— Я все понимаю, подруга, — слегка улыбается Эдвард, похлопав Хелен по руке. — Никто ничего не скажет.

— Это может довести ее до сердечного приступа. А у нее и так сердце не совсем крепкое. Пожилой человек, которому неизвестно сколько еще осталось жить. Я не хочу стать виновницей ее смерти, рассказав ей о том, как пятеро мужиков меня раздели, раздвинули мне ноги и грязно отымели.

— Это твое право, дорогая. И мы с ребятами будем его уважать. Да и мы сами понимаем, что такие вещи пожилой человек не должен знать.

— Поклянись мне, что ничего не скажешь.

— Клянусь, Хелен, я буду могилой.

— Я на тебя надеюсь. Очень.

— Кстати, скажу тебе по секрету, что миссис Ласкано до сих пор не знает, что Юджин Уэйнрайт не раз домогался до Наталии и пытался ее изнасиловать.

— Правда? — округляет глаза Хелен.

— Она даже не знает, из-за чего мы однажды едва не расстались. Мы с Наталией и ее родителями давно договорились, что сохраним это в тайне. Для ее бабушки причина для расставания была банальной – просто маленький каприз. Думает, что мы просто были слишком юными и глупыми.

— Вот и я не хочу, чтобы бабуле стало что-то известно про меня. Ей лучше такое не знать.

— Даже мистер Кэмерон так и не узнал, что ссоры Терренса и Ракель были куда более бурными, чем они говорят. Не знает, что мой братец и таскал твою подругу за волосы, и душил ее, и руку разок поднял, и вообще вел себя не как настоящий мужик.

— Иногда желание промолчать о чем-то шокирующем может сослужить тебе куда лучшую службу, чем решение быть предельно честными с теми, кому не стоит знать всех подробностей.

— Врать – это плохо, но порой мы делаем это во благо.

— Об этом я и говорю. В этом случае я должна соврать. Так будет намного лучше.

— Не волнуйся, милая, эта тайна умрет вместе со всеми нами, — обещает Эдвард. — Твои друзья не выдадут тебя даже под пушкой.

— Ни ты, ни парни, ни девчонки?

— Никто. Уж про девчонок ты и так прекрасно знаешь. Они ведь уже очень давно хранят тайну о твоем прошлом и говорят, что тебе лучше самой обо всем рассказать.

— Я хотела признаться во всем тебе и парням до того, как мне на голову упала доска. До того, как мне, как я думала, пришел конец.

— Думаю, будет не поздно сделать это в ближайшее время.

— И я это сделаю, — уверенно отвечает Хелен. — Вот увидишь, Эдвард, я все расскажу. Считаю, что ты, Даниэль и Терренс должны знать правду. Да и от Питера я не могу это скрывать.

— Кстати, а Маркус реально знал твою тайну, или он просто блефовал?

— Нет, он обо всем был в курсе. Ему рассказали кое-какие люди, которых я когда-то знала. Люди, которые в свое время сильно из-за меня настрадались. Однажды Маркус пересказал мне все их истории и неоднократно грозился рассказать обо всем Питеру.

— Но я так понимаю, он ничего ему не сказал?

— Нет, скорее всего. Хотя он уже умудрился настроить Роуза против меня, только лишь поселив в нем сомнения в моей верности.

— Ты хотя бы скажи честно, стоит ли Питу опасаться предательства с твоей стороны?

— Нет-нет, не стоит! Мои тайны не имеют к нему никакого отношения. Все это больше касается девочек. И еще кое-каких людей, которые вы не знайте. Пит зря боится, что я его предам. Я всем сердцем люблю этого человека и ни на кого его не променяю. И… Молюсь о том, чтобы он от меня не отвернулся.

— Если ты все расскажешь, то тебе это будет только в плюс.

— В любом случае я готова к осуждению. Готова краснеть перед вами. Так же, как мои дедуля с бабулей краснели перед теми, кому я нехило так нагадила.

— Можешь нам полностью довериться, — с легкой улыбкой спокойно говорит Эдвард. — Мы доверились тебе, когда ты пообещала сделать Питера счастливым, а теперь пришло твое время довериться нам.

— Я вам доверяю, ребята, — мягко произносит Хелен. — Вы самые лучшие люди, которых я когда-либо знала в своей жизни. Лучших друзей у меня просто быть не может.

