Проходит еще пара дней. Пользуясь тем, что у нее появилось свободное время, Ракель с радостью присоединилась к Хелен для совместной прогулки. Некоторое время девушки бегали и играли с Сэмми на просторной местности, кругом засеянной травой и расположенной далеко от шумного города. Они как будто окончательно расслабились из-за того, что за прошедшую неделю с ними не произошло ничего ужасного. И поэтому не думают ни о чем плохом, пока заставляют песика бегать за мячиком или приносить ему какую-нибудь палочку. Время от времени подруги останавливаются, чтобы отдохнуть и выпить воды из своих бутылочек, пока неугомонный ретривер развлекает сам себя, обратив внимание на какого-то пролетающего у него перед носом жучка и начав везде его преследовать.

А дав Сэмми возможность немного передохнуть, когда он устает, Хелен и Ракель покидают это место и медленным шагом начинают идти по прямой асфальтовой дорожке, наслаждаясь приятным журчанием протекающей рядом речки и наблюдая за теми, кто сидит на встречающихся им по пути деревянных скамейках. Размашистые ветки высоких деревьев с толстыми стволами не позволяют палящим лучам солнца опалять кожу жаром, а сильный теплый ветер не дает сильно вспотеть и позволяет людям хоть немного остыть в самые нужные моменты. Впрочем, девушки решили еще немного помочь себе, купив у уличного продавца по стаканчику ванильного мороженого, которое они сейчас с удовольствием поедают.

— Да уж, игры с Сэмми вполне могут заменить полноценную тренировку, — с легкой улыбкой говорит Ракель. — Захочешь посидеть на травке – не даст. Заставит встать и бегать за ним.

— Поэтому я не вижу смысла покупать абонемент в спортзал, — отмечает Хелен, держа в одной руке вафельный стаканчик мороженого, а в другой поводок, на котором ведет Сэмми за собой. — Сэмми каждый день устраивает мне такие тренировки, что у меня все тело потом болит.

— Он еще маленький, можно сказать. Энергии у него полно, ему все интересно, на месте сидеть не может…

— Когда я мечтала завести себе собачку, то не думала, что буду так сильно уставать после игр с ней.

— Зато парням нашим хорошо, — скромно хихикает Ракель. — У них дури полно, а игры с Сэмми – отличный способ ото всего этого избавиться.

— Ну не спортивный я человек! — резко выдыхает Хелен. — Я никогда не занималась в спортзале серьезно, да и не собираюсь.

— Вы с Даниэлем в этом похожи. Он ведь у нас тоже ненавидит тренировки и проклинает все на свете, когда парни все-таки затаскивают его в спортзал.

— Меня уж точно никто туда не затащит. Даже Наталия, наша одержимая спортом подружка. Я даже и не хочу начинать. Максимум могу лишь найти какие-то упражнения в Интернете и позаниматься дома.

— А как же фигура?

— Да у меня она и так неплохая. Вешу я немного, талия есть, бедра красивые, грудь хорошая. Все прекрасно!

— Уверенность – это хорошо. Но как известно, нет предела совершенству.

— Я и так красивая! — с гордо поднятой головой заявляет Хелен. — Меня все устраивает. Тем более, я не любительница какой-то вредной пищи и в основном предпочитаю все полезное. Хотя и не отказываюсь себя побаловать, если очень уж хочется.

— Полностью тебя поддерживаю.

— Самое главное – поддерживать себя в форме. А у меня с этим и так все в порядке. Сэмми не дает расслабиться и лишний раз поваляться на солнышке.

Сэмми тихонько подает голос, переведя взгляд на Хелен.

— Самое главное – чтобы ты себе нравилась, — со скромной улыбкой отмечает Ракель. — Ну и чтобы Питер тобой восхищался.

— Ему и так все нравится. А раз так, то зачем мне что-то в себе менять?

— Кстати, как там у вас дела? Он все еще смотрит на тебя волком?

— Нет, в последнее время Пит снова стал очень ласковым ко мне. И уже не устраивает скандалы, обвиняя в предательстве и наглой лжи.

