— Совсем не завидно, — с легкой улыбкой качает головой Эдвард. — В моей жизни произошло уже столько всего, что я хочу пожить спокойно. Заниматься своей группой и встречать старость с любимой женщиной и будущими детьми.

— О, Эдвард, боюсь, ты не сможешь долго прожить без адреналина, — уверенно предполагает Уильям. — Ты – огромный любитель находить приключения на свою задницу и вряд ли когда-нибудь станешь спокойнее.

— Да, но я уже вряд ли сделаю то, что делал, когда был мелким и глупым.

— И хорошо, если для тебя все заканчивается хорошо. Вот если страдаешь ты сам или кто-то еще, то это очень плохо.

— Абсолютно согласен с тобой, Уильям, — бодро соглашается Терренс. — Эдвард не будет Эдвардом, если не влипнет в какую-то передрягу и не получит по башке. Будет даже бесполезно привязывать его к стулу и запирать на ключ, ибо этот мелкий сорванец все равно придумает, как свалить.

— И если у Эдди появляется шанс, то ничто не может его остановить, — уверенно говорит Джереми. — Хоть что ему говори! Хоть глотку сорви, пытаясь убедить его в том, что это делать не стоит. Он буквально закроет глаза и уши, отключит мозги и пойдет напролом.

— Точно-точно! Он никого не слушает: ни отца с матерью, ни меня, ни друзей. На него еще более-менее может влиять невеста, но и она не всегда справляется с этим упрямым ослом.

— О, чувак, как же ты нас понимаешь! — щелкает пальцами обеих рук Джереми. — Как же ты прав!

— Ребята, да я миллион раз становился свидетелем подобных случаев!

— О да, Терри все время строит из себя грозного папочку и говорит, что я – ребенок, за которым нужен глаз да глаз, — добавляет Эдвард.

— Что я сделаю, если так оно и есть? — разводит руками Терренс. — Если тебя не притормозить и не одернуть, то ты пойдешь на пролом. Попытаешься разбить стенку башкой! И будешь биться об нее, пока не скопытишься!

— Ты прав, его иногда надо дергать за уздечки, — уверенно говорит Джереми. — Помню, отец как-то запер Эдварда в его комнате после того, как он в очередной раз ввязался в какую-то передрягу со своими дружками. Наш братик, конечно, возмущался, орал и ломал дверь, но папа был непреклонен. Ну и этот шустрый мальчишка не придумал ничего лучше, кроме как просто свалить через окно.

— О да! — восклицает Уильям. — Я помню тот случай! Отец тогда реально пришел в бешенство! Мы с Джером думали, что он убьет Эдварда! Но благо, маме удалось его успокоить и ограничиться лишь запиранием в комнате со словами: « Сиди и думай о своем поведении! ».

— Ага, будет он думать, — тихо хихикает Терренс.

— Да, а вы, балбесы, лучше расскажите, почему он меня запер, — со скрещенными на груди предлагает Эдвард. — Как вы оба подставили меня и друзей, когда рассказали отцу о том, что мы натворили. Это из-за вас он посадил меня под домашний арест и отобрал мой мобильный.

— Ну мы же не виноваты, что ты тогда сначала делаешь, а только потом шевелишь мозгами, — невинно улыбается Джереми. — Мы не могли соврать, когда папа спросил, где тебя черти носят. В половину первого ночи.

— Ага, удивлен, что тебя еще копы не поймали, — добавляет Уильям. — А иначе бы тебе была бы крышка!

— Как хорошо, что я никогда не брал вас с собой, — уверенно говорит Эдвард. — Вы бы точно заложили меня и рассказали обо всем, что я делал.

— Ага, а то, что ты потом отомстил нам и тоже подставил – это нормально? — удивляется Уильям.

— Да? Значит, вам можно издеваться надо мной, а мне над вами – нет?

— А что тебе говорил папочка? Ты – взрослый мужик, у которого должны быть мозги! А мы – маленькие дети, которым положено шалить!

— А вы, идиоты, этим пользовались! И постоянно делали меня крайним!

— Ты тоже не оставался в долгу! — восклицает Джереми. — Как в тот раз! Сделал с дружками гадость, пулей свалил и выставил все перед учителями и директором школы так, будто это мы были виноваты.

— Ну в кои-то веки ругали вас, а меня – хвалили, — хитро улыбается Эдвард. — Знайте, как я здорово повеселился, когда наблюдал за тем, как вы пытались оправдаться перед своими отцом и матерью. Вот они вам жару задали!

— Да знаем мы, что тебе ужасно нравилось наблюдать за тем, как мы оказывались в дерьме! Ты стучал на нас при любой удобной возможности!

— Я всего лишь отвечал вам взаимностью, — разводит руками Эдвард. — Как вы относились ко мне, так и я – к вам.

— Окей-окей, братец наш обидчивый, — приподнимает руки перед собой Джереми. — Мы все поняли.

— Слушайте, как жалко, что я не жил с вами, — по-доброму ухмыляется Терренс. — Мы бы могли вместе задавать Эдварду жару и держать его на коротком поводке.

— Жил бы ты с нами, я бы устроил тебе еще более « сладкую » жизнь, чем сейчас, — с гордо поднятой головой уверенно заявляет Эдвард.