— Приятно это слышать.

— Я буквально прыгала от радости, когда ты меня окликнул. И буквально умираю от желания крепко обнять и остальных. — Хелен тяжело вздыхает. — Правда я понятия не имею, как это сделать. Как сделать всем сюрприз, но не довести никого до сердечного приступа. По крайней бабулю и девчонок.

— Думаю, я могу тебе помочь все организовать, — с гордо поднятой головой заявляет Эдвард.

— У тебя есть какие-то идеи?

— Для начала можно сообщить эту новость ребятам, а уже потом как-то мягко рассказать обо всем миссис Маршалл.

— Я точно знаю, что не могу вот так просто заявиться на пороге дома каждого из них и развести руки в стороны со словами: «Эй, а вот и я!».

— А тебе и не надо будет приезжать домой к каждому. Можно просто собрать всю нашу ораву вместе и преподнести им вот такой классный сюрприз.

— Мысль хорошая.

— Предлагаю приступить к делу прямо сейчас.

— Сейчас? Но, наверное, они сейчас заняты!

— Не думаю! Да, мы с ребятами хоть и расстались всего пару часов назад, они мигом соберутся, если я попрошу.

— Ладно, давай попробуем.

— Сейчас отправлю голосовуху ребятам. Которые даже не представляют, какой сюрприз я им готов преподнести.

С этими словами Эдвард достает из кармана свой смартфон, вводит пароль для разблокировки, заходит в приложение для обмена сообщениями и находит общий чат со всеми друзьями. После чего он подносит телефон ко рту с зажатой кнопкой записи голоса и начинает спокойно говорить:

— Народ, привет еще раз! Простите, что отвлекаю, но нам надо срочно встретиться. Мне нужно рассказать вам кое-что. Это очень важно. Настолько важно, что встречу никак нельзя отложить на завтра или какой-то другой день. Жду ваших предложений по поводу места встречи и приеду сразу же после того, как мы обо всем договоримся. Всем спасибо за внимание!

Закончив запись, Эдвард нажимает кнопку, чтобы отправить сообщение всем участникам чата. После чего он блокирует экран и кладет телефон на столик, чтобы не пропустить ответные сообщения.

— Готов поставить любые деньги на то, что Терренс будет очень сильно возмущаться, — с хитрой улыбкой заявляет Эдвард. — Подумает такой: «Ну вот опять этот мелкий спиногрыз куда-нибудь вляпался!» Будет стонать из-за того, что братец опять подкинул ему проблемок. Вредит его нежной психике гад ползучий!

— А Даниэль и Питер с радостью с ним согласятся, — хихикает Хелен.

— Ничего, когда я приеду к ним и приведу тебя, то они мгновенно возьмут свои слова обратно.

— Интересно, сколько нам придется ждать до того, как кто-нибудь прослушает голосовое и ответит?

— Да сколько надо, столько и подождем! Вон спокойно поедим тортик и попьем кофе. Которые, кстати, оказались очень даже вкусными.

— Согласна, кофе здесь и правда шикарное, — с легкой улыбкой соглашается Хелен. — Да и тортик хороший. Странно, что я раньше никогда не слышала об этом кафе.

— Наверное, только недавно открылось. Судя по тому, что здесь совсем мало народу. О нем определенно мало кто знает.

— Почему бы тебе не воспользоваться своим статусом знаменитости и сделать этому кафе маленький пиар? Сделай пост в своих социальных сетях и расскажи, как тебе здесь понравится. Подписчиков у тебя много – многие захотят сюда прийти.

— А почему бы и нет? Отличная идея, подруга! Хорошему заведению нужна хорошая реклама!

— Ради такой вкуснятины мне даже не жалко отдать последние деньги в качестве чаевых.

— Кстати, а у тебя разве были с собой деньги даже после того, как эти уроды выкинули твою сумочку?

— Э-э-э, вообще-то, мне их дал Элайджа, — скромно признается Хелен.

— Элайджа?

— Чтобы я смогла взять такси и доехать на такси до дома. А то у меня не было денег даже на автобус.

— Ну прямо новоявленный благодетель какой-то!

