— Ну что, как прогулка? — интересуется Даниэль.

— Была спокойной, — отвечает Анна и сворачивает поводок после того отстегивает его, позволяя Сэмми отойти в сторону со склоненной головой, лечь на пол и положить голову на сложенные перед ним лапки.

— Он хоть поиграл немного?

— Нет, к сожалению. Игрушки его так и не заинтересовали. Мы с ним сначала просто ходили где-то, а потом я присела не пенек, а он – рядом и просто смотрел по сторонам. Наблюдал за птичками, букашками и прочей живностью.

— Ну ничего, ты у меня все равно большая молодец.

Даниэль мило целует Анну в лоб, нежно придерживая ее щеку ладонью.

— Так хорошо заботишься о Сэмми, что он и есть потихоньку начал, и гораздо меньше замыкается в себе.

— Согласна, прогресс определенно есть, — скромно улыбается Анна.

После того как Анна оставляет поводок на тумбочке недалеко от входной двери, она разворачивается лицом к Даниэлю.

— Кстати, а что там насчет просьбы Эдварда? Все уже здесь?

— Да, все тут, — кивает Даниэль. — Только тебя ждем.

— Он еще не сказал, зачем собрал нас? Опять что ли клип куда-нибудь?

— Эдвард не только рассказал, но и показал.

— В каком смысле?

— Ты даже не представляешь, какой сюрприз он нам только что преподнес.

— О чем говоришь, любимый? — недоумевает Анна. — Что я успела пропустить? И почему ты такой радостный?

— Пошли в гостиную. Сейчас ты сама все увидишь.

— Ты так загадочно улыбаешься, что я уже заинтригована и хочу узнать, в чем дело.

— Поверь, принцесса, оно того стоит. — Даниэль мило целует Анну в щеку. — Только хочу сразу предупредить: что бы сейчас ни случилось, не забывай дышать. И я тебя очень прошу, не падай в обморок после того, что увидишь.

— С чего это я должна упасть в обморок? — слегка хмурится Анна. — Как будто у нас дома призрак завелся!

— Ну… Почти… — Даниэль слегка прикусывает губу. — В любом случае я буду рядом. И если тебе станет плохо, то сразу скажи мне об этом.

— Ну… — Анна неуверенно пожимает плечами. — Ладно, как скажешь.

— Идем, нас там уже ждут.

Приобняв Анну за талию, Даниэль направляется с ней в гостиную, где Терренс, Ракель, Эдвард и Наталия окружают Хелен со всех сторон, пока что не до конца веря в столь невероятное чудо и стремясь частенько прикасаться к девушке, чтобы убедиться в том, что она настоящая.

— М-м-м, какие люди! — загадочно улыбается Терренс.

— Опаздываешь, подружка, — расставляет руки в бока Ракель. — Все уже собрались, а тебя нет.

— Простите, ребята, — скромно извиняется Анна. — Просто гуляла с Сэмми. Точнее, попыталась погулять.

— Ну и как? — интересуется Эдвард.

— Более-менее удачно. Хотя таскать с собой его игрушки не имело смысла.

— Ничего, сейчас Сэмми захочет и есть, и пить, и играться после того, как увидит кое-что особенное, — бодро заявляет Наталия. — Точнее, кое-кого особенного.

— Что ты имеешь в виду? — слегка хмурится Анна.

Тут из-за спин Наталии, Ракель, Эдварда и Терренса появляется скромно улыбающаяся Хелен.

— Сюрпри-и-из! — с широкой улыбкой восклицает Хелен. — Привет, подружка.

У резко побледневшей Анны мгновенно перехватывает дыхание и начинает часто биться сердце, а ее широко распахнутые глаза сосредотачиваются на Хелен и рассматривают ее с головы до ног.

— Х-х-хел-л-лен? — дрожащим голосом неуверенно произносит Анна и сначала прикладывает руку к груди, а затем ко рту. — Это… Т-т-ты?