— Да, Терренс, ты многое упустил, — скромно хихикает Уильям.

— Мы отрывались на полную катушку, издеваясь над Эдвардом, — добавляет Джереми.

— Эх! Классные были времена!

— Да, охеренные … — бубнит себе под нос Эдвард.

— Нет, парни, еще не все потеряно, — хитро улыбается Терренс. — Вот в детстве я жил без братика, а сейчас пользуюсь любой возможностью надрать ему задницу. Это мое самое любимое занятие!

— О, брат, да ты наш человек! — хлопнув Терренса по предплечью, весело восклицает Джереми.

— Мы знали, что не разочаруемся, когда встретим тебя, — уверенно добавляет Уильям.

— Слушайте, Уильям, Джереми, я все больше начинаю жалеть, что не хотел с вами общаться. Я столько всего упустил!

— Пф, да зная, что ты тоже не прочь надрать Эдди зад, мы бы сами тебя нашли! — шутливо отвечает Джереми. — Где угодно ! Из-под земли достали бы!

— Все, ребята, будем встречаться как можно чаще! Я вас еще совсем не знаю, но уже вас люблю.

— Слышь, а хочешь мы расскажем об одном офигенном случае? — бодро предлагает Уильям. — Ты будешь громко ржать, если услышишь, что мы однажды устроили Эдварду!

— Ну валяйте, — в предвкушении чего-то грандиозного произносит Терренс.

Уильям и Джереми, активно работая руками, с радостью начинают что-то рассказывать Терренсу, пока Эдвард слушает их с хмурым взглядом и скрещенными на груди руками, даже не думая скрывать свое раздражение. А пока все четверо с удовольствием о чем-то болтают, к кафе подходят не менее веселые и бодрые Питер и Даниэль, по дороге заливающиеся громким смехом. Друзья останавливается неподалеку, окидывают взглядом всех, кто находится возле него, и довольно быстро замечают Терренса и Эдварда, которые как будто про них совсем забыли.

— О, вон они неотразимые наши, — сквозь смех указав на столик, за которым сидят братья МакКлайф, говорит Питер.

— Да, походу, и правда опоздали , — отмечает Даниэль.

— Ну все, sind wir erledigt [7]! Сейчас МакКлайф-старший нас увидит и надерет задницу.

— Ну чесал бы языком меньше и шел бы быстрее улитки – мы бы доперли быстрее.

— Не я по дороге начал щедро раздавать подзатыльники.

— А нечего быть таким любопытным и надоедливым.

— Нечего молчать о том, что тебя подняло тебе настроение.

— Ох, Роуз, опять начинаешь…

— Ничего, Перкинс, я все равно узнаю твои секретики. Вот скажу МакКлайфом, что ты что-то скрываешь, и мы мигом все из тебя вытащим.

— По-моему, им там сейчас по хер на нас. Смотри! МакКлайфы сидят за столиком и ржут там как кони!

В этот момент Терренс, выслушавший все, что ему рассказали Джереми и Уильям, начинает заливаться громким смехом. А немного переждав, рядом сидящий Эдвард дает брату шлепок по затылку и наносит несколько ударов по рукам, также что-то сказав и с хитрой улыбкой начав угрожать ему пальцем.

— Погоди, а кто те двое? — слегка хмурится Питер.

— Понятия не имею, — пожимает плечами Даниэль. — Что, разве эти два балбеса уже успели выгнать нас из группы и найти замену?

— Или Эдвард опять встретил каких-нибудь дружков или же подключил все свое обаяние и за пару минут завел еще парочку знакомств.

— Наверное… Раз он стал популярнее своего братика.

— Эй, а мне кажется, или у тех двоих такой же цвет волос, как и у обоих МакКлайфов?

— Ну да, оба черноволосые… — слегка хмурится Даниэль.

— Черт, плохо вижу… Не могу разглядеть их лица…

— А я вижу. И должен признаться, что эти двое чем-то похожи на МакКлайфов.

— Слышь, крутыш… — хлопает Даниэля по плечу Питер. — А прикинь, если это еще двое братьев МакКлайфов!

— Еще двое? — Даниэль переводит удивленный взгляд на Питера. — Те, которые сыновья их отца от второго брака? Думаешь, это могут быть они?

— Я не говорю, что это они. Просто предположил .

— Ну не знаю, приятель… — Даниэль снова переводит взгляд на Эдварда, Терренса, Уильяма и Джереми. — Но эти двое реально похожи на наших неподражаемых братиков МакКлайф. Да и есть что-то схожее с мистером МакКлайфом.

— Все может быть…

— Ой, да чего гадать! — машет рукой Даниэль. — Давай подойдем к ним, и они сами нам все объяснят. И наконец-то перестанут ржать на все кафе как два дебила.

— Нам придется сделать это в любом случае .

Спустя пару секунд Даниэль и Питер уверенно направляются к кафе, пока Эдвард с Терренсом продолжают заливаться смехом, болтая с Джереми и Уильямом.

— О, черт! — сквозь смех бодро восклицает Терренс, оперевшись руками о поверхность столика. — Вы жжете, парни!

— Это лишь один случай, — бодро отвечает Джереми. — А знаешь, сколько таких было! Сколько раз мы получали кайф от издевок над нашим братиком.

— Я бы до такого точно не додумался… Кто вам подсказал эту идею?

