На следующий день Даниэль и Анна приглашают Питера к себе домой, чтобы поработать над сюрпризом, который они готовят для Терренса и Ракель и Эдварда с Наталией, чья свадьба состоится уже в ближайшее время. Несмотря на беспокойство в связи с недавним нападением на Роуза, друзья все же стараются не зацикливаться на этом и думать только о хорошем с надеждой, что ничего плохого больше не случится. Или что все на самом деле не так ужасно, как может показаться на первый взгляд.

Девушка заканчивает приготовление мягких воздушных маффинов, которые парни всегда уплетают за обе щеки, пока обсуждают все детали сюрприза. Используя кулинарную перчатку, она аккуратно достает горячую решетку с несколькими формочками из духовки, что несколько секунд назад издала сигнал о готовности, и ставит ее на кухонную стойку, на глаз сразу же определив, что они очень хорошо пропеклись. Мужчина же в этот момент сидит в гостиной, занимаясь настройкой двух акустических гитар и проверяя некоторые записи на бумагах, что в одной стопке лежат на журнальном столике. Он отвлекается от своего занятия, когда ему в нос резко ударяет стойкий запах корицы и ванили, стремительно распространяющийся по всему помещению и ускользающий на улицу через раскрытые окна.

На лице Даниэля мгновенно появляется нежная улыбка, в глазах – яркий огонек, а на душе становится невероятно тепло. Каждый раз, когда Анна что-то готовит, это напоминает ему о тех днях, когда он еще жил с мамой, папой и младшей сестрой. Когда-то он стремился открещиваться от времяпровождения с семьей и не спешил по достоинству ценить то беззаботное и счастливое время. Но сейчас мужчина сильно жалеет об этом и с особой теплотой вспоминает те прекрасные моменты. Моменты, когда его мать стояла у плиты и с нежной любовью готовила для своей семьи наивкуснейшие блюда и с особым трепетом ухаживала за своим дражайшим супругом и любимыми детьми, что всегда были для нее смыслом жизни.

Нельзя сказать, что Анна стала полной заменой его матери. Однако она единственная девушка, что сумела подарить Даниэлю те же самые трепетные чувства, как и те, что вызывают у него воспоминания о детских годах. Именно благодаря ей ему стало приятно возвращаться в свой собственный дом, где его всем сердцем любят и с нетерпением ждут. С самого начала мужчина восхищается не только красотой своей прекрасной обладательницы детского личика, густых огненно-рыжих волос средней длины и пленяющих ярко-зеленых глаз. Она снова и снова покоряет его своей заботой и умением выслушать, поднять настроение и утешить в трудные времена. После того как он не потеряв ее однажды из-за козней людей, что ловко воспользовались ситуацией, Даниэль окончательно убедился в том, что ему не нужна никакая другая девушка. Ведь только рядом с Анной он может вернуться в то время, когда о нем заботилась родная мама. Когда он вряд ли мог подумать, что однажды останется один и потеряет почти всю свою семью.

Мужчина так увлекается своими воспоминаниями о детстве, что не замечает, как Анна подходит к нему со спины и с легкой, полной восхищения улыбкой несколько секунд наблюдает за своим возлюбленным. Ради которого она готова пойти на все, лишь бы видеть его счастливым. Хоть прошло уже несколько месяцев, она все еще пребывает в ужасе от мысли, что влюбленные могли бы сейчас быть не вместе. И девушка ничуть не жалеет о том, что все-таки сумела позволить обиде отступить и решила дать ему шанс исправить свою ошибку и стать для нее лучшим. Тем более, что чувства стали намного сильнее не только после вынужденной разлуки. Но и после того, как он решительно спас ее от ужасного человека, что долгое время издевался над ней, пользуясь тем, что все считали его ангелом. С того момента она смотрит на него как на бесстрашного рыцаря, рядом с которым ей и ее будущим детям ничто не угрожает. Который не позволит никаким гнусным негодяям не просто посмотреть в ее сторону, но и даже просто думать о том, чтобы как-то навредить ей.