— Все хорошо, Анна, все хорошо, я рядом, — мягко говорит Даниэль, подхватив Анну покрепче. — Дыши глубже. Просто дыши.

По коже Анны табуном пробегают мурашки, каждую мышцу сковывает болезненное напряжение, а она сама застывает в одной позе и не может пошевелиться.

— Этого… — неуверенно качает головой Анна. — Этого не может быть… Это невозможно!

— Не бойся, милая, все хорошо, — мягко отвечает Хелен, подходит поближе к Анне и берет ее за руки, заставив ту почувствовать приступ легкого головокружения. — Это я, Хелен. Тебе не кажется, ты не сошла с ума.

— Подружка… Милая…

На глаза Анны наворачиваются слезы, снова и снова рассматривая Хелен, а всем телом овладевает сильная дрожь.

— Как такое возможно? — Анна тихо шмыгает носом. — Как? Мы же считали тебя мертвой!

— Меня вовремя спасли, — объясняет Хелен. — Спасли за секунды до неизбежного.

Будучи не в силах сдерживать эмоции, Анна начинает рыдать пуще прежнего и зажимает рот обеими руками. А в какой-то момент она резко подлетает к Хелен, заключает ее в крепкие объятия и со слезами на глазах утыкается носом ей в плечо. Из-за чего Маршалл даже слегка пошатывается на месте, но все же сохраняет равновесие и сама не сдерживает слезы радости, прижимая к себе свою близкую подругу.

— Поверить не могу… — рыдает Анна и громко шмыгает носом. — Этого не может быть…

— Пожалуйста, Анна, не надо так горько плакать, — взмаливается Хелен. — Не рви мне сердце.

— Как тут не плакать? Как тут не плакать?

— Я сейчас тоже буду громко выть. — Хелен мягко гладит Анну по голове. — У меня нервы и так ни к черту.

— Не могу, прости. Не могу…

Анна с учащенным дыханием отстраняется от Хелен, берет ее за руки и мокрыми глазами рассматривает подругу с головы до ног.

— Господи, Хелен… Это ты… Это ты!

— Я, моя хорошая, я, — уверенно кивает Хелен и аккуратно вытирает слезы под глазами Анны.

— Я за эту неделю все глаза выплакала! Никак не хотела верить, что тебя больше нет. Мне так тебя не хватало!

— Ради бога, не рви мне сердце. Я не могу смотреть на тебя в таком состоянии.

— Ребята, пожалуйста, скажите, что мои глаза меня не обманывают, — отчаянно умоляет Анна, окинув всех присутствующих взглядом. — Скажите, что вы тоже видите перед собой Хелен.

— Не обманывают, моя хорошая, — уверяет Даниэль.

— Нам и самим до сих пор в это не верится, — добавляет Терренс, крепко прижимая к себе Ракель, со слезами на глазах утыкающаяся носом в его плечо. — Но это правда.

— Смотри, твои подружки вон тоже плачут, — подмечает Эдвард, поглаживая всхлипывающую Наталию по голове. — И чуть не устроили здесь массовую потерю сознания.

— Да мы от радости плачем, — низким голосом с легкой улыбкой отвечает Наталия.

— От большой радости! — всхлипывает Ракель.

— О боже мой… — резко выдыхает Хелен, вытирая слезы под глазами. — Если я так плачу от встречи с вами, то наверное буду рыдать навзрыд, когда увижу бабулю.

— Как тебе удалось выжить, я не понимаю? — недоумевает Анна и громко шмыгает носом, пока Даниэль придерживает ее за плечи. — Как смогла выбраться из пожара?

— Я же сказала, что меня спасли, — напоминает Хелен. — Один из сообщников Маркуса помог. И привез меня в квартиру своего брата, где я провела несколько дней после выписки из больницы.

— Какого еще сообщника?

— Элайджи.

— Того самого, которого пока не поймали?

— Он обещал сдаться сам в ближайшее время.

— Невероятно… Это просто невероятно! — Анна хватается руками за голову. — У меня все это в голове не укладывается.