— М-м-м, здорово…

— Думаю, он начал понимать, что погорячился. Тем более, никто так и не представил ему никаких доказательств моей вины. Вот Роуз и начал подозревать, что его хотят одурачить.

— Похоже, Даниэль здорово промыл ему мозги, раз Роуз начал менять отношение к тебе после их спора. Пит немного подумал, подумал и понял, что его друг может быть прав.

— Дай бог, если так. — Хелен тяжело вздыхает. — Хотя я очень боюсь, что на этом дело не кончится. Маркус вполне может зайти намного дальше и обвинить меня в таком, что Пит придет в бешенство.

— Надеюсь, Роуз не поверит в это, если Маркус не предъявит никаких доказательств. Он должен понимать, что на одних лишь словах далеко не уедешь.

— Ох, не знаю, Ракель. Но меня всерьез беспокоит вся эта ситуация. Я очень боюсь потерять Питера из-за клеветы этого ужасного человека.

— Пока он более-менее спокоен, ты можешь рассказать ему обо всем, что произошло между нами в школьные года. Раз уж блондина это так интересует.

— Я уже думаю об этом. Уж лучше Пит узнает обо всем от меня, чем от кого-то, кто может обернуть все против меня.

— Я понимаю, что нам всем больно об этом вспоминать. Но если ты хочешь спасти отношения и хоть как-то себя обелить, то ты должна рассказать правду. Чтобы раз и навсегда со всем этим покончить.

— Да, только я пока не знаю, когда это сделать. И как.

— В самое ближайшее время. Ничего не скрывай, говори как есть. А если Пит захочет, то мы с девочками все подтвердим и напомним, что наш конфликт уже давно разрешен.

— Боюсь, он бросит меня после того, как узнает обо всем. Ведь я сделала кое-что пострашнее издевательств над тобой и Рочестер. Пит больше не будет считать меня идеальной.

— Если он тебя любит, то рано или поздно простит. Поймет, что к нему это не имеет никакого отношения. Что наш с тобой конфликт – это наш конфликт. А то, что происходит между ним и тобой – это уже совершенно другая история.

— Наверное, надо было во всем признаться еще в самом начале, когда мы только подружились. Пит тогда ничего не знал обо мне и думал, что я милая и невинная. Хотя это совсем не так.

— Все мы не без грехов. Меня тоже святой не назовешь. Не вспомнить, сколько раз я в своей жизни косячила.

— Я знаю, но все же…

— Сейчас ты все еще можешь изменить ситуацию и не дать Маркусу разлучить тебя с Питером. Расскажи все как есть, пока этот человек не вывернул все наизнанку и не выставил тебя подлой и мерзкой дрянью.

— Я это сделаю, обещаю, — неуверенно обещает Хелен. — Мне просто нужно время подготовиться.

— Это ведь может длиться до бесконечности.

— Нет, я не буду тянуть. Я… — Хелен нервно сглатывает. — Я расскажу ему на следующей нашей встрече.

— На следующей встрече?

— Да! Я это сделаю! Обещаю. Он все узнает. Я больше не буду молчать.

— Ты точно это сделаешь?

— Да, Ракель, сделаю. Пора и правда с этим кончать. Не уверена, что мне от этого будет хорошо, но… Так или иначе честность намного лучше. Сам Питер ведь предпочитает быть честным, чем все время лгать. Вот и мне нужно признаться, что я далеко не идеальна.

— У тебя все получится, Хелен, — с легкой улыбкой подбадривает Ракель, приобняв Хелен за плечи. — Просто сделай это и дам ему время все обдумать и принять.

— Да уж… — тяжело вздыхает Хелен. — Похоже, пришло мое время платить за ошибки прошлого. За то, что я незаслуженно плохо вела себя с невинными людьми.

— Всех рано или поздно настигает карма. Наверняка, Эшли тоже дорого поплатилась за то, что всем вредила. Дедушка Фредерик говорит, что жизнь сама воздаст всем по заслугам. Что Бог все видит и уже давно решил, кто за что должен ответить.

— Надеюсь, хотя бы друзья от меня не отвернутся.

— Друзья все поймут. По крайней мере, мы с девочками всегда будем рядом и никогда не упрекнем в том, что произошло.

