— Не знаю, инспектор… — Ракель пожимает плечами. — Просто в какой-то момент мне перестала улыбаться удача…

— Вы так думайте из-за ситуации с Элеанор Вудхам?

— Не только. — Ракель на секунду переводит взгляд на окно. — Если сейчас мне удастся покончить с историей этой женщины и вернуть тетю Алисию домой, разрешится лишь часть проблем. Хотя у меня остается еще одна половина…

— Она связана с вашей родственницей?

— Нет, она касается только лишь меня… Это… Мои личные проблемы…

— Полагаю, вам стоит обратиться за помощью, чтобы разрешить вторую половину ваших проблем.

— Нет, эту часть проблем я должна разрешить сама. И как только я помогу своей тете, то сразу же начну думать над тем, как покончить со своими делами.

— Иногда человеку нужно к кому-то обращаться, чтобы с чем-то разобраться.

— С этой проблемой смогу справиться лишь я. И больше никто.

— Что ж, как знайте…

Александр замолкает на пару секунд перед тем, как решается задать не слишком скромный вопрос.

— Э-э-э… — неуверенно произносит Александр. — Простите, мисс Кэмерон… А я могу спросить вас кое о чем?

— Конечно, — спокойно говорит Ракель. — О чем?

— Вы уж простите меня за нескромный и неуместный в данном случае вопрос… Но вы случайно не та самая модель, которую кто-то опозорил перед всем миром?

— Э-э-э… — Ракель мгновенно округляет глаза и уставляет свой удивленный взгляд на Александра, почувствовав, как ее сердце начало биться в разы чаще. — Что, простите?

— Ваше лицо показалось мне очень знакомым, когда я увидел вас в первый раз, — признается Александр. — Правда, тогда у меня не было времени думать над тем, откуда я вас знаю.

Александр меняет скорость с помощью коробки передач.

— Но в свободное от работы время я почитал кое-какие статьи в Интернете… — добавляет Александр. — В них были фотографии молодой девушки, поразительно похожей на вас.

— Правда? — слегка дрожащим голосом произносит Ракель.

— Это была известная модель – Ракель Кэмерон. Ее обвинили в неподобающем поведении и звездной болезни.

— Э-э-э…

— А получше посмотрев все те снимки, я понял, что та девушка и вы – абсолютно одинаковое лицо. И зовут вас точно также…

— Э-э-э…

— Так что… — Александр слегка прикусывает губу. — Я абсолютно уверен в том, что вы – и есть та самая Ракель Кэмерон.

Ракель нервно сглатывает и несколько секунд ничего не говорит. Девушка не очень хочет признаваться в том, кто она такая, но понимает, что нет никакого смысла отпираться, так как рано или поздно ей все равно пришлось бы сознаться в том, кто она на самом деле. Так что в какой-то момент Ракель резко выдыхает, набирает побольше воздуха в легкие и храбро смотрит на Александра.

— Да, это я… — спокойно подтверждает Ракель, крепко сцепив пальцы рук. — Я – та самая модель, которую обвинили в том, что она устроила скандал на съемках.

— В принципе, я так и понял, — уверенно признается Александр. — Даже если бы вы попытались все отрицать, я бы все равно был уверен в том, что не ошибся.

— Не вижу смысла отрицать. Рано или поздно меня все равно бы узнали.

— Должен признаться вам, что я уже долгое время внимательно слежу за историей с теми обвинениями в ваш адрес.

— Следите?

— Да. Меня заинтересовал этот случай, и я регулярно читаю новости.

— Э-э-э…

Ракель замолкает пару секунд, слегка прикусив губу.

— Мистер Бредфорд… — с испугом в глазах неуверенно произносит Ракель. — Мне хотелось бы…

— Называйте меня Александром, — спокойно просит Александр.

— Александром?

— Ну да. Это мое имя.

— Но я же не могу обращаться к полицейскому по имени.

— Почему это не можете? Если вы являйтесь хорошим другом или знакомым, то почему бы и нет.

— Но мы ведь почти с вами незнакомы.

— Верно. Но я разрешаю вам называть себя по имени.

— Ну… — робко произносит Ракель. — Хорошо… Александр…

— Не стесняйтесь, мисс Кэмерон. Обращайтесь ко мне по имени.

— Договорились… В таком случае и вы можете называть меня Ракель.

— Хорошо, Ракель.

— К тому же… Если честно… — Ракель слегка прикусывает губу. — Мне всегда больше нравилось, когда меня называли по имени. А не использовали фразу « мисс Кэмерон ». Я… Стараюсь просить людей не использовать ее.

— Понимаю, — дружелюбно произносит Александр. — В обычной жизни мои родные и близкие называют меня Алексом. И мне это нравится гораздо больше.

— Вот как.

— Хочу чувствовать себя молодым. Хоть многие люди в моем окружении говорят, что я уже давно не мальчик, во мне все еще живет маленький ребенок, который хочет развлекаться и не быть никому обязанным.