— Ты поймешь, я обещаю. Вы все поймете. Понимаю, что это кажется бредом. Но ведь самое главное, что я осталась жива. Что я снова с вами.

— Боже мой, Хелен… Дорогая…

Анна снова крепко обнимает Хелен, пару раз мило целует ее в щеку и продолжает горько рыдать, уткнувшись носом в изгиб шеи девушки, которая мягко гладит ее по спине и голове.

— Боже, девчонки, ну перестаньте, пожалуйста… — взмаливается Хелен, бросив короткий взгляд на Ракель и Наталию. — Хотите, чтобы я тоже рыдала вместе с вами?

Шмыгая носом и всхлипывая, Наталия и Ракель подходят к Хелен и Анне и обнимают их обеих одновременно. А пока они рыдают друг у друга на плече, гладят по голове или спине и пытаются что-то сказать в таком ошалевшем состоянии, Эдвард, Терренс и Даниэль прилагают немало усилий, чтобы не поддаться стадному чувству и не пустить слезу в столь эмоциональный для всех момент.

— Черт, если они сейчас не прекратят, я точно заплачу, — говорит Эдвард.

— Хоть это слезы радости, они все равно рвут мне сердце, — признается Даниэль.

— Ну, братец, смотри, до чего ты довел нас! — восклицает Терренс и резко выдыхает, чтобы снять напряжение.

— Чего это я сразу? — удивляется Эдвард. — Я просто сделал то, что должен был – дал понять, что Хелен жива после того как встретил ее.

— Да, но, блять, надо же было как-то подготовить нас! — отмечает Даниэль. — Сказать заранее, не знаю… А то приходишь сюда и бац – такой сюрприз!

— Зато какой сюрприз, м-м-м… — загадочно улыбается Эдвард. — Все равно что сделать предложение девчонке, которая ждала его несколько лет. Все равно что подарить ей дорогущую машину или квартиру в элитном районе.

— Вот бывают же люди, которых одновременно хочется прибить чугунным котлом и придушить собственными руками, но расцеловать и стиснуть в объятиях, — хмуро бросает Терренс.

Эдвард ничего не говорит и с гордо поднятой головой продолжает наблюдать за тем, как девушки даже не пытаются сдержать слезы радости и словно не думают выпускать друг друга из групповых объятий. А пока Даниэль немного лохматит волосы МакКлайфа-младшего и приобнимает его за плечи, Терренс в какой-то момент переводит взгляд в сторону и видит, как в гостиную только что кое-как приковылял Сэмми, грустными глазами окинувший всех присутствующих перед тем, как подойти к мужской тройке.

— Эй, Сэмми… — мягко произносит Терренс, протянув руку, которую Сэмми обнюхивает, и погладив его по голове.

— Не грусти, парень! — бодро восклицает Эдвард. — У нас для тебя просто ахренительная новость!

— Да, приятель, неужели ты не замечаешь, что у нас особенный гость? — загадочно улыбается Даниэль, указав в сторону девушек. — Красавицы, к нам Сэмми пришел!

Пока Анна, Ракель и Наталия переводят на Сэмми свои слезные взгляды, Хелен отстраняется от подруг и с широко улыбается при виде своего песика. Который хоть и видит ее, но почему-то ведет себя так, словно она ему незнакома.

— Сэмми, малыш мой… — дрожащим от волнения голосом произносит Хелен и на секунду прикрывает рукой. — Хорошенький… Как же я по тебе скучала…

— Иди, Сэмми! — восклицает Даниэль, мягко похлопав Сэмми по заду. — Иди, чего ты ждешь?

— Иди ко мне, мой мальчик. Иди ко мне.

Хелен опускается на корточки и жестом подзывает Сэмми к себе.

— Ну же, давай! Ко мне, радость моя. Давай! — Хелен тихонько цокает и хлопает в ладони. — Сэмми! Сэмми!

— Сэмми, в чем дело? — недоумевает Терренс. — Ты чего не подходишь? Это же твоя хозяйка!