А когда ей надоедает просто наблюдать за своим мечтающим мужчиной, Анна тихонько подходит поближе к Даниэлю, обвивает руки вокруг его шеи и мило трется носом об его щеку. Из-за чего мужчина широко улыбается и поворачивает голову в сторону своей любимой.

— О чем задумался, любимый? — со скромной улыбкой интересуется Анна.

— О том, какой я счастливый, — без колебаний отвечает Даниэль. — О том, как сильно мне повезло с такой прекрасной хозяюшкой, как ты.

— Твои любимые маффины уже готовы. — Анна нежно целует Даниэля в щеку. — Я только что достала их из печки.

— М-м-м, прекрасно… А то эти невероятные запахи сводят меня с ума.

— Думаю, они не успеют сильно остыть до приезда Пита.

— Если маффины окажутся слишком вкусными, то я один съем их все.

— Но их получилось очень много. Один ты с ними не справишься. Даже с моей помощью.

— Если что-то приготовлено тобой, то я никогда не слежу за количеством. Могу слопать все до последней крошки.

— А ты у меня, оказывается, жадюга, — хихикает Анна и мило треплет Даниэлю за щеку.

— Кто же виноват, что ты снова и снова покоряешь меня своими потрясающими кулинарными способностями? — Даниэль пальцем нежно гладит Анну по щеке.

— Боюсь представить, что было бы, если бы у тебя остались какие-то рецепты твоей мамы. Если бы я готовила что-то по ним.

Анна обходит вокруг дивана и присаживается рядом с Даниэлем, который в этот момент откладывает в сторону гитару.

— Наверное, в этом случае все те пытки, которые Роуз вот уже несколько месяцев устраивает для тебя во время походов в спортзал, оказались бы напрасны.

— Во время занятий я его реально ненавижу, — признается Даниэль. — А после тех изнурительных тренировок мечтаю собственноручно прибить. Но когда я подхожу к зеркалу, поднимаю футболку и вижу свой шикарный пресс и мышцы на руках, то блондин уже не кажется мне такой заразой.

— О да, в последнее время ты обожаешь ходить по дому без футболки и не упускаешь ни одной возможности полюбоваться на себя в зеркале.

— Ну да, я буквально влюбился в себя и свое измененное тело. И не могу упустить возможности продемонстрировать его.

— Понимаю… — загадочно улыбается Анна, медленно проведя рукой по животу Даниэля и слегка похлопав по нему. — Прекрасно понимаю…

— Зато теперь парни перестали смеяться и говорить, что я бываю в спортзале раз в сто лет. Ибо видят результаты моих усилий. А уж если к нам с Роузом присоединяются МакКлайфы, то приходиться работать в два раза усерднее.

— Для наших женихов поход в спортзал сейчас святое.

— Это точно! А то костюмчики придется перешивать. Хотя это отнимает не только кучу времени, но и денег.

— Скорее бы уже узнать, как ты будешь смотреться в новом костюмчике.

— Скоро, моя принцесса, скоро, — скромно улыбается Даниэль. — Очень скоро я покрасуюсь перед тобой в костюме, который будет сидеть на мне просто идеально.

— Не сомневаюсь!

— Кстати, а когда ты пощеголяешь передо мной в платье подружки невесты? Когда я смогу в очередной раз убедиться в том, что мне досталась самая красивая и очаровательная девчонка на свете?

— Пока что наряды не готовы, — пожимает плечами Анна. — Но уверяю тебя, они получатся превосходными. Не менее прекрасными, чем платья невест.

— Наши с парнями девчонки будут самыми красивыми на церемонии.

— Так же, как и наши с девочками парни покорят всех своей красотой.

— А моя девочка еще и поразит всех своим бесподобным вокалом, когда она споет песенку для женихов и невест, — уверенно говорит Даниэль, погладив Анну по щеке и голове.

