— Ты ничего не можешь решать! — раздраженно прикрикивает Джулиан. — Раз родилась бабой, значит, ты обязана слушать мужика! Отца, брата или мужа! А твои « хочу » и « не хочу » никого никогда не волновали.

— Тебя не волновали! Есть люди, которым не все равно на то, что я чувствую!

— Те, кто прислушиваются к мнению бесправной бабы, – либо сами бабы, либо слабаки. Маменькины сыночки наподобие моего братца.

— Раньше ты не говорил подобные вещи. Когда тебя понесло не в ту сторону? Когда ты начал так пренебрежительно относиться к девушкам? Твой отец что ли научил тебя?

— Мой отец всегда говорит правильные вещи! В том числе и то, чем являются бабы. Я всегда думал, что его точка зрения верна. А после твоих выкрутасов я еще больше возненавидел таких бесправных куриц вроде тебя.

— Это похоже на дискриминацию ! Сексизм, черт возьми!

— Мне по хер, что ты там бормочешь. Факт остается фактом – планы на мою свадьбу с тобой были сорваны. Ты сбежала. Сбежала с этим нищим голодранцем. Этой тварью, которая украла у меня тебя! Если бы не этот мудак, ты бы как миленькая вышла за того, кого тебе выбрали в мужья!

— Никогда ! — резко отрезает Анна. — Я многое терпела и слишком долго была послушной девочкой, которая хорошо училась и общалась с правильными людьми. Но решать, с кем мне жить, когда рожать, и что делать – это уже слишком!

— Была бы ты дочерью моего отца, он бы держал тебя в ежовых рукавицах. Раз твои предки упустили момент, то он бы каждый день лупил тебя по жопе и не давал пить и жрать при любой провинности.

— Ты бы понял меня, если бы тебя все время держали под жестким контролем, — с долей отчаяния отвечает Анна. — Я сбежала ради своего счастья! Ради независимости от родителей, которые решали все за меня. Я выбрала быть счастливой и свободной ! И не хотела тратить годы своей жизни напрасно!

— И правильно делали. Потому что тебя тянет ко всяким глупым курицам, да нищим ублюдкам. Ни хера не разбираешься в людях и собираешь вокруг себя сброд! Как шлюха прыгаешь из одной койки в другую и отсасываешь любому молокососу.

— Не надо меня оскорблять, Джулиан! Я никогда не спала с каждым встречным! А просто общаться с парнями и выбирать – это естественный процесс поиска партнера.

— Дура ты, Сеймур, просто дура! Как только самой не противно водиться со всякими чмошниками, вроде того нищеброда и его стаи облезлых псин? Сразу же потекла после того, как увидела этих ублюдков!

— Любая девушка хочет быть рядом с привлекательным мужчиной! Ей не нужна страшная, грубая обезьяна!

— Так думает любая соплячка! Вспомни, сколько малолеток в двухтысячных годах сходили с ума по твоему дружку, Терренсу МакКлайфу! Тому жалкому актеришке, который считался едва ли не Богом красоты. Наверняка ты и сама пускала по нему слюни до того, как встретила своего нищего голодранца. Актеришку завоевать не получилось, но удалось замутить с его дружком. Одним из его дружков. Не удивлюсь, если ты строила глазки и сопливому щенку, и белобрысому уроду.

— Как я думаю – это мое дело! — сухо отрезает Анна. — Захочу – полюблю смазливого! Захочу – свяжу жизнь со стариком!

— Мутить ты могла с кем угодно! — Джулиан хитро улыбается. — Только вот из-за своей слепоты и веры в сказки ты о многом забыла. Например, о том, что сказка рано или поздно кончается. Или о том, что ты не сбежала от родителей, меня, моего отца и проблем. Ты лишь отсрочила час расплаты.

— Проблемы родителей меня не касаются, Джулиан, — холодно заявляет Анна. — Если у твоего отца и были проблемы с моими отцом и матерью, то я в этом не виновата. Я не работаю в их ресторане и ничего не понимаю в их делах. Да и вообще – никогда не интересовалась их работой!

— Да уж… На первый взгляд ты такая лапуля. Кажется, что ты послушно исполнишь любой приказ. Но как копнешь глубже, так охереешь от того, как внутри все запущено.

— У кого все и запущено, так это у тебя. Только и умеешь что орать и дубасить по причине и без. Для тебя это норма.