— В любом случае я верну ему всю сумму сразу же после того, как доберусь до карточки и наличных. Тем более, я как раз узнала номер его карты, на которую и переведу всю сумму.

— Он сам назвал его?

— Нет, я увидела карту лежащей в коридоре на тумбочке, переписала его и положила бумажку в карман.

— А это точно его? Вдруг братец еще и карту ему оформил? Или дал свою на время?

— Нет, это его карта. На ней написано имя Элайджи, а срок действия заканчивается через два года.

— Понятно…

— Тогда… Ждем, что скажут ребята!

— Да, ждем.

— Говоришь, вы сегодня уже виделись?

— Да, ходили в гости к твоей бабушке. К ней еще зашел мистер Джонсон, который сказал, что завалы после взрыва дома разобраны, но тебя так и не нашли.

— А когда вас нет, она одна что ли сидит?

— Нет, к ней приходит ваша соседка. Она и присматривает за ней, и по дому помогает, и просто отвлекает разговорами и делами.

— Скорее бы уже ее обрадовать… — с грустной улыбкой вздыхает Хелен.

— Обрадуешь, подружка, не переживай, — уверяет Эдвард. — Сейчас ребята узнают про тебя, а завтра уже решим вопрос с твоей бабушкой.

— Спасибо огромное, Эдвард. Ты удивительный человек.

— Я всегда рядом, чтобы помочь родным и близким.

— В этом мы все уже давно убедились, — скромно хихикает Хелен. — Зная, как легко ты бросаешься в борьбу с опасными личностями.

— Долг зовет, люди на меня надеются. Я не могу никого подвести, когда во мне кто-то нуждается.

— Рядом с таким чудесным мужчиной Наталии уж точно нечего переживать и бояться. Как и вашим будущим детишкам.

— Порву любого ради своей любимой девочки, — с гордо поднятой головой заявляет Эдвард. — А уж если кто-то посмеет обидеть моего ребенка, то он ответит за это головой.

— Уж что, но нам с девочками очень повезло с мужчинами. — Хелен выпивает немного кофе из своей чашки. — Кажется, что таких идеальных просто в природе не существует, но это не так.

— В этом мире все возможно. Даже то, что человек может выжить тогда, когда все его хоронят. Когда никто не надеется, что он вернется.

— Так или иначе произошедшее со мной стало мной расплатой за ошибки прошлого. А поскольку я действительно раскаялась, то мне решили дать второй шанс прожить жизнь достойно и быть хорошим человеком.

— Не знаю, какой ты была раньше, но сейчас мы все считаем тебя замечательным человеком с большим сердцем и чистой душой.

— Так было не всегда.

— Мы все были неидеальными. И я совершил немало ошибок, и Терренс, и Даниэль… Даже девчонки не всегда поступали хорошо.

— Самое главное – мы усвоили те уроки, что были нам даны. По крайней мере я свой очень хорошо усвоила.

— Не только ты, дорогая, — дружелюбно отвечает Эдвард. — Не только ты.

Хелен со скромной улыбкой на секунду опускает взгляд вниз, пока Эдвард мягко гладит ее по плечу. Они еще некоторое время наслаждаются купленными кусочками торта и крепким кофе с молоком до того, как лежащий на столе смартфон издает громкий звук с вибрацией. Просмотрев уведомление на экране, мужчина видит, что его голосовое сообщение уже прослушали, а народ начинает задаваться вопросом, в чем дело и для чего он просит всех собраться. Однако МакКлайф-младший пока что оставляет всех в неведении и обещает все рассказать и показать после того, как они соберутся вместе, еще раз напомнив о том, насколько его новость важна для каждого из них.

***

После недолгих обсуждений все решают собраться дома у Даниэля и Анны, куда Терренс, Ракель и Наталия приехали меньше, чем через час. Они одновременно испытывают любопытство и тревогу и хотят поскорее узнать, для чего Эдвард попросил их собраться немедленно и категорически отказался ждать до завтра. А пока мужчина еще находится в пути, везя с собой Хелен, в чудесное выживание которой не может до конца поверить, остальные же гадают, что могло произойти, и выдвигают свои теории по этому поводу.

— Ну и зачем он попросил нас собраться? — недоумевает Ракель, расхаживая по гостиной со скрещенными на груди руками. — Что такого могло произойти?

