Что же это за блондин все-таки? Просто какой-то обдолбаный с ножом? Нет, тогда я бы не стала его убивать. Я никогда никого не убивала.

Он смотрел на эту девочку беременную, в руках у него был нож. Я знала, что нужно его убить. Убить, закопать, на могиле написать: «Мне показалось, что — ты устройство». Сложное приспособление для умерщвления Марины Шульман. Почему ты вызвал во мне такое ощущение, я не вполне понимаю. Но вызвал. И еще было что-то.

У меня нет совершенно опыта такого рода, но мне кажется, когда человеку грудь пробивают ножом, он вскрикнет. А ты молчал, мой дорогой блондин. Как будто тот, кто тебя проектировал, знал о твоем прообразе очень много, но не все. И то, что ты должен был в такой ситуации вскрикнуть, не предусмотрел. Может, и самой ситуации тоже?

И куда ты потом делся? Встал и ушел? Милиция забрала в судмедэкспертизу?

— Марина, я тебя отведу к папе на работу. Сиди у него, никуда не выходи, договорились? А сама пойду, узнаю про блондина. В судмедэкспертизу зайду, у меня там друзья. Попробую, по крайней мере. А потом приду за тобой. И с твоим папой поближе познакомлюсь. Мы же теперь родственники, причем очень близкие. Но ты никуда не уходи, жди меня.

Лев Иосифович был вполне удовлетворен просьбой побыть с Мариной. Никаких дополнительных объяснений не потребовалось и слава Богу. Про блондина ничего Лев Иосифович знать не должен. Он все равно ничем тут помочь не сможет. Кажется, только Тамара Борисовна и может помочь. А вот панику он поднимет. Да и сам в ужас придет. А совсем не надо в ужас приходить. Надо понять в первую очередь, что это вообще такое, откуда оно взялось.

Да, Лев Иосифович, конечно, звонил своим знакомым юристам. Тоже считают, что странно. Что никакой необходимости в аресте не было. Удивляются, обещают попробовать выяснить, что происходит. Город такой, всего миллион человек. Все всех знают. Обещали перезвонить.

Иевлева идет по Пушкинской. Мимо своего дома, мимо школы номер восемьдесят.

Теперь ей кажется, что после того, как летучие мыши появились в жизни Бориса, все просто сорвалось с места и понеслось куда-то. Она уже не помнит, верней, не придает значения тому факту, что неделю назад еще не знала о существовании Марины Шульман. Вообще не знала, что есть такой человек. Деятельный, энергичный, инициативный человек. К тому же беременный. Или — как следствие, беременный.

Привет тебе, Марина Шульман. Ты не позволяешь соскучиться. За тобой гонятся убийцы, а мой сын в тюрьме. И у меня только одна возможность как-то распутать этот клубок, заняться всем комплексно. Иначе будет плохо, причем не только мне. Но Марина Шульман — интересное существо. Очень интересное.

— Ну? — спросил огромный мужик в белом халате, черноволосый, даже на пальцах с внешней стороны толстые черные волосы, — Так в чем твой, Тома, научный вопрос?

— Арсен, я начну с лести.

— Хорошее начало.

— У меня много знакомых, ты знаешь, но среди них нет лучшего антрополога, чем ты.

— Так. И чего ты за это хочешь? У меня три трупа. Почка? Яичко?

— Давай перестанем по-светски шутить, потому что мне, если честно, не до шуток. Борьку арестовали вчера.

— Как арестовали? Наркотики?

— Совращение несовершеннолетней.

— Тоже красиво звучит. Подожди, я сниму халат, подъедем на моей машине на Ворошиловский, и я Мельни-ченке лично набью морду.

— Кто это такой?

— Да начальник следственного отдела.

— Но там действительно несовершеннолетняя.

— Ну и что? Арестовывать зачем? Ее родители написали?

— Нет. Точно, нет.

— Охренеть!!! Я узнаю про это дело. Нашли преступника, козлы.

— Сейчас не спрашивай меня ни о чем. Слушай, тебе не попадались такие экземпляры — очень маленькие, почти неестественно маленькие, черноволосые, и у них от лобовой кости назад к темени идет утолщение, как будто кости черепа образовывали гребень, очень незначительный, почти не заметный. И не острый, а закругленный. Ты видел когда-нибудь что-то подобное?

— Это твой научный вопрос? Нет. Не видел. И не увижу. И ты не увидишь. Ни у одной земной расы нет такого признака. А что ты забиваешь себе голову какой-то херней? Адвоката взяли уже?

— Ты уверен?

— Нет такого ничего. Ни у людей, ни у обезьян даже нет. Это только может быть инопланетянин. А что, приставал к тебе?

Второй человек говорит, что Марина Шульман — инопланетянка. Но Женя говорил образно. А вот Арсен все эти кости наощупь знает. Он образно говорить не будет.

— Тома, ты чего? Ты аж побледнела. Нет никаких инопланетян. Ты что, видела такого человека?

— Не обращай внимания.

— Ну бывают, наверное, отклонения. Хотя я сам не видел. Бывают всякие чудеса. Нам сегодня ночью привезли. Худой такой блондин. У него нож в сердце торчит, и вопрос перед экспертизой поставлен — определить причину смерти. Тридцать лет назад мне бы это показалось смешным. Так у него мозг недоразвитый, как у семилетнего ребенка. Наверное, редкостным был дебилом при жизни.