Продолжая опираться руками о стену, Даниэль с громким, учащенным дыханием жадно впивается в губы Анны и одаривает ее волнительным поцелуем. Поначалу девушка резко напрягает все свои мышцы и пытается что-то сказать, но решительный настрой и давление очень быстро заставляет ту отдаться в руки неземного наслаждения с чувством легкого головокружения и мыслью, что биение сердца эхом отдается в висках. Ее тонкие длинные пальцы разводят беспорядок в волосах мужчины, а миндалевидные длинные ногти, окрашенные в золотистый лак с мелкими блестками, нежно впиваются в заднюю часть его шеи. Время от времени она издает тихие, чувственные стоны, пока возлюбленный покусывает, посасывает и оттягивает ее губы или настойчиво позволяет языку проскользнуть ей в рот и ласкает им самые чувствительные места.

Впрочем, Анна не остается в долгу и отвечает Даниэлю тем же, а также запускает руки под его футболку и без стеснения водит ими по горячему обнаженному торсу, мысленно отмечая, что мышцы на его животе в последнее время действительно стали еще крепче и ярко выраженными. Она невольно откидывает голову назад и не может сдержать тихие, чувственные стоны, когда он начинает щедро осыпать всю ее шею короткими поцелуями или хаотично водить по ней приоткрытым ртом, в какой-то момент взяв ее за запястья и прижав их к стене и хорошо чувствуя прерывистое дыхание и учащенное сердцебиение своей возлюбленной.

— О, Даниэль, ты безумный… — тихим, сиплым голосом говорит Анна и закатывает глаза, пока мягкие губы Даниэля ласкают тонкую и чувствительную кожу у нее на шее. — Безумный… Черт…

— Принцы бывают разными, — с придыханием отмечает Даниэль, обеими руками нежно массирует грудь Анны, натирает большими пальцами ее соски и уверенно водит руками по ее ключицам, животу, бедрам и ягодицам. — Не только такими, о которых ты читала в сказках.

— Меня мой устраивает. И я никому его не отдам. Никакой бессовестной сучке.

Крепко взяв лицо Даниэля в руки, Анна напористо, с каким-то нетерпением целует его в губы и уверенно проводит языком по небу и вокруг языка возлюбленного, заставляя того тихонько постанывать и с еще большей страстью прижимать любимую к своему горячему телу. А пока она занимается его шеей, копается у него в волосах и не упускает возможность еще раз прикоснуться к мужскому торсу, руки мужчины ласкают изгибы тонкой женской талии или нежно сжимают бедра, что так подчеркивают идеальную фигуру в форме песочных часов.

В какой-то момент Даниэль без особых усилий перехватывает инициативу в поцелуе, придерживая Анну за затылок одной рукой и за спину другой. После каждого ее тихого вздоха и чувственного стона он прилагает еще больше давления, мечтая увидеть, как она окончательно опускает перед ним руки и дает понять, что готова провалиться в бездну настоящего блаженства. Девушка невольно выпячивает грудь, прогибает спину и расправляет плечи, когда мужские губы едва касаются ее уха, а нежный шепот тут же заставляет сердце замереть.

— Я уже представляю, как бы ты смотрелась без одежды… — с самодовольной улыбкой шепотом произносит Даниэль. — Как лежала бы на кровати и извивалась словно грациозная кошечка…

— Старайся лучше, чтобы не осталось твоей мечтой, — с хитрой улыбкой низким, соблазнительным голосом провоцирует Анна. — Не лишай меня возможности немного расслабиться…

— Ты почти готова. Я это чувствую. Надо приложить совсем немного усилий, чтобы добраться до сокровенного. И приступить к самому сладкому десерту.

— Ты же не любитель сладкого.

— Зато я обожаю тебя целовать и обнимать. Не могу прожить и дня, чтобы не прильнуть к твоим нежным губкам или тонкой шейке. Чтобы не прижаться к твоему горячему телу.

Даниэль оставляет несколько коротких, дразнящих поцелуев на одном из изгибов шеи Анны и ее ключицах и не может устоять против желания поласкать эти части тела губами, нежно прикусить и немного пососать. Сама же девушка лохматит возлюбленному волосы, уверенно водит теплыми руками по его широким плечам, мощной спине, твердому торсу и крепким рукам или вцепляется пальцами в мужские ягодицы, видя, как после этого он заливается краской, а в глазах появляется полный азарта огонек. Зрачки влюбленных расширены, голова идет кругом из-за волны невероятных эмоций, на ватных ногах непросто твердо стоять, а заставить себя помнить о том, что нужно хотя бы изредка дышать, чтобы не лишиться сознания, не так-то просто. Хотя временами его катастрофически не хватает.