— Никто, — с легкой улыбкой произносит Уильям. — Мы с Джером сами все придумали. Совершенно спонтанно. Слово за слово – и у нас родился гениальный план.

— Класс! У меня нет слов!

— Мы с братом вспоминаем то время с особым трепетом, — уверенно признается Джереми. — Оно лучшее в нашей жизни. Издеваться над Эдди было нашим самым любимым занятием.

— О, ребятки, а давайте я расскажу, как вы издевались друг над другом ? — с хитрой улыбкой предлагает Эдвард. — Почему же мы только обо мне и поговорим? Вспомните и о других и самих себе!

— Нет, на Уиллом не так интересно стебаться, как над тобой, — хитро улыбается Джереми. — Я, конечно, люблю подкладывать ему жирную свинушку. Но издеваться над Эдвардом намного круче.

— Да и я обожаю глумиться над Джером, — признается Уильям. — Розыгрыши – это моя стихия! Но гораздо интереснее ржать, когда Эдвард оказывается в нашей с братом ловушке или сам себе находит неприятности.

— А как вы вообще ладите? — интересуется Терренс.

— Отлично, — слегка улыбается Джереми. — Мы с Уиллом – лучшие друзья! Мама говорит, что в этом роль играет маленькая разница в возрасте – всего лишь один год.

— И это правда, — соглашается Уильям. — Мы знаем братьев и сестер с большой разницей в возрасте, которые плохо ладят и не имеют ничего общего. Ну а поскольку мы с братом практически одного возраста, то нам весело вместе.

— Пожалуй, один из немногих случаев, когда я соглашусь с вами, — признается Эдвард. — Мне совсем не хотелось возиться с вами. И будем откровенны, разговаривать с вами двумя тоже было не о чем. Вы были сопливыми, глупыми и надоедливыми мелкими детьми.

— Может, нам не о чем было с тобой общаться, но придумывать для тебя издевательства было нереально круто, — уверенно говорит Джереми.

— Эй, а вы расскажете мне обо всех издевках над ним? — с хитрой улыбкой спрашивает Терренс. — Я хочу знать все.

— Обижаешь, братан! — восклицает Уильям. — Мы все тебе расскажем!

— Ар-р-р, вы трое что-то начинайте бесить меня, — со скрещенными на груди руками хмуро бросает Эдвард. — Встретились три братика и договорились издеваться над четвертым!

— Мы пока что просто знакомимся, — невинно улыбается Терренс.

— Слушайте, разве у меня на лбу написано, что вы можете стебаться надо мной и оставаться безнаказанными?

— Ничего, братик, я еще отыграюсь на тебе за все твои издевательства надо мной.

— Ха, сейчас размечтались! — громко ухмыляется Эдвард. — Я не позволю вам издеваться над собой!

— Ну не тебе же одному язвить и дубасить нас, — с невинной улыбкой отмечает Уильям. — Мы тоже хотим приструнить тебя и держать на коротком поводке.

— Так, сейчас я кому-то по шее тресну! Я, между прочим, старше вас и имею право наказывать вас за непослушание.

— А ну закрыл хлебальник, малой, — хитро улыбается Терренс, толкнув Эдварда в висок. — Я здесь самый старший! И главный! А значит, ты будешь слушаться меня .

— А не пойти ли тебе на хер, папочка?

— Еще одно слово – и я заклею твой рот суперклеем!

— Своего любимого младшего братика ты ни за что не тронешь, — хитро улыбается Эдвард.

— Надо будет – я тебя и за яйца подвешу.

— Разве это намного интереснее, чем игры в БДСМ с твоей любимой Ракель?

Может, Эдвард и Терренс продолжили бы спорить или в шутку начали бороться друг с другом. Но к ним со спины подходят Даниэль с Питером и хлопают по затылку и плечу обоих братьев МакКлайф соответственно.

— Эй, ребята, как жизнь? — бодро спрашивает Даниэль.

— Все спорите, кто круче? — весело интересуется Питер.

Пока Питер подлетает к Эдварду и немного портит ему прическу, Даниэль хлопает Терренса по затылку.

— О, смотрите-ка, объявились красавчики! — восклицает Терренс. — Не прошло и двух часов!

Терренс и Эдвард приветствуют Питера и Даниэля, обменявшись братским рукопожатием и похлопав по плечу во время объятий.

— Вы зря так задержались, парни, — по-доброму усмехается Эдвард. — Мой братец тут уже копытом во всю бил.

— Ничего мы не опоздали, — возражает Питер, указав пальцем на свои наручные часы, надетые на правую руку. — Время почти час! Во столько мы и должны были быть здесь.

— К тому же, мы пришли даже раньше Джорджа, — с гордо поднятой головой добавляет Даниэль. — Так что никто не будет орать, что мы все время вынуждены кого-то ждать.

— Ну я-то уже давно здесь, — спокойно говорит Эдвард. — Сижу и слушаю этого придурка, который уже до чертиков достал меня.

— Ты достаешь меня даже тогда, когда тебя рядом нет, — уверенно отвечает Терренс. — И вызываешь желание треснуть тебе по башке одним лишь своим видом.

— О да, махать руками ты обожаешь .

— А ты – искать приключения на свой зад.

— А ты – достать людей многочасовой болтовней о своей неземной красоте.

