— Ребята… — взволнованно произносит Питер. — Ребята, вы чего? Ну же! Давайте! Приходите в себя! Давайте!

Питер окидывает всех друзей полными ужаса широко распахнутыми глазами.

— Сука, да вы издевайтесь надо мной! — нервно смеется Питер. — Ладно бы один валялся в отрубе, а тут, сука, ТРОЕ! И ЧТО ВЫ МНЕ, БЛЯТЬ, ПРИКАЖЕТЕ С ВАМИ ДЕЛАТЬ?

Питер на пару секунд вцепляется в свои волосы.

— Давайте же, ребята, давайте! — взволнованно тараторит Питер, похлопывая Терренса и Даниэля по щекам. — Блять, ну какого хера вы все в отрубе? Мне что, одному с вами корячиться?

После того как Питер трясет Эдварда за плечо и хлопает его по щекам, он в какой-то момент задерживает взгляд на двух красных, свежих точках на изгибе шее своего приятеля.

— Хм, Эдварда долбанули электрошокером… — Питер находит точно такие же точки и на шее Даниэля после быстрого осмотра. — Даниэля тоже…

Питер осматривает еще и Терренса, но не замечает у него на шее похожих следов.

— А у Терренса ничего нет… Странно…

И пока Питер пытается понять, как преступникам удалось нейтрализовать Терренса, в этот момент Эдвард, кажется, первым начинает приходить в себя. Парень с тихим, мучительным стоном слегка морщится и начинает с осторожностью шевелить всем телом: сначала пальцами и ногами, а затем поворачивает голову в сторону. После чего медленно открывает глаза и с чувством тяжести в голове непонимающим взглядом окидывает обстановку, даже несмотря на расплывчатое зрение, легкое головокружение и небольшую слабость прекрасно осознавая, что находится неизвестно где и понятия не имеет, как сюда попал.

— Питер?! — слегка хриплым голосом вяло произносит Эдвард и пытается медленно приподняться на локтях.

— Эдвард, мать твою! — резко, с облегчением выдыхает Питер, тут же подползает к Эдварду и помогает ему сесть, аккуратно придерживая. — Ну наконец-то хоть кто-то очухался!

— Блять, какое счастье видеть тебя живым! Знать, что эти суки еще тебя не прикончили.

— Счастье знать, что тебя не прикончили! — Питер бросает короткий взгляд в сторону Даниэля и Терренса. — Надеюсь, и с ними тоже ничего серьезного.

— Что? — Эдвард широко распахивает глаза, когда тоже переводит взгляд на все еще бессознательных Даниэля и Терренса. — Разрази меня гром… Их тоже вырубили?

— Похоже на то… Задали мне задачку, блять! Привести в чувства сразу троих!

— Эй, парни! Парни! Вы меня слышите?

Эдвард хлопает по плечу сначала Терренса, а потом и Даниэля.

— Терренс?! Даниэль?! Ответьте кто-нибудь! Парни, твою мать, очухивайтесь давайте! Эй, алло, пенсионеры вы гребаные! Давайте поднимайте свои задницы!

— Бесполезно, я уже несколько раз пробовал, — резко выдыхает Питер. — Они пока в отрубе.

— Вот дьявол! — ругается Эдвард.

— Эй, тихо-тихо, приятель, спокойно, не будь таким шустрым, — советует Питер, одернув Эдварда, когда тот хочет подняться на ноги, несмотря на слабость. — Только очухался, а уже порываешься встать.

— Некогда думать о плохом самочувствии! У нас очень важное дело.

— Не волнуйся, я справлюсь. А вот вам с парнями надо немедленно валить отсюда.

— Ты издеваешься что ли? — широко распахивает глаза Эдвард.

— Нет, я совершенно серьезно! Я не позволю Маркусу и этим ублюдкам что-то с вами сделать!

— Ну уж нет, Роуз! Даже не надейся, что мы уйдем! А если и уйдем, то только с тобой.

— Я должен сам со всем разобраться. Это касается только меня и этого маразматика.

— Мы тебе в этом поможем, — уверяет Эдвард, положив руку на плечо Питера.

— Нет, Эдвард, я против!

— Тебя никто не спрашивал об этом.

Тем временем Терренс сначала сильно морщится и мучительно стонет, а затем без спешки шевелит каждой частью тела, в какой-то момент положив руку на лоб с ощущением сильной головной боли. Приоткрыв глаза, он с чувством сухости во рту окидывает нечетким взглядом все что видит перед собой и начинает держаться за голову уже двумя руками.