В какой-то момент Даниэль очень медленно приникает к губам Анны для нежнейшего и невинного поцелуя, из-за которого из ее уст вырывается тихий сладострастный стон, чувствуя что-то щекочущее внизу живота и понимая, как по всему телу словно проходит мощный электрический разряд, а сердце уходит в пятки. После чего мужчина подхватывает девушку на руки и направляется к дивану, пока та обвивает его шею руками, оставляет на ней парочку поцелуев, губами едва касается ушной раковины возлюбленного и игриво прикусывает мочку. А как только он аккуратно кладет ее на диван, то склоняется перед ней и приникает к мягким нежно-розовым губам для будоражащего разум поцелуя, который та воспринимает благосклонно, погладив его лицо обеими руками, пропустив пальцы сквозь мягкие темные пряди и притянув того еще ближе к себе.

Когда она откидывает голову назад, Даниэль проводит приоткрытым ртом по передней части шеи Анны, одновременно с этим нежно массируя грудь, которую она гордо выпячивает. Запах ее бархатистой чувствительной кожи все больше пленит мужской разум и вызывает желание прикасаться к ней, целовать и трогать снова и снова. А его бесподобные навыки соблазнения не оставляют ей никакого выбора, кроме как полностью расслабиться и наслаждаться тем, как любимый заставляет ее чувствовать себя богиней с помощью особого языка, который он уже давно освоил в совершенстве. Невозможно даже думать о чем-то постороннем, когда мягкие мужские губы щедро осыпают всю ее шею попеременно напористыми и страстными или нежными и едва ощутимыми поцелуями, решая, стоит ли поднять градус напряжения или же немного опустить.

Немного погодя Даниэль опускается ниже и уделяет внимание груди, изгибам талии и животу Анны, а также бедрам, внутренним их частям и коленям, с особой нежностью наглаживая все эти части и покрывая их невинными, полными любви, поцелуями. Он всем своим видом показывает, что без ума от своей возлюбленной, которая, к его радости, ходит по дому в коротких хлопковых шортах и свободной укороченной майке. Ну а сама девушка в порыве эмоций слегка оттягивает его волосы или вцепляется ногтями в заднюю часть шеи, чувствуя, как мучительное напряжение все больше нарастает в каждой части ее разгоряченного тела, не сдерживая желание издавать полные блаженства стоны и продолжая громко и тяжело дышать с любимым в унисон.

Анна с радостью подбавляет дровишек в огонь, когда Даниэль одаривает ее продолжительным поцелуем в губы, нежно держа ее лицо в руках. Влюбленные издают тихий стон в тот момент, когда их языки соприкасаются и выискивают самые чувствительные места друг у друга во рту, заставляя сердце биться в разы чаще. К этому моменту для них весь мир перестает существовать. Они напрочь забывают о том, что вообще-то должны принимать у себя дома гостя, который, правда, пока что не давал знать о своем приезде. Все их мысли сосредоточены друг на друге. Все их желания связаны лишь с тем, кому принадлежат их сердца. С любимым человеком, которого они однажды могли потерять из-за козней тех, кто не хотел видеть их счастливыми вместе.

Но в какой-то момент, пока Даниэль одновременно ласкает губами место у нее за ухом, искусно ласкает ее грудь и водит рукой по животу, Анна, слегка нахмурившись, начинает внимательно прислушиваться к звукам, которые и вывели ее из блаженного транса. А убедившись в том, что ей точно это не кажется, девушка легонько хлопает мужчину по плечу, чтобы остановить его и сказать:

— Эй-эй, Даниэль, подожди… Подожди…

— В чем дело, принцесса? — растерянно спрашивает Даниэль, резко отстранившись от Анны. — Я делаю что-то не так? Тебе больно?

— Нет-нет, дело не в этом.

— Тогда в чем проблема?

— Послушай внимательно. — Анна на пару секунд замолкает, продолжая внимательно вслушиваться в завладевшие ее вниманием звуки. — Ты слышишь?

— Что я должен услышать? — с учащенным дыханием недоумевает Даниэль, немного туго соображая из-за одержимой им страсти.

— Я слышу собачий лай. Где-то совсем близко.

— Собачий лай?

Еще больше нахмурившись, Даниэль внимательно прислушивается ко всем звукам, что его окружают, и через пару секунд действительно слышит громкое и очень настойчивый лай какой-то собаки.

