— Что, правда? — округляет глаза Эдвард.

— Ага. Вот уже пять лет я маюсь с этим придурком.

— Обижаешь, брат, обижаешь, — задумчиво отвечает Даниэль. — Эти пять лет были лучшими в моей жизни.

— Ну а в честь годовщины знакомства с моим лучшим другом я посвящаю тебе один из барабанов, — уверенно отвечает Питер. — Не знаю пока, какой, но я потом это решу.

— А может, тогда назовешь какой-нибудь и в мою честь? — спрашивает Терренс. — Раз уж никто не хочет регистрировать звезду в мою честь, то пусть хоть барабан будет назван моим прекрасным редким именем.

— Извини, братан, но во вселенной нет планет, которые могли бы назвать в твою честь, — невинно улыбается Эдвард. — Так что в NASA о тебе не узнают.

— Дать бы тебе по шее за твой длинный язык…

— Ладно, ребятки, вот когда пройдет пять лет с нашего знакомства, тогда я и в вашу честь назову один из своих барабанов, — уверенно обещает Питер. — Когда я куплю большой дом и перееду в него, то заберу малышек к себе и буду играть на них столько, сколько захочу. Но вы можете приходить ко мне и любоваться на них.

— Ага, сейчас! — восклицает Даниэль. — Закатай губу, блондин! Все инструменты, которые находятся у меня в гараже, мои. И только мои.

— Эй, это и мои тоже! Я имею на них право!

— А я еще могу решать, позволять ли тебе и МакКлайфам приближаться к ним.

— Так, не забывай, пожалуйста, что они были куплены на наши с тобой деньги. Я вложил часть суммы в покупку. Немалую .

— Ну и что? — с невинной улыбкой пожимает плечами Даниэль. — Эти инструменты принадлежат мне, потому что они находятся на моей территории.

— Они не твои!

— Слушай, Роуз, если так хочешь играть на своих малышках, то покупай ударную установку и играй у себя дома сколько влезет.

— Нет уж, Перкинс! Эти барабаны мои , и я могу забрать их к себе в любой момент.

— Из твоего у меня дома только барабанные палочки, которые ты ломаешь чаще, чем девчонки шмотки покупают.

— Да, палочки тоже мои. И один микрофон.

— Не наглей, блондин. Я тебе ничего не отдам.

— Нет уж, шоколадная башка, ты не лишишь меня моей доли! — уверенно заявляет Питер, постукивая пальцем по столу. — На ударную установку я имею полное право, ибо она была куплена на часть моих денег. Как и остальные инструменты.

— Покупай новые барабаны, Роуз, — невинно улыбается Даниэль. — Уверен, что ты найдешь установку получше.

— Ох, Дэн, а на кой черт тебе нужны барабаны? — вмешивается Терренс, задумчиво копаясь в волосах. — Ты же все равно не умеешь играть на них! А твои попытки сделать вид, будто из тебя выйдет гениальный барабанщик только лишь заставляют народ усмехаться.

— Не отдам! И ритм-гитару тебе я тоже не отдам! И братцу твоему я не подарю свою соло-гитару! Никому не отдам свое! Все мое!

— Уж я-то имею право на свою долю! — уверенно заявляет Питер.

— Ну да! Еще скажи, что ты имеешь право на мой дом после того, как пожил в нем пару месяцев.

— Нет, твой дом мне не нужен. А вот барабаны изволь отдать.

— Нет.

— Перкинс…

— Я все сказал, блондин.

— Эй, а что значит « пожил в нем пару месяцев »? — слегка хмурится Эдвард.

— Да вот, МакКлайф, было как-то дело, — с легкой улыбкой выдыхает Даниэль. — По доброте позволил своему старому другу пожить некоторое время в моих хоромах.

— Что, Роуз, тебя так задолбали Марта и ее кошки, что ты решил сбежать из квартиры? — скромно хихикает Терренс.

— Да нет, дело не в этом, — бросает улыбку Питер. — Мне пришлось покинуть свою квартиру на какое-то время.

— Но почему? — удивляется Эдвард.

— Это произошло где-то два-три года назад. Однажды у меня в квартире начали появляться тараканы. Сначала периодически находил по одному или по двое, потом – раз в месяц, а потом – раз в неделю. И с каждым разом все больше. Однажды я за один только день обнаружил около десяти-пятнадцати штук. Короче говоря, мне пришлось вызвать дезинсекторов, чтобы они обработали всю квартиру.

— Ну это не удивительно, — задумчиво говорит Терренс. — Живешь в старом доме, где запросто может быть всякая нечисть.

— Да, я очень часто встречаю всяких крыс, мышей и еще всякую ползучую гадость в подъезде… Но у меня в квартире никогда не было столько тараканов, сколько было тогда. Даже если у меня в квартире всегда идеально чисто.

— И что, их потравили?

— Ага. Так продезинфицировали всю квартиру, что в ней просто невозможно было жить. Не знаю, чем они ее обработали, но я не смог переносить тот запах больше одной минуты. Они обработали квартиру составом, в котором было какое-то вещество, которое мой организм не переносит… Я пару раз вдохнул его, и мне сразу же стало плохо. Так плохо, что я чуть копыта не откинул.

— А разве тебя не предупреждали, что это опасно? — удивляется Эдвард.