Все вопросительно переглядываются между собой, не понимая, почему Сэмми как вкопанный стоит на месте и без каких-либо эмоций рассматривает Хелен с видом: «Женщина, ты кто?», пока она и сама несколько обескуражена из-за такого поведения своего пса.

— Сэмми… — мягко произносит Хелен. — Сэмми, это же я, Хелен. Твоя хозяйка. Неужели ты меня забыл? Да, я немного изменилась… Но… Это все еще я. Я, малыш.

— Твоя хозяйка вернулась, Сэмми, — уверенно говорит Наталия. — Почему ты ее не встречаешь?

— Неужели ты на меня обиделся? Обиделся, что я пропала на такое долгое время? — Хелен опускается уже на колени, с еще большей жалостью посмотрев на Сэмми. — Ну прости меня, мой маленький… Прости, пожалуйста. Я ведь совсем этого не хотела. Не было ни дня, чтобы я не вспоминала о тебе. Я мечтала поскорее тебя увидеть и прижать к себе.

— Не переживай, приятель, все закончилось! — восклицает Ракель. — Твоя хозяйка вернулась и больше не оставит тебя. Ты больше не одинок.

— Не рви мне душу, Сэмми, я тебя очень прошу. Ты же знаешь, как сильно я тебя люблю. Ты занимаешь в моем сердечке особое место. Всегда будешь занимать. И я бы ни за что не оставила тебя по своей воле. Никогда. Клянусь.

— Давай же, Сэмми, подойди к Хелен, — побуждает Эдвард, хлопает Сэмми по заду и подталкивает его. — Давай-давай, иди. Иди, говорю.

— Ко мне, Сэмми, — делает подзывающий жест Хелен. — Ко мне, мой маленький. Иди ко мне. Давай-давай. Иди сюда.

Спустя несколько секунд Сэмми все-таки не очень охотно подходит к Хелен и с равнодушием обнюхивает ее руки, которая она ему протягивает. Тут-то он определенно начинает что-то подозревать, обнюхивает их еще пару раз и добирается до других мест до того, как начинает энергично вилять хвостом и с внезапно появившимся блеском в глазах издавать громкие завывания. Только лишь сейчас песик наконец-то признает свою хозяйку и начинает радостно бегать и прыгать вокруг нее, заливаясь громким лаем без остановки. Из-за чего девушке с трудом удается как следует погладить своего ретривера и прижать его к себе.

— Сэмми, мальчик мой! — радостно произносит Хелен и заливается смехом, когда Сэмми тычется носом ей в лицо и пытается его облизать. — Маленький мой… Господи, ты боже… Сэмми… Хороший мой… Исхудал совсем… Худенький стал… Господи ты боже мой… Совсем ничего не ел, наверное…

Лишь спустя несколько секунд Хелен удается крепко обнять и прижать к себе возбужденного от радости Сэмми, все равно продолжающий вертеться как уж на сковородке, не зная, как выразить весь спектр эмоций, который он испытывает, чувствуя запах своей любимой хозяйки.

— Я так по тебе скучала… — Хелен несколько раз целует Сэмми в мордочку, а он в ответ с радостными поскуливанием лижет кончик ее носа. — Так переживала… Спрашивала себя, что с тобой стал после ранения. Сердце разрывалось от того, что ты мог остаться там один. Я так испугалась…

В какой-то момент Сэмми вырывается из объятий Хелен и продолжает туда-сюда бегать вокруг нее или тыкаться ей в лицо носом, заставляя ее хихикать и широко улыбаться.

— Прости меня, мой хороший… Прости, что чуть не оставила тебя. Мне очень жаль. Я готова сделать все, о чем ты только попросишь. Что угодно. Только дай знать.

В порыве радости Сэмми с радостным лаем одним движением валит Хелен на пол, забирается на нее и продолжает то тыкаться мордой куда попало, то облизывать места, на которых останавливается его взгляд. И даже если девушке не всегда бывает от этого комфортно, сейчас же она разрешает своему песику делать что угодно и выражать свою радость как только он пожелает.