— А сколько вам лет?

— Тридцать два года.

— Как я и думала. Вам на вид как раз примерно лет тридцать-тридцать пять.

— Старое поколение записывает тридцатилетних в старики, а новое чувствует себя молодым едва ли не в сорок. Вот я принадлежу второй группе людей и считаю, что еще не настолько старый, как многие думают.

— Ну что вы! — скромно улыбается Ракель. — Вы совсем не старый! Тридцать лет – это отличный возраст. Особенно для мужчины. Уже сформировавшаяся личность, которая знает, чего хочет от жизни.

— Я уже давно выбрал свой путь и следую по нему.

— Здорово.

— Осталось только создать свою семью, и моя программа максимум выполнена.

— А вы разве неженаты?

— Неженат. Детей у меня тоже пока нет.

— Понятно.

В воздухе на секунду воцаряется пауза, во время которой Александр меняет скорость с помощью коробки передач.

— Что ж, я так понимаю, та история, которую начал тот, кто до сих пор не хочет показать себя миру, – абсолютная ложь… — задумчиво говорит Александр.

— Абсолютная ложь, — неуверенно подтверждает Ракель и переводит грустный взгляд на Александра.

— Я так и понял.

— Меня оклеветали , Александр… Жестоко оклеветали… Клянусь, я бы никогда не решилась сделать то, о чем написали в газетах и журналах. У меня и в мыслях не было желания срывать съемки и кричать на всех углах, что люди вокруг меня – никто. Говорить, что мне якобы все обязаны, потому что я – звезда.

— Не оправдывайтесь, пожалуйста.

— Послушайте, Александр…

— Я верю вам. И знаю, что вы не делали ничего подобного.

— Верите?

— Да, верю. — Александр замолкает на пару секунд. — А у вас есть какие-то предположения насчет того, кто это мог быть?

— Есть, — уверенно кивает Ракель. — Это мог сделать один актер, с которым я работала, но с которым сильно поругалась почти сразу же после нашего знакомства.

— А почему?

— Ему не понравилось, что я отказалась пойти с ним на свидание.

— Вот как!

— Ну как свидание… Вообще-то, тот мужчина с самого начала не скрывал, что хочет затащить меня в постель. А я сразу дала понять, что не сплю с незнакомыми мужчинами и отдамся только своему мужу.

— Не привык получать отказы?

— Да, верно. Я стала первой, кто дала ему отставку. По крайней мере, тот актер так говорит. Наверняка до меня его много раз отшивали, но он никому об этом не говорит.

— Что ж, вполне возможно.

— Да, только мне никто не верит. Все, кому я это говорю, уверены, что тот актер не мог сделать этого. Мол, он хороший и никому не делает что-то плохое.

— Полагаю, у него хорошие связи.

— Скорее, способность очаровывать людей. Этот актеришка ничего из себя не представляет, но все считают его едва ли не Богом.

— Вот как…

— Ну ладно, соглашусь, он совсем не страшный, а очень даже красивый. Однако порядочным и добрым я точно не могу его назвать.

— А как его зовут?

— Терренс МакКлайф.

— Терренс МакКлайф? — слегка хмурится Александр.

— Вы что-нибудь знайте о нем?

— Да так, слышал кое-что… Но не смотрел фильмы с его участием… Хотя он кажется мне очень самовлюбленным и слишком уверенным в себе.

— Боже, вы – первый человек, который со мной согласен! — прикладывает руку к сердцу Ракель. — А остальные ведут себя словно этот пингвин их околдовал.

— Да, вроде он и старается быть со всеми милым и дружелюбным, иногда мне кажется, что это может быть игрой.

— Я тоже так думаю! Ведь со мной он вел себя очень грубо. Да еще и имел наглость приставать ко мне.

— Думаю, вам не стоит переживать, — задумчиво говорит Александр. — Скорее всего, он ведет себя так со всеми девушками. Только они ничего не имеют против, а вы возразили.

— Вот это его и задело, и он решил отомстить мне. Решил положить конец моей модельной карьере. — Ракель замолкает на пару секунд. — Облил меня грязью и рассказал все эти лживые вещи. Мол, я с самого начала своей карьеры со всеми скандалила и никого не любила и не уважала. Правда, он сделал это тайно . До сих пор боится честно признаться, что это его рук дело.

Ракель бросает короткий взгляд на окно и нервно сглатывает.

— Ну а СМИ с радостью поймали волну, — добавляет Ракель. — Они распространили эти новости где только можно. А люди слепо верят этому лжецу и думают, что я действительно такая стервозная и неблагодарная хамка, которая забыла, кому я обязана такому успеху. Меня винят едва ли не в том, что я кем-то переспала ради того, чтобы стать известной. Хотя это совсем не так. Я сама всего добилась. Без каких-либо покровителей.

— Ну и дела… — задумчиво произносит Александр.