— И правда… — подтверждает Даниэль, сползает с Анны и присаживается на диван, пока она принимает сидячее положение и немного поправляет свой держащийся на честном слове хвост. — Где-то лает собака…

— За дверью! — восклицает Анна. — Собака лает прямо на нашу дверь!

— Да, точно! Лай идет оттуда!

— Это случайно не Сэмми?

— Не знаю… Вроде похоже на него…

— Значит, Питер уже приехал?

— Честно говоря, я что-то совсем забыл о том, что мы ждали его для репетиции песни.

— Да, но тогда почему Сэмми заливается лаем? — удивляется Анна, слыша, как какая-то собака продолжает настойчиво лаять.

— И почему Роуз не нажал на дверной звонок?

— Он что, сломался? Не работает?

— По крайней мере, вчера с ним все было в порядке.

— Да, верно…

— Ладно, пошли встретим гостей, — уверенно говорит Даниэль и встает с дивана.

— Которые, кстати, что-то задержались.

— Сто процентов Сэмми отказался ехать, пока Роуз не навалил ему полную миску корма.

Одернув свою футболку и поправив растрепанные волосы, Даниэль направляется к входной двери, у которой все еще продолжает раздаваться громкий и настойчивый лай. Кроме того, Анна замечает, как слегка потрясывается небольшая собачья дверка, через которую кто-то будто бы очень сильно хочет пройти. Но не делает этого из-за понимания того, что нельзя вот так без приглашения врываться в чужой дом.

А быстро отперев замок на двери, Даниэль к своему удивлению видит лишь крупного золотистого ретривера с черным ошейником и мягкой, хорошо ухоженной шерсткой, что буквально блестит на солнце. Пес выглядит довольно взволнованным и не перестает громко лаять даже тогда, когда видит уже знакомых ему мужчину и девушку.

— Сэмми? — округлив глаза, удивленно произносит Даниэль. — Ты что здесь делаешь?

— Сэмми, мальчик, привет… — скромно улыбается Анна, склонившись перед Сэмми.

Пес по кличке Сэмми продолжает безудержно лаять, как будто он отчаянно желает сказать что-то очень важное.

— Эй-эй, спокойно, парень, спокойно, — мягко говорит Даниэль, погладив Сэмми по голове. — Успокойся. Не надо так громко лаять.

— Постой, а почему ты здесь один? — настораживается Анна. — Где Питер?

В этот момент Даниэль широко распахивает глаза, а Сэмми все также не оставляет попытки что-то донести до влюбленных.

— Действительно, Сэмми, где Питер? — недоумевает Даниэль. — Почему он не с тобой?

Сэмми начинает еще громче и отчаяннее лаять, в какой-то момент повернув голову в сторону.

— Спокойно-спокойно, дружище, не нервничай, — пытается успокоить Даниэль, опустившись на колени перед Сэмми и проведя рукой по его шерстке. — Все хорошо.

— Пожалуйста, Сэмми, успокойся, — взмаливается Анна. — Сейчас же соседи сбегутся сюда.

— Анна… Мне что-то это совсем не нравится. — Даниэль переводит взгляд на Анну. — Совсем не нравится.

— Мне тоже… — Анна прикладывает руку к сердцу. — Сэмми не зря такой возбужденный.

Как будто желая подтвердить, что произошло что-то ужасное, Сэмми еще настойчивее продолжает лаять.

— Господи, неужели что-то произошло? — широко распахивает глаза Анна. — Что-то произошло с блондином?

— Похоже на то, — предполагает Даниэль и встает на ноги. — И явно что-то серьезное.

В отчаянии Сэмми еще несколько секунд заливается громким лаем, а затем хватает Даниэля за край футболки и начинает тянуть его за собой, будто умоляя пойти за ним и в чем-то ему помочь.

— Эй-эй-эй, фу, нельзя! — восклицает Даниэль и силой вырывает футболку из пасти Сэмми. — Сэмми, порвешь же! Сэмми! Отпусти сейчас же!

Когда Сэмми все-таки отпускает Даниэля, то он встает у него за спиной, встает на задние лапы и, вытянувшись во весь рост, начинает толкать его передними вперед.

— Да что с тобой не так, приятель? — удивляется Даниэль. — В чем дело?

— Мне кажется, он хочет, чтобы ты пошел с ним, — задумчиво предполагает Анна, внимательно наблюдая за Сэмми. — Сэмми явно просит тебя о помощи.

— Неужели что-то произошло с Питером? Ему нужна помощь?

Сэмми громко лает несколько раз подряд, будто говоря: «Ну наконец-то до тебя дошло! Давай уже поторопись, пока не произошло чего-то ужасного! Я без тебя не справлюсь!»