Сэмми два раза тихонько подает голос.

— Ну а Сэмми вообще все равно, что ты сделала. — Ракель гладит Сэмми по голове. — Он любит тебя просто за то, что ты есть и даришь ему свою любовь и заботу.

— Хотела бы я, чтобы и Пит любил меня за то, какая я сейчас, — с грустью во взгляде вздыхает Хелен. — Не делал выводы о том, какой я человек, по всему, что произошло много лет назад.

— Вряд ли бы он так рвал и метал, если бы не любил тебя.

— Знаю. Он сам об этом сказал.

— Правда?

— Недавно мы откровенно поговорили обо всей этой ситуации. Роуз рассказал, что его беспокоит, а я снова напомнила, что мое сердце разрывается после всех его обвинений и слов о желании разорвать отношения.

— Здорово, что вы оба открыты к диалогу. Ведь в отношениях важно иметь проговаривать свои проблемы и не копить их в себе. Если тебя что-то не устраивает, то нужно спокойно об этом сказать и найти решение.

— Я готова на все, чтобы ему было хорошо. Готова пожертвовать своими личными интересами ради него.

— Нет, вот это уже лишнее, — скромно улыбается Ракель. — Во всем соглашаться с человеком тоже неправильно. Тот, у кого есть свое мнение на любой счет, более привлекательный в глазах людей, чем тот, кто под всех прогибается и бездумно плывет по течению.

— Я знаю.

— Умный человек не станет соглашаться со всем подряд, не разбираясь в вопросе досконально. Особенно если он находит что-то, что кажется ему неправильным.

— Питер все-таки мужчина. Он главный и все решает.

— Это не отнимает у тебя права высказывать свое мнение. А Питер не может что-то решать, не посоветовавшись с тобой и не приняв во внимание твою точку зрения.

— В любом случае я прекрасно понимаю, что мы должны решать назревшую проблему вместе.

— Я уже сказала, что ты должна сделать. И надеюсь, что ты сдержишь свое обещание раскрыть все карты.

— Сдержу.

— Надеюсь.

Сэмми в этот момент два раза тихонько подает голос, обратив на себя внимание Хелен и Ракель, которые гладят его по голове или мягко теребят за ушки. Девушки все еще продолжают медленным шагом идти по небольшой асфальтовой дорожке, по пути встретив молодую девушку с маленькой собачкой, на которую ретривер тут же обращает свое внимание, энергично завиляв хвостом и начав негромко лаять ей вслед. Пока она также пытается что-то ему сказать на своем собачьем.

— Кстати, я была в полном шоке, когда прочитала ту статью про Маркуса, ссылку на которую прислал Терренс, — признается Хелен.

— Я нисколько не сомневаюсь в том, что Питера преследует тот самый Маркус, который убил сотни невинных людей, — уверенно заявляет Ракель.

— А я-то думаю, почему мне это имя показалось таким знакомым. Я была уверена, что раньше где-то слышала, но никак не могла вспомнить где.

— Я тоже так думала. Но пару дней назад мы с Терренсом, Эдвардом и Наталией вспомнили о той истории и долго ее обсуждали. Точнее… Это я вспомнила, а ребята подхватили.

— Бабуля с дедулей тогда были страшно напуганы и практически не отходили от меня. Никогда не разрешали мне нигде ходить одной. Были одержимы мыслью, что меня тут же убьют, если я останусь без присмотра. Хотя они и без этого везде ходили со мной, даже когда я училась в старших классах. Даже когда в универ пошла.

— Мой дедушка также меня опекал, — скромно улыбается Ракель. — Никуда одну не отпускал.

— Поначалу я была не очень довольна, но поняла, что они были правы, когда столкнулась с этим человеком лицом к лицу.

— Правда? — широко распахивает глаза Ракель. — Ты? Сталкивалась с Маркусом?

— Да. Мы тогда были в каком-то магазинчике. Так получилось, что я потеряла дедушку с бабушкой. Отвлеклась на что-то, а они даже не заметили мою пропажу, поскольку были увлечены разговором с какой-то своей знакомой. И пока я их искала по всему магазину, то ко мне подошел какой-то мужик и начал заманивать меня куда-то к себе, говоря, что у него есть и много конфеток, и котята, и щенята и всякое такое.