Эдвард и Терренс пару секунд передразнивают мимику друг друга до того, как Питер и Даниэль с легкой улыбкой переглядываются между собой, а блондин спокойно говорит:

— Ладно, шоколадная башка, думаю, нам лучше уйти… Перенесем встречу на другое время.

— Так, а ну стоять на месте! — отрезает Терренс. — Чтобы ни шагу отсюда!

— Да ладно, МакКлайф! — машет рукой Даниэль. — У вас тут были такие жаркие дискуссии, что мы с Питом даже не хотели прерывать их.

— Хватит отдыхать! Ты и так дрыхнул почти до половины двенадцатого! Соизволь-то поработать немного!

— Не хотел бы я поработать, то не приперся бы сюда. Послал тебя и этих двоих на хер и дальше продолжил бы дрыхнуть в обнимку с подушкой.

— Вот решим все вопросы – обнимайся с подушками сколько влезет!

— Тогда ждем Джорджа, — бодро говорит Эдвард.

— Придется. Раз уж Смит до сих пор не объявился.

В этот момент Джереми и Уильям внимательно рассматривают Даниэля и Питера, которых они сразу же узнают.

— Твою мать… — с округленными глазами произносит Джереми. — С ума сойти…

Джереми и Уильям соскакивают со своих мест и подходят к Даниэлю и Питеру.

— Эй, ребята, вы ведь из группы « Against The System »? — не верит своим глазам Уильям.

— Барабанщик и басист? — уточняет Джереми.

— Да, это мы, — с легкой улыбкой подтверждает Даниэль.

— О, черт! — широко улыбается Уильям и хлопает Джереми по плечу. — Слышь, Джер, да мы сегодня просто счастливчики! Встретили и братьев, и парней из их группы.

— Точняк, в универе все просто обзавидуются! — весело отвечает Джереми. — Особенно девчонки!

— Постойте, вы сказали, « встретили братьев »? — слегка нахмурившись, переспрашивает Питер. — Так значит, вы – братья Терренса и Эдварда по отцу?

— Джереми и Уильям? — уточняет Даниэль.

— Да-да, это мы, — подтверждает Уильям. — Я – Уильям, а он – Джереми.

— Ну а если вы не в курсе, то я – Даниэль, басист « Against The System ».

— А я – Питер, барабанщик, — дружелюбно представляется Питер.

— Рады познакомиться, ребята, — с легкой улыбкой отвечает Джереми.

Уильям и Джереми приветствуют Даниэля и Питера крепким рукопожатием, пока Терренс с Эдвардом с тихой ухмылкой переглядываются, скрестив руки на груди.

— Слушайте, ваша группа нереально классная! — бодро признается Уильям. — Мы буквально до дыр заслушали вашу первую песню и уже отложили деньжата на новый альбом.

— Правда? — искренне удивляется Питер. — Здорово! Мы рады, что вам нравится.

— Только вот эти двое не хотят говорить нам дату выхода альбома, — указав на Терренса и Эдварда, говорит Джереми. — Может, хоть вы раскройте эту тайну?

— Мы бы с радостью, но пока нам и самим это неизвестно, — пожимает плечами Даниэль. — Но думаю, что к концу этого года или началу следующего альбом выйдет в продажу.

— Отлично! — хлопает в ладони Уильям. — Хоть кто-то рассказал нам эту тайну.

— Слушайте, а давно вы болтайте здесь с Эдвардом и Терренсом? — уточняет Питер.

— Не очень. Просто мы с братом увидели знакомого парня и поняли, что это Эдвард. Мы подошли и заодно познакомились с Терренсом, нашим самым старшим братом.

— А вы легко поняли, что это ваши братья?

— Ой, а чего там понимать-то? — по-доброму усмехается Уильям. — Эдвард практически не изменился с подросткового возраста. Он все так же выглядит молоденьким, горячим пареньком со смазливым личиком, хотя и успел здорово возмужать. Впрочем, мы и так знали, каким он стал. Ведь наш братик в последнее время стал очень известным.

— А то, как выглядит Терренс, мы представляли себе по фоткам отца в молодости, ибо они словно две капли воды, — добавляет Джереми. — Ну и, конечно же, мы знали об этом благодаря его актерской деятельности. Да и дело с участием нашего дяди позволило нам увидеть не только Эдварда с Терренсом, но еще и их девушек, нашего отца и Ребекку.

— Да было дело… — задумчиво отвечает Даниэль. — Люди еще долго его обсуждали.

— Мы внимательно следили за процессом. И, по-моему, даже видели вас обоих.

— Все друзья и родственники МакКлайфов пришли в суд поддержать их. Мы тоже не остались в стороне и были рядом в столь тяжелый момент.

— Мы так и поняли.

— Эй, а вы уже знайте, что Эдвард и Терренс скоро женятся?

— О да, знаем! — с широкой улыбкой бодро отвечает Уильям. — Эдвард уже сказал нам, что скоро расстанется со своей свободой и женится на красавице-блондиночке.

— Видели, какая она сногсшибательная красотка? — загадочно улыбается Питер.

— Я еще никогда не встречал таких нереальных красавиц!

— Да, у Эдварда шикарный вкус в этом вопросе, — признается Джереми. — У него все девчонки были нереально красивые и совсем не глупые.