— О боже мой… — скромно хихикает Наталия, прикрыв рот рукой. — Что Сэмми вытворяет!

— Наверное, он так никогда не радовался даже наисвежайшей сочной мясной косточке, — предполагает Ракель.

— Ну что, приятель, готовься к тому, что сегодня этот песель с голодухи сожрет весь месячный запас корма, — похлопав Даниэля по плечу, отвечает Эдвард.

— Да, вон как у него глаза резко загорелись, когда он обнюхал Маршалл и все-таки узнал ее, — добавляет Терренс.

— Ах, как же хорошо, когда все хорошо, — с широкой улыбкой расставляет руки в бока Даниэль. — Когда жизнь не касается дерьмом.

Все скромно хихикают в тот момент, когда носящийся из стороны в сторону Сэмми запутывается в собственных лапах и заваливается на пол. Впрочем, он быстро поднимается, что-то с себя стряхивает, заливается радостным лаем и подпрыгивает, пока Хелен принимает сидячее положение и наглаживает и начесывает ему шерстку.

— Сэмми, маленький мой… — мягко произносит Хелен, берет морду Сэмми в руки, прислоняется своим лбом к его голове и мило ее чмокает. — Мальчик… Я так тебя люблю. Ты моя радость. Я никогда тебя не предам. Никогда не откажусь от тебя и не выкину на улицу как вещь. Никогда. Мы всегда будем вместе. Обещаю.

Сэмми с жалобным поскуливанием начинает бодаться головой об грудь Хелен, пока она продолжает наглаживать его шерстку и снова крепко обнимает своего песика, что все еще никак не может хоть немного сдержать себя.

— Тише-тише, лапочка, тише, твоя хозяйка рядом. Вот она. Она рядом. Рядом, мой хороший…

Хелен еще несколько секунд наглаживает Сэмми где только можно до того, как решает все-таки встать на ноги. В чем ей сразу же помогает Даниэль, аккуратно придерживая девушку обеими руками и позволяя ей опереться на него.

— Сэмми… — радостно произносит Хелен, взяв морду Сэмми в руки и энергично погладив ему щеки. — Сэмми…

— Наконец-то в его глазах появилась радость! — отмечает Наталия.

— Теперь он не отойдет от Хелен ни на шаг, — предполагает Ракель. — Будет ходить за ней по пятам.

— Пусть ходит, — мягко отвечает Хелен, гладя Сэмми по голове, пока тот неотрывно смотрит на нее преданными глазами. — Пусть мой мальчик ходит. Пусть.

— А я уж подумал, что он реально на тебя обиделся, — признается Терренс. — Решил, что ты его бросила.

— Я бы не удивилась. Ведь меня так долго не было.

— Да ладно, подулся бы немного и простил! — восклицает Эдвард. — А вообще, собаки узнают хозяина по запаху. Вон Сэмми тебя обнюхал и сразу завилял хвостом.

— Ну что, мой маленький, что? — умиляется Хелен, видя, как Сэмми бодается головой об ее ноги и прижимается к ним как можно ближе. — Что ты хочешь мне сказать?

Сэмми несколько раз негромко подает голос, заставляя всех скромно улыбнуться. Но в какой-то момент Даниэль отводит взгляд в сторону, а его улыбка мигом сползает с его лица, когда он замечает, что Анна стоит в сторонке и сначала держит руку на груди, а затем с учащенным дыханием едва успевает облокотиться на стол из-за того, что у нее подкашиваются ноги. Недолго думая, мужчина тут же подходит к своей возлюбленной и приобнимает ее за плечи, обеспокоенно спросив:

— Все в порядке, любимая? — Даниэль тыльной стороной руки гладит Анну по щеке. — Ты какая-то бледная…

— Мне что-то нехорошо… — бросив короткий взгляд на Даниэля, которого она видит несколько размыто, вяло произносит Анна. — Голова кружится… И слабость жуткая…

— Спокойно-спокойно, дыши глубже. — Даниэль покрепче приобнимает Анну за талию, пока она утыкается носом в его плечо. — Все хорошо, малышка, я рядом.

