— Боже мой… — взволнованно произносит Терренс. — Хелен… Подружка…

Терренс быстрым шагом походит к Хелен и тут же оказывается в дружеских объятиях девушки, что заставляют его хоть немного поверить в происходящее и медленно выдохнуть с чувством облегчения. Хотя все мышцы по-прежнему сильно напряжены, дышать немного тяжело, а мысль, что глаза действительно видят то, что видят, пока не отпускает.

— Как же так вышло? — недоумевает Терренс, отстраняется от Хелен и берет ее за руки. — Как? Я ничего не понимаю! Мы же все видели…

— Я все понимаю, приятель, но прошу, не надо так нервничать, — мягко отвечает Хелен. — Вы все не сошли с ума. Я действительно стою перед вами.

— Погоди, ты вроде бы в той же одежде, в которой была и в день своей… Гибели?!

— Эй, а я только сейчас заметил, что края топика обгоревшие! — восклицает Даниэль, присмотревшись к тому, что надето на Хелен. — Да и шорты тоже…

— Я знаю… — мягко произносит Хелен.

— О, черт, а какой на ноге сильный ожог! — Даниэль указывает пальцем на большое красное пятно на лодыжке Хелен. — Кожа как будто вся слезла!

— И правда… — ужасается Терренс. — Прожгло нехило так, надо признаться.

— Оно еще побаливает, если до него дотрагиваться, — признается Хелен. — Но врачи сказали, что заживать будет где-то месяц или чуть больше.

— Это тебя пытали что ли?

— Нет, это ожог от пожара. Появился в тот момент, когда я уже отключилась, а огонь подобрался близко ко мне. Вот он и прожег мне ногу.

— Кошмар какой… — с широко распахнутыми глазами ужасается Даниэль.

— Господи, Хелен, какая радость! — радостно восклицает Терренс, погладив плечи Хелен. — Какая радость, что ты жива! Ты себе не представляешь, как сильно мы горевали по тебе. Как сходили с ума от мысли, что нам придется идти на твои похороны.

— Не придется, приятель, — по-доброму усмехается Хелен. — Раз уж я получила второй шанс прожить столько, сколько мне отведено. И уж точно не собираюсь умирать в ближайшее время. У меня еще много дел.

— Да мы тут целую неделю ходим в трауре! — признается Даниэль. — Девчонки плачут, не могут остановиться, а мы с парнями виним себя в том, что не смогли тебя спасти.

— Нет, парни, пожалуйста, не надо. — Хелен мягко гладит Даниэля и Терренса по плечу. — Вы ни в чем не виноваты.

— Слушай, Хелен, нам правда очень жаль, что мы не смогли тебе помочь в тот раз, — с грустью во взгляде говорит Терренс. — Мы сильно из-за этого страдали и винил в твоей смерти себя.

— И не могли отделаться от этого чувства, даже если все убеждали нас в обратном, — добавляет Даниэль.

— Вы сделали все, что смогли, — скромно улыбается Хелен. — А помочь мне у вас не получилось бы даже при огромном желании. Мы были слишком далеко друг от друга.

— Правда, Хелен, прости нас, пожалуйста, — с грустью во взгляде извиняется Эдвард, погладив Хелен по плечу. — Прости, что мы не оправдали твои ожидания и не спасли тебя.

— Мы подвели тебя, — добавляет Терренс. — Подвели не только тебя, но и девчонок. Они этого не говорят, но мы знаем, что твои подружки разочарованы в нас.

— Боже, ребята, что вы такое говорите! — широко распахивает глаза Хелен. — Я ни в чем вас не виню. И девчонки не винят. Уверена, они все прекрасно понимают.

— Да, но мы все равно чувствуем себя виноватыми, — отвечает Даниэль. — И тебе позволили пострадать, и обещание нарушили. Были такими голословными, дерзкими и уверенными в себе, а в итоге… Просто облажались.

— Вы же живы, я жива. А преступники в тюрьме. Значит, вы совсем не облажались.

— Можно сказать, этой неудачей была задета наша честь, — отвечает Терренс. — До этого у нас получалось все задуманное, а тут такой неприятный сюрприз!