— Однако я это так не оставлю. Я сделаю все, чтобы заставить его ответить за эту наглую ложь.

— Для начала вам было бы неплохо найти доказательства его вины.

— Могу предоставить анонимные письма, которые Терренс регулярно присылает на мою публичную электронную почту.

— Анонимные письма?

— Да, я начала получать их одновременно со знакомством с тем человеком. И аноним четко дал понять, что все эти слухи – его рук дело.

— Он открыто признался в том, что сделал?

— Нет, МакКлайф молчит. Но все те намеки дают понять, что это его работа.

— И когда же он раскроет себя?

— Не знаю, — хмуро бросает Ракель. — Наверное, когда его открыто обвинят в том, что он сделал. Или вообще не станет это делать. Будет и дальше отсиживаться в своей конуре, как трус, и тайком раздавать интервью налево-направо, настраивая против меня всех тех, кого я знаю.

— В любом случае я верю вам. Верю, что тот актер может быть причастным к тому, что произошло.

— Спасибо, Александр, — скромно улыбается Ракель. — Я рада, что хоть кто-то поддерживает меня.

— Кстати, не буду скрывать, что всегда был вашим поклонником.

— Моим поклонником?

— Да. Мне нравится все, что вы делайте. У вас отлично получается.

— Спасибо, мне приятно это слышать.

— Вы совсем не похожи на ту, какой вас выставил тот мужчина. — Александр меняет скорость с помощью коробки передач. — Мне кажется, что вы – очень хороший человек. И совсем не хочу верить, что такая порядочная и милая девушка могла так себя повести.

— Жаль, что люди не понимают это… — тяжело вздыхает Ракель. — На меня ополчились даже мои собственные поклонники, которые еще недавно боготворили меня и называли своим кумиром.

Ракель качает головой.

— Удивительно, как легко можно в одно мгновение потерять все, что ты зарабатывал годами… — задумчиво говорит Ракель.

— Когда я прочитал в журнале интервью о том, как вас смешивают с грязью, то сразу же не поверил тому, что они написали, — признается Александр. — И потом же видел похожие статьи еще в нескольких журналах и слышал те же самые слова во всяких передачах.

— Да, верно… Прошло уже достаточно времени, но СМИ продолжают писать одно и тоже. Что я эгоистка… Что я страдаю звездной болезнью… Что я не люблю никого, кроме себя… И тому подобное…

— Ничего, рано или поздно народ поймет, что их водят за нос. Может, даже найдется кто-то, кто докажет причастность Терренса МакКлайфа к распространению сплетен.

— Вряд ли кто-то пойдет против него.

— Кто знает… В обществе всегда есть люди, которые пойдут против системы.

— Ну не знаю… — тяжело вздыхает Ракель. — Этот человек здорово промыл всем мозги.

— Всем, да не всем. — Александр на пару секунд о чем-то призадумывается. — Полагаю, этот актер просто захотел попиариться на вашем имени. Ведь вы – любимица публики с огромным количеством поклонников. А кто он? Он – малоизвестный актер, который сыграл лишь одну главную роль. И то несколько лет назад, когда он был еще очень молодым.

— Зато этот актеришка мнит себя великим и уверен, что его будет помнить не одно поколение, — задумчиво говорит Ракель.

— Господи, пресса пускает столько разных слухов про звезд, а народ не верит им. Но тут абсолютно все ополчились против вас и поверили кому-то, кто даже боится показать себя и тайно поливает вас грязью.

— А вы действительно не верите этому человеку?

— Нет, Ракель, я не верю этому человеку и никогда не поверю. Потому что не собираюсь доверять никому не известному человеку, который, к тому же, никак не смог доказать свои слова. А я, как порядочный полицейский, привык к тому, что любое обвинение требует весомых доказательств и слов свидетелей.

Слова Александра заставляют Ракель почувствовать себя немного увереннее и перестать бояться осуждения с его стороны.

— Правда? — более уверенно спрашивает Ракель, с некой надеждой во взгляде смотря на Александра.

— Конечно, — слегка улыбается Александр. — И скажу вам больше: многие мои знакомые тоже не верят, что вы могли так поступить.

— Неужели?

— Они считают вас очень хорошей девушкой и уверены, что вы всего лишь жертва интриг и всех тех журналистов и репортеров, которые просто обожают создавать скандалы из ничего и зарабатывать на этом деньги.

— Надо же… — Ракель улыбается немного шире. — А я думала, что меня осуждают абсолютно все. Думала, что никто не захотел встать на мою сторону.

— Нет, Ракель, это совсем не так, — уверенно возражает Александр. — Вы уже сами себе это придумали.

— Думайте, у меня и правда все еще есть сторонники?

— Может, поначалу народ действительно ополчился на вас и поверил этой лжи. Но сейчас они начинают открывать глаза и понимать, что их обманули.

— Я была бы очень рада, если бы это было так.

