— Знаешь, я думаю, что ты все-таки правильно поступила, что решила на некоторое время скрыться, — уверенно говорит Наталия. — Пока ты была здесь, народ успел немного успокоиться. Ведь как я понимаю, никто даже не пытается сказать, что ты плохая. Все наконец-то очнулись и поняли, какую глупость совершили, поверив этому подонку.

— Я знаю. Слава богу, все закончилось хорошо. Теперь мне нечего больше боятся… Все плохое осталось в прошлом. Тетушка может жить спокойно жизнью. Ну а я почти что разрешила свою проблему и уже не боюсь показаться людям. Которым готова доказать, что я способна на намного больше, чем уже успела показать.

— После всего, через что ты прошла, так и должно быть, — с легкой улыбкой уверенно отвечает Наталия. — Бог видел, как ты страдала, и подарил тебе то, что ты хочешь. Он дал тебе шанс все исправить и продолжать заниматься своим любимым делом.

— И я безмерно благодарна Ему за это.

— Удачи тебе.

— Спасибо, подружка.

Ракель с широкой улыбкой на несколько секунд заключает Наталию в свои дружеские объятия, которые та с радостью принимает. А когда девушки отстраняются, то они еще долго болтают обо всем на свете, не скрывая своих улыбок, много хихикая и не обращая внимания на то, что происходит вокруг них, пока мимо проходят какие-то люди, некоторые из которых бросают короткий взгляд на молодых красивых девушек.

Лучшие подружки так рады увидеть друг друга, что вряд ли бы захотели расстаться прямо сейчас. Есть столько всего, о чем им хочется поговорить. Да и взаимная поддержка и жест дружеской любви были бы сейчас очень кстати для Ракель, которой пришлось очень многое пережить за последние несколько недель. Она определенно нуждается в надежном человеке, который позволил бы ей выговориться и поддержал бы ее с помощью добрых слов и крепких объятий.

— Эй, а как насчет того, чтобы прогуляться по городу? — предлагает Ракель. — Как в старые добрые времена! Когда мы с тобой проводили время у тети на каникулах!

— Я как раз гуляла по Лондону и вспоминала то время, — признается Наталия. — Да, многое, конечно, успело сильно измениться, но я по-прежнему хорошо все помню. Помню каждый момент, который мы здесь провели.

— Ну так давай вспомним те старые времена? Сходим в некоторые наши любимые места! А заодно я покажу тебе кое-какие новые, которые успела найти за то время, которое провела здесь.

— С удовольствием!

— А потом ты можешь зайти к тете Алисии домой и выпить с нами чаю.

— Если она не будет против.

— Уверена, что не будет.

— Она сейчас дома?

— Нет, уехала кое-куда по делам. Еще рано утром.

— А когда вернется?

— Не знаю. Но думаю, что скоро.

— Я бы с радостью поболтала с ней и узнала, как она поживает.

— Если примешь мое приглашение – у тебя будет такой шанс.

— Конечно, приму, — скромно улыбается Наталия. — Как я могу отказаться!

— Ну что, подружка? Развлечемся как следует? Прошвырнемся по городу!

— С лучшей подружкой – хоть на край света!

Ракель и Наталия скромно хихикают и, приобняв друг друга, с широкими улыбками на лице направляются куда-то по прямой. Девушки начинают что-то оживленно обсуждать между собой и с интересом осматривают все, что находится вокруг них, не скрывая своей радости от долгожданной встречи и желая наверстать упущенное и провести время как можно больше времени.

***

Проводя вместе время и болтая обо всем на свете, Наталия и Ракель даже не подозревают, что где-то недалеко от них также прогуливается и Терренс. Правда, пока что мужчина также не знает, что вполне мог бы встретить девушек в любой момент. Он просто не захотел отсиживаться в своем номере в отеле и решил воспользоваться моментом, чтобы также немного прогуляться по городу как турист и посмотреть, что здесь есть.

Благодаря актерской карьере Терренс на протяжении многих лет часто путешествует по миру. Но к сожалению, у него никогда не было времени просто походить по улицам какого-то города, осмотреть различные достопримечательности и посетить самые любимые всеми туристами и местными жителями места. Однако сейчас мужчина решает это исправить и почувствовать себя туристом. Никуда не торопиться. Внимательно все осмотреть и узнать, что здесь есть.

А прогуливаясь по некоторым улицам Лондона, Терренс начинает понимать, что многие места кажутся ему очень знакомыми.

« Эй, кажется, я помню это место! — слегка улыбается Терренс, проходя по площади, на котором установлена огромная рождественская елка, на фоне которой с удовольствием фотографируются люди. — Эта площадь… Здесь несколько лет назад проходили съемки кино, в котором я снимался. »

Терренс бросает короткий взгляд в сторону.

« Я хорошо помню, что тогда ради съемок перекрыли это место для того, чтобы здесь не было никого из посторонних , — вспоминает Терренс. — Было много сотрудников полиции, которая никого сюда не пускала и следила за тем, чтобы никто не причинил вреда никому из съемочной группы .»