— Ох, моя голова… — мучительно стонет Терренс, согнув ноги в коленях.

— О, а вот и второй снова с нами! — восклицает Питер, переведя взгляд на Терренса.

— Братан, ну слава богу! — резко выдыхает Эдвард.

— Что это с нами произошло? — недоумевает Терренс и, тихо кряхтя, не без помощи Питера и Эдварда очень медленно принимает сидячее положение. — Ох… Голова сейчас взорвется от боли…

— Последнее, что я помню, это то, как через меня пропустили электрическую волну. — Эдвард немного массирует шею. — Сердце как бешеное колотилось…

— А меня вроде бы ударили по башке по спины. — Терренс энергично массирует виски, согнув ноги в коленях и положив голову между ними. — После этого полный провал…

— Дружки Маркуса постарались, как я понимаю, — предполагает Питер. — Один из них прибежал ахереть какой довольный. Аж глаза слепило от его лучезарной улыбки!

— Могли бы не стараться… — тихо усмехается Терренс и проводит рукой по своим волосам. — Мы бы и так не ушли без наших друзей.

— Так, ребята, ну-ка ноги в руки и бегом отсюда сматывайтесь, пока эти мудаки вас на вертеле не пожарили.

— Знаешь, Роуз, а я считал тебя гораздо умнее. Но ты просто дебил. Дебил, который, блять, решил, что сможет в одиночку справиться со всей этой поганой сворой.

— Не надо читать мне нотации, — хмуро бросает Питер. — Вы не останетесь здесь больше ни на секунду.

— Слышь, красавчик, я здесь самый старший. И я решаю, кто уйдет, а кто останется. Так что советую тебе заткнуться и делать что тебе говорят.

— Плевать, кто старший! Раз я сказал, что вы обязаны свалить, значит, так и должно быть.

— Нет! — решительно произносят Эдвард и Терренс.

— Мы не оставим тебя здесь одного! — восклицает Терренс. — И готовы надрать задницу этому старому ублюдку и всей его своре.

— Я все сказал, ребята, — уверенно отвечает Питер. — Терренс, забирай Эдварда и Даниэля и немедленно уходите отсюда. Не суйтесь в это дело! Я сам с ним покончу!

— Один против всей этой своры? Да это дохлый номер!

— У меня нет выбора!

— Вот именно, нет! Потому что мы уйдем только с тобой и Хелен. Девчонки на нас надеются.

— МакКлайф!

— Рот закрыл! — отрезает Терренс.

— Эй, ребята, а чего это Дэн до сих пор не пришел в себя? — слегка хмурится Эдвард, посматривая на Даниэля, лежащего на боку без движений.

— И правда, чего это он? С ним все нормально? Этот парень вообще живой там?

— Живой, — успокаивает Питер. — Дышит, пульс есть. Я проверял. Его как следует поджарили электрошокером, судя по отметинам на шее.

— Эй, Перкинс… — Терренс подползает к Даниэлю, трясет его за плечо и хлопает по щеке. — Перкинс, ты это давай брось! Очухивайся, наконец! Слышь, крутыш?

— Только не вздумай нас кидать! — восклицает Эдвард и хлопает Даниэлю по плечу. — Или мы лично достанем тебя с того света! Так и знай!

— Блять, что-то он и правда долго не приходит в себя… — выражает тревогу Питер. — Что эти мудаки с ним сделали? Насколько сильно поджарили его электрошокером?

— Он еще был в строю, когда меня трахнули по башке, — признается Терренс. — Хер знает, что было дальше и как долго Дэн смог продержаться.

— Не думаю, что очень долго, — задумчиво произносит Эдвард.

— Эй, ребята, смотрите! — восклицает Питер. — Походу, он приходит в себя!

Эдвард, Питер и Терренс уставляют свои обеспокоенные взгляды на Даниэля, которым самым последним начинает возвращаться в сознание. Также тихонько постанывает, морщится, делает глубокий вздох и начинает постепенно двигать всеми частями тела. А приоткрыв глаза с чувством тяжести в голове и сухости во рту, пусть пока и расплывчато, он видит перед собой успевших не на шутку разволноваться друзей.

— Парни? — с недоверием слегка хриплым голосом произносит Даниэль.