— Все, парни, расслабьтесь и перестаньте страдать! — бодро просит Хелен. — Раз я стою перед вами живая, значит, нет смысла винить в себя и говорить, что вы потерпели неудачу.

— Ты ведь не злишься на нас за то, что мы не пришли к тебе на помощь? Ведь… Ты так надеялась…

— Вы же пришли. И я безмерно вам за это благодарна. Благодарна за то, что вы меня не бросили и пришли за мной.

— Обидно, что мы не нашли тебя гораздо раньше, — склоняет голову Эдвард. — Всего бы этого тогда не было.

— Как говорится, лучше поздно, чем никогда. — Хелен мило улыбается. — Но в любом случае я еще раз убедилась в том, что у меня лучшие друзья на свете.

— О, Хелен… — подносит сложенные вместе руки ко рту Даниэль. — Как же мы счастливы видеть тебя живой и здоровой…

— А я безумно счастлива видеть вас всех, ребята. Вы не представляйте, как сильно я по вам скучала. Как мне вас не хватало все это время.

Растрогавшиеся Терренс, Даниэль и Эдвард с широкими улыбками вовлекают Хелен в групповые объятия, на которые она с огромным удовольствием отвечает, пока те прижимают ее поближе к себе и гладят по голове, плечам или спине. В этот момент девушка позволяет себе полностью расслабиться и насладиться вниманием своих друзей, не скрывающие своей радости от того, что видят ее живой. Но несмотря на то, что парней переполняют эмоции, они все-таки стараются хоть немного держать себя в руках. По крайней мере для того, чтобы быть в состоянии помочь своим возлюбленным, для которых появление Маршалл может оказаться огромным потрясением.

— О, а где девочки? — отстранившись от парней спустя несколько секунд, интересуется Хелен. — Они разве не с вами?

— Кстати, да, где Ракель и Наталия? — слегка хмурится Даниэль. — Куда они делись?

— Девчонки пошли в ванную комнату, — отвечает Терренс. — Не понял, зачем, но они сказали, что сейчас вернутся.

— А Анна? — уточняет Хелен. — Она наверху что ли?

— Нет, Анна сейчас гуляет с Сэмми, — отвечает Даниэль. — Скоро тоже должна подойти.

— С Сэмми? Вы за ним присматривайте что ли?

— Миссис Маршалл разрешила нам забрать его к себе домой и позаботиться о нем, пока она не в состоянии.

— Эдвард сказал, что он уже оклемался после ранения, но очень страдает из-за меня.

— Это правда, — кивает Терренс. — Сэмми только сейчас начинает потихоньку отходить. Сначала съел чуточку вкусняшек, а сегодня ночью вон и вовсе подошел к миске с кормом.

— Мне ужасно не терпится увидеть своего мальчика, — с грустью во взгляде признается Хелен. — Я так по нему скучаю. Не переставала о нем думать, как и обо всех вас.

— Не переживай, милая, скоро ты его увидишь, — уверяет Даниэль, погладив Хелен по плечу. — Анна уже знает, что Эдвард попросил нас всех собраться, и идет домой.

— Ну а пока она еще в пути, ты покажешься девчонкам и дашь им понять, что они могут успокоиться, — добавляет Эдвард. — И перестать лить по тебе слезы.

— Кстати, Перкинс, сгоняй-ка пока на кухню или в ванную – где там у тебя аптечка лежит – и притащи сюда нашатырь, — спокойно просит Терренс.

— Нашатырь? — слегка хмурится Даниэль. — А зачем?

— Да-да, идея хорошая! — щелкает пальцами Эдвард. — Для девчонок появление Хелен может оказаться огромным потрясением.

— Давай-давай, крутыш, иди! — восклицает Терренс, подталкивая Даниэля в спину.

— Ты реально думаешь, что это будет нужно? — разводит руками Даниэль.

— Уверяю тебя, эта штуковина сто пудов нам сейчас пригодится. По крайней мере одну из девчонок точно придется приводить в чувства после того, как она свалится в обморок.

— Окей-окей, наверное, ты прав… Сейчас принесу. А то девчонки сейчас и правда обалдеют от вида своей подружки, чудесным образом восставшей из мертвых.