— Если честно, я немного нервничаю, — немного неуверенно признается Анна.

— Не надо нервничать, Анна. У тебя все получится. Да и ты будешь петь для друзей, знакомых и близких. Если где-то и запнешься, то ничего страшного.

— Понимающие в музыке люди сразу заметят ошибки. Вы с парнями. Или моя мама. Я бы совсем не хотела провалить выступление перед ней.

— Даже если так, никто все равно не будет критиковать тебя, меня или Питера.

— Хотелось бы тебе верить. — Анна отводит взгляд в сторону. — Хотелось…

Анна с тихим вздохом медленно встает с дивана и, скрестив руки на груди, подходит поближе к окну.

— Честно говоря, я все еще продолжаю сомневаться в себе. Даже если прошло уже несколько месяцев с того ужасного времени, которое мы стараемся забыть.

— Я понимаю, любимая. — Даниэль также встает с дивана, подходит к Анне и крепко обнимает ее со спины, нежно прижав к себе и поцеловав в макушку. — Уверенность в себе можно потерять всего за одну миллисекунду. Из-за одного лишь косого взгляда или плохого слова. Но порой может уйти целая вечность на то, чтобы обрести ее.

— Без тебя я бы ни за что с этим не справилась.

— Ты у меня большая молодец. Мой маленький воин, который борется до последнего и никогда не сдается.

— Спасибо, любимый. — Анна с милой улыбкой смотрит Даниэлю в глаза. — Спасибо, что все это время был рядом и не даешь мне и дальше сомневаться в себе.

— Я всегда буду рядом. — Даниэль разворачивает Анну к себе и заключает ее в крепкие объятия, нежно погладив по голове. — Всегда.

Анна ничего не говорит и просто отвечает на объятия Даниэля, крепко обвив руками его талию и с прикрытыми глазами положив голову ему на плечо. Пока сам мужчина с блаженной улыбкой перебирает пальцами волосы своей любимой, хорошо чувствуя ее учащенное, но ровное сердцебиение, под которое будто бы подстраивается и его собственное.

— Ладно, не будем говорить о плохом, — спокойно говорит Анна, отстраняется от Даниэля и, опустив взгляд, заправляет прядь волос за ухо.

— Я не сомневаюсь, что песня, которую мы готовим, понравится всем без исключения, — уверенно отвечает Даниэль.

— Самое главное, чтобы она понравилась женихам и невестам.

— Обязательно понравится. А еще Пит сказал, что у него есть пара идей, которые могут улучшить ее.

— Хоть по мне все и так прекрасно, я с радостью выслушаю все предложения. Может, нам и правда что-то стоит что-нибудь поменять.

— Надо лишь дождаться, когда блондин пожалует в наше милое, скромное гнездышко с нашим самым строгим критиком.

— По-моему, Сэмми понравится все, что мы споем, — со скромным смешком предполагает Анна и направляется на кухню, чтобы проверить только что приготовленные ею маффины. — Даже если мы просто будем напевать какую-то несвязную дичь или что-то вроде «ла-ла-ла-ла-ла-а-а».

— Или у него просто очень хороший вкус в музыке. — Даниэль следует за Анной на кухню. — Не зря же ему так нравятся наши песни.

— Да уж, особенно «Rise And Fall». Как весело он бегал за хвостом и лаял, когда вы с парнями впервые дали ему ее послушать. И когда спели ее вживую.

— Это он еще остальные не слушал, — загадочно улыбается Даниэль. — Особенно ему понравится наша с Питом песня «Different Like Stars». Мы с ним часто поем ее вдвоем. И ждем не дождемся, когда сможем выступать с ней на концертах.

— Мы с девчонками ждем много рока! — восклицает Анна. — Настоящего рока от крутых парней.

— Все наши бунтари будут в полном восторге! — Даниэль с высунутым языком демонстрирует жест «коза» на обеих руках. — Рок и метал рулят!

Анна широко улыбается, бросив короткий взгляд на Даниэля, а затем подходит к нему поближе и немного одергивает его футболку.