— Но все же до сих пор не верится, что тот, кто раньше вообще не парился насчет своей семьи и мутил с девчонками ради хорошего секса, скоро станет семейным человеком.

— Интересно, как та красотка умудрилась очаровать этого парня и убедить его жениться на ней? — недоумевает Джереми.

— Посмотрел, увидел – провал, ничего не помню! — невинно улыбается Даниэль. — Примерно так все и случилось в случае с нашим приятелем.

— Уж поверьте нам, ребята, эти два романтика нашли свою вторую половину, — уверенно добавляет Питер. — Эдвард и Наталия буквально созданы друг для друга.

— О да, наш братец – тот еще сопливый романтик! — по-доброму ухмыляется Уильям.

— Для нас это давно не секрет, — тихо хихикает Даниэль.

— Слушайте, чуваки, а Эдвард с Терренсом часто собачатся между собой и выясняют, кто лучше и круче? — с хитрой улыбкой интересуется Джереми. — А то они при нас успели поспорить уже несколько раз!

— О, да ты что! — бодро восклицает Питер. — Чтобы эти двое не провели хотя бы день без подобных споров… Ха! Да такого еще никогда не было!

— Да вы не обращайте внимания, — машет рукой Даниэль. — Для них это нормально . Они просто выражают свою любовь друг к другу.

— Терренс считает себя чертовски неотразимым и трещит об этом на каждом углу. Да и Эдвард в последнее время не страдает недостатком уверенности в себе. Вот они и спускают друг друга на землю, чтобы не слишком забывались.

— Мы уже поняли, — скромно хихикает Джереми. — Но Эдвард и правда стал другим: более уверенным, болтливым, громким… То был маленьким мальчишкой и лишь строил из себя крутого, сидя у себя в комнате, хотя на самом деле боялся едва ли не всего на свете. Но зато сейчас стал прямо-таки мужиком и уже реально весь такой гордый и смелый.

— Ну да, спер мою кожанку и думает, что он неотразим, — хмуро бросает Терренс.

— Вообще-то люди меняются , Джереми, — спокойно вставляет сидящий за столиком Эдвард. — Вы с Уильямом раньше тоже были мелкими и заносчивыми мальчишками, которые не давали мне нормально жить. Однако сейчас, как я вижу, стали другими . Немножко повзрослели… У вас начали появляться хоть какие-то мозги… Хотя вы и не перестали быть несносными идиотами, которым только бы поржать. Впрочем, Терренс такой же. Строит из себя умного, взрослого мужика, а дай ему повод – как он станет безмозглым дебилом.

— Зато как классно мы веселились! — с широкой улыбкой бодро восклицает Уильям. — Наблюдать за твоим лицом в те моменты, когда ты оказывался в наших ловушках, было ужасно весело.

— Да… — закатывает глаза Эдвард. — Нашли козла отпущения, над которым можно постоянно издеваться. Даже друг над другом вы не издевались столько, сколько надо мной, когда мы еще жили с отцом и Изабеллой.

— Ну знаешь, жил бы ты со своим старшим братцем, все было бы то же самое, — уверенно отмечает Питер. — Он бы тоже издевался над тобой и успел бы миллион раз пожалеть о том, что ваши родители позволили ему родиться.

— А может, не было? — предполагает Терренс. — Может, мы жили бы дружно?

— О да, дружно … — тихонько хихикают Даниэль и Питер.

— Мы видим, какие вы дружные, — уверенно говорит Питер. — Вон как наверстывайте упущенное, когда были разлучены в детстве. Пользуйтесь каждым моментом, чтобы надрать друг другу задницу.

— Прямо как моя сестра… — тихо усмехается Даниэль. — Она издевается надо мной с самого детства.

— О, у тебя есть сестра? — удивляется Джереми.

— Да, младшая. Живем вместе после смерти родителей.

— А большая между вами разница в возрасте?

— Ей девятнадцать, а мне – почти двадцать семь.

— И вы до сих пор не поубивали друг друга? — удивляется Уильям.

— Нет. Нам вообще было все равно друг на друга, когда мы были мелкими. Мы лишь недавно начали сближаться.

— Я бы хотел иметь сестренку… А то как-то скучно среди трех братьев…

— Я бы реально боялся за свою сестру, если бы она у меня была, — уверенно заявляет Эдвард. — Какого бы ей было жить, если у нее было бы два братца, которые не упустили бы ни единого шанса поглумиться над девчонкой. Да и третий, который сговорился с этими идиотами и сделает все, что они ему скажет.

— Эй, будь у меня сестренка, я бы оберегал ее как зеницу ока! — возражает Терренс.

— И я бы с радостью играл с ней! — добавляет Джереми.

— Водили бы ее гулять, — задумчиво говорит Уильям. — Качали на качелях…

— Лопали бы мороженое…

— Я вас умоляю, ребята, не надо строить из себя идеальных папаш, — хитро улыбается Эдвард.

— Что? — возмущается Терренс. — Да я самый крутой старший брат на свете! Прирожденный лидер, который ведет всех за собой!

— Да, Даниэль… — тихонько хихикает Питер. — Походу, нам с тобой не место среди четырех братьев МакКлайф.

— Верно, нам лучше свалить отсюда и не портить гремучую смех МакКлайфов, — весело соглашается Даниэль.