— Эх, Анна, Анна… Говорили же тебе: « Будь послушной девочкой! Слушай тех, кто лучше знает, что тебе надо! ». И папочка, и мамочка, и бабушки, и дедушки – все так радовались тому, какая ты была послушная и тихая. Но потом что-то пошло не так, и ты начала вести себя как какая-то дикарка!

— Не все мужчины угрожают женщине кулаком и не видят ничего плохого в том, чтобы ее унизить и крепко избить за закрытыми дверями. Не все девушки боятся что-то сказать и сдвинуться с места без разрешения.

— Я не размазня, Сеймур! Я – Джулиан Поттер! Мужчина, который не потерпит бунтующую бабу и не прогнется под нее!

— М-м-м… Как усердно ты лижешь папочке задницу. Как усердно применяешь полученные от него знания на практике. Он ненавидит женщин – ты тоже. Тебя в детстве постоянно дубасили – ты считаешь это нормой. Ты бьешь женщин, а он тебя в этом поддерживает.

— Мне кажется, что твой язык стал слишком длинным, — сухо отмечает Джулиан и скрещивает руки на груди. — Разговорилась так, что ни черта не остановишь. Да и твоих страхов не осталось и следа… Это, знаешь, подозрительно .

— А я устала терпеть такое отношение к себе! — громко заявляет Анна. — Устала от этой дискриминации! Я заслуживаю уважения к себе! Как и любая женщина! Мне надоело молчать и позволять тебе и твоему отцу издеваться надо мной! Хватит, Поттер! Хва-тит! Я тебе не игрушка!

Джулиан сначала злостно смеется, а затем подходит поближе к Анне, крепко берет за подбородок и приподнимает ее лицо, заставив девушку с негромким визгом вздрогнуть под тяжестью его леденящих душу глаз.

— Не дерзи мне, мерзкая ты девчонка, — низким голосом сквозь зубы цедит Джулиан. — Я ведь могу забрать свои слова обратно и отмутузить тебя до смерти.

— Только попробуй, ублюдок, — крепко сжимая перила и буквально трясясь от напряжения, со злостью шипит Даниэль. — Ты не посмеешь ничего с ней сделать! Тем более в моем чертовом доме!

— Слушайте, мне не нравится, что она так себя ведет, — выражает беспокойство Эдвард, обхватив рукой горло. — Это не кончится для нее ничем хорошим.

— Это кончится ничем хорошим для него , Эдвард! Я тебе это обещаю! Я сотру эту больную суку в пыль!

— Ты же и так собрался убивать меня, — уверено напоминает Анна. — Зачем тебе тратить на это время? Убей так, чтобы смерть была мгновенной ! Не хочу мучиться.

— Что, девочка, не терпится сдохнуть? — ехидно усмехается Джулиан и резко отталкивает Анну от себя. — Надоело жить? Все много от тебя требуют! Голодранец бросил! Я избил! Понимаю, жизнь кажется тебе дерьмом.

— Ты ненормальный , Джулиан. Просто ненормальный.

— И да, даже побег с этим ублюдком не помешал нам с отцом продолжать строить планы мести, — уверенно заявляет Джулиан. — Да, тебя долгое время никто не мог найти, но мы с отцом не дремали и держали твоих родителей в поле зрения. Наблюдали за всем, что они делали. Пока ты довольная и счастливая ублажала своего нищеброда.

— Я удивлена, что ты и твой папаша не прикончили их намного раньше.

— Нет, мстили мы потихоньку . Осторожно. Не хотели вываливать все сразу. Тем более, что у них и своих проблем хватало. В то время умерли все твои дедушки с бабушкой, а твои мамаша с папашей все больше начали говорить о разводе. Отец догадывался об их проблемах, но ничего не говорил. Хотя про состоявшийся развод мы оба действительно не знали. Я узнал об этом от Максимилиана, а мой отец – от меня. — Джулиан злостно усмехается. — И мы с отцом прекрасно знали, что после твоего побега Лилиан и Максимилиан начали сильно ругаться и не могли нормально общаться. Да и с работой у них были проблемы. И это тоже сильно испортило их отношения.

— Уж не ты ли со своим папашей постарался?