— Нет сомнений в том, что ты был рожден быть звездой, — уверенно говорит Анна.

— Так и есть, малышка, — загадочно улыбается Даниэль. — Крутой, горячий и уверенный в себе парень просто не может не стать рок-принцем.

— Звучит очень даже круто. Даниэль Перкинс, принц рок-музыки.

— Если звезды сойдутся, то я вполне могу стать и королем.

— Парни с тобой поспорят.

— Из нас четверых я больше всех подхожу на эту роль. Может, только лишь Питер находится где-то недалеко от меня. Ибо он слушает только тяжелую музыку. В то время как Терренса и Эдварда больше тянет во что-то милое и лирическое.

— Но и из них рок-звезды получились классные.

— Согласен, однако я все равно круче.

— О, Даниэль, ты неисправим… — с легкой улыбкой закатывает глаза Анна. — Просто неисправим.

Анна разворачивается, покидает кухню и направляется в гостиную. Даниэль же следует за ней, без проблем ее догоняет, обгоняет и преграждает ей путь.

— Знаешь, а пока Роуз перед выходом из дома опустошает пачку собачьего корма, чтобы как следует накормить вечно голодного Сэмми, у нас с тобой есть немного времени, — низким, бархатистым голосом отмечает Даниэль. — Немного времени друг для друга.

— М-м-м-м… — улавливает намек Анна. — Кажется, кто-то захотел немного поиграть.

— Почему бы и нет? — Даниэль обеими руками берет Анну за талию, притягивает ее к себе и сначала смотрит ей в глаза, а затем опускает взгляд на четко очерченные нежно-розовые губы. — Я ведь так тоскую, когда у меня нет возможности приласкать свою маленькую девочку.

— А что, до вечера потерпеть нельзя? Обязательно сводить меня с ума сейчас, когда нам надо репетировать песню?

— Но до вечера ведь еще очень далеко… — жалобно скулит Даниэль, большим пальцем ласкает щеку Анны и слегка дотрагивается до мочек ее ушей. — А ты так вкусно пахнешь…

— Я вроде бы не использовала духи.

— Ты пахнешь кое чем получше. — Даниэль нежно соприкасается губами с губами Анны и медленно проводит ими по вокруг рта девушки, пока она чувствует, как приятно затрепетало ее сердце. — Домашней выпечкой. Корицей.

— Нет, Перкинс, даже не вздумай начинать прямо сейчас, — немного хриплым, тихим голосом обессилено просит Анна. — Если начнешь, то пути назад уже не будет.

— Расслабься, принцесса, мы все успеем до приезда Роуза, — с широкой улыбкой уверяет Даниэль и проводит приоткрытым ртом по ушной раковине Анны, обжигая ее нежную кожу розоватого оттенка своим горячим дыханием.

— Хочешь, чтобы он смеялся над тобой, видя твои растрепанные волосы, покрасневшее лицо и полные азарта глаза?

— Тогда я посмеюсь над ним, если он захочет зажать Маршалл где-нибудь в углу, будучи не в силах побороть свое непреодолимое влечение к ней.

— Вот как…

— Не думай об этом. Лучше позволь мне немного расслабиться и настроиться на отличную репетицию.

— А, то есть, чтобы хорошо отрепетировать, тебе нужно обцеловать меня с головы до ног и облапать?

— Это придаст мне много энергии и улучшит мое настроение. Хотя оно всегда прекрасное, когда я просыпаюсь утром и вижу твое лицо. Вижу, как ты лежишь рядом со мной.

— Но ты ведь понимаешь, что сейчас я не могу как следует тобой заняться. — Анна медленно проводит руками по груди Даниэля и располагает их на его плечах. — Не могу взять тебя за руку, отвезти в спальню и медленно раздеть, одаривая твое прекрасное тело всей любовью, что во мне живет.