— Вопрос, конечно, очень интересный, — задумчиво отвечает Даниэль, постукивая пальцами по столу со всяким хламом, расположенному под лестницей. — Но ответить на него я пока не могу.

— Если эта мелкая заноза в заднице опять куда-то влипла, клянусь, я его придушу, — угрожает Терренс. — Вот клянусь! Прямо на этом месте! Мало нам проблем с Роузом, так еще и братец хочет поклевать мозги.

— Да уж, наша малышня что-то совсем отбилась от рук. Не слушается старших. И лазает черт знает где, пока никто за ними не присматривает.

— Эй, Наталия, ты случайно не знаешь, что там задумал твой ненаглядный? Чем он изволит «обрадовать» нас в этот раз?

— Ах, если бы я знала… — устало вздыхает Наталия, откинувшись на спинку дивана. — Ума не приложу, что могло случиться с Эдвардом.

— Может, он что-то тебе говорил? — спрашивает Ракель. — А может, вообще что-то очень долго скрывал, но решил рассказать только сейчас?

— Клянусь, ребята, я правда не знаю, в чем дело! Да и он не выглядел так, будто у него есть проблемы.

— А куда он пошел после того, как мы попрощались? — интересуется Даниэль.

— Вроде бы хотел поехать в строительный магазин. Купить кое-что для ремонта дома. Краску, шпателя, обои, еще какие-то штуковины… Короче, много чего!

— А ты поехала домой? — спрашивает Терренс.

— Да, домой. Правда по дороге мне захотелось съесть мороженого, и я заскочила в небольшой магазинчик и купила его и бутылку воды.

— А мы с Терренсом только собрались возвращаться домой, как нам на телефоны приходят уведомления о голосовом сообщении от Эдварда, — признается Ракель. — Хорошо, что мы были недалеко отсюда – прогуливались по пляжу и сидели напротив океана.

— Кстати, а где Анна? — слегка хмурится Терренс. — Куда это она успела ускакать?

— Анна пошла на прогулку с Сэмми, — объясняет Даниэль. — Взяла с собой кое-какие его игрушки. Хочет попробовать поиграть с ним немного.

— Сэмми теперь и на прогулку стал выходить? — искренне удивляется Наталия.

— Да, мне кажется, ему потихоньку становится лучше, хотя он все равно еще грустит.

— Полагаю, смена обстановки пошла ему на пользу, — задумчиво предполагает Ракель.

— Поначалу Сэмми лежал тихонько в уголочке или просто смотрел в окно. А в последнее время стал приходить к нам с Анной в комнату и спать рядом.

— Надо же… — удивленно произносит Терренс.

— Недавно Анне удалось уговорить Сэмми съесть немного своего любимого лакомства, а сегодня утром мы обнаружили, что он съел чуть меньше половины корма, который оставили в миске на ночь на случай, если он захочет поесть. Да еще и выпил всю воду, которую также для него оставили.

— Как здорово! — с легкой улыбкой восклицает Ракель. — Я рада, что он начал потихоньку приходить в себя.

— Да, а то мальчик совсем отказывался от еды и не хотел ни общаться, ни играть, — добавляет Наталия.

— Я считаю, что прогресс уже большой, — уверенно говорит Даниэль, расставив руки в бока. — Это только начало, но тем не менее.

— А Анна давно ушла гулять с Сэмми? — уточняет Терренс.

— Где-то полчаса назад. Но думаю, она скоро вернется.

— Она знает про просьбу Эдварда собраться? — уточняет Наталия.

— Да, я с ней созванивался незадолго до вашего приезда. Она сказала, что уже в курсе встречи и вернется домой как можно скорее.

— Пока она может не торопиться, — задумчиво отвечает Ракель. — Ведь виновник сего собрания что-то не спешит появляться и давать какие-то объяснения.

— Да уж, попросил нас собраться, а сам задерживается, — скрещивает руки на груди Терренс.

— Ар-р, вот чего МакКлайфу не сидится на месте спокойно? — недоумевает Даниэль. — Успокоился бы уже! Столько шишек за всю жизнь наполучал, а все равно куда-то вечно лезет.

— Ну не любит наш маленький Эдди жить без проблем! Любит, когда кто-то надирает ему задницу и читает нотации.