А пока Даниэль направляется в сторону кухни, где и находится шкафчик со всеми необходимыми лекарствами и медицинскими принадлежностями, в гостиную появляются Наталия с Ракель, которые сначала о чем-то перешептываются между собой, а потом, не глядя на парней, дают знать о своем появлении.

— Ну что, парни, Эдвард там еще не пожаловал? — спрашивает Ракель.

— А Анна и Сэмми так и не вернулась с прогулки? — задает вопрос Наталия.

— Простите, что отлучились. Просто нам надо было…

Ракель и Наталия резко останавливаются как вкопанные и, резко побледнев, широко распахивают глаза, когда видят перед собой Эдварда и Терренса, стоящие по обе руки от Хелен. Чье появление и заставляет их почувствовать, как сердце начинает биться чаще, а дышать становится тяжелее.

— О, господи… — плотно закрывает рот рукой Ракель.

— Боже мой… — в неверии качает головой Наталия.

— Ракель, Наталия… — едва сдерживая слезы, с широкой улыбкой произносит Хелен. — Девчонки мои…

— Хелен? — дрожащим голосом произносят Наталия и Ракель и несколько раз рассматривают Хелен с головы до ног.

— Это… — нервно сглатывает Ракель и чувствует, как у нее перехватывает дыхание. — Это невозможно!

— Парни, пожалуйста, скажите, что мы не сошли с ума, — просит Наталия. — Скажите, что вы тоже видите Маршалл.

— Видим и даже можем ее обнять, — с загадочной улыбкой отвечает Терренс, приобняв Хелен за плечи.

— Это я, девчонки! — восклицает Хелен. — Живая и здоровая. Вам это не кажется…

— Но… — резко мотает головой Ракель. — Ты же… Ты же погибла… Мы считали тебя мертвой.

— Но я не погибла. Я здесь.

— Этого не может быть, — с учащенным дыханием произносит Наталия. — Такого просто не бывает!

— Я все понимаю, милые мои.

Хелен делает несколько шагов к бледным, застывшим на одном месте как колонны Наталии и Ракель.

— Мне и самой не верится, что я с вами. Со своими лучшими друзьями, которых мне так не хватало.

— Нет… — прикладывает руку к сердцу Ракель, буквально ощущая, как его эхо бьет по вискам. — Нет, я в это не верю. Не верю.

И Наталия, и Ракель чувствуют, как что-то давящее в груди не дает им нормально дышать, перед глазами все медленно расплывается, а те слова, что Хелен говорит дальше, доходят до них сквозь глухую стену. Они снова и снова рассматривают свою подругу с головы до ног и не верят, что не сошли с ума, даже если Эдвард и Терренс стоят рядом с ней, скромно улыбаются и приобнимают девушку за плечи, хотя и сами не конца верят в то, что можно назвать настоящим чудом.

— Так-так, девочки, спокойно, — как можно спокойнее произносит Даниэль после того, как только-только возвращается в гостиную с небольшим пузырьком и упаковкой ваты. — Спокойно. Дышим глубоко, смотрим на нас, в обмороки не падаем. Все хорошо, если что, мы рядом.

— Простите, мне что-то нехорошо… — прикладывает руку ко лбу с чувством головокружения и учащенного сердцебиения Наталия. — Голова кружится и дышать тяжело…

Эдварду хватает меньше пару секунд, чтобы подойти к Наталии и подхватить ее как раз в тот момент, когда у нее от слабости подкашиваются ноги.

— Тихо-тихо-тихо, милая, спокойно, — мягко и тихо произносит Эдвард. — Дыши глубже. Все хорошо.

— Эй-эй-эй-эй, все хорошо, — тараторит Терренс, тотчас оказавшись рядом с Ракель и подхватив ее за талию, когда та начинает задыхаться от нехватки воздуха и слегка пошатывается на месте с ощущением потемнения в глазах. — Я рядом, все хорошо.

— Усадите их диван, а я принесу воды, — просит Даниэль и быстрым шагом направляется на кухню.

Терренс и Эдвард оба осторожно подводят Ракель и Наталию к дивану и усаживают их, пока те все еще борются с приступом жуткой слабости, головокружения, легкой тошноты и нехватки воздуха в легких.