Внимание Терренса привлекают группа подростков, которые проходят мимо него, над чем-то очень громко смеясь и что-то рассматривая в своих телефонах.

« И должен признаться, съемки были довольно интересные, — отмечает Терренс. — Да и результат в итоге получился просто отличный. Лично мне понравилось. Считаю тот фильм одной из самой лучшей работой, которую я сделал. Правда, критики решили совсем иначе и недооценили его .»

Терренс устало вздыхает.

« Обидно… — думает Терренс. — Обидно, что люди не оценили мою работу. Обидно, что никто не хочет оценить мои более серьезные роли. Обидно, что все знают меня только как Мэйсона из «American Love Affair», потому что в списке моих работ есть куда более прекрасные роли. »

Терренс нервно сглатывает.

« Я не собираюсь отрекаться от этой роли и никогда не скажу про нее ничего плохого, — думает Терренс. — Но все же мне хочется, чтобы во мне увидели кого-то другого. Чтобы они перестали воспринимать меня как того молодого парня, который я был. Ведь… Я уже давно вырос. Я уже не восемнадцатилетний мальчишка. Я – взрослый мужчина. Который никак не может и дальше оставаться для всех тем самым Мэйсоном Хьюстоном. »

Терренс скрещивает руки на груди.

« Было бы классно сыграть такую роль, которая затмила бы роль Мэйсона, — думает Терренс. — Чтобы все увидели, что я могу на большее, чем кажется. Что у меня огромный талант к актерству. Что я могу сыграть любого персонажа. Сыграть так, что все будут верить ему. »

Терренс тихо вздыхает с грустью во взгляде.

« Черт, как же обидно, что мне не предлагают ничего стоящего, — думает Терренс. — Уже много лет. Я играю лишь в каких-то эпизодических ролях. Которые никто ни черта не запоминает. А я не хочу и дальше оставаться незамеченным. Хочу стать известным актером и получить любовь и внимание еще больших поклонников. »

Терренс бросает легкую улыбку.

« А вообще, моя главная мечта – сыграть отрицательного персонажа, — думает Терренс. — Я мечтаю сыграть того, кто все возненавидели бы с первых же секунд. Чтобы все хотели придушить его собственными руками. Ведь если бы люди этого захотели, это означало бы, что они поверили в мою игру. Поверили моему персонажу. »

Терренс качает головой.

« Но что-то мне подсказывает, что я уже никогда не смогу получить такую роль, — думает Терренс. — Что я вообще никогда не смогу получить главную роль в кино и снова стать известным. Никто не хочет замечать мой талант. Никто не хочет увидеть во мне что-то больше, чем красивое лицо и шикарное тело. »

Терренс гордо приподнимает голову.

« Разумеется, я просто бесподобен и выгляжу как Аполлон, — думает Терренс. — Но все же мне хотелось бы показать не только это, но и свой талант. Талант, который никто не хочет раскрыть. Меня будто бы постоянно задвигают на второй, третий или даже десятый план. »

Терренс бросает короткий взгляд в сторону.

« А если так будет происходить и дальше, то мне уже ничего не будет святить, — думает Терренс. — И останется лишь смириться с тем, что Джон оказался прав. Начать искать себе другую работу. И забыть о мечте когда-нибудь сыграть отрицательного персонажа. »

Терренс тихо вздыхает и продолжает прогуливаться по городу, с интересом наблюдая за теми людьми, которые занимаются своими делами и весело проводят время за некоторое время до Рождества. Мужчина мысленно отмечает, насколько красиво украшены улицы города к этому волшебному празднику, и уверен, в темное время суток город выглядел бы еще более прекрасно.

Он успевает найти еще парочку мест, в которых когда-то проводились съемки фильмов с его участием, и предается воспоминанием о тех днях. Которые могли быть как хорошими, так и не очень. Многое происходило в те времена, когда его карьера шла в гору, а популярность была на самом пике. И с каждым днем Терренс все больше понимает, что подобное уже вряд ли произойдет с ним еще раз. Что в его карьере больше не будет таких пиков. Больше не будет ролей, которые сделали бы его еще более известным, чем в то время, когда он был юным пареньком, который сумел влюбить в себя практически всех девочек на свете.

А в какой-то момент Терренс проходит по какой-то малолюдной улице и бросает взгляд в сторону небольшого парка после того как переходит дорогу на зеленый сигнал светофора. И к своему удивлению видит Наталию, которая прогуливается в компании своей подружки Ракель. Девушки, держась рука об руку, идут куда-то по прямой и что-то очень оживленно обсуждают между собой, активно жестикулируя, не скрывая своих улыбок и очень много над чем-то хихикая.

Терренс повнимательнее присматривается к ним и очень быстро узнает и Ракель, и Наталию, которые не замечают его, поскольку он находится на другой стороне улицы, а они слишком увлечены разговором.