— Уверяю вас, если бы вы спросили нескольких своих поклонников, верят ли они этим слухам о вашем эгоистичном поведении, то они ответят отрицательно.

— Не знаю… Может, вы и правы.

— Полагаю, вы и пропали из поля зрения потому, что боялись показать себя и надеялись, что все разрешится само собой?

— Верно, я скрылась ото всех и сбежала в Лондон, потому что боялась позора… — признается Ракель и медленно переводит свой грустный взгляд на окно машины. — Я плакала, когда я однажды прочитала статью в Интернете и увидела все, что в ней было написано. В тот момент я всерьез хотела провалиться сквозь землю от стыда. И думала, что никогда не смогу наладить свою жизнь.

— И вы даже не попытались опровергнуть слова этого Терренса МакКлайфа? — удивляется Александр.

— Я боялась, что мне не поверят. И поэтому решила отсидеться в своей норе, что называется… К тому же, другие люди посоветовали мне так поступить. Мол, пережди бурю, а потом посмотрим.

— И когда вы собирайтесь объявиться? Думаю, вы должны понимать, что не сможете вечно прятаться ото всех.

— Знаю, Александр… Думаю, я займусь этим после того как история Элеанор Вудхам будет закончена, а моя тетя вернется домой живой и здоровой.

— Вы готовы к этому?

— Да. Теперь я готова показать себя.

— Это хорошо, — уверенно произносит Александр. — Не надо надеяться, что все само разрешится. Переждали немного – и хватит! Пора выходить и говорить за себя.

— Вы правы… Тем более, что я не могу жить без работы и очень хочу снова приступить к съемкам. — Ракель тяжело вздыхает. — Когда я узнала о том, что кто-то распространил эти слухи, мне казалось, что смирится с этим будет практически невозможно. Думала, что на этом моя жизнь кончится. Ведь работа и карьера для меня самые важные вещи в жизни. Я всегда была полностью сосредоточена только лишь на них.

— То есть, вы не интересовались ничем другим? — слегка хмурится Александр.

— Я буквально живу всеми этими съемками, интервью, звездными вечеринками и всем, что делают знаменитые люди. Буквально чувствую себя плохо, когда у меня долгие перерывы от съемок… — Ракель скромно улыбается. — Можно сказать, я – просто сумасшедший трудоголик. Всегда им была. И очень сильно скучаю по тому времени.

— Полагаю, вы всегда мечтали работать моделью? — предполагает Александр.

— Нет, изначально я совсем не хотела работать моделью. Но попробовав однажды, мне так это понравилось, что я просто не смогла остановиться. И выбрала свой путь.

— Я прекрасно вас понимаю вас, но уверяю, что это не самое главное в жизни, — уверенно отвечает Александр. — Есть вещи гораздо важнее карьеры. Сегодня вы – высококвалифицированный специалист и зарабатывайте миллионы, а завтра можете подметать улицы, стоять за кассой или разносить подносы с едой.

— Я знаю. — Ракель переводит взгляд на свои руки. — Думаю, я так полюбила работу, потому что хотела выбраться из нищеты. Ведь мы с дедушкой жили очень бедно, и я никогда не могла купить себе то, что было у других. Из-за чего надо мной часто насмехались… Ну а когда у меня появился реальный шанс заработать деньги и начать жить намного лучше, я буквально вцепилась в него зубами. Честно отрабатывала те деньги, которые мне платили.

— Неужели вы, к примеру, никогда не задумывались о своей семье? — удивляется Александр.

— Задумывалась. Хотя это не самое мое главное желание.

— Вот как!

— Пока что я еще не встретила достойного человека, который мог бы сделать меня счастливой.

— Когда вы встретите такого человека, думаю, что ваше желание усердно работать уйдет на второй план. У вас появится другое, более сильное желание – заботиться о мужчине и делать его счастливым.

— Может быть… — скромно улыбается Ракель. — Но пока что я не встретила того, ради кого могла бы с легкостью отказаться от своей карьеры, которой так дорожу.

— Уверен, что вам еще повезет. — Александр меняет скорость с помощью коробки передач. — Вы – девушка очень красивая, обаятельная и милая. У вас точно не должно быть отбоя от поклонников.

— У меня их хватает, — с легкой улыбкой признается Ракель.

— Не зря мужчины буквально падают к вашим ногам. В вас определенно есть что-то, что определенно сводит их с ума.

— Может быть. Но я воспринимаю все это спокойно.

— А вы вообще хотите замуж?

— На данный момент – нет.

— Почему?

— Считаю себя слишком юной. Я не готова становиться чьей-то женой и так круто менять свою жизнь.

— А как к этому относится ваша семья?

— О! Родственники так сильно давят на меня с этим вопросом, что я с каждым днем все меньше этого хочу. Они упорно настаивают на том, что мне уже пора выходить замуж и рожать детей. В свое время все они рано обзавелись семьями… И теперь им кажется ненормальным то, что я в свои двадцать три года даже думать об этом не хочу.