— Блять, Перкинс, ну наконец-то! — резко выдохнув, кладет руку на лоб Питер.

— Какого хера так нас пугать, идиот? — тараторит Эдвард.

— Ага, мы уже давно очухались, а ты все никак! — восклицает Терренс.

— С вами все хорошо? — проявляет беспокойство Даниэль. — Все целы?

— Да, целы. Не считая того, что у меня башка сейчас взорвется от боли.

— Ага, боюсь даже представить, что было бы, если бы эти мудаки жахнули меня напряжением в двести двадцать вольт, — массирует шею Эдвард.

— Да уж, нехило меня тот мудак поджарил… — мучительно стонет Даниэль, потирая ладонью лоб. — От меня, наверное, в тот момент можно было мобилу заряжать.

Как только Даниэль медленно приподнимается на локтях, Терренс и Эдвард ему помогают, а Питер с облегченным выдохом на пару секунд заключает его в крепкие дружеские объятия, на которые тот, однако, отвечает.

— Вот уж точно: толпа всегда будет сильнее того, кто пытается бороться в одиночку. Я и двух минут не смог против них выстоять после того, как вас обоих вырубили. Один скрутил, другой по яйцам врезал, а третий жахнул электрошокером.

— Мы так и поняли, — кивает Эдвард.

— Слушайте, а где это мы вообще? — Даниэль непонимающе окидывает взглядом все, что его окружает. — Куда эти уроды нас притащили?

— Подвал в доме Маркуса, — спокойно отвечает Питер. — Один из тех уродов сказал ему, что вас поймали, а он давай тащить меня сюда. Мол, сюрприз для тебя, Питер, есть.

— Надо же… Прошло столько времени, а ты без единой царапины. Мы-то думали, эти суки тебя тут нехило так успеют поджарить.

— Нет, этот старик делал чистосердечное признание. Рассказывал, из-за чего на все это пошел.

— И из-за чего же?

— Долгая история. История, в которую мне до сих пор верится с трудом.

— Ладно, потом расскажешь. — Даниэль хлопает Питера по плечу. — Сперва нужно свалить отсюда.

— Вам – да. Надо валить.

— Ну уж нет! Без тебя и Хелен мы даже с места не сдвинемся!

— У меня к вам очень много интересных вопросов. Но самый главный из них – что вы, блять, здесь забыли? На хера сюда приперлись?

— Тебя спасать пришли! — потирая виски, бросает Даниэль. — Безмозглого идиота, который всерьез думал, что все пройдет так легко и быстро.

— И как вы вообще узнали, что я здесь? — недоумевает Питер. — Как? Я ведь ничего вам не говорил!

— Неважно, — спокойно произносит Эдвард. — Самое главное – что мы вообще об этом узнали.

— Ага, а иначе бы тебе, дебилу, настал бы каюк! — восклицает Терренс. — Как ты там говорил по-немецки… Эх! Из башки вылетело!

— Нет, это вы дебилы! — хмуро бросает Питер. — Это вам сейчас dies das Ende[1]! Sie werden dich dafür hängen[2]!

— Мы ни хера не поняли, что ты сказал, но заруби у себя на носу, что тебе от нас не отделаться, — решительно заявляет Даниэль. — Хочешь ты того или нет, но мы останемся, вместе разберемся со всеми этими шакалами, найдем Хелен и свалим отсюда к чертовой матери.

— Да я, блять, специально ничего вам не сказал! Не хотел подвергать ваши жизни опасности! Вы что, думайте, этот урод блефует и играет с нами? Ни хера подобного! Он как никогда серьезен!

— Ха, и это, по-твоему, должно нас напугать? — округлив глаза, удивленно спрашивает Эдвард. — Должно заставить нас наложить в штаны от страха?

— Мы уже догадались, что ты не зря вчера все время ходил с телефоном в руках, — добавляет Терренс. — Прятал таким образом переписку с Маркусом, который заставил тебя приехать сюда.

— Пожалуйста, парни, уходите отсюда, пока у вас есть возможность, — спокойно просит Питер. — Вы не должны были сюда приходить. Это моя проблема, и я должен сам с ней разобраться.

— Да, ты так разберешься, что в могиле, блять, окажешься! — срывает на крик Даниэль. — Или просто в земле, без всяких опознавательных знаков!

— Я понимаю, но… Я не могу так рисковать. Рисковать вашими жизнями. Я… Если с вами что-то случится… Я себе этого не прощу. Никогда.