— Да, к сожалению, сейчас я не смогу исследовать все твое тело вдоль и поперек. — Даниэль уверенно проводит руками по изгибам талии Анны и нежно сжимает женские ягодицы, увидев на лице девушки хитрую улыбку и некий огонек в ее глазах. — Но вполне могу подбросить немного дровишек. Чтобы ты мечтала обо мне до самого вечера, когда мы останемся наедине.

— Хорошо… Если так хочешь изнывать от невозможности взять меня сию минуту, то я могу разрешить тебе сделать кое-что. Но не более.

— Просто поцелуй меня так, чтобы у меня внутри все задрожало, и я уже буду очень счастлив.

— М-м-м… — мурлыкает Анна и ходит пальцами по груди Даниэля. — Поцеловать тебя?

— Обещаю, что в долгу не останусь. И еще раз покажу тебе, что меня не зря называют королем поцелуев.

— Ну попробуй. Хотя тебе будет очень сложно меня удивить. Я не так проста, как ты думаешь.

— Да что ты говоришь?

Даниэль берет лицо Анны в руки и одаривает ее нежным, продолжительным поцелуем, на который та безотказно отвечает, закинув одну руку вокруг его шеи и запустив пальцы второй в мужские, мягкие после недавнего мытья и пахнущие шампунем волосы. Мужчина в очередной раз буквально связывает девушке руки благодаря своему умению великолепно целоваться и сводить любимую с ума за считанные минуты. В какой-то момент он ненадолго разрывает поцелуй и самодовольно улыбается, когда слышит тихий и чувственный женский стон. После чего снова целует ее в губы, прилагая немного больше давления и действительно так уверенно, как будто он точно знает, что нужно делать.

— Спорим, что я сломаю эту крепость уже через пять минут, — с блаженной улыбкой низким голосом бросает вызов Даниэль и оставляет очень медленный, нежный поцелуй на губах Анны, запустив руку в ее волосы. — И сделаю так, что я буду единственным, о чем ты будешь в ближайшее время.

— Я смотрю, от твоей скромности не осталось и следа, — отмечает Анна, запустив руки под футболку Даниэля и проведя ими по его животу, пока она неотрывно смотрит ему в глаза. — Больше не ведешь себя как скромник, впервые увидевший девчонку.

— Просто боялся сделать тебе неприятно и больно после того, о чем я даже не хочу говорить. — Даниэль оставляет короткий поцелуй на месте за ухом Анны, в этот момент с учащенным дыханием закатившая глаза. — Не хотел заставлять свою девочку страдать.

— Я миллион раз говорила тебе, что ты можешь делать со мной все что захочешь. И не буду возражать даже против самых безумных идей.

— Ну а мне ужасно нравится, когда скромная девчонка может быть бесшабашной, — загадочно улыбается Даниэль. — Когда ее не надо уговаривать как следует повеселиться.

— С тобой я согласна на любую авантюру.

— Ар-р-р, как же приятно это слышать!

Даниэль оставляет несколько волнительных поцелуев на изгибе тонкой шеи Анны, попутно вдыхая полной грудью естественный запах ее кожи, пока та тихо постанывает с прикрытыми глазами. Девушка неосознанно выпячивает грудь и стремится прижаться как можно плотнее к теплому мужскому телу и не стесняется водить руками по его плечам, рукам, торсу, талии и ягодицам.

— О боже, Перкинс, ты просто бесподобен… — с легкой хрипотцой в голосе произносит Анна.

— Не стесняйся, малышка, не сдерживай стоны и крики, — советует Даниэль и медленно проводит губами по передней части шеи Анны. — Они меня возбуждают…

— А-а-а, во что ты меня втянул? Я ничего не могу с собой поделать!

— Не надо ничего делать. — Даниэль нежно проводит ладонью по груди Анны и нежно сжимает ее пальцами, пока волнительная дрожь стремительно охватывает каждую часть ее тела. — Просто расслабься.

— Если не перестанешь, клянусь, я раздену тебя прямо здесь и сейчас.