« Эй, это же Наталия! — с легкой улыбкой думает Терренс. — А с ней Ракель… Да, это они! Я не могу ошибаться! »

В какой-то момент Наталия и Ракель останавливаются и начинают что-то смотреть в телефонах друг друга с легкой улыбкой на лице.

« Надо же… — думает Терренс. — Удачно я вышел прогуляться по городу. Хотя и не думал, что мы сегодня пересечемся на улице. »

Терренс гордо приподнимает голову.

« Ну что, Кэмерон, вот ты и попалась, — хитро улыбается Терренс. — Я наконец-то нашел тебя. И теперь ты точно никуда от меня не денешься. »

Терренс расставляет руки в бока.

« Жалко только, что сейчас ты не одна, — думает Терренс. — Вот если бы блондиночки не было с тобой, я бы тут же подошел к тебе и еще раз напомнил о своих намерениях. »

В этот момент Терренс видит, как Ракель и Наталия решают сделать парочку селфи друг с другом на свои телефоны, мило приобнявшись и с широкой, искренней улыбкой смотря на переднюю камеру, что делает несколько шикарных снимков после нажатия на нужную кнопку.

« Ну ничего, пока что просто понаблюдаю за ними, — решает Терренс. — Может, в какой-то момент у меня появится шанс. Хотя… Я ведь знаю, где живет тетушка Ракель. Где эта девчонка сейчас живет… Так что я вполне могу почаще ошиваться возле того места с надеждой поймать эту сексапильную сучку. Которая умудряется соблазнять даже в зимней одежде. »

Терренс с интересом начинает рассматривать то, во что одета Ракель, восхищаясь тем, как здорово она выглядит в нежно-голубых джинсах, высоких черных сапогах и короткой приталенной теплой куртке черного цвета. Ее темные волосы выпрямлены и распущены, лицо выглядит свежим благодаря грамотному макияжу, а на руках надеты черные кожаные перчатки.

« Ох, Наталия, как же ты не вовремя встретилась с ней… — хмуро думает Терренс. — А говорила, что хочешь подождать и не звонить Ракель. Мол, пусть она немного придет в себя и успокоится. Но нет! Ты, походу, обманула меня! Раз вместо того чтобы остаться в отеле, ты пошла развлекаться со своей подружкой. »

Терренс качает головой, пока ни о чем не подозревающие Наталия и Ракель продолжают свой путь вперед. А немного поколебавшись, мужчина решает осторожно проследовать за ними с надеждой, что у него будет хороший момент для того, чтобы заставить брюнетку в одиночестве и поговорить с ней. Он практически бегом переходит дорогу после того как осматривается по сторонам и начинает осторожно следовать за девушками, которые о чем-то оживленно беседуют, время от времени на что-то указывая.

« Надеюсь, они не заметят меня, — думает Терренс. — Не хочу быть пойманным раньше времени. Хочу удивить Кэмерон своим появлением. Чтобы она реально охренела. И не смогла от меня улизнуть. »

Тем временем Наталия и Ракель продолжают гулять по некоторым местам в городе, наконец-то получив шанс провести время побольше времени вместе и обсудить все, что им только захочется. Пока что они не замечают слежку со стороны Терренса и больше увлечены разговором друг с другом. Планами о том, куда они сходят сегодня и завтра. Воспоминаниями о тех днях, когда подружки также с удовольствием прогуливались по городу и узнавали о тех местах, которые обязательно решают посетить за то время, что они проведут в Лондоне.

Так продолжается еще какое-то время. Девушки отошли уже довольно далеко от того места, в котором встретились, и сейчас идут рядом с автомобильной дорогой. По пути можно увидеть различные магазины, рядом с которыми расположены небольшие парковки, на которых уже стоят несколько машин разных марок. Поскольку все эти места хорошо им знакомы, Наталия и Ракель с удовольствием обсуждают их и обсуждают связанные с ними воспоминания.

Терренс все еще продолжает осторожно следовать за ними, но старается не подходить очень близко, чтобы не вызвать никаких подозрений и не дать им поймать себя раньше времени. А если кому-то из девушек захочется обернуться, то он быстро находит какое-то укрытие. Благо, что по дороге их очень много.

« Интересно, они так и собрались болтаться по городу весь день? — задается вопросом Терренс. — Неужели у меня так и не появится шанса заставить Ракель одну? Или же они отправятся домой к тете Кэмерон? А что! Было бы круто! В таком случае я вполне мог бы узнать, где мне караулить эту девчонку. »

Впрочем, в какой-то момент Терренс замечает, что Ракель и Наталия останавливаются и продолжают о чем-то разговаривать. Мужчина быстро находит для себя укрытие и, осторожно выглядывая из-за высокого уличного фонаря, наблюдает за подругами, хотя и не может слышить их разговор, поскольку на улице очень шумно, а он находится слишком далеко от них.

— Ой… — задумчиво произносит Наталия после того как она достает свой смартфон из сумочки и проверяет его содержимое.