— Не удивлюсь, если Эдвард будет как обезьяна лазать по деревьям и прыгать с парашютом, даже когда ему исполнится пятьдесят-шестьдесят, — отвечает Ракель.

— Поверь, дорогая, он обязательно будет этим заниматься. Даже после двух-трех инфарктов, кучи переломов и радикулитом в последней стадии.

— Ну а если серьезно, какие у вас предположения насчет этой ситуации? — интересуется Наталия. — Что могло произойти, раз Эдвард так срочно попросил нас собраться?

— Да пес его знает! — восклицает Даниэль. — Тут может быть что угодно!

— Одно ясно точно: этот парень собирается сказать что-то важное, — расставляет руки в бока Терренс.

— Не хватало нам разбираться еще с какими-нибудь негодяями, — приподнимает руки перед собой Ракель. — Только недавно от Маркуса отделались, а тут МакКлайф собирается представить нас новому преступнику.

— Я уже сказал, что сделаю из него отбивную, если этот осел куда-нибудь серьезно влипнет.

— В любом случае он вполне мог просто написать нам сообщение и рассказать обо всем, — подмечает Наталия. — Но видно, дело куда сложнее, если оно потребовало личной встречи.

— По крайней мере, Эдвард не выглядел подозрительным, когда мы были дома у бабушки Хелен, — добавляет Ракель. — Не подавал виду, что у него что-то произошло.

— Но это еще ничего не значит, — отвечает Терренс. — Если что-то случится, то придется вытаскивать все из него клещами или надеяться, что он проколется, сам того не желая.

— Ой, да ладно вам, народ, чего гадать-то! — восклицает Даниэль. — Сейчас приедет этот красавчик, и мы все узнаем.

— Что-то мне немного не по себе, — признается Наталия, приложив руку к сердцу. — Не уверена, что мы узнаем что-то хорошее.

— Никто не уверен, Наталия, — уверенно говорит Терренс. — Никто ни в чем не уверен, когда дело касается Эдварда. Парня, который может выкинуть любой фортель.

— Как оказалось, не только он, — скрещивает руки на груди Ракель. — У нас есть еще одна темная лошадка.

— С которой мы понятия не имеем, что делать, — добавляет Даниэль. — Хотя я не уверен, что в случае с Роузом можно хоть что-то исправить. Что мы вообще захотим что-либо исправлять.

— Согласен, — задумчиво произносит Терренс. — Лично я начинаю потихоньку терять надежду что-то наладить. И готовиться к мысли, что в нашей компании будет не минус один человек, а минус два.

— Я пока что пытаюсь протестовать против этой мысли, — признается Наталия. — Не хочу, чтобы так все было. Ведь я до безумия люблю вспоминать времена, которые мы проводили все вместе.

— Я делаю это, когда мне плохо по той или иной причине, — с грустью во взгляде говорит Ракель. — Это помогает мне оставаться сильной и сохранять хоть какой-то рассудок.

— Мне тоже, — бросает легкую улыбку Даниэль.

— И мне, — вставляет Терренс.

В воздухе на несколько секунд воцаряется пауза, во время которой каждый задумывается о чем-то своем. А стоит только Терренсу присесть на диван, а Наталии встать и оказаться в крепких объятиях Ракель, которая к ней подходит, раздается громкий звонок в дверь, заставляющий всех переглянуться между собой.

— О, легок на помине красавчик! — восклицает Терренс.

Усмехнувшись, Даниэль тут же направляется ко входной двери. А открыв ее, он видит на пороге одного лишь Эдварда, не желающего сразу же показывать Хелен и пока попросивший ее скрыться за дверью.

— Здорово еще раз! — здоровается Эдвард.

— О, малой, явился наконец-то! — восклицает Даниэль и приветствует Эдварда братским рукопожатием. — Сам попросил нас собраться, но при этом опаздываешь.

— Прости, чувак, пробки на дорогах. Кое-как выбрался и доехал сюда.

— Выкрутился, молодец!

— Все уже собрались или кого-то не хватает?

— Только Анны. Ушла гулять с Сэмми, но скоро будет.

— Ладно, тоже пойдет.

— Ты давай не стой и заходи в дом. Будешь объяснять, куда опять умудрился влипнуть.

— Э-э-э…

Эдвард с загадочной улыбкой облокачивается рукой на дверной прием.