— Господи, неужели на него опять кто-то напал? — с ужасом в широко распахнутых глазах задается вопросом Анна.

— Сэмюэль, сейчас же успокойся! — строго наказывает Даниэль. — Хватит лаять на весь район!

Однако это никак не влияет на Сэмми, который продолжает отчаянно просить Даниэля о помощи, хватает его уже за тонкую повязку на запястье и настойчиво тянет за собой.

— Ладно-ладно, я тебя понял! — приподнимает руки Даниэль. — Сейчас во всем разберемся. Только перестань лаять, пока соседи не взбунтовались!

— И что нам теперь делать? — неуверенно спрашивает Анна. — Как помочь Питеру, если он попал в беду?

— Сделаем следующее: ты оставайся здесь, а я пойду с Сэмми и узнаю, в чем дело. Вдруг Роузу и правда нужна помощь.

— Мне страшно, любимый… Это точно не доведет до добра.

— Нет-нет, принцесса, не надо бояться, — уверенно отвечает Даниэль, приложив руку к щеке Анны. — Пока я рядом, с тобой ничего не случится.

— У меня нехорошее предчувствие.

— У меня тоже. Печенкой чую, что с Питом произошло что-то ужасное. И что я обязан ему помочь.

— Пожалуйста, будь очень осторожен. — Анна прикладывает руку к груди Даниэля, с жалостью во взгляде смотря ему в глаза. — Что бы ни случилось.

— Все будет хорошо. А пока меня нет, даже не вздумай покидать территорию дома.

— Но…

— Я серьезно, Анна, — строго произносит Даниэль. — Зайди в дом и даже не вздумай его покидать.

— То есть, мне просто сидеть и ждать?

— Да.

— Но, Даниэль…

— Да иду я, Сэмми, иду! — Даниэль резко переводит взгляд лающего Сэмми, который снова хватает его за футболку и тянет за собой. — Все. Иду. Показывай дорогу.

Сэмми уверенно подает голос, стартует с места быстрее любого легкоатлета, в какой-то момент останавливается и оборачивается, будто желая убедиться в том, что Даниэль следует за ним.

— Оставайся здесь и не вздумай идти за мной, — наказывает Даниэль. — Если меня долго не будет, то запри все двери, закрой окна и веди себя тихо как мышка.

— И ты пойдешь прямо вот так? — удивляется Анна. — Без телефона, без документов?

— Все потом, принцесса. Все потом.

Мило поцеловав Анну в лоб, Даниэль разворачивается и начинает быстрым шагом следовать за Сэмми, который в этот момент еще больше разгоняется и начинает едва ли не бежать.

— Даниэль! — громко зовет Анна. — Даниэль, погоди!

Однако Даниэль уже не обращает внимание на зов Анны и стремительно уходит все дальше и дальше, пока девушка полусухими, полными испуга глазами смотрит ему вслед, чувствуя, как ее сердце неприятно сжимается от мысли, что все это не приведет ни к чему хорошему.

— Не так быстро, Сэмми! — восклицает Даниэль, который немного не поспевает за несущимся словно ураган Сэмми. — Помедленнее!

Правда Сэмми игнорирует просьбу Даниэля и продолжает на всех порах бежать по всему большому району, в котором на данный момент практически нет людей, но в котором расположено довольно много домов. С частью их владельцев мужчина находится в прекрасных отношениях, а с остальными либо никак не контактирует, либо пока что не познакомился. Однако нет никого, с кем бы у него была открытая война. Никого, кто постоянно вставлял бы ему палки в колеса и всячески гадил, не давая жить спокойной жизнью.

Спустя некоторое время Сэмми и вовсе выводит Даниэля с территории, на которой расположены все эти дома. И начинает бежать туда, где располагается нетронутая человеческой рукой лесная чаща, через которую проходит неровная автомобильная дорога с двухсторонним движением, которая определенно нуждается в ремонте. По ней, конечно, регулярно проезжают машины, грузовики и прочий транспорт, но на данный момент она абсолютно пустая. А поскольку он обычно выезжает в город по другой, противоположной дороге, то Перкинс искренне удивляется, что пес решил завел его именно сюда.

— Слышь, пушистый, ты куда меня завел? — недоумевает Даниэль. — Я бы нисколько не удивился, если бы сюда занесло Эдварда. Ибо он любитель искать приключения на свою задницу. Но что понадобилось здесь тебе и Роузу?