— Анна, ты чего? — проявляет беспокойство Хелен, подойдя поближе к Анне. — Эй, дорогая…

— Боже мой, подружка… — затаивает дыхание Ракель.

— Анна, дорогая… — широко распахивает глаза Наталия.

— Эй-эй, ты только не вздумай здесь вырубиться, — решительно просит Терренс.

— Да-да, нам волнений и так уже хватило с твоими подружками, — тараторит Эдвард.

Последовавший за своей хозяйкой Сэмми начинает жалобно скулить, таким образом проявляя беспокойство за Анну, которая испытывает легкую тошноту, учащенное сердцебиение и нехватку воздуха в легких.

— Давай присядем, — предлагает Даниэль и медленным шагом ведет Анну в сторону. — Вот так, не спеши.

— Похоже, я переволновалась… — тихим, вялым голосом предполагает Анна и нервно сглатывает. — Слишком…

— Держись, подружка, не падай, — спокойно просит Хелен, взяв Анну под локоть. — Не падай…

— Все хорошо, ребята, не волнуйтесь. Все хорошо…

Но не успевает Даниэль довести ее до дивана и усадить, а Хелен взять под руку, чтобы помочь, как окружающие звуки перестают доходить до ушей Анны, а она сама проваливается в бесконечную темноту, безвольно закрывая глаза.

— Анна… — взволнованно произносит Даниэль и вовремя успевает подхватить Анну в тот момент, когда ее тело резко обмякает и почти падает на пол. — Анна!

— Анна! — почти что вскрикивают Ракель, Наталия и Хелен.

— Анна! — в то же самое время ужасаются Эдвард и Терренс.

Пока Сэмми начинает жалобно скулить и лаять, Даниэль опускает тело Анны на пол, а ее во всех сторон обступают Хелен, Ракель, Наталия, Эдвард и Терренс.

— Анна, ты слышишь меня? — пытается достучаться Даниэль, легонько похлопывая Анну по щеке и придерживая ее за плечи на весу. — Анна… Милая…

— Боже мой, Анна… — широко распахивает глаза Ракель после того как вместе со всеми девушками опускается на колени и берет Анну за руку. — Дорогая…

— Подружка, ты чего? — с учащенным дыханием произносит Наталия и гладит Анну по щеке. — Не пугай нас… Пожалуйста, милая, прошу тебя…

— Дорогая, скажи что-нибудь, — с жалостью во взгляде умоляет Хелен, погладив Анну по голове. — Пожалуйста, Анна, пожалуйста…

— Не пугай меня так, любимая, — отчаянно умоляет Даниэль, продолжая похлопывать ладонью по щеке Анны, которая никак на это не реагирует. — Пожалуйста, Анна, пожалуйста…

— Черт, она такая бледная и холодная, — ужасается Эдвард, приложив руку к холодному лбу Анны, и проверяет пульс на запястье девушки. — Пульс слабый.

Сэмми с тихим поскуливанием мягко тычется носом в лицо Анны и скромно лижет кончик носа в надежде, что это поможет привести вести ее в чувство.

— Даниэль, переложи ее на диван, — уверенно говорит Терренс. — Быстрее!

— Черт, ты будто в воду глядел, когда сказал, что нашатырь нам пригодится, — резко выдыхает Даниэль.

Поднявшись на ноги сам, Даниэль подхватывает обмякшее тело бессознательной Анны на руки и несет его к дивану, пока Ракель, Хелен и Наталия успевают быстро подняться и последовать за ними так же, как и Сэмми.

— Когда она начала так горько рыдать, то я ожидал чего-то подобного, — признается Эдвард, вместе с Терренсом следует за остальными. — Аж не по себе стало.

— И она больше всех девчонок переживала из-за якобы смерти Хелен, — подмечает Даниэль. — Плакала целыми днями. А еще приходилось едва ли не насильно запихивать в нее еду, потому что она почти ничего не ела.

