ЧУМА

Подходя к дому стаи, я всё ещё обдумываю то, что обнаружил в комнате с экипировкой: свежезаточенный конёк, всё ещё горячий на ощупь даже сквозь перчатку.

Какого черта кто-то делал там в такой час?

Возможно, мне стоит спросить об этом Призрака. Я знаю, что он бродит по туннелям арены, когда хочет избежать нашего общества, и если бы кто-то и мог заметить постороннего, так это он: Призрак знает каждый закоулок арены лучше архитекторов, которые её проектировали, и обладает шестым чувством, граничащим со сверхъестественным.

Но почему меня вообще это волнует?

Почему мой мозг не позволяет мне перестать думать о таинственном менеджере по экипировке, который явно скрылся в ту же секунду, как я переступил порог комнаты?

На время я отбрасываю эти вопросы, доставая ключи из кармана своего угольно-серого шерстяного пальто. Наш дом стаи возвышается передо мной — пятиэтажное современное здание, расположенное на удобном расстоянии от арены, но при этом обеспечивающее нам уединение и простор. Игроки, которые не входят в ядро стаи — в отличие от Тейна, Виски, Призрака и меня, — живут в других местах, в своих собственных домах. Таких игроков обменивают каждый сезон.

Только мы четверо остаёмся неизменными.

Я едва приоткрываю дверь на дюйм, как из недр дома стаи доносится громоподобный голос нашего силового форварда, Виски, хотя я его ещё даже не вижу. Под его голосом я различаю низкий баритон нашего капитана, Тейна. Судя по возмущению в тоне Виски и скучающим ноткам Тейна, Виски снова втянул его в одну из своих привычных односторонних дискуссий.

Я уже раздражён.

Отлично. Отвлечься мне не помешает.

— Какая тема на этот раз? — спрашиваю я, выходя из-за угла.

Виски поднимает взгляд с дивана, и его медово-карие глаза загораются:

— Чума! Идеальное время. Нам нужен решающий голос.

Я выгибаю бровь.

— В чём именно?

— Является ли хот-дог сэндвичем или нет, — ровным тоном произносит Тейн.

— Нет, — отвечаю я, направляясь на кухню за бутылкой воды. Некоторые споры не стоят того, чтобы в них участвовать, каким бы приятным ни было желание отвлечься прямо сейчас.

К счастью, к тому времени, как я возвращаюсь в гостиную с водой, они уже сменили тему: единственное спасительное качество Виски заключается в том, что он легко отвлекается.

— Есть новости о новом товарище по команде? — спрашиваю я Тейна.

Виски оживляется, как нетерпеливый щенок сенбернара-переростка.

— Новый товарищ по команде? Кого нам берут? Он заменит Дэниелса?

— Да, — отвечает Тейн. — Ещё один крайний нападающий. Его зовут Валек.

— Дэниелс действительно не вернётся? — спрашиваю я, хотя и так знаю ответ.

Лицо Тейна мрачнеет.

— После той выходки, которую он устроил с Призраком, ему ещё повезло, что он лишился только места в команде.

И он не лжёт. Дэниелс всегда был слишком любопытен насчёт того, как выглядит Призрак под маской, и после одной из наших игр, подгоняемый адреналином и полным пренебрежением к личным границам, попытался её сорвать.

Попытался — здесь ключевое слово.

И теперь нам приходится терпеть постоянные шуточки Виски о том, как Призрак калечит крайних нападающих и что я, вероятно, буду следующим.

— Когда он приезжает? — спрашиваю я.

Тейн пожимает плечами.

— Может, через пару дней. Руководство всё ещё улаживает детали.

— О да, чёрт возьми! — Виски снова расплывается в ухмылке. — Новая кровь означает свежее мясо, которое я смогу привести в форму.

Я встаю, внезапно почувствовав потребность двигаться — делать что угодно, лишь бы не сидеть здесь и не... сближаться.

— Я иду в зал, — объявляю я.

Виски смотрит на меня так, словно у меня выросла вторая голова.

— Чувак, сейчас ебучая рань. Ты вообще когда-нибудь спишь?

Я игнорирую его и направляюсь в ультрасовременный тренажёрный зал, который занимает большую часть подвального этажа дома стаи.

Но мои мысли всё время возвращаются к комнате с экипировкой, к тем тёплым, свежезаточенным конькам. К ощущению, что что-то не так; что в этой головоломке не хватает какой-то детали, и что она почему-то пиздец как важна.

И я доберусь до сути.