Сэмми продолжает нести на все порах в нужном направлении, иногда останавливаясь и оборачиваясь назад, чтобы убедиться в том, что Даниэль все еще следует за ним. Мужчине приходиться пробежать еще некоторое расстояние до того как пес заводит его чуть глубже в лесистую местность, где можно увидеть несколько дорожек, ведущие в разные стороны, Кажется, будто кто-то бывал здесь не раз, поскольку на земле можно увидеть различные следы от обуви и даже отчетливые отпечатки протекторов автомобильных шин. Перкинс понятия не имеет, где сейчас находится, но полностью доверяет ретриверу, что отчаянно рвется помочь определенно попавшему в беду Питеру, и несется к нему со всех ног.

— Ох, ну и куда же вас занесло? — с затрудненным дыханием бубнит себе под нос Даниэль. — Хорошо, хоть на мне надеты кроссы. А вышел бы на улицу в тапках и испачкал бы их ко всем чертям…

А еще спустя некоторое время Сэмми добегает до какого-то обрыва, наконец-то останавливается, разворачивается и подает голос, как бы давая Даниэлю понять, что они пришли. Немного запыхавшийся мужчина опирается руками о колени и быстро осматривается вокруг, поначалу не находя ничего такого, что могло бы его заинтересовать. Но стоит ему захотеть отругать пса за то, что он заставил его тащиться в такую даль, как взгляд Перкинса останавливается на двух людях, что находятся на небольшой поляне, на которую с обрыва открывается прекрасный вид. Один из них – молодой, крепкий, темноволосый мужчина с густой бородой, одетый в темную одежду. И у него в руках можно заметить небольшой нож, который он пытается воткнуть в светловолосого парня, что изо всех сил отбивается от него, будучи крепко прижатым к грязной земле. Блондину чудом удается оттолкнуть от себя противника крепким ударом в пах, подняться на ноги и немного отдышаться до того, как тот набрасывается на него с кулаками и некоторое время борется в рукопашную, постоянно держа парня в поле зрения.

А немного понаблюдав за ними, Даниэлю не составляет никакого труда узнать Питера в том светловолосом парне, который вынужден в одиночку отбиваться от неизвестного.

— Твою ж дивизию… — с ужасом во взгляде произносит Даниэль.

Сэмми очень громко подает голос и резко срывается с места, чтобы попробовать еще раз помочь Питеру отвязаться от того, кто снова покушается на его жизнь. Темноволосый парень в какой-то момент со всей силы залупляет Роузу пощечину, сбивает его с ног одним ударом в челюсть и без жалости бьет в живот, заставляя того скрутиться от боли. Стискивая зубы от сильной боли и чувствуя привкус крови в рот, Питер пытается подняться на ноги и решает убежать отсюда как можно дальше. Но противник грубо бьет его головой об землю и кулаком наносит такой сильный удар по хребту, что тот кричит во все горло и выгибается от мгновенно пронзившей все его тело боли. И не успевает заметить, что темноволосый парень пулей достает из внутреннего кармана куртки толстую веревку и начинает со всей силы душить ею Роуза, крепко сдавив ее у него на горле. Тот мгновенно начинает задыхаться из-за перекрытого доступа к кислороду, но не может ничего сделать, чтобы освободиться из этого плена. Ибо уже успел довольно сильно устать, да и противник оказался не из робкого десятка.

— Нет, Питер! — с широко распахнутыми глазами вскрикивает Даниэль.

Быстро осмотревшись вокруг себя в поисках способа спуститься вниз и прийти другу на выручку, Даниэль пулей срывается с места и бежит вслед за Сэмми. Который в этот момент уже подбежал к преступнику и вцепился ему в руку, всеми силами пытаясь освободить Питера, безуспешно пытающийся ослабить силу захвата веревки, что туго затянута у него на шее. Правда негодяй со всей силы бьет пса ногой прямо в морду, от чего тот с тихим, жалобным поскуливанием отскакивает в сторону. Правда быстро приходит в себя, стряхивает со своей шерстки грязь и снова пытается спасти возлюбленного своей хозяйки.

Впрочем, любые попытки Сэмми что-то сделать никак не помогают Питеру, который из-за катастрофической нехватки кислорода теряет способность хоть как-то защищать себя и думает лишь о том, как бы ему остаться в сознании. Тем более, что в какой-то момент у него начинает кружиться голова.

— Вот ты и попался, красавчик, — ехидно смеется темноволосый парень, все крепче и крепче затягивая веревку на шее Питера. — Рано или поздно ты ответишь за все свои делишки. За все, что сделал человеку, который мечтает о том, чтобы ты наконец-то сдох.