— В чем дело? — слегка хмурится Ракель.

— Кажется, мама написала мне сообщение с просьбой срочно перезвонить ей.

— Неужели что-то случилось?

— Не знаю. Но она написала, что это срочно.

— Ну тогда перезвони сейчас.

— О, слушай… — Наталия бросает короткий взгляд на кафе, рядом с которым она и Ракель сейчас стоят. — А давай зайдем в этом кафе? Я быстренько куплю себе что-нибудь перекусить, и мы с тобой немного посидим.

— Разве твоя диета уже закончилась? — расставляет руки в бока Ракель.

— Нет, не закончилась. Но я ужасно проголодалась и хочу есть. Куплю что-нибудь перекусить.

— Ладно, не буду возражать.

— Заодно и ты себе что-нибудь купишь.

— Спасибо, но я пока не голодна.

— Ладно. Тогда давай я сначала отойду куда-нибудь и поговорю с мамой.

— Да, конечно, я подожду тебя.

— Я быстро. Только один звонок.

Наталия отходит далеко от Ракель и начинает что-то выискивать в своем смартфоне, оставив свою подругу в одиночестве. Которая в этот момент с легкой улыбкой наблюдает за ней и в какой-то момент решает немного отойти в сторону, чтобы не стоять посреди дороги и не мешать тем, кто проходит в этом месте.

Терренс видит, что Наталия наконец-то куда-то отошла, а Ракель осталась стоять на улице совершенно одна. И тут-то он решает, что это прекрасный шанс поговорить с девушкой прямо здесь и сейчас.

« Отлично, блондиночка куда-то свалила… — хитро улыбается Терренс, радостно потирая руки. — А Ракель осталась совсем одна… Прекрасно… Просто прекрасно… Теперь у меня наконец-то появилась возможность застать эту девчонку врасплох и поговорить с ней. Самое главное – не дать ей улизнуть. Чтобы она выслушала меня вне зависимости от своего желания. »

Терренс гордо приподнимает голову.

« Ну держись, Кэмерон, на этот раз ты никуда так просто не уйдешь, — обещает Терренс. — Назову имя того, кто распространил про тебя все те сплетни. И дам понять, что сделаю все для того, чтобы ты принадлежала мне. И только мне. Рано или поздно все так и будет. Поверь. »

Терренс еще несколько секунд морально готовит себя к тому, что он собирается сделать. А затем он резко выдыхает и, расправив плечи и подняв голову, уверенно направляется в ту сторону, где сейчас стоит Ракель. Девушка повернута к нему спиной и успела отойти намного дальше от того кафе, в которое она собиралась зайти с Наталией, разговаривающая с кем-то по телефону. Она с интересом и легкой улыбкой на лице наблюдает за тем, что происходит вокруг нее, и тем, что делают люди.

Ракель призадумывается о чем-то интересом и окончательно расслабляется. И даже не думает, что кто-то может подойти к ней со спины и заговорить. Девушка продолжает наблюдать за происходящим вокруг нее, когда Терренс с гордо поднятой головой подходит к ней и уверенно заговаривает:

— Скучаешь в одиночестве?

Услышав знакомый голос у себя за спиной, Ракель сначала слегка вздрагивает, а затем резко разворачивается лицом к Терренсу и приходит в ступор от того, что видит его перед собой.

— Ты? — удивленно произносит Ракель. — МакКлайф?

— Ну здравствуй, красавица, — с хитрой улыбкой уверенно говорит Терренс. — Вот мы снова встретились.

— Ты что, твою мать, здесь забыл?

Ракель резким движением руки заправляет прядь волос за ухо, понимая, что ненависть и злость внутри нее начинают становиться все сильнее.

— Какого черта ты приперся в Лондон? — возмущается Ракель. — Неужели тебе не сиделось в Нью-Йорке?

— Что, думала, сможешь убежать от меня? — тихо усмехается Терренс, расставив руки в бока. — Скрыться в другой стране и притвориться мышкой, которую типа никто не видит и не замечает?

— Неужели на свете так мало стран, раз ты приперся именно СЮДА? Именно туда, где нахожусь я?

— Даже если бы ты сбежала куда-то в другое место, я бы все равно тебя нашел. Поехал бы в любую точку мира, лишь бы найти одну вредную сучку. К которой у меня есть один очень важный разговор.

— Ты как, твою мать, нашел меня? Кто тебе, черт возьми, сказал, что я здесь? КТО?

— Ну допустим, мне об этом сказал один мой знакомый. — Терренс скрещивает руки на груди. — Он видел тебя в аэропорту. Видел, как ты отправлялась на посадку на самолет, который летел в Лондон.

— Да? — удивленно произносит Ракель. — А может, ты сам меня там видел?

— Нет, не сам.

— Ты что, преследуешь меня? Раз приперся в Лондон и умудрился найти меня именно здесь, в этом месте?