— Знакомая ситуация, — скромно улыбается Александр.

— Вас тоже заставляют жениться?

— Просто мне постоянно пытаются подсунуть каких-нибудь девушек. — Александр меняет скорость с помощью коробки передач. — Мол, сходи с ней куда-нибудь. Может, понравится.

— Чувствую, что меня тоже скоро будут с кем-то сводить. Потому что моих родственников очень уж беспокоит то, что я до сих пор одна.

— Они ведь делают это не со зла. Просто ваши родственники хотят, чтобы вы не были одиноки.

— Я знаю, но это не значит, что надо выходить замуж за первого же встречного. Лишь бы не остаться одной.

— Раньше были другие времена. Сейчас люди уже не те, что были тогда. Женились и становились родителями очень рано. К тому же, было принято иметь несколько детей.

— Вот именно! Раньше! Сейчас-то совсем необязательно немедленно искать себе жену или мужа и рожать двух-трех детей.

— Есть те, кому бесполезно это объяснять. Вы только зря потратите нервы и силы.

— Верно. Уж моего дедушку невозможно переубедить. Он как был сторонником раннего брака и раннего рождения детей, так им и останется.

— Вот и живите своей жизнью и никого не слушайте. А когда вы встретите нужного человека, то все произойдет само собой. Появится желание и сыграть свадьбу, и завести детей.

— Я совсем не против замужества и детей. Просто планирую сделать это чуть позже. Когда я буду готова и буду уверена в мужчине, который этого захочет.

— А чем вы хотите заниматься сейчас?

— Сейчас я хочу жить для себя. Работать… Путешествовать по миру… Узнавать что-то новое… Пока что для меня это самое главное. Найти себе мужа и отца для своих детей не главная цель в моей жизни.

— Что ж, это ваше дело, — задумчиво говорит Александр. — В любом случае я уверен, что у вас все будет хорошо. Вы не только встретите своего будущего мужа, но еще и сможете вернуть себе доброе имя и продолжить работать моделью.

— Сейчас это моя огромная мечта.

— Она сбудется. — Александр бросает Ракель легкую улыбку. — Я буду очень рад, если когда-нибудь вы вновь будете блистать и покорять мир своей красотой Александр.

— Вы меня смущайте, — скромно улыбается Ракель.

— Думаю, сейчас этот скандал уже немного поутих, а народ немного прозрел. И теперь у вас уже намного больше сторонников, чем ранее.

— Может быть…

— Это правда, Ракель. Почитайте последние новости о себе. И тогда вы поймете, что к вам уже начали относиться совсем иначе.

— Ах, Александр… — с грустью во взгляде тихо вздыхает. — Спасибо вам за такие приятные слова, но все же давайте не будем говорить так уверенно.

— Почему это не будем? Ведь еще не все потеряно!

— Может, и нет. Но это будет непростой путь.

— Ничто не дается нам легко. Возможно, вам придется потратить много сил и времени, чтобы очистить свою репутацию и снова стать любимицей публики.

— В любом случае сейчас я понимаю, что напрасно лила горькие слезы. Потому что есть более важные вещи, над которыми мне хотелось бы подумать.

— Имейте в виду ситуацию со своей тетей? — уточняет Александр.

— Да… — Ракель с тяжелым вздохом бросает короткий взгляд на окно. — И если честно, то в последнее время я вообще забыла про себя и о своих проблемах. Потому что постоянно думала о своей тете и о том, как ей помочь… Помочь разрешить свои серьезные проблемы.

— Ну раз вы так беспокойтесь за свою тетю, значит, карьера далеко не самая главная для вас вещь, — задумчиво говорит Александр.

— Я не могу наплевать на своих родственников, которые меня вырастили.

Ракель кладет голову на дверцу машины и тихо вздыхает, уставив грустный взгляд на дорогу, по которой едет машина Александра.

— Видя, как моя тетя Алисия страдает, я не могу оставаться в стороне, — задумчиво добавляет Ракель.

— Простите, а вы никогда не задумывались о том, что неправильно было вмешиваться в чужие дела? — осторожно интересуется Александр.

— Да, я понимаю, что поступаю неправильно, вмешиваясь в дело, которое меня не касается. Но я делаю это лишь ради ее блага. Я хочу знать, что моя тетя жива и здорова. А зная всю ситуацию, у меня есть причины для беспокойства.

— Да уж, ваша родственница связалась с очень опасной женщиной…

— Знаю… — Ракель слегка прикусывает губу. — Никогда думала, что кто-то захочет похитить мою тетю в обмен на деньги или ради желания отомстить. Что она вообще могла бы совершить столь ужасные ошибки… За которые ее и возненавидела Элеанор…

— Мне правда очень жаль, что все так случилось, — с грустью во взгляде говорит Александр. — Но я уверяю вас, мы обязательно поможем вашей тете и спасем ее. А Элеанор Вудхам ответит за все, что сделала. Никто не будет делать скидку на ее известную фамилию.