— Это, конечно, очень благородно и прекрасно, но надо хоть немного думать головой и рассчитывать свои силы, — уверенно отвечает Терренс. — Запомнить, что ты не можешь один бороться со всей этой шушерой.

— Ладно бы Маркус был один! — восклицает Эдвард. — Это старый и немощный урод, который только и может что языком чесать. Но у него, мать твою, целая армия подхалимов!

— И нам все равно придется постараться, чтобы справиться с ними вчетвером, — подмечает Даниэль.

— Короче, мужики, давайте-ка вы приходите в себя и поднимайте свои задницы, — решительно говорит Питер. — Я попробую вывести вас отсюда. А вы после этого садитесь в тачку и улетайте отсюда на всех порах.

— Мы встанем, да, — кивает Терренс. — Для того, чтобы поставить раком всех этих тварей. Вне зависимости от того, насколько сильно у нас разрываются от боли бошки. И насколько жуткая у нас слабость.

— Черт, да чего же вы упрямые ослы! — тихонько рычит Питер, приложив руки ко лбу. — Говоришь вам, говоришь, а вы все равно стоите на своем.

— Потом «спасибо» нам скажешь! — похлопав Питера по плечу, заявляет Эдвард, медленно поднимается на ноги и пропускает пальцы сквозь волосы. — Будь уверен!

— За что? — Питер тоже быстро встает. — За то, что не смог удержать вас за штаны, когда вы захотели спрыгнуть с обрыва вниз башкой?

— Чувак, нас никто не сможет удержать, — с гордо поднятой головой подмечает Даниэль. — Даже мы сами. Потому что мы бунтари, которые делают что хотят и считают нужным.

— Так все, малышня, хватит языком чесать! — восклицает Терренс и намеревается встать сам, но делает это с помощью Эдварда, протянувший ему руку. — Мы здесь ради дела. Не ради того, чтобы бить морды. А ради того, чтобы спасти наших друзей. Не дать этому старому ублюдку их убить.

— Сразу скажу, что Хелен здесь нет, — спокойно отвечает Питер, протягивает руку Даниэлю, тянет на себя, чтобы помочь тому встать, и продолжает придерживать, ибо того слегка ведет в сторону из-за головокружения. — Маркус прячет ее в каком-то другом месте, но в каком – он так и не признался.

— Ничего, если мы не заставим их говорить, так полиция это сделает, — уверяет Эдвард.

— Ага, если они смогут нас найти!

— Смогут! — восклицает Даниэль. — Девчонки знают, что мы здесь. У них есть точный адрес того места, куда мы поехали. А значит, они сто пудов свяжутся с мистером Джонсоном.

— Если они все-таки решат не тянуть, то все будет хорошо, — добавляет Терренс, потирая ноющий от боли затылок, пока Эдвард крепко придерживает его под руку.

— Короче, давайте валить отсюда на хер.

— Это как надо было зевать, раз на вас нет ни одной царапины, а эти уроды вырубили всех троих в два счета? — недоумевает Питер.

— Пф, да мы толком и помахаться с ними не успели! Чуть-чуть поборолись, а потом появился помощничек с дубинкой и вторым электрошокером в руках.

— Да уж, никакого кайфа не доставили суки, — хмуро бросает Эдвард, бросив взгляд на свою руку. — Я ожидал большего.

— Лучше кончай в спортзале, когда дубасишь по груше, — советует Терренс. — Все безопаснее будет!

— Заткнись, придурок!

— Так ладно, давайте я помогу вам уйти, — уверенно говорит Питер. — Маркус вроде бы не закрыл дверь. А значит, мы можем подняться.

Но стоит всем четверым ломануться к лестнице, ведущей наверх, как им путь преграждает спускающиеся по лестнице и хитро улыбающиеся Маркус и Лютер, одним своим видом заставившие парней попятиться назад.

— Не-а, не так быстро, тараканы, — качает указательным пальцем Лютер.

— Вот дерьмо! — бубнит себе под нос Даниэль.

— Чесать языком меньше надо было! — хмуро бросает Питер. — И валить намного раньше!

— Эй, там есть еще одна дверь! — восклицает Эдвард, указав пальцем на закрытую дверь в другой стороне полуосвещенного помещения. — Может, она выведет нас на улицу?

— Да, попробуем выйти там! — соглашается Терренс.