— Да, мы ! — без сожаления подтверждает Джулиан. — Проблемы Сеймурам подкинул мой отец. Отправил несколько писем от имени клиентов в парочку инстанций, где пожаловался на полную антисанитарию, просроченную еду и всякую живность в ресторане и на тарелках. Такую кляузу накатал, что ресторан могли не просто лишить звезд, но и вообще закрыть. Несколько месяцев туда приходили с проверкой. И что удивительно, действительно нашли немало нарушений. Да еще и некоторые работники добавили масла в огонь своими жалобами. В общем, веселое время было у твоих родителей!

— Надеялись, что все побегут к вам?

— Многие действительно так поступили. Ну а твои предки очень долго со всем этим разбирались. Поначалу они отрицали все претензии, но мигом зашевелились, когда поняли, что их лавочку могут прикрыть. Как оказалось, они еще и задолжали налоговой крупную сумму. Сеймуры выполнили все требования и кое-как спасли свой бизнес. Правда, об их ресторане пошла дурная слава, и многие долго отказывались приходить к ним. Отец и некоторые его друзья написали кучу разгромных отзывов в Интернете, которые тоже на это повлияли. Максимилиан и Лилиан потерпели достаточно серьезные убытки, потратили уйму денег и чуть было сами не закрыли ресторан. Дошло до того, что пришлось уволить часть сотрудников, ибо просто было нечем платить зарплату. Но совсем недавно эти люди начали вставать на ноги, а клиенты снова стали приходить туда.

— Я сразу поняла, что без вас тут не обошлось. Ресторан был очень популярен и приносил родителям много денег.

— Но забыл сказать, что пару звезд они все-таки потеряли. — Джулиан бросает взгляд в сторону кухни и сцепляет пальцы рук, продолжая медленно наматывать круги перед Анной. — Мой отец был уверен, что у них не хватит мозгов подняться с колен. Однако они нас удивили . Уж не знаю, не такие уж они и бездарные на самом деле, или твои мамаша с папашей нашли себе каких-нибудь богатеньких спонсоров. Но результат оказался в их пользу.

— К твоему сожалению. И сожалению твоего отца.

— Верно, мы были разочарованы. Хотя мне кажется, что наши старания тогда все-таки не прошли даром. Ведь проблемы с работой стали причиной, почему брак твоих родителей распался. Их отношения не стали лучше. Сейчас как я понимаю, они смогли поладить. Хотя не исключаю, что они сделали это ради тебя. Не будь у них дочери, Лилиан и Максимилиан послали бы друг друга к черту намного раньше. Но они не могут! Потому что у есть дочь. Которая заставила двух нелюбящих людей терпеть друг друга.

Анна переводит грустный взгляд на свои руки и нервно сглатывает, склонив голову.

— Неприятно? — ехидно усмехается Джулиан. — Хоть ты и говоришь, что не расстроена из-за развода родителей, я вижу, что тебя это все-таки ранило . Тебе неприятно, что твои мамаша с папашей общаются лишь ради тебя. Ты винишь себя в том, что они не смогли жить так, как им хочется.

— Вот поэтому я и не хотела отдавать половину своей жизни тому, кого не смогу полюбить насильно, — уверенно заявляет Анна. — Кого в лучшем случае могла бы лишь уважать .

— Твои желания никогда никого не волновали. Старшие сказали тебе выйти за меня замуж – ты была обязана заткнуться, забыть о своих « не хочу » и стать идеальной женой. Как говорили твои покойные деды и бабки, старшим не перечат, а подчиняются.

— За бабушек и дедушек я не буду говорить. Однако мои желания всегда волновали моих родителей. Они просто не говорили об этом и боялись пойти против старших. Мама не стала бы уговаривать их и твоего отца согласиться на мой брак с Райаном, если бы ей было на меня наплевать.

— Ну да, можно назвать это попыткой немного побунтовать. Вполне удачной, должен признаться. В худшем случае твою мамашу так отхлестали бы, что она заткнулась бы уже навсегда.

— Хуже наказания, чем ты и твой папаша, быть не может, — сухо заявляет Анна. — Поттеры – наше проклятие ! Наш тяжелый груз на плечах!

— Мы этого и добивались, – хитро улыбается Джулиан. — Мы с отцом хотели стать вашим ночным кошмаром. От которого вы бы просыпались в холодному поту. После твоего побега с тем жалким голодранцем это желание стало сильнее. И попытки разорить твоих родителей оказалось недостаточно для того, чтобы получить удовлетворение. Мы захотели причинить твоим папаше с мамашей еще более сильную боль и свести их с ума.