— Все хорошо, девочки, все хорошо, — мягко произносит Хелен, наклонившись к Ракель и Наталии и погладив их по руке. — Не бойтесь. Расслабьтесь, дышите глубоко. Все хорошо.

— Я рядом, моя маленькая, не переживай, — успокаивает Эдвард, одной рукой держа Наталию за руку, а другой – поглаживая ее по голове.

— Не бойся, радость моя, ничего страшного не произошло, — уверяет Терренс, приобняв Ракель за плечи и поцеловав ее в висок. — Успокойся, пожалуйста.

А спустя несколько секунд Даниэль возвращается в гостиную с двумя стаканами, полными небольшим количеством воды, которые он протягивает Ракель и Наталии, надеясь, что это поможет им немного прийти в себя.

— Все нормально, просто минутная слабость… — с немного натянутой улыбкой отвечает Ракель, ставит стакан на кофейный столик и проводит руками от лба до задней части шеи. — Не переживайте.

— Я тоже в порядке, — успокаивает Наталия и резко выдыхает с прикрытыми глазами. — Мне уже лучше.

— Девчонки, вы так больше нас не пугайте! — восклицает Хелен. — Чуть в обморок чуть не свалились!

— Неужели мы и правда не сходим с ума? — не верит своим глазами Ракель. — Неужели… Это и правда ты?

— Слушайте, красавицы, мы и сами с парнями сейчас в полном шоке, — признается Терренс, придерживая Ракель за плечи. — Это то, что мы пока не можем объяснить.

— Но то, что можно назвать настоящим чудом! — восклицает Даниэль.

— Но как это возможно? — недоумевает Наталия, переведя взгляд на Хелен. — Мы же думали, что ты погибла! Парни сказали, что сами это видели.

— Не волнуйтесь, девчонки, сейчас Хелен все вам объяснит, — уверяет Эдвард, приобнимая Наталию за плечи. — Но можете быть уверены, это действительно она.

— Да, милые мои, это правда я, — скромно улыбается Хелен. — Живая. Может, еще не совсем здоровая психологически и морально, но я здесь, с вами.

Не отрывая потрясенного взгляда от Хелен, сначала Наталия встает с дивана и медленно подходит к ней, а затем то же самое делает и Ракель. Обе девушки в этот момент едва сдерживают слезы и зажимают рты обеими руками, пока Эдвард и Терренс предпочитают быть рядом на случай, если им снова станет плохо.

— Господи, подружка… — дрожащим, низким голосом произносит Наталия и качает головой. — Я глазам своим не верю…

— Это какое-то чудо! — тихо шмыгает носом Ракель. — Невозможное чудо!

— Вы себе не представляйте, как сильно я по вам скучала, — сама не сдерживает слез Хелен и широко улыбается. — Как мечтала увидеть вас всех.

Переглянувшись между собой, Наталия и Ракель позволяют эмоциям взять над ними верх и одновременно заключают Хелен в крепкие объятия, пока та и сама начинает плакать от радости и с удовольствием прижимает к себе своих близких подруг.

— Девчонки! — радостно восклицает Хелен.

— Ты жива! — негромко всхлипывает Наталия. — Ты и правда жива!

— Мы так за тебя переживали, — добавляет Ракель и шмыгает носом после того, как отстраняется от Хелен. — Места себе не находили, пока не знали, где ты была.

— Рвали на себе волосы от того, что ничего не могли сделать. — Наталия делает то же самое. — Хотя просто умирали от желания помочь.

— А как нам сказали, что ты погибла, так мы всю неделю не могли перестать плакать.

— Ага, у меня так сильно опухли глаза, что я даже накраситься не могу. Да и смысл, если все равно все потечет?

— Мой менеджер пришла в шок, когда увидела, в каком я была состоянии во время одной из наших деловых встреч.

— Не было ни дня, чтобы я о вас не думала, — отвечает Хелен. — Наверное, только мысли о близких и помогли мне сохранить хоть какой-то рассудок.

— Господи, Хелен, подружка ты наша… — Ракель прижимает Хелен к себе и мягко гладит ее по голове. — Милая…

— Сколько же ты настрадалась с этим гадами! — ужасается Наталия, гладит Хелен по щеке и немного поправляет ее забранные в высокий хвост черные волосы. — Что они с тобой сделали? Ты вся в синяках и ожогах!