— Ты ведь помнишь, что я тебе сказал на нашей последней встрече? А, красотка? Не забыла? — Терренс гордо приподнимает голову. — Ты просто так от меня не отделаешься.

— Хочешь, чтобы я приняла серьезные меры? — скрещивает руки на груди Ракель. — Хочешь, чтобы я пошла в полицию и рассказала им, что ты преследуешь меня?

— Ну да, и ты реально пойдешь? — ехидно усмехается Терренс.

— Пойду! Потому что вот это уже ни в какие рамки не лезет!

— Посмотрим, поверят ли они тебе.

— Поверят. Я расскажу им обо всем, что ты со мной сделал. Как приставал ко мне и как вздумал преследовать меня, где бы я ни была.

Ракель резко разворачивается и направляется куда-то по прямой, а Терренс сразу же начинает следовать за ней, не намереваясь так просто оставлять девушку в покое.

— Что, до сих пор не можешь забыть мои ласки? — с загадочной улыбкой интересуется Терренс. — Они все еще не дают тебе покоя?

— Серьезно? — удивляется Ракель и громко ухмыляется. — Да я до сих пор хочу расцарапать твою рожу за то, что ты не просто облапал меня где только можно, но еще и посмел поцеловать.

— Да? А вот я бы с удовольствием все это повторил!

— Только посмей распустить свои руки. А иначе будешь выть от боли, когда я врежу тебе без ног.

— Неужели?

— Я выгляжу так, будто шучу? Будто играю с тобой? Заигрываю, твою мать?

— Да ладно тебе, куколка, не делай вид, что тебе все равно.

Терренс одним рывком обгоняет Ракель и начинает идти перед ней задом, пока та с раздраженным тихим рыком закатывает глаза.

— А если ты будешь драться и кусаться, то только больше раззадоришь меня, — уверенно заявляет Терренс.

— Слушай, МакКлайф, отвали от меня по-хорошему, — сухо требует Ракель.

— А иначе что?

— А иначе ты пожалеешь!

— Да? А как же?

— Твою мать, у меня было такое прекрасное настроение с самого утра. Оно еще больше улучшилось после того как я получила один очень важный звонок и встретилась со своей лучшей подругой, которая сделала мне сюрприз и приехала в Лондон.

— Это та привлекательная блондиночка, которая только что куда-то отошла?

— Чего?

— Я видел тебя с одной красоткой, с которой ты хихикала и фоткалась на телефон.

— Так ты уже давно за мной следишь?

— Знаешь, а эта девчонка очень даже ничего. Красивая, сексуальная, с шикарными формами…

— Притормози коней, кобель, — хмуро бросает Ракель, немного напрягшись из-за того, что сказал Терренс, и резко останавливается вместе с ним. — Ты неинтересен моей подруге. И ты никогда не заставишь ее обратить на тебя внимание.

— Ты спрашивала у нее лично?

— Она не станет связываться с теми, кого я добавила в список ненавистных мной людей.

— Ты меня ненавидишь?

— До смерти!

— Ну может… Ты ненавидишь, а твое тело мечтает о моих невероятных ласках…

Терренс уверенно проводит рукой по бедру Ракель, которая сначала слегка напрягается и вздрагивает.

— Так, а ну убрал свои руки! — требует Ракель, резко убрав руку Терренса от себя.

— Между прочим, эта златовласая блондиночка остановилась в том же отеле, в котором проживаю и я, — уверенно признается Терренс.

— Что?

— Да-да, ты не ослышалась.

— Так ты, козел, уже успел познакомиться с ней?

— Ну вообще-то, я познакомился с Наталией еще в Нью-Йорке. А точнее, с ней и ее второй подружкой. Кажется, Анной. Тоже очень симпатичной девчонкой.

— Ах, вот оно что…

— А еще мы с блондиночкой летели на одном и том же самолете.

— Что?

— Да-да, даже места оказались рядом друг с другом.

— С ума сойти! — громко возмущается Ракель.

— И скажу тебе честно, эта красотка здорово меня утомила. Я даже начал жалеть о том, что навязался ей в компаньоны. Мечтал поскорее отвязаться от нее и отдохнуть от ее истерик в своем номере отеля.

— Да ты, кобель, засунул свой нос куда только можно.

— Жаль, что она никак не хотела помогать мне найти тебя. Не хотела идти на контакт.

— Потому что она никогда меня не предаст своих друзей.

— В любом случае эта девчонка так или иначе здорово помогла мне. Хотя я вполне мог справиться и без нее. Видишь, как удачно я вышел прогуляться. Вот наконец-то встретил тебя.

— Знаешь, что с тобой сделают, если кто-то узнает, что ты преследуешь меня? Тебе придется очень сильно пожалеть о том, что ты встал у меня на пути.

— Да что ты говоришь?

— Так что если не хочешь больших проблем, то советую тебе оставить меня в покое. И прекратить меня преследовать.

— А я не перестану! — уверенно заявляет Терренс. — До тех пор, пока не получу желаемое.