— Ого, ничего себе…

— Я тогда быстро узнала в нем того самого Маркуса, о котором все говорили, и поняла, что мне настанет конец. Закричала что есть мощи и убежала со всех ног. Ко мне навстречу как раз шел дедушка. Я к нему подбежала, крепко его обняла и начала плакать, говоря, что мне очень страшно. А немного успокоившись, рассказала, что тот Маркус хотел увезти меня с собой.

— А он разве не побежал за тобой?

— Нет, как ни странно. Но думаю, он просто не стал рисковать. Ведь кругом все-таки была парочка людей. А на мой крик сбежалось еще больше.

— Господи, ты даже не представляешь, как сильно тебе повезло! — резко выдыхает Ракель, приложив руку ко лбу. — Если бы ты согласилась с ним поехать, то тебя бы точно убили.

— Просто вспомнила слова дедушки и бабушки о том, что нельзя заговаривать с незнакомцами, что-то брать у них из рук и куда-либо с ними идти. Чем бы они тебя ни заманивали. Конечно, посмотреть на щеночков, которых я так любила, было очень заманчивым предложением, но в голове что-то вовремя щелкнуло.

— Слушай, а если ты уже сталкивалась с Маркусом в детстве, то помнит ли он тебя сейчас?

— Ты думаешь, это и правда тот самый Маркус?

— Не сомневаюсь. По крайней мере убийце сейчас должно быть столько же, сколько и Маркусу – пятьдесят семь лет.

— А ты сама когда-нибудь сталкивалась с Маркусом?

— Нет, слава богу. Хотя когда я сбежала из дома после новости о смерти родителей, дедушка подумал, что он меня убил, поскольку в тот момент умерла похожая на меня по описанию девочка.

— Интересно… Он ведь убил стольких людей. А сколько еще пыталось от него сбежать. Скольким повезло спастись.

— Но я нисколько не удивлюсь, если он тебя вспомнил.

— Но как? Маркус ведь не знал моего имени! Да и я уже давно не та малышка, которую он встретил!

— Это ведь не значит, что в тебе нельзя разглядеть знакомые черты лица. Да, ты уже взрослая девушка, но в тебе по-прежнему осталось то, что было и в юном возрасте.

— Не знаю, подруга. Так или иначе теперь нам придется быть еще осторожнее. Если Питера он хочет убить по какой-то причине, то нас всех может убрать лишь ради забавы. Ради очередной записи в дневнике, о котором говорилось в статье.

— Только теперь в силу возраста Маркус делает гадости не сам, а с помощью своих дружков.

— Какая разница? Это не снимает с него ответственности!

— Как только мистер Джонсон вернется в город, то мы немедленно расскажем ему обо всем, что узнали.

— А что мы будем делать до этого момента?

— Постараемся быть осторожными. — Ракель нервно сглатывает. — Если честно, у меня начинает появляться какое-то нехорошее предчувствие. Как будто скоро должно случиться что-то ужасное после долгого затишья.

— Я и сама из-за этого переживаю. Маркус специально засел на дно.

— Но и мы особо не высовывались.

— Да, Питер вон вообще всю неделю практически не выходил из дома и приходил в себя после всех тех ужасных пыток. Но сегодня ему пришлось выйти, потому что позвонила Джессика и попросила помочь ей заменить смеситель на ванне.

— Я до сих пор в ужасе ото всех его рассказов о тех пытках, — тяжело вздыхает Ракель. — В ужасе ото всего, что произошло с ним за последнее время.

— Слава богу, Питу удалось выбраться из того места, куда они его привезли. А иначе бы ему точно пришел конец.

— Как бы они не предприняли вторую попытку вырубить его и увезти куда-нибудь еще дальше.

— Не исключено.

В этот момент Сэмми очень жалобно подает голос, отвлекшись от обнюхивания асфальта своим носиком.

— Они точно не успокоятся, пока не прикончат его, — с грустью во взгляде добавляет Хелен. — Пока не настроят его против меня, парней и девчонок.