Тем временем Сэмми продолжает кружить вокруг преступника, попеременно лаять на него или же ожесточенно рычать, обнажая свои острые, белые зубы, что способны без проблем прокусить все что угодно.

— Ты ничего мне не сделаешь, вонючая шавка, — ехидно улыбается мужчина, таская Питера в разные стороны. — Не сможешь спасти своего жалкого хозяина.

После очередного полного агрессии громкого рыка Сэмми с предупреждающим лаем крепко вцепляется в куртку мужчины и со всей силы тянет ее на себя. И на этот раз действует гораздо решительнее, поскольку преступнику не удается так просто отшвырнуть пса куда подальше. В какой-то момент ретривер так резко тянет противника на себя, что тот практически заваливается, потянув за собой и Питера, балансирующий на грани потери сознания из-за нехватки воздуха и невозможности получить доступ к кислороду и время от времени негромко кашляющий. Можно заметить, как его кожа резко бледнеет, губы приобретают легкий оттенок синего, а ноги едва удерживают вес тела. Он чувствует себя словно загнанный в угол щенок, который не может себя защитить. Не потому, что боится. А потому, что у него просто нет сил. Нет сил справиться с человеком, который за некоторый промежуток времени успел нехило так его погонять и успешно воспользовался ситуацией, затянув веревку на горле.

Но в тот момент, когда Питер уже не надеется на какое-то чудо, а Сэмми не знает, что ему делать, на поляну словно метеор прибегает взволнованный Даниэль. Увидев все происходящее, он с немного затрудненным дыханием дает о себе знать, громким басом закричав:

— Эй, а ну сейчас же отпусти его!

Увидев вдалеке Даниэля, на лице Питера проскальзывает легкая улыбка, а в душе начинает теплиться надежда хоть на какую-то помощь. Пока преступник переводит на только что появившегося парня взгляд и хитро улыбается, даже и не думая ослаблять хватку и затягивая веревку все крепче и крепче.

— О, смотрите-ка, защитничек прибежал… — ехидно смеется мужчина. — Все-таки не стал отсиживаться в своей конуре.

— Даю тебе две секунды, чтобы ты, сука, отпустил моего друга, — решительно надвигаясь на преступника и угрожая ему пальцем, грубым, низким голосом требует Даниэль. — А иначе я намотаю эту гребаную веревку на твой вонючий хер и затяну ее со всей дури.

— Теперь ясно, куда бегал этот плешивый кусок дерьма. — Преступник бросает короткий злостный взгляд на грозно рычащего Сэмми, который стоит в боевой позиции и надеется запугать противника видом своим острых клыков. — Решил привести сюда группу поддержки. Свидетелей того, как я покончу с этим белобрысым мудаком.

— Я тебе, мудила, непонятно не втираю? — Даниэль подходит еще ближе к преступнику, крепко сжимая руки в кулаки. — СЕЙЧАС ЖЕ ОТПУСТИЛ ПИТЕРА!

— Не напрашивайся на неприятности, чмошник. А иначе я закопаю тебя прямо здесь.

— Только попробуй… — через силу низким, грубым голосом выдавливает из себя Питер. — А иначе ты труп.

— Заткни пасть, урод. — Преступник снова крепко затягивает веревку на шее Питера после того, как в какой-то момент слегка ослабил хватку.

— Я сказал, немедленно отпусти моего друга! — вскрикивает Даниэль. — НЕ ВЫНУЖДАЙ МЕНЯ РАЗБИРАТЬ ТЕБЯ НА ЗАПЧАСТИ!

— И что мне сделаешь? Будешь бегать вокруг меня как вот эта шавка и гавкать?

— Я вызову полицию, если буду лицезреть здесь твою харю через пару минут.

— Ой-ой-ой, как я испугался! Сию минуту отпустил твоего дружка и побежал отсюда, сверкая пятками.

— Тебе ПРИДЕТСЯ это сделать! Потому что ты НИЧЕГО не сделаешь с моим другом. Тем более на МОЕЙ территории.

— Слышь, урод недоразвитый, ты че, проблем захотел? — сквозь зубы цедит преступник. — МАЛО ТЕБЕ НАЧИСТИЛИ МОРДУ НЕСКОЛЬКО МЕСЯЦЕВ НАЗАД?

— Не выводи меня из себя, псина. ДЕЛАЙ ТО, ЧТО ТЕБЕ, БЛЯТЬ, ГОВОРЯТ!

— Лучше посмотри, как я покончу с ним у тебя на глазах.