— Я уже миллион раз говорила тебе, что не буду с тобой трахаться. И встречаться – тоже.

— Ну почему сразу трахаться?

— Потому что ты бегаешь за мной только ради этого.

— Да? А может, ты мне нравишься !

Терренс подходит очень близко к Ракель и уставляет уверенный взгляд в ее глаза, пока та заметно напрягается, но также неотрывно смотрит на него.

— Разве мне не может понравиться такая сексапильная и сногсшибательная красотка? — недоумевает Терренс. — Которая свела с ума уже не одного парня…

Терренс тыльной стороной руки медленно проводит по щеке Ракель, вряд ли представляя, какой ураган бушует в девушке, которая несильно вздрагивает и начинает дышать намного чаще с чувством, что бешено стучащее сердце вот-вот может выпрыгнуть из груди.

— Если бы ты только знала, как я мечтал снова прикоснуться к тебе… — более низким произносит Терренс. — Как мечтал вдохнуть твой запах… Твой сексуальный запах…

Едва Терренс собирается сделать что-то еще, как Ракель резко отталкивает его от себя, грубо бросив:

— Не смей ко мне приближаться!

— Но ты ведь этого хочешь, — хитро улыбается Терренс. — Хочешь, чтобы мои руки ласкали твое тело.

— Я хочу, чтобы ты оставил меня в покое!

— А я хочу поцеловать тебя. — Терренс приобнимает Ракель за талию и прижимает ее поближе к себе. — И одарить твое шикарное тело всей своей любовью.

— Я сказала, не трогай меня! — громко требует Ракель и грубо отталкивает Терренса, приложив руки к его груди. — Не смей!

— М-м-м… Кажется, время ничему тебя не учит… — Терренс качает головой. — Ты как была неприступной грубиянкой, так ею и осталась. Так и не научилась быть милой и покорной.

— Кто бы тебя научил держать свои руки при себе и не распускать их, — хмуро бросает Ракель.

— Похоже, ты не любишь, когда с тобой обращаются хорошо. Любишь грубость и силу.

— Я не люблю общаться со всякими невоспитанными хамами, которые не понимают, что лапать и облизывать девчонку против воли – это плохо.

— Запомни, Кэмерон, я не успокоюсь до тех пор, пока ты не станешь моей. Пока я не получу от тебя то, что хочу.

— Ты что, тупой? Или глухой? Сказала же, я не буду с тобой трахаться! НЕ БУДУ!

— Если я захочу – будешь! Сделаешь все, чтобы порадовать меня.

— Порадуй лучше сам себя! Или найди себе другую девчонку, которая точно согласилась бы потрахаться с тобой.

— Ну да, я понимаю, ты боишься. Все-таки у тебя еще не было такого опыта. Но поверь, я сделаю все так, что ты останешься в восторге. Так же, как осталась в восторге и от моего поцелуя.

— Ничего подобного! Мне совсем не понравилось, как ты целовал меня.

— Не понравилось?

— Да я часа два провела в душе и отмывала мочалкой все отпечатки твоих губ! Все твои чертовы следы на моем теле!

— А если я сделаю это еще раз?

Терренс обеими руками берет лицо Ракель в руки и медленно приближает к нему свое лицо, уставив свой взгляд на ее губы.

— Если поцелую тебя еще лучше, чем в прошлый раз? — предлагает Терренс. — Поцелую тебя в душе… Под струей теплой водички…

— Только попробуй! — грубо бросает Ракель.

— Не бойся, это не смертельно. От поцелуев еще никто не умирал.

— Я серьезно, МакКлайф! Посмеешь меня поцеловать – получишь по яйцам.

— Ну давай, врежь мне.

Терренс убирает некоторую часть волос Ракель в сторону и оставляет короткий поцелуй на месте за ее ухом, которое он также нежно ласкает губами. Пока сама девушка прикрывает глаза и начинает намного чаще дышать, чувствуя, что ее бросает дрожь вовсе не от холода, а от того, что делает этот человек.

— Врежь посильнее, чтобы пробудить во мне еще больший огонь, — низким голосом добавляет Терренс.

— Ар-р-р, будь ты проклят, осел! — раздраженно рычит Ракель.

Пока Терренс не оставляет попыток соблазнить Ракель и снова сводит ее с ума своими поцелуями, а девушка едва сдерживает себя, чтобы не дать ему понять, что ей все это нравится, Наталия наконец-то заканчивает свой разговор с матерью и кладет свой смартфон в свою сумку. А не увидев свою подругу, девушка быстро осматривается по сторонам и вскоре где-то в нескольких метрах от себя видит ее.

— Что? — сильно хмурится Наталия, наблюдая за тем, что происходит между Терренсом и Ракель. — МакКлайф?

Наталия видит, как в этот момент руки Терренса начинают скользить по изгибам талии Ракель, а он сам покрывает поцелуями каждую часть ее лица.

