В третий день декады случилось небывалое — Кайден опоздал на свой урок. Мы недоуменно переговаривались и, когда он вошел, испуганно притихли, но завуч, обычно строго пресекавший любой беспорядок, казалось ничего не заметил. Он, не глядя на нас, прошел к своему столу и минут пять молча смотрел в раскрытый учебник.

— Мастер, что с вами? — рискнул поинтересоваться Вадер.

Кайден обвел взглядом адептов, как будто только заметил.

— Решайте дальше, — велел он и стремительно вышел из класса.

— Куда это он? — удивился Марек.

Эрин вскочил со своего места и бросился к двери.

— Похоже съел что-то не то, — усмехнулся мальчишка выглянув наружу. — Как думаете, до конца урока вернется?

— Решайте, а то если вернется обязательно проверит, — посоветовала я, попросив Тарека подвинуться чтобы выйти.

— А ты куда? — удивился мой друг.

— Не знаю, вдруг он там опять… Не важно, решайте.

Я секунд десять помялась перед дверью уборной и все-таки решилась заглянуть. Кайден с закрытыми глазами стоял наклонившись над раковиной, лицо его было мокрым из крана продолжала течь вода.

— Мастер, что с вами?

Он покосился на меня и вполне резонно заметил:

— Спятила? Это мужской туалет.

Я решила, что стоять снаружи и заглядывать чревато тем, что меня кто-нибудь заметит, и зашла внутрь очень надеясь, что больше в уборной никого нет. Судя по взгляду завуча он окончательно убедился в только что поставленном диагнозе, и я с ним в чем-то была даже согласна, но оставлять в таком состоянии одного не хотела.

— Так что случилось? — снова поинтересовалась я, заклинив дверную ручку при помощи твердой иллюзии.

Кайден неуверенно посмотрел на меня, что уже было странно, и закрыв воду сел на пол, прислонившись спиной стене.

— Тод погиб.

— Что? — опешила я. — В каменоломнях? Как?

— Он не был в каменоломнях. Я сделал так, чтобы ему изменили приговор. — Завуч угрюмо смотрел в пол прямо перед собой. — Таврим с Лисандром были против, но я их не послушал и попросил Андера оформить запрос на парня, так что вместо каменоломен тот отправился к острому хребту.

— Зачем? — поразилась я. — Туда ведь даже наемники соваться боятся, а Тод всего лишь четверокурсник.

— Да не на сам же хребет, в гарнизон, — поморщился Кайден. — Ты знаешь что происходит с магом в каменоломнях? На весь срок заключения на него надевают антимаг, а поверх него железный ошейник, и это чувство потери, чувство беспомощности постепенно сводит с ума. Из-за скудного питания аура со временем истощается и после снятия ошейника маг практически ни на что не годен. На восстановление уходят годы, но практически никто не выдерживает этого. Два года относительно небольшой срок, но и Тод всего лишь адепт, а не сформировавшийся маг. К тому же от тяжелой работы руки становятся заскорузлыми, суставы теряют подвижность — тяжело потом использовать сложные жесты. А в гарнизоне у хребта всегда не хватает людей на бытовые работы, Тод просто должен был выполнять все, что ему скажут, а взамен получать нормальное, я бы даже сказал улучшенное по сравнению с академией, питание. Ничего особенного от него не потребовали бы: уборка, перетаскивание вещей, в общем бытовая магия и немного элементарной артефакторики, еще и подучился бы в процессе. Хотя объем работ там конечно очень большой, но учитывая, что у хребта год идет за два, мне это казалось оптимальным вариантом.

— И что же случилось?

— Никто толком не знает. То есть его вместе с отставным сержантом отправили сопровождать травницу в чистую зону, поскольку по правилам отпускать гражданских без мага и гвардейца из гарнизона нельзя. Но это действительно просто формальность, чистая зона не опаснее Новограда.

— Да, я знаю. Мастер Альвир рассказывал.

Кайден удивленно посмотрел на меня, но комментировать никак не стал.

— Тод хотел посмотреть окрестности, вот ему и пошли навстречу за то, что хорошо работал. Неладное заподозрили, когда они не вернулись до темноты, организовали поиски, но их так и не нашли. Зато утром обнаружили поляну со следами когтей, заклинаний и пятнами крови. Тел не было, но для острого хребта это не удивительно — крупные хищники часто уносят свою добычу.