Уложив Анну диван, Даниэль присаживается рядом с ней, убирает кое-какие пряди волос с ее глаз и обеими руками хлопает по бледным щекам.

— Согласен, на ней лица не было все эти дни, — подмечает Терренс, взяв с кофейного столика пузырек нашатырного спирта и смочив им небольшой кусочек ваты. — Да, Анна пыталась держаться, но было видно, как ей тяжело.

— К тому же, Анна ужасно боится покойников и кладбища, — признается Наталия, поглаживая Анну по голове, и просто прикладывает руку к ее лбу. — Всего, что связано с похоронами.

— Ага, Анна рассказывала, как однажды какие-то друзья уговорили ее пойти куда-то, где они нашли самый настоящий труп какого-то человека, — добавляет Хелен. — Кто-то убил его и оставил прямо там. А она тогда была еще маленькой и очень сильно испугалась.

— Да, с тех пор для нее поход на похороны – целое испытание, — добавляет Ракель. — И отворачивается, даже когда в фильме или сериале показывают трупы. А когда были похороны кого-то из ее родственников, то Анна и вовсе потеряла сознание во время погребения.

— Хоть Анна и не говорила, я могу представить, в каком ужасе она была от мысли, что ей придется на похороны подруги, — с грустью во взгляде отвечает Даниэль, держа руку Анны обеими руками, поглаживая ее со всех сторон и нежно поцеловав в какой-то момент.

Сэмми тем временем продолжает то тыкаться носом в лицо Анны, то мягко трогать его свой лапкой, пока она сама выглядит мертвецки бледной, а дорожки от слез все еще заметны на ее лице.

— Сэмми, отойди! — восклицает Эдвард и жестом прогоняет Сэмми, когда видит, что тот загораживает Терренсу путь к Анне. — Давай-давай, двигайся! Дай Терренсу пройти!

Эдвард гладит взволнованного Сэмми по голове, когда тот все-таки подходит к нему. А пока едва сдерживающие слезы Наталия, Хелен и Ракель облокачиваются на спинку дивана, гладят Анну по щеке или голове или держат ее за руку, Терренс подносит смоченный нашатырем кусочек ваты к носу девушки.

— Ну давай же, Анна, давай, — с жалостью тихо взмаливается Хелен. — Пожалуйста…

— Давай, моя хорошая, приходи в себя, приходи, — твердо произносит Даниэль, стараясь не подавать виду, что у него внутри все сжимается от волнения, а воздуха в легких не хватает. — Приходи… Ну же…

— Если не сейчас не очнется – придется вызывать скорую, — с тревогой говорит Эдвард, крепко обняв себя руками.

— Пожалуйста, Анна, пожалуйста… — слегка дрожащим голосом произносит Ракель, покачав головой. — Прошу…

— Черт, почему не работает? — недоумевает Терренс. — Вроде это то что нужно…

— Может, поднести поближе? — неуверенно предлагает Наталия. — Вдруг поможет?

— Эй, дай-ка я попробую! — восклицает Даниэль, забирает у Терренса кусок ваты и сам подносит его к носу Анны. — Ну давай же, милая, давай…

Сэмми сначала очень жалобно скулит, а затем подходит поближе, носом тычется в ногу Анны и мягко теребит ее лапкой. Даниэль же тем временем еще пару секунд держит вату у ее носа до того, как девушка слегка морщится и медленно отворачивает голову в сторону.

— Сработало! — восклицает Терренс.

— Слава богу… — резко выдыхает Эдвард.

Пока Ракель, Хелен и Наталия также выдыхают с легкой улыбкой на лице и приобнимают друг друга, Анна прикладывает руку ко лбу и с тихим, мучительным стоном слегка морщится до того как медленно открывает глаза с чувством сильного головокружения и непонимающим взглядом окидывает все, что ее окружает. И несмотря на то, что зрение пока что расплывчатое, даже сквозь пелену она может увидеть лицо обеспокоенного Даниэля, который берет ее за руку и гладит запястье, не показывая, насколько сильно он за нее испугался.

