ДЖЕЙМС РИС СИДЕЛ на пассажирском сиденье Land Rover Defender 110 1997 года молча, впитывая безмятежную красоту пейзажа. Дорога прорезала густой строй сосен жёлтой, что башнями уходили во всех направлениях. Его друг по колледжу и бывший напарник по SEAL Рейф Гастингс вёл британский внедорожник и не хотел раскрывать, куда именно они направляются. Семья Рейфа владела обширным ранчо с тех пор, как они эмигрировали из южной Африки в 1980-х, когда Рейф был младшим подростком. Начавшись как скромное скотоводческое хозяйство, оно разрослось до десятков тысяч акров первоклассных пастбищ и нетронутой дикой природы. Успехи семьи в скотоводстве и недвижимости позволили им расширить сферу деятельности, и теперь они владели собственностью по всему штату. Несмотря на своё с трудом заработанное богатство, отец Рейфа позаботился, чтобы семья никогда не забывала о своих скромных истоках и не принимала возможности, дарованные их новой родиной, как данность.
Как бывший SEAL, Рис недавно доказал своё исключительное мастерство в адаптации; он перехитрил аппарат национальной безопасности, нацелившийся на его убийство, а затем раскрыл заговор, поставивший под прицел президента Соединённых Штатов. Человек по имени Вик Родригес возглавлял военизированное крыло Центрального разведывательного управления в должности директора Отдела специальных операций. Затем он привлёк Риса к миссии, спасшей жизнь президента и уберегшей Украину от химической атаки. Вик признавал способности Риса к агрессивному решению проблем и хотел глубже вовлечь бывшего «тюленя» в свои структуры. Поэтому формально Рис теперь являлся временным контрактным сотрудником наземного отделения ЦРУ, хотя в данный момент его единственной работой было восстанавливаться после недавней операции где-нибудь, где он мог бы перевести дух и перезагрузиться. Однако его новые хозяева в Лэнгли не знали, что у него была и более личная причина присоединиться к их рядам; двое мужчин должны были умереть.
Рис приподнял бейсболку и провёл пальцами по коротко стриженным волосам. Так коротко его не стригли со времён BUD/S. В Уолтер Рид ему обрили голову, и, хотя волосы начинали отрастать, он всё ещё не привык к этому ощущению. Он осторожно коснулся шрама на коже головы кончиками пальцев, всё ещё поражаясь тому, какой он маленький. Процедура по удалению доброкачественной опухоли мозга прошла успешно. Он испытывал облегчение от того, что не потребуется ни облучения, ни химиотерапии, и был счастлив остаться в живых после всего, что пережил за последние два года; смертей и так было слишком много.
Внедорожник хрустел гравием, когда Рейф разгонялся на крутых грунтовых серпантинах, ведущих через хребет.
— Эти машинки всегда были слабосильными, — без тени улыбки заметил Рис. Спор Land Rover против Land Cruiser был для друзей почти постоянным источником развлечения, и ни один из них не упускал случая покритиковать любимую машину другого.
— Может, тебе тогда пешком прогуляться? — парировал Рейф.
Рейф остановил старый Defender, когда тот выровнялся на вершине тропы. Вид бескрайних зелёных деревьев, спускающихся к огромному альпийскому озеру внизу, захватывал дух даже у того, кто провёл здесь десятки лет.
— Красиво.
— Я думал, тебе понравится.
— Вид?
— Нет, твой новый дом.
— О чём ты?
— Видишь тот домик внизу у озера?
— Ага.
— К твоему счастью, мой отец и тесть — сторонники Джеймса Риса. Они его для тебя отремонтировали. Решили, что тебе нужно тихое место подальше от всего, чтобы прийти в себя. Он твой.
— Ты серьёзно?
Рейф кивнул, довольный. Не каждый день удавалось устроить лучшему другу сюрприз в виде нового дома.
— Не знаю, что и сказать.
— «Спасибо» сойдёт.
— Ну… спасибо.
— Ты всегда хотел жить в гостевом доме Робина, — Рейф улыбнулся, имея в виду второе имя отца и зная, что друг поймёт. — Уверен, рано или поздно он заставит тебя отрабатывать свой кров, так что на твоём месте я бы косил больного так долго, как только возможно.
— Совет понял.
— Загляни под сиденье.
Рис наклонился и вытащил SIG P320 X-Compact в мини-кобуре Black Point Tactical.
— Мато решил, что это может пригодиться, — сказал Рейф, имея в виду их бывшего главного старшину команды, который теперь руководил тренировочной академией SIG Sauer.
— Вообще все знают, что я вернулся? — спросил Рис.