Завуч тяжело вздохнул и удрученно покачал головой. Я подошла к нему и, присев на корточки, чуть сжала пальцы в своей ладони.

— Не вините себя, вы пытались помочь. И если бы мне когда-нибудь пришлось выбирать между каменоломнями и острым хребтом, я бы выбрала гарнизон.

Кайден едва заметно кивнул.

— Надеюсь тебе никогда не придется делать такой выбор, — вполне искренне пожелал он. — Спасибо, что разговорила, а то меня эта новость совсем что-то из колеи выбила. А теперь давай выбираться пока нас тут не застукали, а то мне даже представить страшно, как буду это ректору объяснять.

Я понимающе усмехнулась и потянула завуча за руку, помогая подняться. Он первым вышел в коридор, убедился, что там никого нет и поманил меня пальцем. Через минуту мы успешно вернулись в класс, где, как я и предполагала, пришедший в себя Кайден устроил проверку сделанного за сегодняшний урок. Закончилось занятие сердитым монологом мастера о том, что его отсутствие — не повод для отдыха, а до конца учебника еще далеко.

Ребятам я про Тода рассказывать не стала. Не то чтобы мы с ним сдружились, но все равно плохо когда погибает кто-то знакомый, да и незнакомый тоже.

Время следующего этапа академического турнира неумолимо приближалось и в пятый день декады на практическом занятии Кайден решил всех членов круга лично проверить на готовность к боям. Первой на арену вызвали меня, Рейс активировал купол и завуч привычно поинтересовался: «Готова?». Я уже собиралась подтвердить, когда увидела, что у окна библиотеки кто-то стоит, а поняв кто это не сразу поверила своим глазам.

— Мастер, там Тод.

— Ты правда думаешь, что я на такое куплюсь? — скептически поинтересовался Кайден.

Доказывать что-то было бессмысленно.

— Рейс, сними купол, — попросила я, взлетая над ареной и направляясь к зданию академии.

Завуч догнал меня у самого окна.

— А говорили, что тебя съели, — наябедничала я парню. — Ты откуда здесь взялся? Тебя отпустили?

— Нет. То есть вы не думайте, я не сбежал, — испуганно глядя на Кайдена заверил нас Тод. — Нас действительно чуть не съели, а потом нашли и в больницу отправили. Я попросил, чтобы мне разрешили в лазарете академии восстанавливаться, чтобы библиотекой пользоваться, ну и ребят повидать хотел. Только я не знаю, захотят ли они меня видеть. Как у них дела?

— Нормально. Из турнира на куполе вылетели, но настроены в следующем году непременно выиграть. Ты здесь надолго?

— Тебя вот так просто отпустили в академию? — недоверчиво поинтересовался Кайден.

— Мне запрещено выходить за забор и на спину снова поставили метку, но главное, что отпустили. В больнице сказали, восстановление займет два-три дня, так что я успею нужные мне заклинания выписать, а то оказывается я столько всего полезного толком не помню. Вот знаю, что мы что-то такое проходили, а сделать не могу, даже неудобно перед магистром Андером, он ко мне очень хорошо относится. Знаете, мастер, после того, что я видел в гарнизоне, мне очень стыдно за свой поступок. Люди делают все, чтобы спасти других, идут в поиск даже если только вернулись с зачисток, и все равно не всегда успевают. А я… — Парень удрученно понурился.

— Что произошло и как ты выжил? — не дождавшись продолжения, спросил завуч.

— На нас напал свирх, огромный, нам о таких не рассказывали. У него даже тело больше человеческого, а размах крыльев просто гигантский. Мы и понять ничего не успели, когда он спикировал с неба и полоснул Идена по спине когтями. Иден — это бывший гвардеец, он в гарнизоне складом заведует, правда он говорит, что бывших гвардейцев не бывает. — Тод на несколько секунд умолк, собираясь с мыслями. — Мина его собой прикрыла, я по свирху сначала молнию выпустил, а потом белое огненное, только ему хоть бы хны. Он когда на меня бросился, я почти увернулся, только вскользь лапой по плечу задело, и все равно мне щит снесло и резерв пустой. Я тогда испугался дико, потому что не знал что делать. Мы к деревьям бросились, да куда нам с раненым, только и успел, что твердой иллюзией их прикрыть. Мина кричит, Иден кровью на траве истекает, а свирх над деревьями поднялся, чтобы с другого края поляны зайти. Я знаю, что так нельзя делать, но просто не знал как быть и очень не хотел умирать. — Парень виновато опустил взгляд.