— Хотелось бы верить… Я не переживу, если с тетей что-нибудь случится…

— В любом случае помните, что все в вашей жизни будет хорошо. Может быть, не сейчас, но однажды все обязательно наладится. Я верю, что хорошие люди рано или поздно получают свою заслуженную награду.

— Спасибо огромное, Александр, — с легкой улыбкой благодарит Ракель. — Вы вселяйте в меня надежду на лучшее.

— Рад это слышать.

— Господи, какая же жизнь трудная… — Ракель откидывается на спинку пассажирского кресла. — Прежде чем ты будешь лежать и греться под ласковым солнцем, тебе нужно через многое пройти, чтобы заработать свое теплое местечко. За все в этой жизни приходиться платить… За все в этой жизни приходиться бороться.

— Это правда, — соглашается Александр. — Но черная полоса не длится вечно. Рано или поздно даже самому невезучему человеку улыбнется удача.

— Может быть…

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, после которой Ракель с легкой улыбкой переводит взгляд на Александра, наблюдающего за дорогой и ведущего машину.

— Знайте, Александр, должна признаться, что с вами очень приятно разговаривать, — скромно признается Ракель.

— Со мной? — удивляется Александр.

— Мне стало намного легче после разговора с вами. И я чувствую себя намного увереннее…

— Знайте, честно говоря, мне тоже приятно с вами разговаривать, — дружелюбно признается Александр. — Вы – отличный собеседник, с которым мне очень интересно находиться.

— Благодарю за теплые слова.

— Нечасто встречаешь людей, с которыми можно просто так поболтать. которые придают вам заряд бодрости.

— Не знаю… — Ракель начинает рассматривать свои руки. — Может, мне просто нужно было с кем-то поговорить об этом. Ведь я мало обсуждала свои проблемы происходящее с близкими людьми. Многое держала в себе…

— Возможно. Поэтому мой вам совет на будущее: не надо ничего держать в себе. Если чувствуйте, что вам плохо, то скажите об этом тому, кому полностью доверяйте. Вам станет намного лучше.

— Знаю… Спасибо за совет…

Разговор с довольно приятным собеседником вселяет в Ракель еще больше уверенности в том, что все будет хорошо. Что Алисия будет спасена, а Элеанор – арестована. Александр так или иначе помогает ей почувствовать себя немного лучше и старается отвлекать девушку разговорами, чтобы она не волновалась и верила, что она и ее тетя смогут избежать того, что им грозит, и вернуться домой живыми и невредимыми.

***

А пока Ракель только едет в назначенное место вместе с полицейскими и делится своими чувствами с Александром, который успокаивает ее как только может, Элеанор уже давно ожидает приезда девушки у себя. Пока два ее телохранителя довольно высокого роста ни на секунду не отходят от нее, госпожа Вудхам гордо расхаживает туда-сюда по своему просторному кабинету. Напротив письменного столика на стуле сидит сгорбившаяся Алисия, которая рассматривает сложенные перед ней руки своим пустым взглядом. Женщина выглядит очень уставшей после нескольких дней, проведенных в доме дочери Гильберта Вудхама. Чувство голода также постоянно дает о себе знать, поскольку ее никогда не баловали чем-то вкусным и кормили не так хорошо, как ей хотелось бы. Из-за этого женщина сильно ослабла и сейчас уже не пытается сопротивляться. Покорно делает все, что ей говорят. Ее пустые, слегка покрасневшие глаза практически все время смотрят в одну точку или куда-то вниз, а кожа выглядит очень бледной.

В отличие от нее Элеанор выглядит более бодрой, много улыбается и пребывает в прекрасном настроении, с нетерпением ожидая момента, когда она наконец-то осуществит свою месть, и надеясь, что уже очень скоро покончит с Алисией Томпсон, своим главным врагом. Отомстит ему за потерю близкого ей человека, которого та убила совершенно случайно.

— Наконец-то этот день настал! — бодро произносит Элеанор, с широкой улыбкой смотря в одно из окон и наблюдая за тем, как какие-то люди очищают территорию ее особняка от снега. — Осталось совсем немного до того, как справедливость наконец-то восторжествует. Очень скоро свершится то, чего я жду уже шестнадцать лет.

Элеанор переводит взгляд на свои наручные часы.

— Так, эта девчонка должна приехать уже в самое ближайшее время, — задумчиво говорит Элеанор. — И как только мне доложат о ее приезде, то я сразу же приступлю к выполнению своего плана.

Элеанор широко улыбается.

— Ах, мне уже не терпится поскорее сделать это и начать жить спокойной жизнью с мыслью, что мои враги повержены, — уверенно говорит Элеанор. — Я близка к своей цели как никогда раньше.

Элеанор тихо смеется, а спустя несколько секунд разворачивается к слегка дрожащей от холода, голода и слабости Алисии, пока по обе руки от нее сидят двое мужчин, внимательно следящие за тем, чтобы она даже подумать не смела о том, чтобы сбежать отсюда.