— О да, детка, раздень меня полностью! — самодовольно улыбается Даниэль, пока в его глазах загорается яркий огонек, а зрачки расширяются при виде возлюбленной. — Раздень…

— Надо было еще немного подумать, прежде чем соглашаться продолжать наши отношения. — Анна нежно впивается ногтями в заднюю часть шеи Даниэля, в этот момент водящий руками по ее спине, изгибам талии и ягодицам. — Очень хорошо подумать…

— Не-е-ет, уж теперь я тебя никуда не отпущу, — решительно заявляет Даниэль и запускает пальцы обеих рук под топик Анны, наслаждаясь ощущением ее теплой бархатистой кожи. — Никому не отдам свою девочку. Она моя.

— Твоя?

— Только моя.

Даниэль вовлекает Анну в еще более головокружительный поцелуй в губы, во время которого его руки наглаживают и по-хозяйски сжимают крепкие женские ягодицы. А пока девушка буквально задыхается от переизбытка невероятных эмоций, он решительно, но осторожно позволяет языку проскользнуть ей в рот и без спешки исследовать каждую его часть, будто пытаясь найти самые чувствительные точки. Из-за чего его возлюбленная начинает довольно часто и глубоко дышать, напрягать бедра и вздрагивать с чувством, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

— О, черт, что ты делаешь? — с тихим выдохом шепотом спрашивает Анна, нежно оттягивает обе губы Даниэля и слегка прикусывает их, держа его лицо в руках.

— Я хочу тебя, — низким, слегка хриплым голосом говорит Даниэль, щедро осыпая всю шею Анны короткими поцелуями и лаская губами ее ярко выраженные ключицы. — Очень…

— Сейчас это невозможно…

— А если мы сделаем все очень быстро?

— Нам обоим ведь нравится никуда не спешить. Чувствовать каждый момент всеми фибрами души.

— Да, но ты такая сладкая… — Даниэль ласкает губами ухо Анны и кончиком языка едва касается места за ним, пока девушка легонько вздрагивает с чувством зарождающегося где-то внизу живота сладкого, мучительного напряжения. — Такая вкусная…

— М-м-м, а какой ты у меня сексуальный и горячий… — с широкой улыбкой мурлыкает Анна, оставляет короткий поцелуй на губах Даниэля, бесцеремонно запускает язык ему в рот и очень медленно проводит им по небу, пока ее руки уверенно растирают твердую мужскую грудь под футболкой. — Не понимаю… То ли у меня поднялась температура, то ли в гостиной стало невыносимо жарко.

— И в такой ситуации ты серьезно хочешь ждать до вечера? — искренне удивляется Даниэль, крепко, но нежно сжимает грудь Анны и большим пальцем интенсивно массирует ее уже достаточно твердые соски, почувствовав, как его сердце замирает, когда она ласкает его слух своим тихим, возбуждающим стоном. — Хочешь лишить себя и меня возможности получить море удовольствия?

— Зато оно будет еще желаннее. Ведь… — Анна оставляет несколько коротких поцелуев на изгибе шеи Даниэля и нежно зажимает кожу за ней губами, заставив того слегка напрячь мышцы живота и прикрыть глаза. — Чем дольше мечтаешь о чем-то, чем ценнее становится приз.

— Верно… — блаженно улыбается Даниэль, водя руками по спине Анны вверх и вниз. — Но есть такой приз, который хочется заполучить здесь и сейчас.

— И такой, ради которого придется как следует потрудиться.

После того как она медленно обводит языком вокруг его языка, оттягивает нижнюю губу и легонько прикусывает ее, Анна отстраняется от Даниэля, разворачивается к нему спиной и хочет отойти в сторону, приподняв голову, расправив плечи и начав покачивать бедрами. Правда мужчина тут же ее догоняет, притягивает поближе к себе и с хитрой улыбкой крепко берет за горло. Из-за чего она резко вздрагивает с приятным трепетом в сердце, покрывшись легкими мурашками из-за частого, горячего дыхания ее возлюбленного, что раздается так близко к ее уху.