— Поверьте, неделю назад все было гораздо хуже, — скромно отвечает Хелен.

— А-а-а-а! — радостно визжит Наталия. — Боже мой! Ты снова с нами!

— С вами, девочки, с вами. И всегда буду.

— Невероятно! — с широкой улыбкой восклицает Ракель. — Просто невероятно!

Девушки снова вовлекают друг друга в групповые объятия, не сдерживая слезы радости, позволяя себе издавать громкие возгласы и даже пару раз подпрыгнув на месте. А пока они бурно о чем-то переговариваются и пытаются верить во все происходящее, Даниэль, Эдвард и Терренс стоят неподалеку и наблюдают за ними с широкими улыбками на лице, позволив себе отпустить чувство вины, что долгое время убивало их изнутри, и искренне радуясь хорошему настроению женской половины.

— Как приятно видеть их улыбки впервые за все это время, — с легкой улыбкой говорит Даниэль.

— Больше нам не придется испытывать вину за смерть Хелен, — отмечает Эдвард. — Потому что она жива.

— Это реально какое-то чудо! — восклицает Терренс. — Вот уж не думал, что ей все-таки удастся выжить.

— Ох, аж легче стало на душе… — прикладывает руку к сердцу Даниэль. — А то это чувство вины угнетало…

— Да уж, давненько я так не радовался. И давно так не ахеревал.

— Согласитесь, классный я вам сюрприз преподнес! — бодро говорит Эдвард, похлопав стоящих по обе руки Даниэля и Терренсу по плечу. — Ради такого стоило собраться и послать все свои планы на хер.

Эдвард, Даниэль и Терренс скромно хихикают в тот момент, когда Ракель, Наталия и Хелен едва удерживаются на ногах после того, как кто-то спотыкается об край ковра, теряет равновесие и тянет всех за собой. А когда они возвращаются в устойчивое положение, то решают просто дружно посмеяться над этой ситуацией.

— Так, Эдвард МакКлайф, пока наши красавицы там развлекаются, ты сейчас же объяснишь нам, что все это значит, — уверенно говорит Терренс, закинув руку вокруг шеи Эдварда.

— Да, МакКлайф, ну-ка давай рассказывай все как есть! — восклицает Даниэль, сжав руку в кулак и ударив ею Эдварда в предплечье. — Ты где это умудрился найти Хелен? Как узнал, что она жива?

— И сколько ты, гаденыш, об этом знал и молчал?

— Давай-давай! Мы ждем от тебя объяснений!

— Слушайте, парни, да я сам до сих пор в ахрене! — разводит руками Эдвард. — Хотел поехать в строительный магазин и купить кое-что для ремонта. Ну и еще в парочку мест по дороге зайти. Подошел к перекрестку, жду, когда переключится светофор, и вижу, что в толпе на другой стороне стоит девчонка. Присмотрелся и нехило так прифигел от мысли, что это Хелен.

— Она что, гуляла там просто так? — удивленно спрашивает Терренс.

— Ну да, она сказала, что просто гуляла по городу и наслаждалась свободой. — Эдвард быстро прочищает горло. — Ну я, конечно, сначала не поверил, когда увидел ее, и подумал, что у меня от стресса начались глюки. Но решил последовать за Маршалл. Перешел на ту сторону, куда собиралась она, догнал ее, окликнул и встал как вкопанный, пока эта девчонка сама ко мне подходила.

— И что она делала в городе? — недоумевает Даниэль. — Где была все это время?

— Не поверите, ребята, но ее спас Элайджа Хартли.

— Элайджа Хартли? — широко распахивает глаза Терренс. — Тот самый, которого полиция все не может найти?

— Оказалось, Хелен пряталась в квартире его брата вместе с самим Элайджей. Правда до этого неделю провела в больнице, куда он отвез ее после того, как вынес из горящего дома незадолго до взрыва.

— Да ладно? — удивляется Даниэль. — А как же его не поймали остальные упыри? Как он не сдох там вместе с ней?

— Походу, у этого мужика были какие-то свои планы. Но если бы не он, то Хелен бы там и погибла.