— Ну что, дорогая моя Алисия, вот и наступил тот долгожданный для меня момент, — уверенно говорит Элеанор. — Тот момент, когда ты наконец-то ответишь мне за то, что сделала.

Элеанор ехидно усмехается, пока Алисия переводит на нее свой пустой взгляд.

— Сколько тебе еще осталось жить, зависит от твоей племянницы, — добавляет Элеанор. — От того, как скоро Ракель приедет сюда.

Алисия ничего не говорит и нервно сглатывает.

— Ну а до этого времени ты будешь находиться там, где и провела эти несколько дней, — сообщает Элеанор. — Я прикажу ребятам запереть тебя на ключ и внимательно следить за тобой. Чтобы ты не смогла увидеть и услышать все, что будет здесь происходить. Что будет происходить в том месте, где шестнадцать лет назад ты безжалостно убила моего папулю. Тогда убила ты, а сейчас убьют тебя и твою любимую племяшку.

Алисия опускает свой грустный взгляд вниз.

— Пока что я не знаю, стоит ли мне приглашать тебя сюда, чтобы в последний раз увидела Ракель, — уверенно говорит Элеанор. — Но в любом случае до самого момента своей гибели ты будешь находиться под присмотром моих охранников и служанок. Никто уж точно не позволит тебе сбежать отсюда или сделать какую-нибудь глупость. Все стали учеными. Никто не допустит, чтобы ты сбежала отсюда так же, как и в день убийства папули.

— Так точно! — очень грубым, громким, низким и устрашающим голосом произносит один из телохранителей.

— Мы не позволим этой сучке никуда уйти, — уверенно добавляет другой обладатель точно такого же грубого и устрашающего голоса.

— Очень хорошо! — хитро улыбается Элеанор. — Ну а пока Кэмерон еще только стремится навстречу своей гибели, я займусь последними приготовлениями и буду ждать, когда наша птичка залетит в клетку.

Элеанор ехидно усмехается и крепко хватает Алисию за подбородок, уставив свой леденящий душу взгляд в ее мокрые, пустые глаза. Пока сама женщина с широко распахнутыми глазами отчаянно молится о том, чтобы Элеанор не сделала с Ракель ничего плохого.

— Надеюсь, ты, безмозглая курица, все поняла и не будешь делать глупости, — выражает надежду Элеанор.

— Я сделаю все, что ты хочешь… — обессиленно произносит Алисия, не желая перечить Элеанор, ибо понимает, что это ничего не изменит.

— Если ты попытаешься как-то перехитрить моих телохранителей и сбежать от них, ты сама знаешь, что будет с тобой и с твоей любимой племянницей.

— Я не сбегу. Не беспокойся.

— Хорошо. Надеюсь, ты сделаешь все так, как я тебе сказала.

— Да, Элеанор, я все поняла… — со слабым кивком тихо произносит Алисия. — Поняла…

— Вот и прекрасно. — Элеанор тихонько смеется. — Моя несостоявшаяся мачеха.

В этот момент Алисия все больше приходит в ужас от того, что может произойти уже через некоторое время, когда сюда приедет Ракель, для которой эта встреча может стать роковой.

« Господи, прошу Тебя, защити мою племянницу… — с тревогой в душе отчаянно взмаливается Алисия. — Я уже ничего не могу сделать, чтобы не дать ей пострадать. Пожалуйста, возьми ее под свою защиту. Пусть случится что-то, что спасет Ракель… Она не должна стать жертвой этой женщины. Позволь мне ответить за все грехи, но сделай так, чтобы моя девочка была спасена. Я пожертвую своей жизнью ради нее, раз уж Элеанор так жаждет мести… Но не дай ей убить мою племянницу… Пожалуйста, господи… Умоляю… Моя девочка должна жить. Защити ее. Помоги ей. Умоляю… Ради всего святого… »

А пока Алисия с прикрытыми глазами отчаянно молится Богу о спасении Ракель, поднеся сложенные вместе руки ко рту, Элеанор с гордо поднятой головой подходит к двум мужчинам, которые два раза больше этой женщины по росту и буквально заглядывают в рот той, чьи приказы они выполняют сию минуту.

— Все, ребята, забирайте ее, — приказывает Элеанор. — Отведите ее туда, где она была все это время, запирайте ее на ключ и и продолжайте за ней присматривать. Ждите моего сигнала. А как только я попрошу кого-то из служанок прислать вас ко мне, – тут же приводите эту шлюху в кабинет.

— Как прикажете, госпожа Вудхам, — уверенно кивает один из мужчин.

— Разрешаю использовать любые методы сдерживания этой прошмандовки.

— Мы вас прекрасно поняли и сделаем все, что нужно.