Преступник с хитрой улыбкой настолько крепко перетягивает веревку, что кажется, будто он вот-вот может сломать шею Питера, который обеими руками вцепляется в то, что не дает ему нормально дышать, силой пытаясь хоть немного оттянуть ее.

— Сэмюэль, фас! — громко отдает команду Даниэль.

Сэмми мгновенно подлетает к преступнику и мертвой хваткой вцепляется ему в руку, заставив того закричать от боли и начать резко дергать ею с надеждой отшвырнуть пса от себя. Даниэль же, не теряя ни секунды, срывается с места, со спины применяет к нему крепкий захват шеи и решительно оттаскивает в сторону. Подальше от Питера, которого тот наконец-то отпускает. Блондин обессилено падает на землю и начинает громко, буквально до тошноты кашлять, схватившись за шею, на которой теперь красуется яркий красный след от веревки, и буквально заглатывая воздух. Даниэль одним легким движением укладывает преступника на лопатки и со всей силы бьет его кулаком в челюсть. А затем еще и ногой. Из-за чего у того из носа начинает вытекать тонкая струйка крови. Пока Сэмми все еще продолжает громко его облаивать и агрессивно рычать.

— Что, сука, нравится? — грубо спрашивает Даниэль, прижимая мужчину лицом к земле. — НРАВИТСЯ, Я СПРАШИВАЮ?

— Да уж… — ехидно усмехается преступник. — А мы-то думали, что дружки окажутся умнее и не будут нам мешать. Не захотят искать на свою жопу приключений.

— Как могут думать те, кто обделен мозгами? — Даниэль крепко хватает преступника за шиворот. — Кто даже не догадывается о том, что мы можем сделать с теми, кто смеет вредить нашим друзьям.

— Сидел бы ты лучше дома, петушок. Занимался своими делами. КАКОГО ХЕРА ТЫ ЛЕЗЕШЬ КУДА ТЕБЯ НЕ ПРОСЯТ?

— Ну уж нет, я не собираюсь молчать, когда какой-то мудак пытается причинить вред моему другу. МОЕМУ БРАТУ. НА МОЕЙ ЖЕ ТЕРРИТОРИИ.

Даниэль со всей силой бьет преступника кулаком в солнечное сплетение, заставив того взвизгнуть и согнуться пополам.

— ДАЖЕ НЕ НАДЕЙСЯ, ЧТО Я БУДУ СТОЯТЬ И НИЧЕГО НЕ ДЕЛАТЬ, ПОКА ТЫ ПЫТАЕШЬСЯ ЕМУ НАВРЕДИТЬ! Я ТЕБЯ, ПАДЛА, РАЗОРВУ НА ЧАСТИ!

— Ну ладно, раз крутыш захотел помахать крылышками и повыпендриваться перед своим дружком и типа спасти его, я с радостью представляю ему такую возможность. ПЕРЕД ТЕМ КАК Я ЕГО ЗАКОПАЮ!

Преступник перекрывает Даниэлю кислород с помощью крепкого удара в грудную клетку. А пока тот начинает задыхаться от нехватки воздуха, мужчина пулей затягивает веревку у него на шее и, как в случае с Питером, со всей силы затягивает ее. Сэмми с отчаянным лаем вцепляется в куртку плохого человека и оттягивает на себя. Однако Даниэлю не приходиться долго мучиться, поскольку Питер буквально заставляет себя подняться на ноги, несмотря на общую слабость, с разбега наносит противнику удар ногой в висок, оттаскивает его за шиворот в сторону и валит на землю. Буквально позеленевший от злости преступник, обнажая свой презренный оскал, поднимается на ноги и вступает с ним в ожесточенную рукопашную схватку, во время которой использует все возможные грязные приемы для нейтрализации столь ненавистным им блондина. У которого словно включился режим адреналина при появлении Перкинса. Ведь теперь ему придется не только защищать себя, но и не дать опасному типу что-то сделать с его другом или псом, благодаря которым парню намного легче держаться.

Впрочем, Даниэль ненадолго засиживается на земле и вскоре поднимается на ноги, чтобы присоединиться к практически равной хватке Питера и его противника. Вместе друзья руками и ногами отбиваются и прикрывают друг друга в опасные моменты, пока Сэмми делает все возможное, чтобы хоть немного им помочь. Так он в какой-то момент прикрывает собой парней, когда неизвестному удается по очереди сбить их с ног и крепко сжать в руке нож, который он достает из куртки. Он начинает ожесточенно облаивать его с полной готовностью наброситься на него в любой момент. Этого времени хватает для того, чтобы Даниэль сам встал на ноги и помог Питеру сделать то же самое.