— Понимаешь, приятель… Сразу скажу, что дело в одной детали. Есть у меня один маленький сюрприз для всех вас.

— Маленький сюрприз? — слегка хмурится Даниэль и скрещивает руки на груди. — О чем это ты, Эдвард?

— Я на самом деле приехал сюда не один. И надеюсь, ты не против, если к нам присоединится кое-какой очень важный и особенный гость.

— Так-так… А позволь узнать, какого хера ты стоишь такой весь довольный и улыбаешься шире Чеширского кота?

— Поверь, как только вы все узнайте о моем сюрпризе, то тоже будете радоваться и улыбаться.

— Давай без загадок, МакКлайф. Харе уже тянуть кота за яйца и говори, из какой передряги тебя придется вытаскивать, кого ты сюда привел и что, мать твою, происходит.

— А мне не придется толкать длинные речи, чтобы что-то объяснить, — продолжает интриговать Эдвард. — Сейчас я кое-что покажу, и вы сами все поймете.

— Ладно, ну и где же твой сюрприз? Где гость, которого ты сюда привел?

— Сразу предупреждаю: помни о том, что нужно дышать. Во что бы то ни стало.

— Может, все-таки зайдешь в дом? Или мы так и будем говорить на пороге?

Эдвард сначала по-доброму усмехается, а затем переводит взгляд в сторону и с загадочной улыбкой делает подзывающий жест, прошептав что-то вроде «Давай, покажись!». После чего из-за открытой двери скромно показывается Хелен, сложившая руки перед собой. При ее появлении у Даниэля мгновенно перехватывает дыхание, пальцы рук начинают дрожать, по кожу пробегает легкий холодок, а все мышцы сковывает болезненное напряжение. Резко побледневший мужчина широко распахивает глаза и приоткрывает рот, неотрывно рассматривая девушку, которую он долгое время считал мертвой, но которая стоит сейчас перед ним живая и здоровая и мило улыбается.

— Х-х-хел-л-лен? — в неверии едва шевеля губами, дрожащим голосом неуверенно произносит Даниэль.

— Привет, Даниэль, — скромно здоровается Хелен. — Я скучала.

От нехватки воздуха в легких Даниэль начинает довольно тяжело дышать с чувством какой-то сдавленности в груди и учащенного сердцебиения.

— Это… — резко качает головой Даниэль. — Это невозможно… Нет… Невозможно…

— Все возможно, если захотеть, — отмечает Хелен.

— Эдвард…

Даниэль на секунду бросает потрясенный взгляд на мило улыбающегося Эдварда.

— Ты сейчас видишь то же, что и я? Я не сошел с ума? Это… Реально?

— Реально, приятель, — приподнимает голову Эдвард и приобнимает Хелен за плечи. — Это правда Хелен. Она жива. Она снова с нами.

— Но как? — недоумевает Даниэль. — Как так получилось? Мы же сами все прекрасно видели! Видели, как она погибла в пожаре!

— Мне удалось спастись, — признается Хелен. — Точнее, мне помогли спастись.

— Не верю… — Даниэль прикрывает рот рукой, едва удерживая вес на ногах, что подгибаются от слабости. — Этого не может быть…

— Это и правда настоящее чудо, — соглашается Эдвард. — Но оно произошло. Вот оно, у тебя перед глазами!

— Обещаю, я все объясню, — клянется Хелен. — Объясню, как так получилось. Но можешь быть уверенным, это действительно я, Хелен.

— Черт, Хелен… — еще более дрожащим и низким голосом произносит Даниэль. — Неужели… Неужели это ты? Глазам своим не верю…

Хелен в ответ на это лишь скромно улыбается.

— Подружка!

С таким веселым возгласом Даниэль заключает Хелен в крепкие объятия, на которые она с удовольствием отвечает, с прикрытыми глазами облегченно выдохнув и тихо хихикнув, когда тот на радостях отрывает ее от пола.

— Невероятно! — восклицает Даниэль, отстраняется от Хелен и мягко берет ее за плечи, немного тяжело дыша. — Это ты! Это правда ты!

— Самой не верится, — с широкой улыбкой отвечает Хелен. — Не верится, что я стою здесь живая.

