Все следующее утро я провела с кристаллами на веранде, дожидаясь Райнкарда, но тот так и не пришел, хотя до вчерашнего дня не упускал возможности погонять меня на тренировке. На душе было настолько тошно, что даже уроки делать не получалось. Я промучилась час и спустилась в лабораторию к Элтару.

— Можно я схожу к Райну?

— Нет.

— Почему?

— Таль, не трави ты ему душу, ему и так не сладко приходится. Запретить тебе я, конечно, не могу, но если тебе настолько не важно мое мнение лучше сюда не возвращайся. — Рука у архимага дрогнула и он зашипел от боли, когда кипящая жидкость попала на запястье. Элтару тоже было плохо, хоть он и старался этого не показывать.

Я сидела на кресле в гостиной обхватив колени руками и изо всех сил старалась не разреветься. Ну что за жизнь такая, даже поплакаться некому. Вот где жених, когда он так нужен? Хотя как бы я ему объясняла какое мне дело до этого вампира… Да я и сама не знаю какое, просто так не должно быть и все. Я шмыгнула носом и попыталась придумать с кем можно поделиться своим горем. С Кайденом точно нельзя, этот или высмеет или наорет, или еще что-нибудь в том же духе, но точно не посочувствует. Наверное в первый раз за все время пребывания здесь мне так остро не хватало взрослой подруги, с которой можно поговорить по душам. Я вспомнила как королева предлагала совместные прогулки по саду, представила недоумение в ее глазах, если попытаюсь поплакаться, и мне стало еще хуже. Она не поймет.

И тут я вспомнила еще об одном человеке, которого хоть и не могла в полной мере назвать подругой, но именно с ней, как мне казалось, можно поделиться таким вот горем. Не став еще раз спускаться к Элтару, я оделась и неторопливо пошла по улицам города. Летунец вызывать не стала — не хотелось, даже этого не хотелось.

— Что случилось? — испугалась открывшая дверь Линара, увидев влажные дорожки на моих щеках.

— Ничего страшного. — Я с усилием сглотнула, в горле стоял комок из невыплаканных слез. — Просто мне плохо, а поговорить об этом не с кем. Можно я войду?

— Да, конечно.

Мы вместе сходили на общую кухню заварить успокаивающий сбор, а обедающий там сосед мастера-травницы даже угостил нас чем-то вроде печенья.

— Рассказывай, — велела девушка, когда мы расположились за столом в ее комнате.

— Почему все так боятся вампиров?

— Потому, что они страшные. — Линара пожала плечами, недоуменно глядя на меня.

— И что в них страшного?

— Они пьют кровь и убивают людей.

— Можете назвать хоть одного убитого вампиром? — поинтересовалась я.

Мастер-травница глубоко задумалась и через некоторое время с удивлением пришла к выводу, что не слышала ни об одном конкретном случае.

— Но кровь же они пьют, — попыталась она вернуться к зловещему образу кошмаров местных жителей.

— И мясо едят, — подтвердила я. — Куриное, говяжье, рыбу кстати тоже.

— Вот ты меня напугала. — Линара облегченно выдохнула. — Я уж думала они человеческое едят, как кровь.

— Они и кровь пьют не человеческую, в смысле не только человеческую, — поправилась я.

— Откуда ты столько знаешь о вампирах? — удивилась девушка.

— Райн, он мой друг. Было интересно узнать как он живет, вот я и расспрашивала. Не понимаю почему его так боятся, он ведь никому ничего плохого не делал.

— Таль, ну откуда тебе это знать. — Линара удрученно покачала головой.

— Не знаю как у вас, а в моем мире было такое понятие как презумпция невиновности. Это значит, что человек не может быть осужден, пока не доказана его вина.

— Так то человек. Если бы я у себя дома вампира увидела, я бы со страху умерла.

— Да вы его даже не заметили, — усмехнулась я.

Девушка испуганно оглянулась по сторонам.

— Он что, невидимый?

— И видимый, и осязаемый, и даже слышимый. Просто когда мы с Тэлем сюда приходили, вы никого кроме него не замечали, а третьим с нами как раз вампир был. Это он всех отваром вашим угощал.

Линара недоверчиво посмотрела на меня.

— Честное слово.

— С ума сойти, — подвела итог моему рассказу мастер. — Таль, мне сейчас в академию нужно, рассаду полить. Пойдешь со мной?

Я решила, что с меня не убудет, тем более, что смена обстановки помогла и плакать больше не хотелось, хотя и до хорошего настроения было еще очень далеко.

— Так что у тебя все-таки случилось? — попыталась выяснить по дороге Линара. — С Элтаром поссорилась?

— Вроде того. Он не хочет, чтобы я дальше общалась с вампиром, а я не хочу терять никого из друзей.

Линара молча покосилась на меня, не зная что тут можно сказать, да наверное ничего говорить и не требовалось.

— Как ваша теплица? — поинтересовалась я.

— Никак. — Девушка грустно вздохнула. — На строительство столько всего нужно, что начнут не раньше чем через год. Я часть семян в ящиках на окнах своего класса выращиваю, мы туда и идем.

— А давайте вы и у нас их выращивать будете, у нас тоже подоконники есть, — предложила я, пытаясь поддержать мастера.

— Да неудобно как-то, поливать же нужно.

— Напишите нам график, мы польем. Или вам столько не нужно?

— Столько сколько нам нужно даже во всех классах не вырастишь, — усмехнулась девушка.

— Так давайте во всех и поставим.

— Я по всем не набегаюсь поливать, да и ребятам это может не понравится.