— Ну раз уж на то пошло, то приводите сюда еще двух любителей строить из себя героя и бить всем морды, — хитро улыбается преступник, раскручивая в руке нож. — Тех, которые поют с вами гребаные песенки о том, какие вы все сильные, непоколебимые и смелые герои.

— Что, так сильно хочется ходить с фингалами под глазами? — ехидно усмехается Даниэль. — Окей, мы без проблем это организуем!

— А собачка еще и оставит огромную дырку в твоей заднице, — добавляет Питер.

— Огромная дырка скоро будет в твоей башке, белобрысый, — грубит преступник. — Что бы ты и твои дружки ни делали, тебе не удастся избежать того, что случится уже очень скоро.

— Питер не сделал ничего, чтобы кто-то устраивал на него охоту, — уверенно возражает Даниэль.

— Ошибаешься, петушок. Ты еще ничего не знаешь. Не знаешь, что он сделал. За что должен был ответить еще очень много лет назад. Не знаешь, какие тайны он ото всех скрывает.

— Какие бы ни были цели у тебя и твоих подельников, я это так не оставлю! — восклицает Питер. — Я не собираюсь забиваться в угол словно мышка и дрожать от страха, ожидая момента, когда какая-то мудила захочет расправиться со мной.

— А надо бы бояться! Если ты еще не понял, то твоя жизнь больше не будет прежней. Впредь тебе придется оглядываться по сторонам. Как, впрочем, и твоим дружкам. А может, даже и вашим прекрасным девам.

— Увижу тебя или твоих дружков рядом с одной из них – раздавлю как горошину! — сквозь зубы цедит Питер, угрожая преступнику пальцем. — НЕ СМЕЙ К НИМ ПРИБЛИЖАТЬСЯ! КАК И К МОИМ ДРУЗЬЯМ!

— Интересно, и кто же нас остановит? — презрительно ухмыляется преступник.

— Мотай на ус, гнида, — грубо бросает Даниэль. — За друзей мы порвем, а за девушек и убить способны.

В знак подтверждения Сэмми несколько раз подряд подает голос и тихонько рычит, обнажая свои острые зубы.

— Не пытайтесь выглядеть грозными, ребята, — настаивает незнакомец. — У вас это получается так же херово, как и петь.

— Че, больно дерзкий я смотрю? Любишь нарываться на неприятности?

— Мне от твоего махания крылышками ради спасения дружка не стало ни горячее, ни холоднее.

— С радостью наваляю тебе еще раз, если посмеешь приблизиться к нему хоть на шаг. А если даже просто посмотришь на мою девушку, то твоя следующая остановка – кладбище.

— Ну окей, давай посмотрим, способен ли ты на что-то большее. Как долго ты продержишься.

Стоит преступнику только сдвинуться с места, как Сэмми еще решительнее и ожесточеннее начинает лаять на него, твердо стоя в боевой позиции и не позволяя ему приблизиться к Даниэлю и Питеру, резко отскочившие назад, крепко вцепившиеся в руки друг друга и удерживающие пристальный взгляд на противнике.

— Слышь, ты тявкающий говнюк, отошел бы, пока не пошел на корм диким животным, — низким, угрожающим голосом советует преступник. — Все равно ты ничего не сможешь сделать. Потому что ты – тупое бесполезное существо, которое может лишь жрать, гадить и дрыхнуть.

Сэмми сначала заливается громким лаем, а затем, когда мужчина оказывается очень близко, крепко хватает рукав куртки и из стороны из стороны оттаскивает руку, что удерживает острый нож.

— Блять, сука, да уйди же ты от меня! — грубо требует мужчина, силой пытаясь выпустить руку из мертвой хватки Сэмми. — УЙДИ, ГОВОРЮ! ОТЦЕПИСЬ ОТ МЕНЯ! Я КОМУ СКАЗАЛ, БЕЗМОЗГЛАЯ ТЫ ТВАРЬ?

— Бежим отсюда, — решительно говорит Даниэль, переведя взгляд на Питера. — Валим, пока у нас есть такая возможность.

— Сэмми, за мной! — громко бросает Питер.

Схватив Питера под руку, Даниэль тащит его за собой, бегом направившись в ту сторону, откуда некоторое время назад добрался сюда. Преступник сразу же замечает убегающих парней и, все еще пытаясь заставить Сэмми отпустить его, во весь голос кричит им вслед:

— А НУ СТОЯТЬ, ТВАРИ! СТОЯТЬ, Я СКАЗАЛ! ВЫ НИКУДА ОТ МЕНЯ НЕ СБЕЖИТЕ!