— И самое ужасное – мы не можем предугадать их следующий ход, — отмечает Ракель. — Не можем понять, как нам то предотвратить очередную беду.

— Это и пугает. Пугает то, что мы ничего не можем сделать.

— По крайней мере, теперь мы знаем, с кем имеем дело. С одним из самых опасных и кровожадных преступников двадцатого века.

— А зная это, я уверена, что Маркус выберет очень изощренный способ убийства. Ведь его жертвы не были просто зарезаны ножом или убиты из пистолета. Их там едва ли не расчленяли и сжигали.

— Дай бог, мы этого не допустим.

— Как? — разводит руками Хелен.

— Пока что будем ждать момента, когда сможем поговорить с мистером Джонсоном.

— Как будто он может что-то сделать.

— Но зная имя преступника и его прошлые грешки, найти Маркуса будет гораздо проще.

— Кстати, удивительно, что этот тип не решил сменить имя, чтобы никто ничего не подумал.

— Согласна, здесь он явно не подумал. И в итоге как бы сам помог нам установить личность того, кто охотится за Питером.

— Господи, я не понимаю, как полиция умудрилась упустить такого ужасного преступника? В день совершались десятки преступлений! Иногда прямо на глазах у людей! Прямо под носом у полиции! Но Маркус так и остался безнаказанным, хотя за такое его вообще-то казнить надо.

— И не говори! Но я уверена – в этот раз ему не удастся отвертеться. Он ответит и за все покушения на тебя и Питера, и за преступления двадцатилетней давности.

— Сколько еще нужно невинных жертв, чтобы он получил то, что заслужил?

— Не волнуйся, подруга, все будет хорошо, — спокойно уверяет Ракель, приобняв Хелен за плечи.

— Пока что все становится лишь хуже.

— Так или иначе пока что просто будем очень осторожны и поменьше где-то светиться по мере возможности. Думаю, тебе стоит вернуться домой, пока откуда-нибудь не вылез сообщник Маркуса.

— Ты права, нам лучше и правда отсюда уйти, — с тревогой в душе соглашается Хелен. — Хоть здесь и есть люди, мне все равно как-то не по себе.

— С Сэмми мы уже нагулялись и наигрались, а на работу тебе сегодня не идти. Так что ты можешь уделить немного внимания миссис Маршалл.

— А ты не поедешь домой?

— Чуть позже мне надо будет кое-куда съездить по делам. Это не очень срочно, но я хотела бы решить этот вопрос как можно скорее, чтобы забыть о нем раз и навсегда.

— Плохо, что и ты без машины, и я не за рулем.

— Да ничего, сейчас выйдем на дорогу и попробуем поймать такси. А если не получится, то я вызову его по телефону или приложению. И потом зайдем куда-нибудь и подождем.

— Ох, да куда мы с Сэмми зайдем? Собак ведь практически никуда не пускают.

— Не переживай, милая, все будет хорошо.

Сэмми два раза уверенно подает голос, а Ракель с легкой улыбкой гладит его по голове. К этому моменту она и Хелен доходят до более людного места, в котором расположены одноэтажные здания с несколько небольшими магазинчиками, где продают всякую всячину. Практически везде можно встретить чистые деревянные скамейки и мусорные контейнеры, расположенные буквально каждые пару-тройку метров. Чуть дальше находится пешеходный переход, по которому люди переходят на зеленый сигнал светофора, пока весь транспорт останавливается на дороге с двумя полосами в обе стороны.

Ретривер с удовольствием изучает взглядом все его окружающее. Снова ему на пути встречаются пара-тройка симпатичных собачек, перед которыми начинает всячески хорохориться, гордо виляя своим пушистым хвостом. Только вот попытка завести с кем-нибудь знакомство оканчивается неудачей, поскольку их владельцы не особо желают тратить на это время из-за каких-то очень важных дел, что заставляют их быстрым шагом куда-то идти. А видя, как Сэмми расстраивается, Хелен и Ракель подбадривают его милой улыбкой и с удовольствием наглаживают и начесывают ему шерстку, зная, что он очень это любит.