Но и тут всю четверку ждет неприятный сюрприз. Когда они подходят к нужной двери и раскрывают ее, то видят перед собой Боба и Рональда, смотрящие на них в упор со скрещенными на груди руками. Хотя парни мысленно и отмечают, что через этот выход и правда можно выбраться на улицу по каменной лестнице, ведущей наверх.

— И куда это мы намылились, добрые молодцы? — наигранно удивляется Боб.

— Неужели уже уходите? — спрашивает Рональд. — Не попрощавшись с нами?

— Сраные твари… — крепко сжимает руки в кулаки Питер. — Чтоб вы все сдохли…

Отойдя от Рональда и Боба назад, Терренс, Даниэль, Эдвард и Питер оказываются посреди комнаты и видят, как их со всех сторон окружают противники, не дающие им никакой возможности отсюда уйти. Парни в какой-то момент прижимаются спинами друг к другу, выдерживая прямой взгляд на всех, кто так решительно на них надвигается, заставляя чувствовать себя словно испуганные зайцы, которым остается только смириться со своей судьбой.

— Мы в ловушке, парни, — напряженно произносит Даниэль. — Они везде… И они не дадут нам уйти.

— Без паники, братцы, что-нибудь придумаем, — как можно спокойнее отвечает Терренс. — Нас так просто не возьмешь.

— Каков бы ни был их план, мы со всем справимся, — решительно заявляет Эдвард. — Потому что мы команда. И у нас есть сила четверых.

— И вы реально готовы ввязываться в эту херню вместо того, чтобы сидеть дома и заниматься чем-то более безопасным? — спрашивает Питер.

— Весь мир может подождать, когда твои лучшие друзья в беде, — гордо приподнимает голову Даниэль. — Когда какие-то суки думают, что смогут нас запугать и сломать. И заставить сбежать как подлые трусы.

— Надо же… — ехидно улыбается Маркус, подойдя поближе к парням и пристально рассматривая всех четверых, стоящие уже в ряд. — Не уж-то я наконец-то столкнулся лицом к лицу с нашей бравой компашкой, которая все это время не давала мне довести дело до конца, целыми сутками оберегая задницу Питера?

— Очень неприятно познакомиться, сволочь!

— М-м-м… Наши облезлые мышки отчаянно пытаются сбежать из мышеловки, в которую их загнали плохие дяди.

— Как раз-таки все наоборот, уважаемый, — уверенно заявляет Терренс. — Мы не пытаемся бежать. Мы шли сюда. Шли, чтобы защитить нашего брата.

— Да ты что! — хлопает в ладони Маркус. — Вы шли сюда, чтобы добровольно умереть?

— Не мечтайте, жалкий старикашка, — вставляет Эдвард. — Вам придется очень хорошо постараться, чтобы в ваших дневниках появились записи о всех нас и наши фотографии.

— Эх, ребята, ребята…

Маркус начинает медленно расхаживать перед Терренсом, Эдвардом, Даниэлем и Питером, ни на секунду не отводящие от него свой взгляд.

— Ну чего вам дома-то не сиделось? Сидели бы, да девок своих трахали! Вы ведь прекрасно знали, чем все кончится! Знали, что я не оставлю вас в живых, если вы так и будете спасать своего дружка и везде с ним шляться.

— Мы, конечно, высоко оценили ваши неимоверные старания в задаче настроить Питера против нас, но вас постигла неудача, — решительно говорит Даниэль.

— Да, вы оказались очень упрямыми. И нарушили, сука, все мои планы! — Маркус посылает Даниэлю, Эдварду и Терренсу презрительный, полный ненависти взгляд. — Так что вы, уроды, дорого за это поплатитесь.

— Верно, вы облажались! — восклицает Эдвард. — Потому что не знайте, насколько крепка наша дружба. Не знайте, что мы порвем любого, кто посмеет обидеть близкого нам человека.

— Но признаться честно, я нисколько не удивлен вашему появлению, — признается Маркус. — Был уверен, что вы сюда припретесь. И это мысль меня дико злила.

— Я не привозил их с собой! — возражает Питер. — И ничего не рассказывал им про встречу.

— Не надо мне врать, Питер. Ты слишком трусливый для того, чтобы в одиночку ехать на встречу с плохими дядями, которые хотят от тебя избавиться.

— Думайте что хотите, но я понятия не имею, как они меня нашли.

— Ни за что не поверю, что они ничего не знали, но тут же все бросили и поехали за собой, когда получили некоторые новости.