— Ха, не зря ведь мы сразу сказали, что этот перец что-то знает! Была причина, по которой он резко пропал еще в тот день.

— Да, теперь все складывается, — соглашается Терренс. — Полиция не могла найти Хелен среди обломков, потому что ее там в помине и не было. Она не погибла и осталась жива.

— Эй, но какого хера он не побоялся гнева Маркуса? Неужели не понимал, на что способен этот мудак?

— По словам Хелен, ему просто надоело подтирать его сморщенную задницу и ахеревать от выкрутасов этого деда, — отвечает Эдвард. — Мол, решил встать на путь истинный и стать хорошим парнем. Эдаким спасителем. Надеясь, что так он сможет избежать наказания.

— Тогда надо узнать у Хелен адрес, где прячется эта крыса и натравить на него полицию, — решительно отвечает Терренс. — Пусть его и упакуют.

— Элайджа обещал сдаться сам, но я не уверен, что так и будет. Хотя идея с поимкой мне очень даже нравится.

— Ну, Эдвард, ну ты вообще молодчик! — с широкой улыбкой бодро восклицает Даниэль и хлопает Эдварда по плечу.

— Ага, красавчик! — поддакивает Терренс, немного разлохматив Эдварду волосы. — Вон какую классную новость нам принес!

— А вы, придурки, подумали, что я опять втянул вас в какое-нибудь дерьмо, из которого нам не будет спасения? — с хитрой улыбкой скрещивает руки на груди Эдвард.

— Что? Нет! Мы этого вообще-то не говорили!

— Не говорили. Но думали. И обсуждали. Уж я-то это точно знаю.

— Ты не можешь это знать!

— Алло, братан, я тебя очень хорошо знаю! — Эдвард щиплет Терренса за щеку. — Наизусть выучил все твои мысли и с легкостью могу угадать, что ты скажешь или сделаешь в определенный момент.

— Слышь, спиногрыз, а ну-ка отвали от меня! — не сговариваясь, в один голос восклицают Терренс и Эдвард.

— И да, мою голову не вздумай даже трогать, — с хитрой улыбкой говорит Эдвард. — А иначе я поотрываю тебе руки.

— Ха, да больно мне надо тебе налысо брить! — нервно усмехается Терренс, скрестив руки на груди. — Иди ты на хер!

— Да, ребята, иногда вы меня реально удивляйте, — расставляет руки в бока Даниэль. — И даже пугайте.

— Тебя это тоже касается, Перкинс, — отвечает Эдвард. — Я нисколько не сомневаюсь, что ты тоже об этом думал.

— Если бы рядом была какая-нибудь лужа грязи, я бы с толстым удовольствием макнул тебя в нее, — заявляет Терренс.

— Между прочим, говорят, что грязевые ванны очень полезные. Искупаюсь в грязи – буду еще более молодым, красивым и здоровым.

— Тогда это то, что мне нужно!

— С удовольствием помогу тебе обмазать твою прекрасную, но наглую физиономию.

— Обмен любезностями прошел успешно, — по-доброму усмехается Даниэль.

— Ты же знаешь, что я ради братика на все пойду, — уверенно отвечает Эдвард, закинув руки вокруг шеи Терренса и Даниэля. — Ради друзей, которые многое для меня значат.

— Не расслабляйся, шелудивый, я разберусь с тобой немного позже, когда рядом не будет девчонок, — мило улыбается Терренс.

— С нетерпением буду ждать.

— Рот закрой, пока по шее не получил.

Эдвард в смешной манере передразнивает Терренса, который в ответ на это хочет дать брату подзатыльник. Но который сдерживает себя, когда их и Даниэля окликают Хелен, Ракель и Наталия.

— Эй, Даниэль, ну скоро уже Анна вернется домой с Сэмми? — спрашивает Хелен. — Мне не терпится поскорее их увидеть!

— Не волнуйся, дорогая, скоро ты и песика увидишь, и подружку обнимешь, — с легкой улыбкой уверяет Даниэль.

— Неужели Сеймур удалось уговорить Сэмми еще и поиграть? — задается вопросом Наталия. — А иначе бы она быстро вернулась!

— Моя девочка вполне может. Она первая, кто смог уговорить Сэмми съесть парочку своих любимых лакомств.