— Конечно, они сказали, что мне лучше покинуть квартиру на какое-то время, потому что использовали очень токсичные средства. Правда я рассчитывал, что мне придется погулять где-то лишь два-три часа, а потом просто хорошо все помыть. Но даже после этого я продолжал остро реагировать на тот состав.

— Но насколько я знаю, после обработки помещения нужно подождать всего пару часов, — отмечает Терренс.

— Верно. Но после этого я еще несколько раз вызывал дезинсекторов. И они обрабатывали квартиру все более сильными средствами. Правда тараканы исчезали лишь на время, но потом снова появлялись. Соседи также уже устали с ними бороться. Так что было принято решение провести дезинфекцию абсолютно во всем доме. В каждом подъезде. На каждом этаже. В каждой квартире. Думаю, вы представляйте, какие запахи там стояли, и как плохо мне было.

— Ничего себе…

— И я даже не знаю… То ли к нам приходили какие-то неопытные люди, то ли их развелось и правда слишком много, но даже в этом случае понадобилась не одна обработка. И так продолжалось очень-очень долго. Народ либо ходил в масках, либо куда-то свалил. Некоторых даже увезли в больницу с отравлением. Да и я через какое-то время оказался на больничной койке… Все это я время я жил с постоянным головокружением и чувством тошноты и с трудом мог дышать. Было так плохо, что я в любой момент мог откинуть копыта.

— Так какого черта ты оставался в квартире? — удивляется Эдвард. — Какого черта ты все это нюхал?

— Знаю, я сглупил ! — приподнимает руки Питер. — Но я поначалу не обращал на это внимания! Я понял, что дело серьезно лишь тогда, когда у меня сначала сильно закружилась голова в подъезде, где воняло этой гадостью. А потом зайдя в квартиру, я вообще отключился.

— Ну молодец! — восклицает Терренс. — Что я могу сказать!

— Я сразу заметил, что он выглядел каким-то бледным и больным, — признается Даниэль. — Правда Роуз не говорил, что происходило, и сваливал все на усталость или недосып.

— Ты не знал, что творилось у него дома?

— Нет, не знал. И в итоге узнал не от Питера, а от его соседей, которые выходили из подъезда с чемоданами в руках, когда я приехал к нему в гости. Они настояли, чтобы я не заходил в подъезд, ибо там обработано какой-то гадостью от тараканов. И тогда я понял, что Роуз не собирался никуда сваливать. Так что когда мы встретились в студии Альберта и закончили репетицию, я сказал, что все знаю, и силком потащил в больницу. Благо, все эта чертовщина с обработкой длилась не очень долго до того, как я обо всем узнал. А иначе было бы уже слишком поздно.

— Надеюсь, у него хватило мозгов не возвращаться домой? — спрашивает Эдвард.

— Нет, после выписки он решил на некоторое время перебраться в отель. Ну а я предложил Питеру переехать ко мне. Ну а что? У меня дом большой! Места всем хватит! Вот я и подумал, зачем парню тратить бабки на отель, когда он может бесплатно пожить у меня.

— Поначалу мне было неловко, и я сказал, что не приму его предложение, — признается Питер. — Я вообще не хотел ничего ему говорить и думал, что сам справлюсь. Однако Перкинс оказался настойчивым, и в итоге я согласился . Нам пришлось вернуться в квартиру, надев защитные костюмы, которые мы одолжили у соседей, собрали кое-какие мои шмотки и свалили оттуда к чертовой матери.

— Да, Роуз, не ожидал… — качает головой Терренс. — Я-то думал, ты умный парень…

— Просто я решил, что это шанс покончить со всем этим, — немного неуверенно признается Питер. — В то время я резался и время от времени мечтал сдохнуть. Вот и решил, что… Останусь в квартире и… Позволю себе умереть .

— Я был уверен , что ты это скажешь, — отвечает Эдвард. — В противном случае ты бы свалил намного раньше.

— В любом случае я безмерно благодарен Даниэлю за оказанную мне помощь. За отель и правда надо было платить огромные деньги, а у меня их тогда было не очень много. И в долги не хотелось влезать… Хотя тогда я не очень обрадовался, что мне не дали спокойно умереть.

— Как бы то ни было, Дэн в любом случае получил кое-какую выгоду, — уверенно отвечает Терренс. — В его доме хотя бы на время появился кто-то, кто умеет готовить.

— И кто привел бы его хату в порядок, — с тихим смешком добавляет Эдвард.

— Так, только не надо говорить, что я предложил Роузу пожить у меня лишь ради этого, — приподнимает руку ладонью к Терренсу Даниэль. — Я всего лишь помог другу в трудный момент. Да, его помощь по дому была для меня очень кстати, и мой домик и правда был идеально чистым. Но я сделал это исключительно ради дружбы. И уж точно не посмел бы заставлять его это делать. И отказался от предложения Пита оплачивать половину счетов за воду, газ и электричество.

— Зато я стал не только бесплатной уборщицей и его личным поваром, но еще и эдаким счетоводом: изучал все счета, высчитывал сумму, откладывал в сторону оплаченные… — признается Питер. — А уж поверьте, там был такой бардак…

— Счета всегда были моей головной болью.

— Хорошо иметь друга, который намного умнее и чистоплотнее тебя, — хихикает Эдвард.

— Я не заставлял его ни убираться, ни готовить, ни разбираться со счетами! — восклицает Даниэль. — Он сам вызвался помочь!