— Ради такого бриллианта можно пойти в огонь и воду, — низким, тихим голосом говорит Даниэль и оставляет тянучий поцелуй на изгибе шеи Анны, пока его свободная рука скользит по ее обнаженному плоскому животу, а она довольно громко, часто и глубоко дышит. — Потерять его было бы тем еще грехом. Самой глупой вещью, которую можно сделать в жизни.

— Я смотрю, кое-кто, как и всегда, слишком уверен в себе, — с хитрой улыбкой отмечает Анна. — Думает, что сможет получить желаемое, не прилагая никаких усилий.

— Разумеется, малышка. — Даниэль поворачивается голову Анны к себе и пристально смотрит в глаза, как будто пытаясь околдовать ее. — Ты сделаешь для меня все, даже если я просто посмотрю тебе в глаза.

— Не отрицаю, твои глаза чертовски привлекательные. Но не надо наивно думать, что тебе удастся добиться желаемого, если ты будешь вот так пристально смотреть на меня и воображать из себя эдакого гипнотизера.

— В моем арсенале есть еще очень много штучек, которые легко свяжут тебя по рукам и ногам. — Даниэль кончиками пальцами нежно ласкает горло Анны, слегка откинув ее голову назад, проводит рукой по животу и перемещает ее на бедро девушки. — Просто я пока не использую их все.

— Ты не добьешься своего, даже если будешь лапать меня где только можно и захочешь засунуть руки в мое нижнее белье.

— М-м-м, до этого я еще обязательно дойду… — Даниэль обеими руками сжимает маленькую, но аккуратную грудь Анны и проводит приоткрытым ртом по месту у нее за ухом. — Узнаю, есть ли на тебе трусики. Или же ты решила облегчить мне задачу и не вынуждать меня тратить время на то, чтобы их снять.

— А ты не хочешь облегчить мне задачу свести меня с ума? Избавиться ото всего, что не дает мне заставить тебя забыть обо всем на свете!

— Мне больше нравится, когда меня раздеваешь ты, — с хитрой улыбкой признается Даниэль и большим пальцем ласкает нижнюю губу Анны. — А еще я просто обожаю ходить по дому без одежды и позволять телу дышать.

— Ни для кого не секрет, что ты ненормальный.

— Я не ненормальный, принцесса. Я – бунтарь. Бунтарь, которому все равно на правила. Который живет так, как ему нравится.

— Вот почему я от тебя без ума. Почему с тобой я чувствую себя свободной от правил и предрассудков.

— Скромная и милая девочка оказалась не такой уж и простой и предсказуемой. — Даниэль уже обеими руками скользит по бедрам Анны, ненадолго задерживается на внутренней их части и оставляет парочку поцелуев на ее плечах. — Она оказалась роковой малышкой с перчинкой. Которую не напугаешь грязными словечками до потери сознания.

— Кстати, а я говорила, что недавно мне приснился очень грязный и развязный сон? — с игривой улыбкой спрашивает Анна, закинув руки вокруг шеи Даниэля, запустив руки в его волосы, немного отклячив ягодицы и уверенно посмотрев ему в глаза. — Он был такой горячий… Буду откровенна, я даже проснулась… Проснулась от того, что кончила…

— Вот как… — с интересом произносит Даниэль, пока в его глазах загорается яркий огонек.

— Дыхание перехватило, в комнате стало жарко, а дрожь охватила каждую часть моего тела.

— Хотел бы я знать, что так возбудило мою девочку.

— М-м-м, ты ни за что не догадаешься.

— А если попробую? — Даниэль как можно ближе прижимает Анну к себе, взяв ее за изгибы талии, и оставляет на ее губах короткий поцелуй. — Если сделаю то же самое, что в твоем сне, но уже в реальной жизни? В нашей комнате… На нашей кровати…

— А если я скажу, что это было не в нашей комнате? — Анна располагает руки на груди Даниэля и нежно целует его в место между подбородком и горлом, заставив того громко сглотнуть. — Вдруг все произошло в другом месте?