— М-м-м, кажется, я начинаю догадываться, как именно…

— Да? А мы это сейчас и проверим! — Джулиан замолкает на пару секунд и бросает короткий взгляд в сторону. — В день нашей с тобой первой за несколько лет встречи я рассказал отцу, что ты объявилась и наладила отношения с папашей. Тогда у него созрел гениальный план мести, который мне сразу же понравился. И, то, что произошло между тобой и тем голодранцем сыграло нам на руку . Мы были уверены, что этот мудак не станет вмешиваться в наши дела, потому что он забыл тебя и своих дружков и облизывался с другой бабой. Тогда он перестал быть для нас угрозой.

— Ну и в чем же заключался ваш « гениальный » план? — скрещивает руки на груди Анна.

— А я, пигалица, должен был издеваться над тобой. Издеваться так, чтобы у тебя не было сил сопротивляться. Отец хорошо знает, что ты очень восприимчива к тому, что слышишь. Он был уверен, если всерьез взяться за твое воспитание, то ты сделаешь все, что тебе скажут. И попросил меня заняться тобой и извести настолько сильно, насколько возможно. Ну я с радостью согласился . Мне было в кайф поглумиться над тобой. Я наслаждался тем, как ты тряслась передо мной и казалась абсолютно уязвимой, когда заслуженно получала по роже и орала от того, как тебе пытались ломать кости.

В этот момент Даниэль, Питер, Эдвард и Терренс широко распахнутыми глазами переглядываются между собой, а Сэмми же тихонько скулит и слегка склоняет голову.

— Твою мать, это все его папаша… — качает головой Питер. — Это из-за него Анна так страдала!

— Незаслуженно! — восклицает Терренс. — Анна не виновата в их контрах из-за ресторанного бизнеса!

— Да, какое отношение она имеет к их звездочкам, на которые обычному человеку по хер? — недоумевает Даниэль.

— Папаша Поттера знал, что если с Анной что-то случится, то ее родители этого не переживут. Норман знает их слабое место и со всей силы надавил на него.

— И я не мог ее защитить, — качает головой Даниэль. — Она фактически оказалась у них в руках из-за меня.

— А мы ничего не знали… — резко выдыхает Эдвард. — Всего этого можно было избежать…

— Знаю… У нас был реальный шанс посадить за решетку этих ублюдков гораздо раньше. Я мог защитить Анну. Мог!

Эдвард, Питер и Терренс не успевают ответить Даниэлю, поскольку Джулиан с хитрой улыбкой продолжает говорить после небольшой паузы:

— А поскольку ты начал жить со своим папашей, то я еще больше обрадовался. Потому что мог приходить к тебе каждый день. Кроме того, твой наивный папаша сам толкал тебя ко мне. Этот дебил думал, что только мне под силу помочь тебе забыть того жалкого нищебродца. Которому было по хуй на тебя, ибо ему отсасывала другая баба.

Удивленная услышанным Анна ничего не говорит и без эмоций на лице уставляет взгляд в одной точке, склонив голову и сложив руки перед собой, пока мужчина расхаживает перед ней с надменным видом.

— Ну а выполнить свою задачу я смог буквально за считанные дни. Мне удалось заставить тебя забыть о голодранце. Ты думала лишь о том, как спасти своих родителей. Ибо я говорил тебе, что мы с моим отцом убьем их в случае, если ты будешь бунтовать и решишь рассказать кому-то о том, что происходит.

Джулиан хитро улыбается во все тридцать два зуба и злорадно смеется.

— Знаешь, какое я получал удовольствие, когда унижал тебя и давал понять, что ты намного ниже меня по значимости! — с гордо поднятой головой восклицает Джулиан. — Я представлял, как ты стоишь передо мной на коленях и смотришь на меня как на повелителя. Иногда ты и правда стояла. Когда ты, неуклюжая корова, могла упасть на ровном месте.

— Да, кроме унижений и оскорблений ты в своей жизни больше не видал, — низким голосом хмуро бросает Анна.