— И я же по своей воле согласился дать половину суммы на покупку инструментов, потому что Даниэлю немного не хватало, — уверенно говорит Питер.

— Ох, Питер, опять ты за свое… — тихо стонет Даниэль, проводя руками по своему лицу.

— Готовь моих малышек к переезду, чувак. Когда я куплю себе большой шикарный дом и перевезу все свои вещи, то заберу и свои барабаны.

— Размечтался! — громко ухмыляется Даниэль. — Барабаны останутся у меня дома!

— Слышь, Перкинс, а если Роуз перевезет к тебе свое оборудование для мини-студии, то ты тоже скажешь, что это твое? — задается вопросом Терренс. — Мол, раз находится на твоей территории, то эти вещи принадлежат тебе!

— Ха, да не буду я ничего перевозить к нему! — тихо фыркает Питер. — Пошел он на хер! А то еще и мое оборудование себе присвоит!

— Наш приятель может, — скромно хихикает Эдвард.

— Так, ладно, ребята, посидели немного – и хватит, — пригладив немного непослушные волосы, с гордо поднятой головой говорит Даниэль. — Готовьтесь поднимать свои задницы и ехать репетировать. Внеплановый отдых закончился!

— Ох, избавьте меня от нужды выходить в это пекло… — откинув голову назад, тихонько стонет Терренс. — Там духота похуже, чем в сауне…

— Ладно… Можешь посидеть еще немного. Я как раз хочу купить с собой рыбный бургер. Очень он мне понравился.

— О, а мне надо кое-что обсудить с одним парнем за кассой! — бодро восклицает Эдвард.

— И братца с собой прихвати, — просит Питер. — А то когда я покупал напитки, его там спрашивала какая-то девчонка. Хотела сфоткаться с ним.

— О, я знаю! Она уже миллион раз просила меня привести Терренса к ней. И была еще одна, которая хотела сфоткаться со всеми нами. А один парень хочет получить наши автографы на диске с синглом для своей младшей сестры.

— Слушайте, братцы, наша популярность растет ! — бодро отмечает Терренс. — Я так понимаю, Эдвард здорово пропиарил тут нашу группу.

— Мне и не надо было пиарить. Здесь все обожают нашу группу: и парни, и девчонки. А я пообещал всем, что однажды приведу сюда вас всех поесть. Одна девчонка – наша огромная фанатка! Знайте, как она визжала от радости, когда встретила меня в первый раз! А во второй раз попросила сфоткаться со мной и расписаться на диске с нашим синглом.

— Представляю, как она будет визжать, когда увидит всех нас, — загадочно улыбается Питер.

— Хорошо, тогда уделим немного внимания всем этим людям и купим что-нибудь с собой, — предлагает Терренс. — Будем считать это поводом задержаться там, где работает кондиционер.

— Черт, ребята, кто-нибудь одолжите мне немного денег, — осмотрев все свои карманы, с жалостью во взгляде просит Даниэль. — Карточки у меня с собой нет, а наличку я потратил. Обещаю, я все верну, когда мы приедем ко мне домой. Или переведу на карту.

— Да у тебя и так остался нераспечатанный бургер, который ты спер у Питера, — уверенно отмечает Эдвард. — Такое впечатление, что у тебя дома нечего жрать, и ты стремишься забрать с собой побольше.

— Братец, ну Перкинс же не умеет готовить! — усмехается Терренс. — Вот он и таскает еду из кафе, чтобы потом просто запихнуть ее в микроволновку и съесть.

— Эй, дайте денег, идиоты! — скрестив руки на груди, хмуро требует Даниэль. — Жалко что ли несколько долларов для своего близкого друга? Хотя бы на рыбный бургер!

В этот момент Питер почему-то тихонько хихикает и качает головой, как-то хитро смотря за Даниэлем.

— Эй, чего ты ржешь, придурок? — возмущается Даниэль. — Что я такого сказал?

— Ой, Даниэль… — сквозь смех произносит Питер, выпивает последние остатки напитка из своего стакана и резко выдыхает. — Один вопрос… Я задам всего один вопросик.

Питер перестает смеяться, резко что-то вытаскивает из переднего кармана на футболке Даниэля, который только успевает рот раскрыть, и показывает это с более серьезным видом, уверенно спросив:

— Вот это что такое?

Как только Терренс и Эдвард видят денежную купюру в руках Питера, оба начинают тихонько хихикает.

— Что? — с округленными глазами раскрывает рот Даниэль. — Какого черта? Что за магия? Как ты ее нашел?

— Что, Дэн, думал нас одурачить? — снова начинает смеяться Питер и денежной купюрой шлепает Даниэля по носу под уже более громкие смешки Эдварда и Терренса. — У тебя еще целая сотка, а ты делаешь вид, будто остался без денег. Да на эту сотку ты купишь себе еще половину такого же обеда.

— Да что ты ему объясняешь, приятель, — тихо усмехается Эдвард. — Он не умеет считать даже самые простые числа. Так же, как и распоряжаться деньгами.

— Да уж, Перкинс надеялся сэкономить, — скромно хихикает Терренс. — Но его затея не удалась.

— Да, Перкинс, ты облажался , — размахивая купюрой перед носом у Даниэля, со смешком добавляет Питер. — Облажался как лох.