— Так, я сейчас вам свалю! — уверенно вставляет Терренс.

— Не, ну а что нам делать среди стольких МакКлайфов?

— Черт, они скоро заполонят весь мир! — шутливо восклицает Питер. — А-а-а-а! Что делать? Что делать?

— Да ладно, ребята, не надо никуда уходить, — с легкой улыбкой машет рукой Уильям. — Классно, что мы с Джером встретились со всеми вами. Думаю, мы можем хорошо поладить.

— Вы все объединились ради общего желания, Уильям, — уверенно отвечает Эдвард. — Постебаться надо мной и настучать мне по башке.

— Ну знаешь, твой старший братец и твои друзья не возражают и с удовольствием слушают нас, — хитро улыбается Джереми. — Ну и мы с Уиллом тоже рады поболтать с ними и развеселить их рассказами о том, как ты оставался в лузерах.

— Ха, и чем вы их удивите?

— Мы можем рассказать еще очень много всего, — загадочно улыбается Уильям. — Терренсу мы рассказали лишь про один из таких случаев. А сколько их было! М-м-м…

— А с нами поделитесь? — интересуется Даниэль. — Может, и мы что-то возьмем на заметку…

— Эй, ребята, расскажите этим двоим то, что вы рассказали мне, — с широкой улыбкой просит Терренс. — Им точно понравится.

— А ничего, что у нас нет времени на бесполезные разговоры нет? — громко спрашивает Эдвард.

— Так Джордж-то еще не пришел! — отмечает Питер. — А раз так, то можно немного поржать в хорошей компании.

— Лучше бы сосредоточились на возвращении к выступлениям и подготовке к мировому турне.

— Да ладно тебе, братец, чего ты стесняешься, как девчонка! — по-доброму усмехается Джереми.

— То, что вы говорите, совсем не смешно.

— Ну да, не смешно! Вон как Терренс заливался смехом от того, что мы ему рассказали!

— Терренс всегда катается по полу, когда дело касается моих проколов.

— И кстати, чуть не забыл… Мы не можем молчать о том случае, после которого над тобой ржали даже твои дружки .

— О, ребята, ребята! — весело, с широкой улыбкой восклицает Уильям. — Вы обязаны об этом узнать!

— Так, не вздумайте! — громко бросает Эдвард, резко встает из-за стола и угрожает Уильяму и Джереми пальцем. — Только попробуйте раскрыть свой рот, придурки. А иначе вы очень пожалейте.

— Да ладно тебе, Эдди, чего ты стесняешься, — тихо хихикает Джереми. — Классно же было! Все повеселились!

— Я не шучу, дебилы. Раскройте рот и хотя бы намекнете на тот случай – я возьмусь за ремень.

— М-м-м, чувствую, там было что-то крутое, раз Эдвард так бурно реагирует, — с хитрой улыбкой потирает руки Даниэль.

— О, парни, вы очень многое упустили, — сквозь смех говорит Джереми. — Вам надо было видеть, какой причесон у него был после того, как мы приложили капельку усилий.

— Это самый лучший прикол, что мы когда-либо делали, — бодро добавляет Уильям.

— Да уж, лучший… — со скрещенными на груди руками бубнит себе под нос Эдвард. — Лучше уж сквозь землю провалиться! До сих пор хочу сдохнуть от стыда из-за того, что вы тогда сделали.

— Ну ладно тебе, чувак, подумаешь, покрасили твои шикарные волосики, — по-доброму ухмыляется Уильям. — Зато как тебе шел этот цвет! Ах! Мы с Джером были в восторге !

— О да, а как ровно легла краска! — с наслаждением произносит Джереми. — Идеальный цвет! Сочный, яркий, красивый… И так подходил твой милой мордашке.

— Но не розовый же, блять! — громко и раздраженно отрезает Эдвард. — Не розовый !

Даниэль, Питер и Терренс переглядываются между собой и мгновенно заливаются смехом, пока Эдвард выглядит так, будто готов убить кого-то из друзей или братьев.

— Розовый ? — сквозь громкий смех спрашивает Питер.

— Да ладно, вы серьезно? — встав из-за стола, весело спрашивает Терренс.

— Еще как! — восклицают Джереми и Уильям.

— О, черт, да вы жжете , чуваки! — по-доброму ухмыляется Даниэль. — Надо же… Эдвард с розовыми волосами…

— Это было нереально круто! — бодро признается Джереми. — Получилось даже лучше, чем мы ожидали!

— А как вы это сделали? — интересуется Терренс.

— Да легко! Пока Эдвард дрых без задних ног после ночных приключений со своими дружками, мы с Уиллом пошли в ванную и вылили всю розовую краску в бутылку с шампунем, которым он обычно мыл свою лошадиную гриву.

— Ну а когда он выдрыхся и поковылял в ванную принимать душ и мыть голову, то его-то и ждал сюрприз , — с загадочной улыбкой добавляет Уильям. — Мы с Джером в этот момент стояли рядом с дверью и внимательно слушали, что там происходило.

— Поначалу ничего не было, но потом…

— Ах! Вы бы слышали, как он заорал, когда все-таки получил наш сюрприз! Я до сих пор помню, что он как сумасшедший выскочил из ванной!