— Боже… Это… Это чудо какое-то! Ты ведь погибала у нас на глазах. Парни и я все прекрасно видели. Нас никто не собирался обманывать.

— Поверь, я и сама думала, что те минуты были последними в моей жизни.

— У меня просто нет слов… — Даниэль берет Хелен за руки. — Хелен… Я… Глазам не верю…

— Успокойся, приятель, дыши глубже, — скромно хихикает Хелен. — Все хорошо…

— Ну что, и правда классный сюрприз? — с загадочной улыбкой скрещивает руки на груди Эдвард. — Разве не потрясный повод вытащить всех из дома и собраться вместе?

— Так, ребята, ну-ка давайте заходите в дом! Давайте-давайте, быстрее!

Даниэль легонько подталкивает Хелен и Эдварда, чтобы они зашли в дом.

— Вы просто обязаны все нам объяснить! Я не успокоюсь, пока не узнаю, что все это значит и как так вообще получилось.

Эдвард жестом пропускает Хелен вперед и следует за ней в дом, пока Даниэль закрывает за ними дверь, быстро их догоняет и приводит в гостиную. Где по какой-то причине находится только лишь Терренс, что-то проверяющий в своем телефоне. Правда когда перед ним появляется хозяин дома, он отвлекается от той информации, которую до этого изучал с большим интересом.

— О, Перкинс, ну наконец-то, чего так долго? — недоумевает Терренс, встав с дивана и повернувшись к Даниэлю всем корпусом. — Кто там пришел? С кем ты так долго говорил и не…

Терренс не договаривает свою мысль, когда останавливает свой взгляд на только что появившихся в гостиной Эдварда и Хелен. Появление девушки заставляет его мгновенно побледнеть, широко распахнуть глаза и невольно задержать дыхание.

— Разрази меня гром… — слегка дрожащим, взволнованным голосом произносит Терренс, уставив свой потрясенный взгляд на Хелен.

Пальцы Терренса разжимают смартфон, который ему удается не разбить и удержать в руках лишь каким-то чудом. После чего он машинально убирает его в карман своей кожаной куртки и начинает немного тяжело дышать, в неверии покачивая головой и понимая, как по его коже пробегают мурашки.

— Этого… — едва шевелит онемевшими губами Терренс. — Этого не может быть!

— Все может быть, Терренс, — с легкой улыбкой отвечает Хелен. — Кстати, очень рада тебя видеть.

— Я что… Схожу с ума? У меня глюки что ли? Вы видите то же, что и я?

— Если уже и это невозможно назвать чудом, то я не знаю, что еще может им быть, — с гордо поднятой головой отвечает Даниэль, приобняв Хелен за плечи.

— Так, братик, ты только дышать не забывай, окей?! — настаивает Эдвард. — А то мне совсем не нравится твоя бледная и испуганная физиономия.

Терренс снова качает головой и обеими руками прикрывает рот рукой.

— Но как? — недоумевает Терренс и разводит руки в стороны. — Как это произошло? Я не понимаю… Ты же… Ты же погибла! Погибла у нас на глазах! Эти твари убили тебя! Устроили пожар и взорвали дом!

— Верно, — кивает Хелен. — Но мне крупно повезло.

— Это невозможно! У тебя не было никаких шансов! Как тебе удалось?

— Я все объясню, ребята, не переживайте. Только прошу, поверьте мне. Поверьте, что это правда я. Хотя… Я понимаю, что подобное не укладывается в голове.

— Парни, еще раз скажите мне, что я реально вижу перед собой Хелен, — пытается сохранять спокойствие Терренс. — Скажите, что у меня не поехала крыша.

— Нет, приятель, хоть мы все измотаны сильным стрессом, это все-таки правда, — уверяет Даниэль. — Хотя я и сам сейчас в шоке и не до конца во все это верю.

— Это, кстати, и есть то, ради чего я и попросил вас всех собраться, — признается Эдвард. — Нисколько не сомневался, что вы зацените такой классный сюрприз. От которого я и сам никак не могу отойти.

Несколько секунд нужно Терренсу для того, чтобы более-менее прийти в себя и сохранить хоть какой-то здравый рассудок. Но в какой-то момент на его лице появляется широкая улыбка, а он сам качает головой, снова и снова рассматривая Хелен с ног до головы.