Питер, Эдвард и Терренс продолжают тихонько усмехаться, а Даниэль с хмурым выражением лица сначала закатывает глаза, а потом резко выхватывает денежную купюру из рук блондина:

— Так, дай сюда, белобрысая башка! — Даниэль прячет купюру в карман на своих коротких штанах. — Я просто не хочу ее разменивать. Вот и попросил у вас денег. Может, у вас найдутся более мелкие купюры.

— А что, ты разве знаешь, что это крупная купюра? — тихо хихикает Питер. — Что это сотка! И реально сможешь отсчитать нужную сумму для покупки рыбного бургера?

— А зачем мне считать, если кассир сам даст мне сдачу?

— Ну да! А ты возьмешь ее и уйдешь, даже не посчитав!

— Ах, приятель, я понимаю, что ты у нас лучше всех считаешь, но если мне понадобится помощь счетовода, то попрошу тебя об этом.

— А вот если бы ты не просил умных девчонок за тебя решить все примеры и не ждал, когда кто-то кинет тебе шпаргалку во время теста, то сейчас мог бы не париться насчет того, правильны ли твои расчеты.

— Ну да, я никогда не был зубрилкой в школьные годы. Я не скрываю этого и не стыжусь. В жизни не это главное! Иногда отличники не добиваются таких успехов, каких могут добиться те, кто в школе ни черта не делал и не понимал.

— Да, удивляюсь, что ты вообще умудрился окончить школу, — усмехается Эдвард. — Вот если бы ты учился в моей частной школе, то тебя бы выгнали еще до конца учебного года. Так произошло сразу с несколькими моими одноклассниками.

— Ну я-то окончил школу. Твой братец окончил, несмотря на занятость на съемках. Блондин – тоже. А ты, МакКлайф, нет.

— Я очень даже хорошо учился в школе. А выгнали меня, потому что Изабелла перестала платить за мое обучение после того, как узнала про брак отца и матери и выгнала его из дома. Мне оставалось доучиться всего год.

— В любом случае школьного образования у тебя нет.

— Меня это не парит. Парило только тогда, когда я был бездомным и не мог устроиться на нормальную работу. Хотя если бы меня не упекли за решетку, то я вполне мог бы построить неплохую карьеру курьера.

— Ну да, тебе крупно повезло, — отмечает Питер. — Не будь ты братцем Терренса, тебе пришлось бы туго.

— Всем нам было туго в свое время.

— Да уж, я и сам как пчелка прыгал с одного цветка на другой после смерти отца… — задумчиво отмечает Даниэль. — Нигде не задерживался… Временные подработки или постоянная работа, с которой я всегда увольнялся сам.

— Или тебя увольняли, но ты не хочешь говорить, — скромно хихикает Терренс.

— Ты удивишься, но нет, меня никогда не увольняли. Я всегда уходил сам.

— Да уж, сестренка не могла помочь тебе на работе так, как во время учебы.

— Как мне могла помочь девчонка, которая была не в состоянии запомнить таблицу умножения и писать без ошибок?

— Но сравнивая тебя и Кэссиди, она наверняка училась в тысячу раз лучше, — отвечает Питер. — Девчонки с большой ответственностью относятся к учебе.

— Только не в случае с моей сестрой. Она и училась ужасно, и вела себя безобразно.

— До тебя ей явно было далеко.

— Ну да, в отличие от тебя, нас ботаниками не называли.

— А я никогда не говорил, что был отличником, — невинно улыбается Питер. — Просто мне легко давались почти все предметы, и я никогда не сталкивался с проблемами в учебе. Хотя с математикой я ладил лучше всех.

— Фу, ненавижу математику… — сильно морщится Даниэль. — Кто вообще придумал все эти уравнения, квадратные корни, графики и прочую херню?

— Все это можно понять, если хотя бы чуть-чуть пошевелить мозгами. И тогда мне это нравилось .

— Ты ненормальный , Пит. Что с тобой не так?

— Математику можно понять, но это ужасно скучный предмет, — спокойно отвечает Эдвард. — Ты просто тупо решаешь все эти уравнения, пытаешься извлечь квадратный корень каждого числа, вычислить интеграл и построить график.

— У меня голова кружилась от одного взгляда в учебник.

— Но то ли дело уроки химии! — Эдвард откидывается на спинку стула. — Одни классные эксперименты! Так классно пытаться угадывать, что же будет, если смешать определенные вещества. Наблюдать за реакцией… С громкими визгами убегать в сторону, чтобы что-то не попало тебе на кожу и в глаза…

— Надеюсь, ты не спалил всю школу, когда смешал что-нибудь не то, — по-доброму усмехается Терренс. — Или не подпалил всю свою шикарную шевелюру. Для тебя же это будет трагедия, ибо ты одержим своими волосами!

— Нет, Терренс, не спалил, — с гордо поднятой головой уверенно отвечает Эдвард. — Но советую тебе беречься, потому что я могу подпалить твои волосики. Держись подальше от парня, у которого по химии были самые лучшие оценки в школе.

— О-о-о, парни, боюсь, нам реально придется остерегаться Эдварда, — тараторит Даниэль. — А то он и правда намешает химикатов и превратит нас в лягушек или еще кого-то.

— Спокойно, парень. Я своих не трогаю. — Эдвард хитро улыбается. — Если они сами не напрашиваются на неприятности.