— Хорошенько присматривайте за ней. Не дайте ей никуда сбежать. А если попробует обхитрить вас, то можете смело дать ей крепкого леща. Но прошу вас, постарайтесь не убить ее. Потому что я хочу сделать это лично. Сделать это там же, где много лет назад погиб мой папуля.

— Слушаемся, мисс Вудхам, — с гордо поднятой головой добавляет второй мужчина.

— И не вздумали подвести меня, балбесы! — Элеанор угрожает пальцем обоим своим телохранителям. — Если эта дура сбежит от вас, то я лично сниму голову с ваших плеч. Поняли меня?

— Не беспокойтесь, госпожа, — с гордо поднятой головой произносит один из этих мужчин. — Мы будем в четыре глаза за ней присматривать и ни на секунду не спустим глаз с этой женщины.

— Она никуда от нас не уйдет, — добавляет второй мужчина. — Вы можете рассчитывать на нас. И остальные также нам помогут и не дадут ей сбежать.

— Хорошо, — хмуро бросает Элеанор и резко машет рукой. — Выполняйте мои приказы. Уводите ее отсюда и ждите моих дальнейших приказов.

Один из мужчин крепко берет Алисию под руку и легким движением довольно грубо ее со стула.

— Шевелись давай, безмозглая курица! — грубо бросает один из мужчин.

— А ну встала и тут же пошла за нами! — требует другой мужчина. — Делай то, что тебе приказала госпожа!

Как только Алисия склоняет голову и нервно сглатывает, оба телохранителя Элеанор быстро уводят женщину из кабинета и направляются туда, где им было приказано запереть ее. Она никак им не сопротивляется, даже несмотря на то, что ее ноги сейчас слегка подкашиваются из-за небольшой слабости и жуткой усталости. Алисия определенно упала бы, если бы ее не держали эти двое и не тащили за собой в то место, где она чувствует себя ужасно некомфортно.

Сама же Элеанор продолжает стоять там, где она стоит, и с хитрой улыбкой смотрит им вслед до тех пор, пока все трое не покидают кабинет и закрывают за собой дверь.

— Все идет как по маслу, — с гордо поднятой головой говорит Элеанор. — Еще бы эта молодая шлюха не подвела бы и не притащила с собой кого-нибудь… А иначе весь мой план рухнет. Но я думаю, она не притащит. Она свою тетку обожает и поэтому не станет рисковать ее жизнью. Не зная, что в любом случае сдохнет вместе с ней.

Элеанор ехидно усмехается.

— Я сегодня же покончу с Алисией Томпсон, — уверенно заявляет Элеанор. — Да, я сделаю это… Момент расправы все ближе и ближе. Все уже готово к осуществлению моей мести… Осталось лишь дождаться нашу звездочку мисс Кэмерон.

Элеанор на несколько секунд призадумывается о чем-то, что заставляет ее широко улыбнуться.

— О, черт, как же давно я об этом мечтала! — бодро произносит Элеанор. — Как я мечтала отомстить этой гадюке за смерть своего отца. За смерть моего близкого человека. Однажды эта тварь избежала наказания, но сегодня она сдохнет и будет гореть в аду за то, что сделала с моим невинным папулей.

Элеанор гордо приподнимает голову, начав медленным шагом расхаживать по всему кабинету.

— Твой конец уже близок, Алисия… — уверенно говорит Элеанор. — У тебя еще есть немного времени, чтобы пожить на этом прекрасном свете. И еще раз вспомнить о том, как ты, сучка, безжалостно убила моего любимого папочку, который по своей глупости мечтал подарить тебе весь мир.

Элеанор становится все более хмурой и напряженной из-за воспоминаний, связанных с ее отцом, которые вновь овладевают ею и заставляют еще больше обозлиться на Алисию и желать отомстить ей. И едва сдерживает слезы, вспоминая тот роковой день, когда она узнала о смерти Гильберта от тех, кто тогда был у нее дома, и поняла, что ее жизнь уже никогда не будет прежней.

***

Двенадцатое мая тысяча девятьсот девяносто восьмого года.

— Приехали, мисс Вудхам!

Это произносит темноволосый мужчина в возрасте примерно тридцати лет, одетый в черный строгий костюм и носящий темные очки на глазах, после того как он оставляет черную машину на небольшой парковке напротив огромного шикарного дома, в котором определенно живет богатая семья.

На заднем сиденье сидит молодая девушка по имени Элеанор Вудхам, с широкой улыбкой на лице рассматривающая некоторые вещи из огромного числа пакетов, что лежат рядом с ней. Но как только водитель сообщает ей, что они уже куда-то приехали, то она кладет какую-то вещь обратно и быстро осматривается вокруг.

— Что, уже? — искренне удивляется Элеанор, пока водитель ставит машину на ручник. — Ничего себе как ты быстро домчался до дома!

— Повезло, что сегодня на дорогах не очень много машин, — уверенно отвечает мужчина, вытаскивая ключ из замка зажигания. — Поэтому мы и приехали всего за несколько минут.