— Твою мать, этот придурок опять оказался там же, где и я, — возмущается Наталия. — И все-таки нашел Кэмерон. Никак не может оставить ее в покое.

Наталия качает головой.

— Ну вот, испортил нам с подругой времяпрепровождение! — восклицает Наталия. — Мы так хорошо гуляли, но стоило мне отойти, как МакКлайф подошел к Ракель и начал соблазнять ее.

В этот момент возмущенная и напряженная Ракель что-то говорит Терренсу, который никак не реагирует на ее слова и продолжает бессовестным образом ласкать ее тело руками.

— Вот наглец-то! — возмущается Наталия. — Совсем не знает девушку, но уже распускает руки и пристает к ней. Где его воспитанность? Чему ему учили родители?

Наталия скрещивает руки на груди.

— Да уж, Ракель, походу, ты была права насчет этого человека, — задумчиво говорит Наталия. — Наглый, невоспитанный осел. Я убеждаюсь в этом все больше с каждым днем.

Спустя некоторое время Ракель грубо отталкивает Терренса от себя, со всей силы залупляет ему пощечину и начинает громко что-то говорить, угрожая мужчине пальцем.

— Молодец, Ракель, молодец! — с широкой улыбкой восклицает Наталия. — Так и надо! Врежь ему еще! Не давай ему оставаться безнаказанным! Пусть не думает, что может так просто лапать любую девчонку, которая ему понравится.

Наталия гордо приподнимает голову.

— Так, пожалуй, я останусь здесь и понаблюдаю за этой парочкой, — с широкой улыбкой решает Наталия и радостно потирает руки. — Может, я стану свидетельницей чего-нибудь интересного. А если повезет, то смогу послушать их разговор.

Наталия быстро осматривается вокруг, находит широкий столб, который как раз находится недалеко от Ракель и Терренса, подходит к нему, прячется за ним и начинает осторожно наблюдать за своей подругой, которая во всю ругается с мужчиной прямо посреди улицы. Пока время от времени мимо них проходят какие-то люди и бросают на них вопросительные взгляды.

— Ты доиграешься, мразь! — грубо бросает Ракель. — Клянусь, я заявлю на тебя в полицию и обвиню в преследовании и попытки изнасилования. Я так просто все это не оставлю!

Тяжело дышащий Терренс пару секунд буквально убирает Ракель своим холодным взглядом, а затем больно берет девушку за волосы и сильно оттягивает их, пока Наталия слегка вздрагивает с прикрытым руками ртом и широко распахнутыми глазами.

— Не смей мне угрожать, сучка! — сквозь зубы цедит Терренс. — НЕ СМЕЙ! А если ты еще раз посмеешь меня ударить, то я заставлю тебя пожалеть об этом.

— Думаешь, я испугаюсь твоих угроз? — удивляется Ракель.

— Я не шучу, Кэмерон. Если никто не занимался твоим воспитанием и не научил, как правильно вести себя с мужиками, то я быстро это исправлю.

— Лучше бы тебя научили вести себя с девчонками. Сказали, что настоящий мужчина не поступает так, как ты. Объяснили, что твои выкрутасы никому никогда не понравятся.

— Сама во всем виновата! — грубо бросает Терренс. — Ты заставляешь меня так себя вести.

— Надо же, как тебя задело то, что я тебе отказала. Как ты обиделся из-за того, что я не захотела лечь с тобой в постель.

— Потому что еще никто не смел мне отказывать. Слышишь, НИКТО!

— А ты привыкай ! Привыкай к тому, что не все будут восхищаться каким-то жалким актеришкой, который мнит себя едва ли не гением и считает, что он самый неотразимый и сексуальный.

— Ничего, Кэмерон, ничего! Ты все равно станешь моей! Рано или поздно! Я сделаю все, чтобы ты сама захотела лечь со мной в постель и исполнить любое мое желание.

— Даже и не подумаю!

— Пока ты выпендриваешься, любая девчонка была готова душу продать ради меня. За мной всегда бегают толпы девчонок.

— Вот и беги к этим девчонкам! — громко бросает Ракель. — Чего ты, твою мать, ко мне пристал? Или больше не к кому бежать, потому что уже всех перетрахал?

— Не зли меня, наглая сучка!

— Нет, самовлюбленный кобель, это ты меня не зли. Ты уже сделал достаточно для того, чтобы я записала тебя в свои враги.

— За то, что я подарил тебе невероятный поцелуй, который не сможет дать больше никто?

— Не надо притворяться, что ты не понимаешь, в чем дело.

— Если бы тебе и правда было так неприятно все, что я делаю, ты бы уже давно начала бы орать, как резаная, и звать на помощь. Но ты не сделала этого ни тогда, ни сейчас.

— Ничего, МакКлайф, ничего! Я еще заговорю! ЗАГОВОРЮ! Ты, сука, у меня еще попляшешь. И дорого заплатишь за то, что сделал.

— А ну закрой свой рот!