— Что ты сделал? — хмуро уточнил Кайден.

— Открыл портал.

Завуч удивленно посмотрел на четверокурсника.

— А кто тебя учил заклинанию телепорта? — подозрительно уточнил он.

— Никто. Мне просто это очень нравится, в смысле телепортация. Я ради нее в академию пошел, вот и попросил у старшекурсников учебник посмотреть. Я никогда до этого не пробовал, клянусь! Но нас бы там просто съели!

— И куда ты открыл портал?

— Я не знаю, — виновато посмотрел Тод на завуча. — Мне было настолько страшно, что все равно куда, главное подальше от этого чудовища. Я просто придумал координаты. Понимаю, что так нельзя, но я же топологию еще не изучал, поэтому стандартных наборов не знаю. Я просто не хотел умирать…

— Когда ты уходил, остальные были еще живы? — тихо спросил Кайден.

— Да. Мы правда боялись, что Иден умрет, но Мина немного умела лечить и все время на него какие-то заклинания накладывала. А я, после того как берлогу пустую нашел и туда их отвел, ягоды собирал, чтобы его кормить, а еще нас недавно учили разделять вещества и я так воду из мокрой земли добывал.

— Погоди-погоди… Хочешь сказать все живы? — удивился завуч.

— Да, конечно. Только у Идена на спине шрамы останутся. А мы с Миной в общем-то и не пострадали, у нас только это, истощение, потому что есть было нечего, а колдовать приходилось. Мне в гарнизоне специальный сигнал показали, которым помощи просят, я его каждую ночь над берлогой вывешивал, нас охотники по нему и нашли.

— И где вы были?

— Где-то на краю предгорного герцогства, я не совсем понял. Вы не будете ругаться за телепорт? — все еще неуверенно глядя на Кайдена поинтересовался Тод.

— За то, что ты умудрился в безнадежной ситуации спасти не только себя, но и еще двоих человек? — усмехнулся завуч. — За такое обычно награждают. Посмотрим, может и удастся тебя в академию пораньше вернуть. Ты про нападение уже рассказал?

— Да. Меня допросили, а потом пришел магистр Андер и подтвердил, что если тварь таких размеров, как я описываю, то следы когтей соответствуют. Еще он сказал, что на свирха устроят облаву. Только я не хочу, чтобы меня сейчас возвращали. Я только там, в гарнизоне, понял насколько был неправ. Мне нужно хоть немного загладить свою вину, сделать что-то чтобы иметь право снова быть здесь. Я не буду просить у вас прощения, мастер, но не потому что считаю, что правильно поступил. Теперь я понимаю, насколько был глуп, а еще понимаю, что такое прощать нельзя.

Я молча стояла и слушала как разговаривают двое мужчин. Именно мужчин, хотя одному из них нет и двадцати, но он уже совершил главную ошибку в своей жизни и смог сделать из нее правильные выводы. Хорошо, что все закончилось именно так.

— Пойдешь сейчас к своим? — поинтересовался Кайден.

— Нет, я еще в лазарете не был, а мне велели сразу туда идти. Просто хотел увидеть, что с вами все в порядке. Извините, что отвлек, я думал меня не заметят.

Неожиданно Кайден шагнул вперед и, взъерошив парню волосы, на миг прижал того к своему плечу.

— Иди к Алану, — велел он. — Я тебя попозже там навещу и группе твоей тоже скажут, что ты в академии. Если захотят — сами к тебе придут.

Тод кивнул и направился к выходу из библиотеки.

— А с чего это ты решила, что можешь вылететь с полигона без моего разрешения? — напустился на меня завуч, как только парень отошел на достаточное расстояние.

Я чуть пожала плечами, виновато глядя на Кайдена — ответа на его вопрос у меня не было.

— Простите, мастер.

Кайден недовольно поджал губы, но дальше читать нотацию не стал.

— Ладно, пошли на арену, — велел он, — а то и так времени мало осталось, а турнир из-за того что вы не готовы никто откладывать не будет.

Турнир все-таки отложили, но конечно же не из-за нас, а из-за охоты на гигантского свирха к поискам которого привлекли почти половину преподавателей и всех будущих боевых магов с седьмого и восьмого курса. Говорили, что и с других направлений несколько добровольцев присоединились к поискам. У нас из-за этого отменили часть занятий, но задали при этом столько, что времени расслабиться не оставалось.