— На пляже?

— Кто знает, кто знает… И кто знает, благодаря кому я кричала от удовольствия во сне… Кто меня раздевал… Кто как босс ласкал мое обнаженное тело…

— Не буди во мне зверя, Анна, — с учащенным дыханием предупреждает Даниэль, напрягая каждую мышцу своего тела. — Ты прекрасно знаешь, что я не потерплю другого рядом с тобой. Никогда.

— Так я же еще ничего не сказала! — невинно хлопает ресницами Анна.

— Запомни, ты принадлежишь только мне. — Даниэль берет Анну за заднюю часть шеи и настолько близко приближает свое лицо к ее лицу, что их губы почти соприкасаются. — Если кто-то даже посмеет подумать о том, чтобы повалить тебя на кровать и раздеть, клянусь, он об этом пожалеет.

— Воу-воу, успокойся, тигр, убери свои когти, — скромно хихикает Анна, обеими руками погладив щеки Даниэля. — Что же ты так разнервничался?

— Тебе лучше признаться во всем прямо сейчас. Признаться, с кем ты кувыркалась во сне.

— У тебя одна попытка на то, чтобы угадать, кто тот счастливчик, которому удалось заполучить мое прекрасное тело. И на то, чтобы угадать, как именно ему удалось довести меня до нереального блаженства.

— Хочешь, чтобы я прямо сейчас отвел тебя в спальню и показал, кто здесь настоящий босс?

— Чтобы показать, кто здесь босс, тебе понадобится очень много времени. А у нас его, к сожалению, недостаточно. Недостаточно для того, чтобы и ты кончил, и я не осталась не у дел. Чтобы мы закончили все это одновременно.

— Поскольку ты уже довольно горячая и влажная, то задача значительно упрощается. А с моими навыками соблазнения у тебя не останется никакого выбора, кроме как сдаться и отдаться в объятия всеобъемлющего экстаза.

— Самоуверенность – это хорошо, но не надо перебарщивать. — Анна начинает отходить от Даниэля задним ходом, продолжая неотрывно смотреть ему в глаза, пока он решительно надвигается на нее.

— Я уверен в себе как никогда. Как никогда уверен в своей победе. Уверен, что сумею заставить тебя кричать громче, чем в твоем сне.

— Сомневаюсь.

— Если расскажешь сюжет своего сна, то я повторю его точь-в-точь до самых мелочей.

— А вот не хочу!

— Прекрати играть в вредину, Сеймур.

— Если хочешь, можешь попробовать. Кто знает, может, что-нибудь у тебя и получится. Процентов на двадцать-тридцать.

— Звучит так, будто ты бросаешь мне вызов.

— Если кишка не тонка, то можешь взять на себя ответственность принять его. И если очень хочешь впустую потратить время.

В этот момент Анна упирается спиной в одну из стен. А когда она хочет отойти в сторону, как Даниэль резко надвигается на нее и преграждает путь, облокотившись на нее обеими руками и будто обнажает всю ее душу своим пронзительным, пристальным взглядом.

— Окей, принцесса, я принимаю твой вызов, — уверенно говорит Даниэль.

— Удачи в проигрыше, милый, — с милой улыбкой язвит Анна. — Люблю тебя.

— Если победа будет за мной, то тебе придется немножко поработать ротиком и доставить удовольствие мне. — Даниэль едва касается губами губ Анны и продолжает нежно шептать ей в рот. — И воспроизвести один из моих самых развратных снов, который мне когда-либо снился.

— Прости, Перкинс, но я боюсь, что это так и останется твоей прекрасной фантазией.

— Смотри и учись у профессионала, детка. Сейчас я полностью воплощу в реальность все твои самые влажные и дикие желания. Сделаю все, чтобы происходящее в твоем сне было каплей в море.