— После того как он увидит свою хозяйку, то мигом начнет клянчить еду и съест всю миску подчистую, — шутливо предполагает Эдвард.

— Это точно! — соглашается Ракель. — Так что, Даниэль, советую насыпать побольше корма и налить очень много воды.

— Наестся на неделю вперед! — восклицает Терренс.

— Кстати, Ракель, а правда, что ты полностью оплатила лечение Сэмми после того, как его ранили? — скромно спрашивает Хелен.

— Правда, — кивает Ракель. — Я полностью заплатила за операцию, реабилитацию и лекарства.

— Наверное, там вышла огромная сумма.

— Для меня это не проблема.

— Ты не волнуйся, я отдам тебе все постепенно. Покажи мне все чеки, и я буду по ним платить.

— Нет, Хелен, даже не думай об этом! — Ракель берет Хелен за руки. — Не надо ничего мне отдавать. Я сделала это ради дружбы. Дружеская помощь не может быть расценена как долг, который нужно немедленно отдать. Тот, кто ждет расплаты, действует не от всего сердца, а из корысти. И для него дружба с тобой не имеет никакого значения.

— Я понимаю, но мне все равно как-то неудобно.

— Все хорошо, подружка, даже не думай об этом. Ни ты, ни твоя бабушка можете ничего мне не возвращать.

— Мы можем обо всем договориться…

— Нет, Хелен, я же сказала, что не возьму у тебя деньги! — решительно повторяет Ракель. — Взять на себя ответственность за лечение Сэмми было самым малым, что я могла для тебя сделать, пока ты была в беде.

— И Ракель прекрасно с этим справилась, — с легкой улыбкой добавляет Терренс. — Она каждый день возила Сэмми в клинику на осмотр и перевязки и соблюдала все указания врачей. Приезжала домой к миссис Маршалл и заботилась о твоем песике.

— Мы все, конечно, уделяли ему внимание, но все лечение было полностью на Ракель, — добавляет Даниэль.

— Боже, Ракель… — с легкой улыбкой прикрывает рот рукой Хелен. — Я… Я не знаю, что сказать. Не могу выразить то, насколько я тебе благодарна.

— Самое главное, что с твоей собачкой все хорошо, — скромно улыбается Ракель. — Я не могла его бросить, когда прибежала на то место и увидела, что тебя нет, а Сэмми лежит весь в крови.

— А моя сумка случайно не у тебя?

— У меня, да. Все на месте: и телефон, и кошелек, и прочие вещи. Никто ничего не украл.

— Слава богу… — облегченно выдыхает Хелен. — А то я переживала!

— Можешь заехать к нам с Терренсом домой, и я все тебе отдам.

— Спасибо огромное, Ракель. Спасибо…

Хелен заключает Ракель в крепкие объятия.

— Ты лучшая подруга на свете!

— Ах, до сих пор не верится, что ты снова с нами, — с широкой улыбкой выдыхает Ракель, отстраняется от Хелен и берет ее за руки. — Это какое-то чудо!

— Я так рада! — восклицает Наталия и крепко обнимает Хелен обеими руками, прижимаясь к ней как можно ближе. — Мы снова можем тусоваться вчетвером!

— С сегодняшнего дня и начнем наверстывать упущенное, — уверенно заявляет Хелен.

Скромно хихикающие Ракель и Наталия продолжают держать Хелен в своих крепких объятиях, не переставая выражать свою огромную радость. А после того, как Даниэль, Эдвард и Терренс переглядываются между собой, все они слышат звук открывающейся входной двери и цоканье когтей по паркетному полу.

— О, походу, Анна вернулась, — предполагает Эдвард.

— Так, я пойду подготовлю ее, — решительно отвечает Даниэль. — И буду рядом, если она надумает упасть в обморок.

— Если что, у нас есть нашатырь, — отмечает Терренс, бросив взгляд на небольшой пузырек, стоящий на кофейном столике. — Справимся.

— Сидите здесь, а я сейчас вернусь.

Похлопав Терренса и Эдварда по плечу, Даниэль направляется в сторону входной двери и видит, что Анна действительно только что вернулась домой и сейчас отстегивает поводок от ошейника Сэмми.