— А я всегда держался подальше, когда проводили опыты, — признается Терренс. — Моя химичка устраивала целые шоу, после которых все сидели с открытыми ртами.

— Правильно! А то с ожогами на твоем прекрасном личике вряд ли бы кто-то захотел приглашать тебя сниматься в кино.

— Вынужден согласиться. Как бы сильно мне ни хотелось заткнуть тебе рот булкой от твоего бургера.

— Кстати, ты вполне мог бы попросить химичку выдать тебе защитный костюм. Чтобы не стоять в сторонке, пока все толкаются, пытаясь рассмотреть то, что она делает.

— Я и так все видел. Но если честно, я… Не то, чтобы боялся химичку… Просто…

— Что, брат, неужели она была единственной, кто не поддавался твоим чарам, и не ставил тебе хорошие оценки? — усмехается Питер.

— Оценки у меня и без того были нормальные. Просто она часто вела себя как-то странно, говорила невпопад и делала странные вещи. Могла половину урока говорить по теме, но потом ее заносило не туда. Бывали случаи, когда она что-то рассказывала и начинала плакать. Возможно, у нее была глубокая депрессия. Она всегда выглядела очень уставшей. Насколько я знаю, у нее был больной ребенок. Много денег и сил уходило на его терапию. А эта женщина еще и сутками вкалывала в школе. Пеклась о каждом ученике и была готова снова и снова разжевывать ту или иную вещь, если кому-то что-то непонятно.

— А мой преподаватель естественных наук был себе на уме, — задумчиво признается Питер. — Как учитель был неплохой, но никого не подпускал близко к себе. Говорят, этот мужик почти ни с кем не общался и никогда не ходил обедать с другими учителями.

— Та же самая ситуация была с одной девчонкой из моей школы, — признается Даниэль. — Она всегда и везде была одна и общалась с другими только по делу. Правда над ней никогда не подшучивали. Наоборот – относились с уважением. Хотя и обижались, что она всех избегала.

— Зато у меня была классная преподавательница английского, — с легкой улыбкой говорит Терренс. — Классная тетка с отменным чувством юмора. Все с удовольствием ходили на ее уроки. Пусть даже и ради только того, чтобы поржать. А лично я обожал уроки английского. Эта женщина знала, как объяснить даже самое сложное.

— Изучение языков – это классно! — бодро восклицает Эдвард. — Была бы у меня возможность, я бы с радостью выучил еще какой-нибудь язык. Или несколько, но понемножку.

— Слабо за китайский взяться? — интересуется Даниэль. — Японский , португальский … Русский , в конце концов…

— Ничего, ребята, у нас всех будет шанс выучить что-нибудь, когда мы поедем в мировое турне, — уверенно отвечает Питер. — По крайней мере, мы обязаны знать, как звучит « привет » и « пока » на всех языках мира.

— Хочешь начать сейчас? — предлагает Эдвард. — Представь себе, мы такие крутые приезжаем в Испанию или Мексику с Аргентиной и уверенно говорим: « ¡Hola, amigos! ¿Cóme estás? »

— И что это значит?

— Это означает: « Привет, друзья! Как дела? ». Девчонкам можно сказать: « ¡Hola, chicas! » А парням – « ¡Hola, chicos! »

— Круто звучит… Ну а я предлагаю выучить то же самое на немецком. Будет звучать что-то вроде: « Hallo, meine freunde! Wie geht’s dir? » Девчонок можно поприветствовать фразой « Hallo, mädchen! ». И сказать парням: « Hallo, jungs! »

— О, продолжайте, братцы! — с легкой улыбкой восклицает Даниэль. — Продолжайте!

— Э-э-э, слушайте, давайте отложим изучение испанского, немецкого, русского и всех остальных языков на потом и сейчас поедем репетировать? — постукивая пальцами по столу, предлагает Терренс. — Надо втягиваться, черт возьми! У нас есть неделя, чтобы все проработать до приезда Джорджа.

— Да я хоть сейчас готов ехать! — уверенно отвечает Даниэль. — Это вы никак не оторвете свои задницы от стула и не хотите выходить на улицу.

— Как будто ты так спешишь оторвать свою, — с тихой усмешкой бросает Эдвард. — И насколько я помню, кто-то вроде бы хотел что-то купить собой.

— О, нет, спасибо… — качает Питер, водя рукой по набитому едой животу. — Пока что со жратвой покончено. В жару меня влезает куда меньше, чем когда-либо.

— Но обед получился отменным ! — восклицает Даниэль.

В этот момент мимо столика друзей уверенно молодой парень, которого под обе руки держат две девушки примерно того же возраста. До этого они мило о чем-то беседовали, но когда увидели Эдварда, то решили подойти к нему и поздороваться.

— Приветик, Эдди, — с легкой улыбкой произносит одна из девушек.

— О, привет, красавчик, — скромно улыбается вторая девушка.

— Здорово, МакКлайф! — бодро восклицает парень.

— Привет, девчонки, — дружелюбно здоровается Эдвард и обменивается братским рукопожатием с парнем. — Здорово, Дон Жуан! Все к девчонкам пристаешь?

— Зачем мне приставать к ним, когда они сами окружают меня? — удивляется парень. — Хотя оно неудивительно, ведь я – самый красивый и привлекательный сотрудник этого кафе.

— Ты сам себя таким назвал?

— Нет! Все девчонки это говорят! А когда сюда приходят работать новенькие, то они все сразу же западают на меня и мечтают хотя бы об одном свидании со мной.

