– Говорят, ребенок родился!

С шумом распахнув дверь библиотеки, Рино прокричал новость на весь зал.

Ария, стоявшая у книжного шкафа с томом в руках, обернулась:

– Ребенок?

– Принц! – с жаром добавил он.

– Ах…

Ария едва заметно кивнула. Она и сама догадывалась. После смерти Вивиан король Сиатрич долго не впускал никого в свое сердце. Но два года назад он наконец обручился с принцессой из соседнего королевства.

Прошел год, и ее живот округлился. По слухам, она ждала мальчика – и об этом уже вовсю судачили в свете.

– И что? – с ледяной ноткой в голосе произнесла Ария. Но Рино, разумеется, ничего не заметил.

– Пойдем посмотрим!

– Нельзя.

– Почему?!

– Дурак! Это может обернуться бедой для принца Сеймура.

– Бедой? – переспросил Рино.

Ария продолжила, расставляя книги на полке:

– Это мальчик. И, что важнее, – сын законной жены. А мы – дети герцогского дома Виннайт. Если узнают, что мы сблизились с ним, репутация принца Сеймура может пошатнуться.

Она отряхнула подол платья с видом, не терпящим возражений. Плечи Рино слегка опустились.

– Но я так хочу его увидеть…

– Хочешь не хочешь – все равно он еще младенец.

Ария насупилась.

– Ты хоть раз видела новорожденного?

– Один раз, – призналась она спустя мгновение. – Когда мы были в гостях у Лекси, я мельком видела, как его держали на руках.

– И каким он был?

– Просто… крошечным.

Она пожала плечами, будто ничего особенного в этом не было.

– А мне все равно интересно, – прошептал Рино, опускаясь на табуретку у книжного шкафа. Он задумчиво уставился куда-то вдаль.

Ария взглянула на него с укором. Даже мимолетная встреча с новорожденным могла вызвать слухи: будто дети Виннайтов пытаются сблизиться с новым принцем. Рино все еще был слишком наивен, чтобы это понимать.

– Интересно, у него золотые глаза?

– Кто знает.

– Тебе не любопытно?

– Узнаем позже, хочешь ты того или нет. Он ведь все-таки принц.

– Ну да…

Рино тихо вздохнул и стал рассеянно болтать ногой. Ария окинула полки долгим взглядом, потом сдалась и подошла ближе.

– Если уж идти… то только тайком.

* * *

С тех пор как на Сеймура в детстве было совершено покушение, принцам перестали выделять отдельные замки. По повелению Сиатрича юный наследник теперь жил в самом сердце королевской резиденции – там же, где обитал и сам король.

Для Арии и Рино это было только на руку. Дети прекрасно знали тайные ходы и старые водостоки, ведущие вглубь дворца, и, даже если кто-то их и замечал, в них не видели ничего подозрительного.

Незаметно пробравшись в замок, они устроились под лестницей – как раз рядом с покоями новорожденного. Притаившись, как мышки, они тихо следили за происходящим. Благодаря маленькому росту они легко укрылись от глаз стражи.

– Подождем, пока выйдет кормилица, и тогда войдем, – шепнула Ария.

– Угу… Но откуда ты вообще знала, где искать?

– Я таких мест десятка два наизусть знаю.

– Зачем?

– Вот для таких случаев.

Таких – это каких? Рино растерялся и замолчал. Он уже собирался позже рассказать обо всем матери, как вдруг Ария, будто прочитав его мысли, весело – но с явной угрозой в голосе – прошептала, что, если он хоть словом обмолвится взрослым, у него будут большие проблемы.

– Ладно, я никому не скажу, – буркнул Рино, опустив голову.

– Она выходит!

В этот момент дверь приоткрылась, и из покоев показалась кормилица. За ней шли две служанки. Они сдержанно кивнули рыцарям у двери и, не задерживаясь, направились дальше по коридору.

Затаив дыхание, Ария и Рино выждали миг, пока стражники отвлеклись, и проскользнули внутрь.

В просторной комнате стояло множество игрушек, предназначенных для маленького ребенка. Ария задержала взгляд на яркой модели игрушечного поезда, но тут же обернулась на брата – тот вприпрыжку направился к колыбели.

– Какой миленький! – воскликнул он.

Ария бросилась за ним и зашипела:

– Тише ты! Разбудишь ведь!

– Он уже проснулся.

– Что?

Нахмурившись, Ария заглянула в колыбель – и моргнула от неожиданности.