— А вот пойдем у них и спросим, — решила я и схватив Линару за руку направилась к женскому общежитию.

Рами с соседкой оказались на месте. Я попросила их собрать на левитационной площадке всех ребят из наших двух групп, что были сейчас в академии, и утащила туда смущенную преподавательницу. Идею с посадочными работами активно поддержали, возможно потому, что всем нравилась мастер Линара, а возможно просто чтобы отвлечься от уроков. В результате все это вылилось еще и в практическую артефакторику в виде изготовления специальных посадочных ящиков. Линара руководила, четверокурсники размечали, мы прожигали, в общем все были при деле, Марек даже за Эрином сбегать успел. Он хотел еще и Яна позвать, но посовещавшись мы решили юного герцога не трогать, поскольку у него сегодня дополнительные занятия дома были. Доделывала ящики сама Линара, никому не доверив самый ответственный этап, зато наполняли их землей, подписывали, чтобы не перепутать где что растет, и сажали семена все вместе. А еще мастер непрерывно нам что-то рассказывала и мы наконец-то выяснили почему синецвет рвут бутонами. Оказалось, что ценность представляют не лепестки, а толстый рыхлый пестик, который при попадании солнечных лучей теряет нужные свойства.

В результате я отвлеклась, успокоилась и пришла к закономерному выводу, что жизнь продолжается и хотя мне не нравится, что Райн остается на её обочине, слезами тут не поможешь. Да и Элтар был в общем-то прав… Ну, пришла бы я к вампиру и что бы сказала? Что я всегда буду рядом? У меня вообще-то жених есть.

— Где ты была? — первым делом поинтересовался архимаг, когда я вернулась домой. Голос прозвучал непривычно, но что это за интонация я определить не смогла.

— В академии, Линаре помогала вместе с ребятами. Ты как? — спросила я, поскольку мне было толком не видно друга, сидевшего в кресле у камина спиной ко мне.

— Уже почти пьян. — Он демонстративно покачал в руке фужер на дне которого оставалось немного вина.

— Каждый по-своему стресс снимает? Хотя ты уже третий архимаг, который пользуется этим способом. У вас это профессиональное?

— Да. Если у мага проблемы, никого это не интересует, обязан — выполняй. А вот если маг пьян, никто с просьбами обычно не лезет, а то такого наколдует, что и сам не рад будет и клиент хорошо если жив останется. А кто не был замечен, Таврим?

— Да.

— Хорошо перекрывается, — усмехнулся Элтар и сменил тему. — Таль, я не хочу, чтобы ты ушла, извини, если обидел. Но неужели ты думаешь я не пытался сделать так, чтобы Райнкард мог жить как человек? И каждый раз для самого Райна это заканчивалось неприятностями. Он — вампир, и этим все сказано, он никогда не станет одним из нас.

— Я знаю, что он вампир, и знаю, что ты архимаг, которого боится половина города, но еще я знаю, что вы оба мои друзья. Или в этом я ошибаюсь?

Элтар довольно долго молча смотрел на меня после чего встал и прихватив бутылку ушел на кухню. Я осталась в гостиной не зная как расценивать подобный уход от вопроса.

— Пошли, потренируемся, — предложил вернувшийся через пару минут маг. — А то Райн не пришел, ты и расслабилась, другого своего друга не позвала. Или думаешь что уже лучше меня фехтуешь?

— Нет конечно, просто ты работал все утро, я не хотела мешать. И если честно, то я до последнего надеялась, что Райн все же придет — мы же ему ничего плохого не делали.

— Не делали, — согласился архимаг. — Пожалуй, схожу завтра спрошу, что у него случилось.

Я кивнула и, на миг обняв Элтара, первой пошла на задний двор.

На следующий день, вернувшись из академии, я застала хозяина дома на кухне со вчерашней бутылкой в руках.

— Опять? — удивилась я.

— Нет. Это не решает проблемы, а лишь создает иллюзию их отсутствия. — Архимаг повернулся и демонстративно вылил вино в раковину. — Хорошо, что я вчера не успел толком напиться.

— Оно, конечно, хорошо, — подтвердила я. — Но, если не секрет, что так сильно изменило твое отношение к вину всего за полдня, что ты его даже дома держать не хочешь?

— Не то чтобы я вино уважать перестал, — усмехнулся архимаг, — просто это пойло ни на что кроме как напиться не годится. А на это меня теперь долго не потянет.

— Так что случилось?

— К Райну ходил.

— Что с ним? — При упоминании вампира сердце болезненно сжалось.

— Пьян в стельку. Заявил, что вампиры — высшая раса, мнение еды его не интересует, и чтобы я катился к демонам.

— Да уж… — Больше мне сказать было нечего.

— Не переживай, наладится все как-нибудь, не впервой, — попытался подбодрить меня Элтар.

— Можно вопрос? — Я нерешительно посмотрела на друга.

— Конечно.

— Почему ты вчера спросил где я была? На мне ведь метка…

— Не стал смотреть. Это было бы как подглядывание, как будто я тебе не доверяю… А может просто боялся увидеть, что ты все-таки пошла к Райнкарду. Сам не знаю… Хотя может и хорошо, что не стал — увидел бы, что ты в академии и подумал, что решила уйти — точно бы напился.

— Знаешь, если ты меня прогонишь, я конечно уйду, это ведь твой дом. Но мне без тебя будет плохо, потому что ты тоже стал для меня семьей. — Я замолчала, боясь, что архимаг меня неправильно поймет и снова начнет попрекать тем, что у меня есть жених, но он просто подошел и крепко обнял от чего на душе сразу стало светлее.