— М-м-м, знаешь, приятель, ты сильно напоминаешь мне одного человека… Чей павлиний хвост я когда-нибудь точно обстругаю.

— Кто бы он ни был, этот человек не затмит меня.

— Ну не знаю… — Эдвард с хитрой улыбкой немного приглаживает свои волосы. — Лично я бы поборолся с тобой за звание самого прекрасного. Ведь я тоже чертовски хорош собой и пользуюсь огромной популярностью у девчонок.

— Это трудно отрицать, — скромно улыбается одна из девушек. — Ты – и правда красавчик. Красавчик, который сведет любую девчонку с ума.

— Да, я такой! — с самодовольной улыбкой гордо поднимает голову Эдвард.

— Кстати, милашка, а ты знаешь, что тут все о тебе говорят? Ты довольно давно к нам не заходил! Мы уже тут соскучиться успели!

— Дела, дорогая моя, дела. — Эдвард слегка оттягивает свой черный чокер. — Пытаюсь везде успеть.

— Но теперь-то ты будешь почаще заглядывать к нам?

— Да, Эд, останься как-нибудь подольше, — мило просит другая девушка. — Поболтаем. Угостим тебя чем-нибудь вкусненьким. Поделимся свежими новостями.

— Обязательно, красавицы! — со скромной улыбкой уверенно обещает Эдвард. — Мне всегда приятно провести время в компании столь очаровательных леди.

— А с парнями , значит, поболтать не хочешь? — удивляется парень.

— Конечно, хочу. С радостью обсужу с вами все последние новости.

— Ладно, ловлю на слове!

— Двери кафе всегда открыты для одного из наших самых сексуальных клиентов, — скромно улыбается одна из девушек.

— Окей, приятель, пожалуй, мы с девчонками пойдем, — задумчиво говорит парень. — Не будем мешать тебе и твоей банде. А то, я так понимаю, ты здесь не один…

— Пока, красавчик! — скромно машут рукой обе девушки.

— Пока-пока! — обнажает широкую улыбку Эдвард.

Парень уводит девушек с собой, пока Даниэль, Терренс и Питер переглядываются между собой и тихонько хихикают.

— М-м-м, кажись, подоспела вторая волна поклонников моего любимого братика и его милой мордочки, — по-доброму ухмыляется Терренс.

— Слушайте, а сколько уже людей прошло мимо него за все это время и наговорило ему комплиментов? — уточняет Даниэль. — Человек пять? Десять?

— Да, Терри, вот уж кого тебе стоит опасаться, — скромно хихикает Питер. — Эдди очень скоро усядется на твоем троне. Девчонки прямо-таки ластятся перед ним словно кошки.

— Так я же говорил, что стану секс-символом десятых годов, а вы не верили, — с гордо поднятой головой напоминает Эдвард. — Скоро весь мир будет сходить по мне с ума.

— По твоей смазливой роже, ты хотел сказать? — с хитрой улыбкой язвит Терренс.

— Каждая часть моего тела настолько совершенна, что о них скоро будут мечтать все парни.

Только Терренс собирается что-то сказать, как мимо столика проходит сначала еще один парень, а следом еще одна девушка. Они оба с легкой улыбкой машут Эдварду рукой и здороваются, и он с радостью отвечает им тем же.

— Блять, вот мелкий гаденыш… — возмущается Терренс.

— Не зря МакКлайф целыми днями шатается по всему городу, — тихо ухмыляется Даниэль.

— Что я могу поделать, если во мне столько очарования? — невинно улыбается Эдвард. — Вы сами видите, что девчонки не могут устоять передо мной, а парни хотят со мной дружить.

— Да уж, ты реально перестал быть тем скромным, тихим мальчиком, которого мы знали, — задумчиво говорит Питер.

— Нет, того паренька больше нет. И не будет. Никогда . Тот Эдвард остался в прошлом. Перед вами новый Эдвард МакКлайф, который еще покажет, на что он…

Пока Эдвард это говорит, к столику, за которым он сидит с Терренсом, Питером и Даниэлем, подходят молоденькая девочка, работающая здесь уборщицей, и такой же юный парень, который помогает ей кое-что нести.

— Привет, Эдвард, — скромно здоровается девушка.

— Здорово, Эд, — бодро приветствует парень.

— Привет, ребята, — отвечает Эдвард, дает пять молодому парню и со скромной улыбкой кивает девушке. — Как поживайте?

— Все хорошо, — весело отвечает парень. — Я смотрю, ты тут не скучаешь с друзьями. Понаблюдал тут за тобой издалека и видел, как ты над чем-то ржал.

— Да, мы отлично проводим время, — дружелюбно отвечает Эдвард. — Показал им местечко, где можно купить потрясающую и недорогую еду.

В этот момент Даниэль, Питер и Терренс наклоняются через стол поближе друг к другу, чтобы немного пошептаться.

— Надо же, про нас все-таки вспомнили! — шепотом отмечает Терренс.

— Да, МакКлайф, вот какой из тебя хороший старший брат, раз ты учишь малышню вот этому всему? — шутливо недоумевает Даниэль.

— Да уж, так бездарно проиграть борьбу за корону… — тихо добавляет Питер.