— Ты же знаешь это сообщество, брат, — улыбнулся Рейф. — Мы похуже старых дев за вязанием.
Рейф переключил машину на пониженную передачу и дал двигателю реветь, пока она медленно спускалась по склону к домику. Круговая дорожка из щебня дугой подходила к дому от грунтовой дороги. Деревянный каркасный дом начинался как маленькая пионерская избушка, и этот фасад сохранили и включили в более новую, крупную постройку. Здание гармонировало с окружением и было большим, но не вычурным. Рейф остановился перед широким передним крыльцом, и двое бывших коммандос вышли из машины.
На них были джинсы и выцветшие футболки с кобурой пистолетов на поясе. Рис, как обычно, был в своих трейловых кроссовках Salomon, в то время как ботинки Рейфа «Courtney» были более традиционного дизайна, из кожи капского буйвола, импортированные из его родного Зимбабве. Во многом выбор обуви отражал их характеры. Хотя он много переезжал, Рис был коренным калифорнийцем, всегда искавшим новейший образец снаряжения, который мог бы дать ему преимущество в производительности. Рейф был полной противоположностью, традиционалистом, предпочитавшим ощущения и душу более ранней эпохи. Если Рис — это кайдекс, нейлон и кевлар, то Рейф — кожа, латунь и орех.
Спортивное телосложение обоих бросалось в глаза даже самому невнимательному наблюдателю: широкие, мощные грудные клетки и сильные руки, выкованные десятилетиями интенсивных физических тренировок. Хотя одевались они почти одинаково и сложение имели схожее, никто не спутал бы их, как братьев. Волосы Риса были тёмными, с проседью в щетине. Рейф был на два дюйма выше шести футов друга, сложение его было более жилистым, с более широкими плечами и узкой талией. Его довольно длинные волосы выгорели на солнце до пшеничного цвета и свисали из-под кепки, почти касаясь воротника. Глаза его были почти радужно-зелёного цвета, что резко контрастировало с загорелым лицом. По всей длине щеки тянулся обесцвеченный шрам. Рейф остановился перед дощатым крыльцом и широким жестом пригласил Риса пройти первым.
Дверь была из местной пихты Дугласа и носила шрамы более чем векового воздействия стихий. Рис нажал на отреставрированную железную ручку, и массивная дверь легко открылась на новых петлях. Двухэтажное открытое пространство заливало естественным светом благодаря большим окнам на стене напротив входной двери. Пол был из монтанаского сланца, мозаика серых и коричневых тонов, контрастирующая с белёсыми досками панелей на стенах. К открытым пихтовым балкам поднимался каменный камин. У Риса перехватило горло, когда он увидел, что висело над очагом.
— Это бык моего отца?
— Именно. Он ушёл, не успев отправить ему это чучело. Мы подумали, что это будет хорошее место для его лося.
Семьи сблизились, когда дружба Риса и Рейфа расцвела в Университете Монтаны. Отец Риса, Том, посетил ранчо осенью 2000 года, когда и Рис, и Рейф уже окончили BUD/S и получили назначения в отряды SEAL на разных побережьях. Том Рис, сам ветеран-«тюлень» Вьетнама, охотился на лося в тот визит и добыл того венценосного быка-шестилетка, что теперь висел в новом доме сына. Это была их последняя совместная охота. Атаки 11 сентября разразились в следующем году, и Рис провёл последующие полтора десятилетия, гоняясь за Аль-Каидой, ИГИЛ и им подобными по дальним уголкам мира. Том Рис скончался внезапно и трагически, когда Рис был в командировке в Ираке в 2003 году, — убит, судя по всему, при уличном грабеже в Буэнос-Айресе, Аргентина, где работал на ЦРУ.
Перед камином стоял удобный на вид кожаный диван с обивкой гвоздиками, а на каменном полу его обрамлял ковёр из бычьей шкуры желтовато-коричневого цвета, обозначая зону отдыха. Рис заметил на нём выпуклый келоидный рубец с клеймом семьи Гастингсов. Рейф держался на шаг позади, пока его друг осматривал своё новое жилище, смиренный щедростью, проявленной к нему семьёй Гастингсов. Там была большая кухня с плитой, которая, казалось, была оригинальной чугунной печью, в окружении современных приборов, удобная спальня с кроватью размера king в деревенском сосновом обрамлении, гостевая спальня, ванные комнаты и мансарда, оборудованная под кабинет. Почти из каждой комнаты открывался вид на озеро.