— Абсолютно голый! — активно жестикулируя, сквозь смех восклицает Джереми. — С розовыми волосами и краской, которая стекала по телу.

— И потом давай материться на весь дом. Отец с матерью такое бы устроили, если бы услышали, как Эдвард во весь голос выкрикивает матерные слова!

— Ох, ребятки, это было нечто! Мы тогда насмеялись лет на сто вперед!

Терренс, Питер и Даниэль начинают смеяться еще громче после того, как выслушали всю историю про розовые волосы Эдварда и с трудом сдерживаются, чтобы не засмеяться во весь голос, находясь в общественном месте.

— О, черт, я не могу, ребята… — схватившись за живот, сквозь безудержный смех говорит Терренс.

— О, мужики! — бодро восклицает Питер. — Я уже могу все это себе представить!

— А я слышу, как Эдвард орет на весь дом, бегая за вами голышом с розовыми волосами, — весело добавляет Даниэль.

— О, ему так шел этот цвет, м-м-м… — хитро улыбается Джереми. — Эдвард был просто красавчиком! Даже если у него была самая ужасная прическа на свете.

— Мы прямо-таки загордились собой и друг другом, — уверенно добавляет Уильям.

— Да я, сука, думал, что убью вас обоих, пока вы ржали, как кони! — раздраженно отвечает Эдвард. — Стою в душевой кабине, мою голову и никого не трогаю. И тут вижу, что у меня на руках какая-то розовая херня. Посмотрел в зеркало – а у меня вся башка ею окрасилась!

— Мог бы и поблагодарить нас за то, что мы сотворили такой шедевр.

— Поблагодарить? Ты это серьезно ? Да я кое-как смыл этот гребаный розовый цвет со своих волос и тела! Боялся, что краска останется на коже навсегда! Волосы стали нормальными лишь через несколько недель! Все друзья ржали надо мной и называли меня педиком из-за моих розовых волос. Розовых, мать твою! Ладно бы блондином или рыжим стал! Но, сука, розовый ! Кукла Барби, блять!

— Интересно, что бы со мной сделала Кэсс, если бы я устроил ей такой же сюрприз? — задается вопросом Даниэль. — Зная, что она терпеть не может розовый…

— Вряд ли бы мы увидели тебя в живых, — тихонько хихикает Питер.

— Да ладно тебе, Эдвард, не кипятись, — с легкой улыбкой говорит Уильям. — Классно же было!

— Где были ваши мозги, идиоты? — возмущается Эдвард. — О чем вы думали, когда решили сделать это?

— Ну может, хотя бы это заставило бы тебя отрезать свои волосы и избавиться от той омерзительной эмо-челки, которая закрывала половину твоего смазливого личика, — задумчиво говорит Джереми.

— О, я до сих пор ненавижу ту челку! — восклицает Уильям. — Хотя это даже челкой не назовешь! Это какое-то недоразумение!

— Как ты еще девчонкам нравился? Это же было реально уродливо! Тебе еще надо было красить глаза в стиле панды и вставить серьгу в нос, чтобы выглядеть еще хуже.

— По-твоему, с розовыми волосами ко мне начали бы клеиться гораздо больше? — удивляется Эдвард.

— А что такого? Тебе очень шел этот цвет!

— К тому же, иногда нужно какое-то разнообразие, — добавляет Уильям. — Вон девчонки постоянно меняют себе прически и цвет волос.

— Да я охренел от такого разнообразия! — сухо бросает Эдвард. — Я до смерти боялся выйти на улицу и показаться кому-то с такими волосами! А дома постоянно носил кепки и банданы! И я уж точно никогда не забуду, что мне устроил отец, когда увидел эти гребаные волосы.

— Ой, да расслабься ты, Эдвард! — весело говорит Джереми. — Что ты ноешь как старая бабуля?

— Мы все поржали от души на твоими розовыми волосами! — добавляет Уильям.

— Ты все равно остался милашкой, даже после столь кардинальных изменений.

— Ах! — в один голос с широкой улыбкой произносят Уильям и Джереми.

Произнося это, Джереми и Уильям дают Эдварду хлопок по затылку, но тот резко убирает руки парней от себя и скрещивает свои на груди, пока они оба, Терренс, Даниэль и Питер продолжают заливаться смехом.

— Ой, мне плохо… — сквозь смех бодро произносит Терренс, оперевшись рукой о стол, а второй все еще держась за живот. — Ребята…

— Черт, почему мы раньше до этого не додумывались? — с широкой улыбкой недоумевает Питер. — Вот повеселились бы над малым!

— Слушайте, хотел бы я посмотреть на лицо Эдварда. И поржать над его розовыми волосами. Уверен, он выглядел бы великолепно.

— С фингалом под глазом ты тоже будешь бесподобен, — хмуро бросает Эдвард. — Посмотрю, как ты, несносная пташка, запоешь, когда я покрашу твою гриву в зеленый.

— Я перекрашусь в голубой, если ты снова станешь розововолосым!

Джереми, Питер, Уильям и Даниэль начинают заливаться громким смехом, пока Эдвард наносит Терренсу парочку хлопков по голове.

— Так, мне срочно нужна фотка Эдварда с розовой гривой! — взволнованно тараторит Даниэль. — Я просто обязан увидеть это зрелище!