— А нам по хуй, верите ли вы или нет! — грубо отрезает Даниэль. — Мы требуем от вас немного: никак не вредить Питеру, немедленно освободить Хелен и оставить их в покое раз и навсегда.

— Требования категорически невыполнимые, — невинно улыбается Маркус. — Не могу ни их пощадить, ни вас отпустить.

— Никаких шуток, мистер Лонгботтом, — спокойно произносит Терренс. — Мы никуда не уйдем до тех пор, пока не увидим свою подругу.

— Которую некоторые мудаки имели сто раз по кругу! — сухо добавляет Эдвард. — Нанесли девчонку такую психологическую травму, что ей теперь придется потратить месяцы на то, чтобы все забыть и прийти в себя.

— Наверное, пацаны, которые за ней сейчас присматривают, не упустили возможность трахнуть ее напоследок, — хитро улыбается Боб. — Ведь она и правда конфетка.

— Еще одна подобная фразочка о моей девушке – и я вырву вам всем ваши сраные яйца и отрублю пальцы! — громко и раздраженно угрожает Питер. — Чтобы нечего было совать и нечем было лапать!

— Расслабься, мальчик, мои ребята выжали из девчонки все что только смогли, — с гордо поднятой головой заявляет Маркус. — А она нисколько не сопротивлялась. Когда была в отрубе или под легкими наркотиками за нежелание слушать наши приказы.

— Была бы на месте Хелен моя девушка, члены всех этих уродов уже давно были бы помещены в кипящую воду или сожжены языками пламени, — крепко сжимает руки в кулаки Терренс. — Или они сами бы в нем находились.

— Да-да-да, я в курсе про твои проблемы с психическим здоровьем и контролем за агрессией в сторону людей.

— Ха, да рядом с вами я просто невинный ангел! Уж я-то точно не убивал просто так сотни невинных людей, у многих из которых вся жизнь была впереди.

— Ангелов не бывает, двухметровый столб, — спокойно отвечает Маркус. — Все совершают грехи. Включая и всех вас. Например, ты первоклассная истеричка. Твой маленький братик – парень, чуть было не ставший зеком. Ну а главный защитничек Питера – просто жалкий кусок дерьма. Кусок дерьма, который, правда, чуть не отправил на тот свет своего дружка своими издевательствами.

— Боже, как скучно… — демонстративно зевает Эдвард, прикрыв рот рукой. — Каждый раз одно и то же…

— А ты не переживай, щенок. Я обещаю, тебе не будет скучно перед скорой смертушкой. Многое узнаешь, многое успеешь сделать.

— Спасибо, сэр, но меня не интересует тот словесный понос, который рекой льется из вашего грязного рта.

— Этот мелкий самый говорливый и шустрый в их компашке, — подмечает Лютер, скрестив руки на груди, пока он стоит в проходе. — Если с чего и начинать, то это с отрезания его длинного языка.

— Язык мне еще пригодится, а вот тебе может быть опасно и дальше ходить с членом.

— Не волнуйтесь, чмошники, мы отрежем ваши свистульки в первую очередь, — с хитрой улыбкой обещает Рональд. — Хотя у вас там так все плохо, что разницы никакой и не будет.

— Прости, косоглазый, но мне впадлу спускать с себя штаны и демонстрировать тебе своего мощного агрегата, — с ехидной ухмылкой отвечает Даниэль.

— Вам только об этом говорить и остается, — разводит руками Маркус. — О членах. Потому что больше вам нечем гордиться. Хотя там и правда особо нечем хвастаться. Вашим девкам там нечего жмакать, ласкать и сосать.

— У нас нет времени на то, чтобы оглашать вам весь список наших заслуг, из-за которых нами гордятся многие люди, — расставляет руки в бока Терренс. — Потому что он слишком большой. А еще мы на задании.

— Да, так что, старый маразматик, давайте-ка вы прикажете этим ублюдкам немедленно привести сюда Хелен, чтобы мы наконец-то смогли свалить с друзьями, — настаивает Эдвард. — И больше никогда не видеть вашу сморщенную, морщинистую и высохшую морду.

— Через тридцать лет вы будете еще уродливее, не переживайте, — ехидно усмехается Маркус. — А хотя… Этого не будет! Потому что вы умрете молодыми и красивыми! Вы навсегда такими останетесь!

[1]нем. настанет конец

[2]нем. Вас за это повесят