Принц был похож на свою мать: черные, как уголь, глаза и фарфорово-белая кожа – словно живой ангел. Он спокойно посасывал соску и с живым любопытством наблюдал за ними двумя.

– Он такой крошечный, правда?

– Все младенцы маленькие, глупыш, – отозвалась Ария.

– А его можно потрогать?

– Зачем? Не надо!

Когда Рино потянулся рукой к колыбели, Ария метнулась, чтобы остановить его. Но прежде чем она успела это сделать, малыш вдруг схватил ее за палец.

Теплая ладошка, крохотная, как у котенка, обхватила ее палец – и Ария вздрогнула от неожиданного чувства, будто ее пронзило током.

– Он… он коснулся тебя! – прошептал Рино, сияя.

Ария оцепенела. Мысли роились в голове, взгляд беспокойно метался по сторонам. И вдруг принц потянул ее палец в рот.

– Ри-Рино! – взвизгнула она.

– Тс-с! Потише! – прошептал Рино, расширив глаза и озираясь.

Ария, понизив голос до резкого шепота, судорожно зашептала:

– Сделай что-нибудь!

– А что? Он тебе больно делает? У него же даже зубов еще нет.

– Да дело не в этом!

– А в чем?

– В том, что он слишком… слишком нежный![6]

Ария чуть не плакала – она прошептала это почти как крик, сама не зная, смеяться ей или бежать прочь.

Глядя на растерянную Арию, Рино вдруг постиг великую истину: «Зло слабеет перед лицом абсолютной невинности».

– Он правда такой мягкий? – шепнул он.

Ария лишь кивнула, не в силах вымолвить ни слова.

Воодушевленный, Рино протянул руку и осторожно надавил на щечку младенца.

– Ух ты… и правда такой нежный! – прошептал он с благоговением. Он начал поглаживать лицо принца – медленно, почти священно. И тут малыш схватил и его палец.

– Он… он меня тоже коснулся! – в восторге прошептал Рино, глаза его засветились.

– Что же теперь делать?! Быстрее вытащи руку!

– Но он такой крошечный… Вдруг я сделаю ему больно?

– Ох, дурачок ты, – проворчала Ария. – Смотри и учись!

Она дернула рукой – и безуспешно. То усиливая, то ослабляя хватку, она тщетно пыталась освободиться. Рино с интересом наблюдал: «И чему, интересно, я должен учиться?..» Ария, исказив лицо от отчаяния, наконец безвольно облокотилась на край колыбели.

– Нам отсюда не выбраться…

– Почему?

– Потому что нас поймают. Кормилица войдет, увидит – и нас заберут. А если об этом узнают мама с папой… то подумают, что мы глупые, несмышленые дети.

– Но мы же и есть дети, – невозмутимо сказал Рино.

Ария невольно улыбнулась.

– Я же просила – не ставь нас с тобой на одну доску.

– Ладно, – кивнул он, опустив голову.

Она снова вздохнула, нахмурившись, а Рино в это время достал из колыбели плюшевого льва и поднес его к лицу младенца. Принц немедленно отпустил их руки и с любопытством потянулся к игрушке.

– Получилось! – довольно прошептал Рино.

Ария схватилась за грудь, стараясь успокоить учащенное дыхание. Иногда Рино и правда может быть полезен, хоть и редко.

– Все, идем. Мы его увидели – и хватит, – выдохнула она.

Но не успела она сделать и шага, как послышался тихий щелчок – ручка двери повернулась.

Ария резко отпрянула. Рино выпрямился, вслушиваясь. И когда дверь начала медленно открываться, он схватил Арию за руку и быстро втянул ее под колыбель.

– Ри!..

Рино тут же зажал ей рот и нос.

«Мне нечем дышать!» – в панике забарабанила Ария по его руке.

Чьи-то шаги гулко приблизились к колыбели. Но это были не мягкие тапки кормилицы, и не туфли служанки, и даже не обувь взрослого. Ария первая поняла, кто это. Резко оттолкнув Рино, она выбралась из-под колыбели.

– Принц Сеймур?

Мужчина, стоявший у самой колыбели, вздрогнул и попятился.

– Вы что здесь делаете?

* * *

Трое – Ария, Рино и Сеймур – стояли вплотную к колыбели, наблюдая за младенцем. Маленький принц, поглощенный великой задачей, тянул в рот львиную гриву от плюшевой игрушки. Сеймур аккуратно вынул мокрую гриву изо рта и, не задумываясь, вытер руку о край одеяла.

Ария бросила на него косой взгляд.