— Ну ладно, братцы, пусть немного похорохорится, — хитро улыбается Терренс. — Я – человек не жадный, делиться умею. А уж своему любимому братику я дам все что угодно . На время, конечно же.

А пока Терренс, Питер и Даниэль шепчутся, девушка, которая разговаривает с Эдвардом, обращает внимание на парней, внимательно всматривается в каждого и слегка приоткрывает рот от удивления.

— О боже, парни… — скромно улыбается девушка. — Вы ведь из группы « Against The System »?

— Они самые! — с гордо поднятой головой подтверждает Эдвард, бросив короткий взгляд на Даниэля, Питера и Терренса. — Терренс, Даниэль и Питер собственной персоной…

— Да ладно, МакКлайф! — радостно восклицает парень. — Это реально они? Ты привел их сюда?

— Я же обещал, что скоро приведу всех сюда. А я свои обещания сдерживаю. Так что… — Эдвард со скромной улыбкой пожимает плечами. — Мы здесь в полном составе: лид-гитарист, вокалист, барабанщик и басист.

— О, боже, ребята, я вас обожаю! — взволнованно тараторит девушка. — Вы такие крутые! Ваша новая песня невероятная ! Я уже несколько дней слушаю ее где только можно и с нетерпением жду, когда смогу купить ваш альбом.

— Спасибо, мисс, — со скромной улыбкой благодарит Питер. — Мы рады, что вам она нравится.

— Приходите на наши концерты в Нью-Йорке! — уверенно предлагает Даниэль. — Когда у нас начнется турне. Мы будем очень рады увидеть вас.

— Мы придем на ваш концерт всем кафе, когда вы будете выступать в Нью-Йорке, — уверенно обещает парень — Уверен, что ради такого случая нам дадут выходной. Ведь здесь все обожают вас! Даже начальство!

— Приятно это слышать, — скромно хихикает Терренс.

— Эх, как же классно встречать звезд! — радостно отмечает девушка. — Особенно таких, как вы, Терренс. Я обожаю вас как актера! И до сих пор пересматриваю фильмы с вашим участием. Особенно часто я смотрю « American Love Affair »! Все говорят, что фильм до жути банальный, но я вижу в нем особый смысл. Он учит нас любить и дружить .

— Спасибо больше, — выпрямив спину и расправив плечи, с гордо поднятой головой благодарит Терренс. — Я горжусь этой ролью, но надеюсь отойти от амплуа всеми любимого красавца.

— Уверена, что вы будете великолепны в любой роли. Если бы вы сыграли злодея, то люди все равно восхищались бы вашим персонажем и обожали его.

— Да, но я хотел бы, чтобы моего персонажа ненавидели. Хочу доказать, что могу вызвать у людей разные эмоции. Ведь когда персонажа до смерти любят и сильно ненавидят, значит, актер хорошо справился со своей задачей.

— В любом случае вы будете зажигать! Вот вернетесь в кино и сыграйте хорошую роль – и все снова о вас заговорят.

— Пока что жду действительно достойных предложений. Таких, какие не оставили бы меня равнодушным.

А пока Терренс со самодовольной улыбкой и гордо поднятой головой наслаждается вниманием, которое ему уделяет молодая девушка, Эдвард кладет все пустые пакеты, коробки и стаканы на поднос, подходит к мусорному баку, выбрасывает все туда и возвращается ко всем.

— Смотри-смотри, Эд, твой братец наконец-то дорвался до своей минуты славы, — шутливо отмечает Питер.

— О-о, только полюбуйтесь, как он хохорится! — тихо хихикает Даниэль, наблюдая за Терренсом, с широкой улыбкой на лице что-то говорящей девушке. — Девчонка ему лапшу на уши вешает, а МакКлайф доволен как сытый котяра.

— Да уж, наш любимый Терри в своей стихии, — бросает легкую улыбку Эдвард.

— Пускай немного покрасуется! А то он, походу, приревновал , когда девчонки осыпали тебя комплиментами и называли красавчиком, но не обратили на него внимание.

— Ничего, пускай ревнует. — Эдвард скрещивает руки на груди. — Все равно корона самого сексуального и желанного мужчины будет моей .

— Опять бегаешь с голой задницей в огне? — хитро улыбается Питер.

— Мне просто ужасно нравится наблюдать за тем, как он закипает от злости, когда все внимание обращено на меня. Ну а поскольку я люблю своего братика, то так и быть… Поделюсь с ним кусочком славы и позволю ему посидеть на моем троне.

— Еще неизвестно, кто с кем поделится, — хитро улыбается Даниэль.

— Спокойно, братцы, все чики-пуки. Наслаждайтесь, пока я хочу и могу выводить его из себя.

В этот момент Эдвард, Даниэль и Питер слышат, как парень громко обращается к сотрудникам, которые работают за кассами, убираются в зале и занимаются еще какими-то делами:

— Ребята, все слышали! К нам в кафе пришли парни из « Against The System »!

— Да ладно? — слышится чей-то женский голос. — Вы сейчас не шутите?

Еще одна молодая девушка словно метеор подлетает к столику, возле которого стоят ее коллеги по работе и едва сдерживает визг, когда видит Эдварда, Даниэля, Терренса и Питера.

— О мой бог, это « Against The System »! — издает радостный визг девушка. — Не могу поверить!

— Кто тут сказал про « Against The System »? — спрашивает еще одна только что подлетевшая девушка.

