местного населения. Именно их способность выживать на больших высотах и питаться скудной растительностью позволила тибетцам расселиться по высокогорному плато. Местные жители используют всё, что есть у яка: мясо, молоко, из которого делают масло и сыр, шкуры, шерсть, подшёрсток, рога, кости и даже навоз. На яках перевозят грузы, пашут землю и даже устраивают гонки.

Як

Дикие же яки относятся к отдельному виду животных, при этом они крупнее домашних и достигают в высоту двух метров, а их масса варьируется от 500 до 1200 кг. Они часто бывают агрессивны и могут напасть не только на человека, но и на автомобиль!

Помимо яков на тибетском плато можно увидеть и других животных. Часто встречаются стада диких ослов, которых здесь называют кианги. Вдалеке от дороги пасутся более скрытные тибетские газели. Периодически дорогу перебегают крупные зайцы. Осторожные тибетские лисы пускаются наутёк, едва завидев наш автобус. Май в Тибете – пора брачного периода у черношейных журавлей. Эти грациозные птицы показывали нам свои танцы, когда мы проезжали мимо озёр.

Журавли на озёрах

Роберт достал свою гитару. Сегодня 9 мая – День Победы. Мы решили отпраздновать этот великий праздник песнями о войне. Наш автобус ехал по «крыше мира», и из него по просторам Тибета разносились звуки песен «Смуглянка», «Катюша», «Синий платочек», «Мы за ценой не постоим», «Эх, дороги». Допла и Тензин улыбались и даже пытались подпевать.

Так, с песнями, мы доехали до города Сага. Если в обычной поездке это была бы конечная точка дневного маршрута, то сегодня это был просто перерыв на обед. Тензин остановил автобус около приличного кафе в центре города, и мы дружно вошли в приятное заведение, оформленное в тибетском стиле.

В кафе, кроме нас, не было посетителей. Надо сказать, что местная кухня – это смесь тибетских и китайских блюд. Порции здесь, по традициям китайской кухни, очень большие, и их смело можно заказывать на несколько человек. Так как сегодня праздник, мы решили заказать много разных блюд, ориентируясь по картинкам в меню, на всю компанию сразу, чтобы устроить дегустацию местной кухни. Пока блюда готовились, мы решили вспомнить всех своих родственников – тех, кто воевал и погиб на войне, и тех, кто с победой вернулся домой. Представили, как это было тяжело и страшно – жить и воевать в те годы. У многих на глазах навернулись слёзы. Получился такой небольшой устный прототип «Бессмертного полка» на просторах Тибета.

Обед уже подходил к концу, и мы пели очередную военную песню, ожидая счёт, как вдруг в кафе зашла группа иностранных туристов, которые молча направились к столам в самом дальнем углу.

– А представляете, если б это зашли немцы! – шутливо предположил Даниил, конечно же не рассчитывая на то, что кто-то из только что вошедших может понять русскую речь. Вся группа, смеясь, начала обсуждать, что могло бы произойти, если б это оказалось действительно так.

– Да немцы мы, немцы! – по-русски сказал парень, вошедший последним.

Это и вправду оказалась группа из Германии!

Надо же было такому случиться, что в городе с массой разнообразных кафе именно здесь и сейчас, в День Победы, встретились группы русских и немецких туристов! Парни из немецкой группы уткнулись в меню, сидя с каким-то виноватым и пришибленным видом. А мы напоследок с яростным воодушевлением дружным хором спели песню «День Победы» и, гордо подняв головы, чуть ли не чеканя шаг, вышли из кафе! Пора было ехать дальше.