— Есть ещё кое-что, что я хочу тебе показать, — Рейф нарушил тишину и махнул рукой в сторону двери, ведущей из кухни на улицу. Спустившись по ступеням, он направился к небольшому сараю. Распахнув обе большие двери, он отступил в сторону с редкой для него ухмылкой. Внутри отдельного гаража стоял идеально восстановленный Toyota Land Cruiser FJ62 1988 года, его полупрозрачная краска цвета «голубоватый ганметал» блестела под потолочными светодиодными лампами. Винтажная цветовая гамма со вкусом контрастировала с матовыми чёрными алюминиевыми колёсами, внедорожными бамперами и багажником на крыше.
Глаза Риса расширились при виде этого специально подготовленного внедорожника. Более года назад он был вынужден бросить свой любимый Land Cruiser в рамках одиночной миссии мести, оставившей за собой шлейф тел от побережья до побережья. С тех пор он водил Land Cruiser’ы во время антибраконьерского патрулирования у дяди Рейфа в Мозамбике, но своей собственной машины у него не было.
— Он прилагается к дому. Я всё равно на нём никогда не поеду, так что бери.
— Теперь я действительно не знаю, что сказать.
— Что же ты вдруг замолчал? — пошутил Рейф, намекая на прозвище Утиливу, данное другу африканскими следопытами. — Не стой, как истукан, запрыгивай.
Рис шагнул вперёд, словно приближаясь к инопланетному объекту. Ручка двери отстегнулась с тактильным и позитивным щелчком; тот, кто восстановил машину, проделал исключительную работу. Тёмный салон сочетал утилитарные отделки и материалы со стилем и комфортом. Ключи были в замке зажигания. Двигатель GM LS3 V-8 рабочим объёмом 376 кубических дюймов и мощностью 430 лошадиных сил взревел мгновенно, его гортанный рык укрощён эффективной керамической выхлопной системой, позволявшей автомобилю сохранять приемлемый уровень скрытности при такой мощности.
— Неплохо для японского импорта, а? — Политкорректность не была сильной стороной Рейфа.
— Я в восторге.
— Это от Торна, — признался Рейф, используя прозвище своего тестя. — Он пожалел тебя в твоём ослабленном состоянии.
— Где он его нашёл?
— Не узнаёшь?
Рис посмотрел на задние сиденья, а затем снова на друга.
— Это же твой. Старина Клинт не мог заставить себя уничтожить его, когда ты уехал из Калифорнии. Он сохранил его на всякий случай. Узнав, что ты жив, он связался с Торном через Ассоциацию Специальных Операций. Их вьетнамская сеть сильна. Торн переправил его сюда, но прежде привёл в порядок.
— Это немного больше, чем просто «привести в порядок». Это произведение искусства!
— Рад, что тебе нравится. Реставрацию делали ICON 4X4, так что он действительно должен доехать до города, в отличие от твоего стокового оригинала. Чуть не забыл, загляни за сиденье.
Рис выключил мотор и обернулся через плечо. Там, на специальной тактической стойке Greyman за сиденьем, висела винтовка Daniel Defense MK12 с глушителем SilencerCo Omega и оптикой Nightforce ATACR 1-8x24 мм, закреплённой на верхней планке ствольной коробки.
— Неприятности, похоже, находят тебя. Я подумал, будет мудро иметь что-то посущественней этой девятимиллиметровой пукалки в кобуре.
— Ты был прав, мой друг, — сказал Рис с искренней серьёзностью.
— Устраивайся и отдыхай. Семья прилетает завтра, и отец устраивает большой ужин в твою честь.
— Будет здорово со всеми увидеться.
— Почти со всеми. Ты помнишь мою младшую сестру Ханну. Она сейчас в Румынии, спасает мир, но, кажется, планирует приехать домой на Рождество.
— Замечательно. И у меня есть пара месяцев, чтобы привести себя в форму. Насколько я помню, она всегда участвовала в ультрамарафонах.
— Пару лет назад она выиграла Grand Traverse, так что тебе предстоит много работы.
— Это серьёзно. Я всегда хотел это сделать. От Крестед Бьютт до Аспена, верно?
— Именно. Сорок миль горнолыжного альпинизма через Элк-Маунтинз.
— Там нужен напарник. С кем она бежала?
— Со мной, — улыбнулся Рейф. — И если заодно с опухолью тебе не удалили печень, советую прихватить запасную. Ты знаешь, какие у меня родственники.
— Найду запасную, обязательно прихвачу.
— Понадоблюсь — я в мастерской.
— Эй, Рейф, — окликнул друга Рис, когда тот направлялся к своему Land Rover’у.
— А?
— Проверил бы масло в своём Defender’е. Он тут стоял несколько минут, так что, небось, всё вытекло.
Рейф повернулся, усмехнувшись про себя, и отсалютовал другу средним пальцем.