– Так зачем вы все-таки сюда пришли?

– А что, нельзя? – спокойно ответил Сеймур.

– У вас же в это время урок истории. Прогуливаете? – В голосе Арии звучала укоризненная нотка.

Рино как мог поддержал молчаливого Сеймура своим видом: «Держись, ты не один». Принц немного замялся и тихо пробормотал:

– Это же… мой брат.

Смущение залило его щеки жаром, и, пока Рино с умилением на него смотрел, Ария, как всегда, не могла удержаться от колкости:

– Зато в будущем – твой враг.

– Ну ты и… дьяволица, – буркнул Рино.

– А ты молчи, глупыш, – мило усмехнулась Ария.

Рино, обиженно надув губы, продолжал перебирать крошечные пальчики младенца.

– Все равно он мой брат, – повторил Сеймур.

На самом деле он часто завидовал Рино и Арии – их легкому, естественному братству. Его отец Сиатрич после рождения Сеймура больше не заводил детей с королевой Соросо – возможно, по политическим соображениям, – поэтому до недавнего времени Сеймур был один. Совсем один.

Ария прикусила губу. А Рино тем временем спросил:

– А нам что, с маленьким принцем нельзя будет играть?

– Мне – точно нельзя, – равнодушно ответил Сеймур. – Все боятся, вдруг я причиню ему вред.

Ария и Рино уставились на него широко открытыми глазами, но он лишь пожал плечами.

– Наверное, и отец этого боится. Потому я все время и был один.

Ария, поморщившись, вдруг прижала его к себе.

– Почему вы так думаете?

Рино тоже обнял их, крепко, со всей искренностью, на какую был способен.

– Принц! – шепнул он почти с плачем.

– Хватит, раздавите меня сейчас, – проворчал Сеймур, не зная, куда деть руки.

Ария заерзала, пытаясь отстраниться, но Рино уткнулся в ее плечо, всхлипывая.

– Вы же не такой! Вы не причините ему зла.

– Конечно, нет… И вообще, отцепитесь, вы оба, – рассмеялся Сеймур, отталкивая их.

– Так и надо! – подхватила Ария. – Надо специально быть с ним ближе, чтобы всем показать.

– Ага, всем назло! – добавил Рино.

– Не слушайте этих дурацких разговоров.

– Вот именно.

Сеймур с трудом сдерживал улыбку, поглаживая их обоих по спине, как делают взрослые с младшими, когда тем очень нужно быть услышанными.

– Я все понял. Только теперь отстаньте, пожалуйста.

С большим трудом отцепив от себя Арию и Рино, Сеймур облокотился на край колыбели, подпирая подбородок рукой. Рино, глядя на него, повторил жест и негромко проговорил:

– Было бы здорово, если бы младший принц нас полюбил. Тогда мы могли бы играть вместе и даже отвели бы его в наш тайник.

– Вот именно, – кивнула Ария, но тут же прищурилась.

– Тайник? У вас есть тайник?

Сеймур мгновенно умолк, а Рино ответил нарочито ровным, неестественным тоном:

– Нет-нет, у нас его нет.

– Ну конечно, – протянула Ария с показной наивностью. – Никакого тайника.

Улыбнувшись, она излучала столь явное лукавство, что Сеймур лишь обреченно покачал головой. Он уже заранее знал, что будет с их убежищем, если Ария туда доберется.

В этот момент Рино указал на младенца:

– Он улыбается!

– Улыбается? – переспросила Ария, распахнув глаза.

– Такой милый, – добавил Сеймур.

Оба – и Ария, и Рино – закивали.

Пока они молча наблюдали за беззаботной улыбкой младшего принца, Рино вдруг произнес:

– Давайте еще придем. Посмотреть на него снова.

Ария уже было хотела спросить: «Снова?», но передумала.

– Хорошо, – отозвался Сеймур и, улыбнувшись, коснулся ручки младенца.

– Пусть скорее вырастет. Когда я стану королем, хочу, чтобы все мы были друзьями.

– Знаете, принц, – сказала Ария, – говорят, если слишком увлекаться идеализмом, это станет похоже на болезнь.

– Ты ведьма! – возмутился Рино.

– А ты – глупыш, не слушай его, – мило парировала Ария.

Споря и перебрасываясь колкостями, они втроем покинули покои только спустя долгое время.

А в это время король Сиатрич стоял неподалеку, не позволяя кормилице и служанкам входить в комнату. И, заметив, как дети один за другим выскользнули из дверей, он едва заметно улыбнулся.