— Господи, Эдвард, ты все-таки привел сюда этих парней! — восторженно восклицает третья девушка. — Наконец-то! А-а-а! Меня переполняют эмоции!

— Надо же, я была так занята, что даже не заметила, как Эдвард пришел сюда, — взволнованно тараторит другая девушка. — Да еще и привел сюда всю свою группу!

— Девчонки-девчонки, успокойтесь, — спокойно просит парень. — Хотите распугать всех клиентов и этих парней?

— Все в порядке, — махнув рукой, дружелюбно отмахивается Терренс. — Нам не привыкать.

— Смотрите, это же те красавчики из « Against The System »! — радостно восклицает еще одна девушка.

— А-а-а, в жизни они еще неотразимее, чем на экране! — восхищенно произносит очередная девушка.

— Ну все, парень! — со смешком восклицает еще один парень, который подходит ко всей большой толпе, и хлопает другого по плечу. — Девчонки начали сходить с ума.

Уже через несколько секунд половина людей преимущественно молодого возраста, находящиеся в полупустом кафе, забрасывает свои дела и сбегается к столику, рядом с которым стоят Питер, Терренс, Эдвард и Даниэль, даже немного смутившиеся из-за столь повышенного внимания.

— Да, походу, мы еще нескоро уйдем отсюда, — с тихой усмешкой шепчет друзьям Питер.

— Будет повод задержаться там, где работает кондиционер, — тихо, уверенно отвечает Терренс.

— Смотрите-ка, ребята, МакКлайф не обманул нас! — весело отмечает еще один парень.

— Ребята, я же говорил вам, что выполняю свои обещания, — уверенно говорит Эдвард. — Раз сказал, что сделаю, значит, сделаю!

— Слушайте, ребята, а можно сфоткаться с вами? — с широкой улыбкой спрашивает одна из девушек. — Я потом покажу фотки своей сестре! Она тоже обожает вас и с нетерпением ждет выхода вашего альбома!

— И со мной тоже! — сначала говорит кто-то один из толпы, а потом начинают повторять почти что все.

— Пожалуйста-пожалуйста! — с жалостью во взгляде умоляет одна из девушек. — Оставьте свой автограф.

— Спокойно, народ, спокойно! — с легкой улыбкой уверенно успокаивает Терренс. — Мы сфотографируемся с каждым и оставим свои автографы всем желающим.

— Скажите, а когда выйдет ваш альбом? — спрашивает одна из девушек. — Когда нам откладывать деньги?

— Альбом поступит в продажу как минимум в конце года или в начале следующего, — уверенно отвечает Питер.

— А песни будут такие же классные, как и ваш первый сингл? — интересуется какой-то молодой парень.

— У каждой песни найдется как минимум один слушатель. Но мы все же надеемся, что публика оценит все наши песни.

— Что бы вы ни выпустили, это в любом случае станет хитом ! — уверенно заявляет еще один парень. — Парни тоже вас слушают!

— Да-да, я обожаю « Electric x Magnetic » и включаю ее, когда что-то делаю, — добавляет еще один парень. — А когда ее включают в кафе, то мы все под нее танцуем.

— Вы испытайте целый спектр эмоций, когда будете слушать альбом, — с гордо поднятой головой обещает Даниэль. — И потанцуйте, и посмеетесь, и поплачете, и погрустите…

— Если в нем не будут одни лишь песни о любви, я стану вашим фанатом номер один, — громко заявляет очередной парень, заставив некоторых захихикать.

— Не переживайте, на альбоме будут песни, которые затрагивают разные темы.

— И в мы будем затрагивать еще больше на других наших альбомах, — добавляет Эдвард. — Ну если, конечно, наш первый альбом будет иметь успех.

— Слушайте, парни, так круто, что вы пришли именно сегодня, — уверенно отвечает один из парней. — Здесь обычно не пройти, но сегодня что-то малолюдно.

— Да, нас по головке не погладили бы, если бы мы все разом забросили свою работу, — добавляет другой парень.

— Простите, ребята, — дружелюбно отвечает Даниэль. — Мы не хотим, чтобы по нашей вине начальство и клиенты выражали вам недовольство.

— Не парься, чувак! — машет рукой один из парней. — Начальство тоже обожает ваше творчество и все поймет.

— И наш администратор – тоже горячий поклонник « Against The System », — хитро улыбается одна из девушек.

В этот момент к толпе подходит еще пара сотрудников, появившиеся из-за угла, за которым находятся туалеты, и какая-то влюбленная пара.

— Слушайте, парни, а может, вы споете для нас? — бодро предлагает одна из девушек.

— Точно, ребята, спойте что-нибудь! — радостно соглашается вторая девушка. — Если вы это сделайте, то мы сделаем вам хорошую скидку на любую еду.

— Да, спойте для нас, пожалуйста! — с жалостью во взгляде просит другая девушка.

— Давайте, парни, покажите нам все, на что вы способны, — бодро добавляет парень по имени Тревис, с которым Эдвард говорил до того, как заказал еду. — Гарантирую вам пожизненную скидку, если вы выступите для нас и сфоткайтесь.

— Спойте! Спойте! Спойте! — начинает скандировать и хлопать в ладони одна из девушек.

Потихоньку все подхватывают волну и начинают хлопать в ладони, пока Эдвард, Даниэль, Питер и Терренс переглядываются между собой и бросают легкую улыбку.