Терренс еще сильнее оттягивает волосы Ракель, смотря ей в глаза своим холодным, полным ненависти взглядом.

— Если ты и дальше продолжишь выводить меня из себя, то тебе придется очень сильно пожалеть, — низким, грубым голосом угрожает Терренс.

— Не надо мне угрожать! — сухо бросает Ракель. — Я не боюсь ни тебя, ни твоих угроз!

— А зря! Очень зря! Ведь Терренс МакКлайф на многое способен!

— Очень скоро люди будут шарахаться от тебя. Когда узнают, что ты на самом деле не такой ангел, каким хочешь всем казаться.

— Да что ты говоришь!

— Клянусь, сука, я сделаю все, чтобы ты даже боялся поднять глаза и посмотреть на кого-то. Будешь мечтать скрыться ото всех, лишь бы не слышать, каким дерьмом тебя буду поливать.

— Что, неужели ситуация с обвинениями в эгоизме ничему тебя не научила? Не заставила стать куда более милой и порядочной?

— Эта ситуация породила во мне еще большую ненависть. Ненависть к человеку, которого я никогда не прощу за то, что он сделал.

— Чего? — сильно хмурится Терренс.

— Не хочешь признаться в том, что сделал? — Ракель грубо отталкивает Терренса от себя и расставляет руки в бока. — А, жалкий актеришка? Не хочешь рассказать, как ты до такого докатился?

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— Да, Терренс МакКлайф, я все знаю, — с гордо поднятой головой заявляет Ракель. — Знаю, что это ты это устроил. Ты распространил все эти ложные слухи.

— Черт, Ракель, да что ты такое говоришь… — качает головой Терренс.

— Я с самого начала подозревала только лишь тебя одного. Была уверена, что никому, кроме тебя, это не было нужно.

— Ты обвиняешь во всем меня ?

— Думаешь, я забыла, как ты поклялся заставить меня пожалеть? Как заявил, что разрушишь мою карьеру к чертовой матери и не дашь мне спокойной жизни!

— Я хочу все тебе объяснить.

— Что, начнешь убеждать меня в том, что этого не было?

— Нет, я…

— Не надо делать из меня дуру и убеждать, что у меня что-то не так с головой, — сухо говорит Ракель, скрестив руки на груди. — Я прекрасно все помню и точно знаю, что слышала все твои угрозы.

— Да, я это говорил. Но сделал это со зла.

— Да конечно!

— Я как раз хотел обсудить с тобой эту ситуацию.

— Не вижу смысла что-то обсуждать.

— Послушай, Ракель…

— Неужели ты думаешь, что я оставлю все это безнаказанным? — удивляется Ракель. — Нет, не оставлю! Я уничтожу тебя, мразь. Сделаю все, чтобы заставить тебя пожалеть.

— Я этого не делал, клянусь!

— Что?

— Я не распространял про тебя все эти слухи.

— Да что ты говоришь!

— Это правда, Ракель. Это не моих рук дело.

— Интересно, сколько же ты заплатил главному редактору того журнала, который согласился напечатать все эти ложные статейки, порочащие мое чистое светлое имя? Сколько? Скажи мне?

— Я никому ничего не платил!

— Не надо отрицать! — прикрикивает Ракель. — Я все знаю! Некоторое время назад мне позвонил человек, который рассказал, как ему удалось доказать, что какая-то тварь заплатила другой твари за то, чтобы меня клеветали.

— А?

— Кроме того, я думала, что человек, с которым знакома с самого начала своей карьеры, якобы сказал про меня ужасные вещи. Но выяснилось, что это совсем не так. Мой друг сказал, что кто-то заплатил редактору для того, чтобы он публиковал комментарии якобы от имени известных людей и моих близких. Хотя на самом деле тот человек ничего никому не говорил.

— Я в курсе.

— Да что ты?

— Мне известно, что все это было неким заказом. Желанием разрушить твою карьеру намеренно и оклеветать тебя перед всем миром.

— Ну а чтобы прикрыть свою задницу, ты дал распоряжение опубликовать комментарии якобы от своего имени. Чтобы потом тоже возмутиться из-за того, что ты якобы здесь не причем и ничего никому не говорил.

— Что? Да если бы я увидел то, что не было сказано мной, то немедленно бы засудил и редактора, и всех, кто к этому причастен.

— Чтобы отвести от себя подозрения?

— Чтобы восстановить справедливость!

— Да, МакКлайф, ты – редкий гад, — покачав головой, хмуро говорит Ракель. — Мстительный, самовлюбленный гад.

— Клянусь, Ракель, моей вины во всем этом нет, — возражает Терренс. — Я никому ничего не говорил про тебя.

— Что, боишься? Боишься, что я разрушу твою карьеру к чертовой матери и лишу тебя всякого шанса стать известным?

— Знаешь, я был готов к тому, что ты обвинишь меня в подобном. Был готов к чему-то подобному.

— Не надо строить из себя святого. Я уже давно все поняла.

— Ты все неправильно поняла.