— О, так у нас же есть фотка, — хитро улыбается Джереми. — Хочешь покажу?

— Что? — широко распахнув глаза и слегка раскрасневшись, приходит в бешенство Эдвард. — Вы до сих пор не удалили ту фотку?

— Мы сделали ее сразу же после того, как Эдди вышел из ванной и начал орать как истеричка, — признается Уильям. — Точнее, мы сделали несколько снимков нашего братика во всей красе, но у нас на телефоне их нет. Они на наших компьютерах.

— Правда? — удивляется Даниэль. — Так что же вы оба раньше молчали? Сейчас же давайте ее сюда!

Даниэль, Терренс и Питер собираются вокруг Уильяма и Джереми, достающий телефон и быстро находящий в нем нужную ему фотографию, которую он показывает остальным. На ней можно увидеть Эдварда в подростковом возрасте, смотрящий в камеру такими широко распахнутыми глазами, что они вот-вот выскочат из орбит, махающий руками и что-то говорящий с очень недовольным выражением лица. На снимке волосы юного парня окрашены в ярко-розовый цвет, а мокрые следы краски того же цвета стекают вниз по его оголенной груди, а челка длиной в его подбородок закрывает половину лица. Все трое начинают буквально кататься по земле в истерике и хвататься за животы в припадке смеха, пока Эдвард наблюдает за всеми с еще более ненавистным взглядом.

— О, боже, это лучшее , что я видел в своей жизни! — сквозь громкий смех весело говорит Терренс. — Самое лучшее!

— И правда, смотрите, какой роскошный цвет, — тихо хихикает Даниэль. — Как здорово подошла краска! Как она идет нашему любимому приятелю.

— Эй, а мой братец-то совсем не изменился: все такой же сопливый и смазливый паренек.

— Слушайте, это рожа Эдварда напоминает мне лицо какой-нибудь недовольной бабули у подъезда, в магазине или автобусе, — отмечает Питер. — Или рожу продавщицы из палатки, которая мне нагрубила до того, как я пришел сюда.

— Ребята, это шедевр! — весело восклицает Даниэль. — Я в восторге!

— Это фоточка у нас самая любимая, — уверенно заявляет Джереми. — Мы с Уиллом бережем ее как зеницу ока. И если нам вдруг придется купить новые телефоны, то мы все равно загрузим в них этот шедевр.

— Только попробуйте удалить ее! — угрожает пальцем Терренс. — Не смейте это делать! Слышите меня! Не вздумайте!

— Эй, ты что! Да я лучше удалю все фотки с Уиллом или нашими друзьями, чем эту фоточку с нашим любимым Эдди.

— А прикиньте, если мы сольем эту фотку в Интернет? — по-доброму усмехается Уильям.

— Да это станет самым популярным мемом в Интернете! — восклицает Даниэль.

— И все будут обсуждать не милую мордочку Эдварда, а его роскошные розовые волосики, — уверенно говорит Питер.

— А че, давайте попробуем! — предлагает Джереми. — Всем понравится – отвечаю!

— Так, а ну дай сюда, придурок! — раздраженно требует Эдвард и пытается схватить телефон Джереми.

— Э-э-э, куда полез! — тихонько цокает Джереми, заведя руку с телефоном за спинку.

— Дай сюда телефон! Слышишь, что я говорю, дебил безмозглый? Немедленно удали эту гадость!

— Нет, братец, удалив эту фотку, ты ничего не добьешься. Мы с Уиллом скопировали ее куда только можно и никогда не потеряем. И всегда сможем снова скинуть ее на телефон.

— Ар-р-р, да чтобы вы потеряли все свои флешки, жесткие диски и все, на чем есть эта гребаная фотка!

— Кстати, мы смотрели на нее, когда скучали по тебе, — весело признается Уильям. — Вспоминали, как нам было весело в то время, когда мы жили все вместе.

— Знаешь, как нам стало скучно и тоскливо, когда ты ушел из дома, а мама выгнала папу, — добавляет Джереми. — Было бы круто, если бы ты снова жил с нами.

— Да чтобы я еще лет двадцать жил с вами под одной крышей! — удивляется Эдвард. — Нет уж! Ни за что на свете! Я скорее нормально жил бы с Терренсом, чем с вами двумя.

— Ага, нормально, — тихо хихикает Даниэль. — Да вы и двух дней не протянете и точно поубивайте друг друга.

— Боюсь представить, что будет, если во время тура вас будут селить в один номер в отеле, или если вам придется делить комнату в арендованном домике, — признается Питер.

— Вы еще плохо знайте этих балбесов, — уверенно отвечает Эдвард. — Пожили бы с ними под одной крышей – на стенку бы полезли и мечтали бы сбежать от них.

— Слушайте, Джер, Уилл, а скиньте мне эту фотку, — хлопнув Уильяма и Джереми по плечу, с хитрой улыбкой просит Терренс. — Мне реально нужна эта жемчужина, которую я буду яростно оберегать! Как сказал Дэн, это просто шедевр !

— Что? — широко распахивает глаза Эдвард.

— И нам тоже! — весело вставляют Питер и Даниэль. — Нам тоже!

— Эй, идиоты, вы сговорились что ли? — расставив руки в бока, возмущается Эдвард. — Терренс, какого хера! Я думал, ты на моей стороне!