— Тише-тише, маленькая моя, все хорошо, — мягким, спокойным голосом успокаивает Даниэль. — Я рядом.

— Даниэль?! — слегка хриплым голосом вяло произносит Анна и окинув всех непонимающим взглядом. — Ребята?!

— Не волнуйся, подружка, ты с нами, — с легкой улыбкой говорит Хелен, погладив Анну по голове. — Тебе нечего бояться.

— А… Что произошло?

— Ты упала в обморок, — объясняет Терренс.

— Переволновалась немного, — добавляет Эдвард, опустившись на корточки рядом с Анной и погладив ее по плечу. — Не переживай, ничего страшного. Всякое бывает.

— Ты как себя чувствуешь, дорогая? — проявляет беспокойство Ракель, тыльной стороной руки погладив Анну по щеке. — Что-нибудь болит?

— Голова кружится… — на секунду прикрывает глаза Анна. — Слабость… Немного воздуха не хватает…

— Сейчас все пройдет, потерпи немного, — уверяет Даниэль, убрав некоторые пряди волос со лба Анны и приложив ладонь к ее щеке. — Полежи пока минут пять-десять.

— Если беспокоит что-то еще, давай вызовем скорую, — предлагает Наталия.

— Нет-нет, не надо скорую, — качает головой Анна и нервно сглатывает с ощущением сухости во рту. — Все хорошо…

— Ребята, откройте кто-нибудь окно! — просит Даниэль. — Ей нужен свежий воздух.

А пока Эдвард открывает одно из окон в гостиной, жалобно скулящий Сэмми подходит поближе к Анне и кладет морду прямо возле нее, всем видом показывая, что очень сильно за нее переживал.

— Сэмми… — слегка улыбается Анна, погладив Сэмми по голове. — Мальчик мой…

— Ох, девчонки, ну вы нас с парнями точно в могилу когда-нибудь загоните! — резко выдыхает Терренс, приложив одну руку ко лбу, а другую – на бок.

— Ага, то одна тут чуть сознание не потеряла, другая решила последовать ее примеру, а третья все-таки сдалась! — добавляет Эдвард. — Вы что, думайте, у нас нервы железные?

— Простите, ребята… — скромно извиняется Анна. — Мне правда очень жаль. Я не хотела никого напугать.

— Но ты напугала! — восклицает Хелен. — Стоим с ребятами, радуемся, что Сэмми повеселел, поворачиваемся, а ты едва на ногах стоишь.

— Мне стало нехорошо как раз тогда, когда он к нам подошел. Пока ты пыталась уговорить его подойти к тебе, у меня закружилась голова и появилась слабость. Потом как-то странно защемило сердце и стало не хватать воздуха. Ну а дальше становилось все хуже и хуже…

— Надо было сразу сказать мне, — отвечает Даниэль. — Я бы тебя усадил на диван. Может, и обморока бы не случилось. Вон парни вовремя спохватились и помогли твоим подружкам, и все обошлось.

— Прости, пожалуйста, любимый… — Анна прикладывает руку к щеке Даниэля и нежно ее гладит. — Я плохо соображала в тот момент. Думала, мне чудится, будто Хелен была здесь.

— Ну знаешь, милая, нам тоже до сих пор в это с трудом верится, — признается Наталия. — С трудом верится, что мы всю неделю оплакивали подругу, а тут она появляется перед нами живая и здоровая.

— На пару мгновений я подумала, что у меня начались галлюцинации из-за стресса. Тем более, я всю неделю плохо спала и не особо хотела есть.

— Как будто его у нас не было! — восклицает Терренс. — Думаешь, нам с парнями легко жилось с чувством вины из-за смерти подруги? Мы были уверены, что это случилось из-за нас. И это нас все больше угнетало.

— Я знаю…

Сэмми негромко подает голос, усевшись на пол прямо напротив Анны, на которую он неотрывно смотрит с неподдельной жалостью во взгляде.