— Стоило лишь раз оскорбить тебя и отлупить ремнем по спине, так я уже не мог остановиться и хотел все больше и больше. — Джулиан ехидно смеется. — Называл бесполезной уродиной – ты и впрямь становилась ею. Стал говорить, что ты ни на что не годна – все твои таланты канули в лету, и ты забыла все, что умела. Даже когда я называл тебя неуклюжей и безрукой, ты растеряла всю свою грацию. Перестала смотреть под ноги, постоянно обо что-то спотыкалась, что-то опрокидывала, ломала… Тебя с трудом можно было выдать за леди из высшего общества. Ты бы опозорилась , если бы оказалась там. И унизила бы своего сопровождающего. Лично у меня мурашки по коже пробегают от мысли, что все указывали бы на меня пальцем и смеются надо мной из-за тебя.

— Неужели ты думаешь, что станешь лучше, если будешь кого-то унижать? Тот, кто знает о твоей сущности, никогда не поверит, что ты – ангел. Уж я-то тебя всегда насквозь видела!

— Но ты об этом не подумала, когда решила связаться со мной на зло голодранцу. Думала, что можешь мною воспользоваться и заставить его ревновать. Хотя я сразу раскусил твой план и мгновенно это пресек. Я взял ситуацию под свой личный контроль. Ты думала, что можешь поиграть со мной, но в итоге с тобой играл я. — Джулиан ехидно смеется, с гордо поднятой головой смотря на Анну. — Ты превратилась в живую, но мертвую куклу. Перестала чувствовать себя прежней. Та жизнерадостная и улыбчивая Энни умерла. Ей на смену пришла жутко неуверенная в себе девчонка, которая искренне верила, что она вся такая уродливая, бесполезная и бездарная.

— Верно… — соглашается Анна. — Здесь ты здорово постарался.

— У меня была задача довести тебя – я ее выполнил. — Джулиан хитро улыбается. — Точнее, даже перевыполнил . Ибо ты стала покорной . Такой покорной, какой не была никогда в жизни. Мои оскорбления, избиения… Ты со всем соглашалась. Да, иногда ты противилась и показывала коготки. Но я тут же показывал тебе твое место. Ты сама виновата в том, что ходила вечно избитая. Ты постоянно меня провоцируешь и бесишь. А была бы хорошей девочкой, жопа горела бы меньше.

— Да ты избивал меня по причине и без! Что-то говорила – бил! Молчала – тоже! Не так посмотрела – пощечина! Что-то разбила – куча оскорблений и унижений! Тебе никогда ничего не нравилось! Да будь я мертва или без сознания, тебя бы это тоже бесило. Ты бы продолжил дубасить и оскорблять меня.

— В любом случае я добился своего. Я быстро нашел рычаги воздействия и заставил подчиняться слову мужика. И если бы я захотел швырнуть тебя на кровать, раздеть и засунуть свой член поглубже в тебя, ты бы и писка не издала. Мои уроки воспитания все-таки привели к некоторым результатам. Да и мои регулярные угрозы убить тебя или твоих родителей мгновенно затыкали тебе рот.

— Попробуй только вытащить из штанов свой хер и показать ей – я тебя на живую кастрирую — низким, грубым голосом цедит Даниэль, сжав руки в кулаки.

— Блять, сколько же мразей на свете! — возмущается Питер. — Рингер, Уэйнрайт, Майкл, Поттер, его папаша…

— Клянусь, если эта сука сейчас скажет, что он уже успел изнасиловать ее, то я убью его. Своими же руками.

— Ничего, скоро он отправится туда, где рано или поздно оказываются все ублюдки. Поттер и его папаша следующие на очереди в ад.

Пока Джулиан замолкает, Анна чувствует, как по ее щекам скатывается слеза, сгибается пополам и на пару секунд закрывает лицо руками, не веря, что все происходящее – не ее ночной кошмар. А затем она медленно переводит мертвый взгляд на довольного и уверенного в себе мужчину, который презренно смотрит на нее со скрещенными на груди руками.

— Почему? — тихим, дрожащим голосом произносит Анна и качает головой. — Почему, Джулиан? За что ты так ненавидишь меня? Что я тебе сделала?

Анна тихо шмыгает носом, едва сдерживая слезы.

— Из-за тебя я не чувствую себя собой, — срывается на крик Анна. — Я не помню, как была раньше! Ты убил прежнюю меня! Я уже не та маленькая счастливая девочка, которая во всем искала что-то хорошее и почти не плакала! Но я теперь я жить не могу без слез! Не могу снова поверить в себя! Я чувствую себя уродиной! Бездарной уродиной, которая должна была сдохнуть, даже не родившись!

— Это и была наша с отцом цель, — уверенно заявляет Джулиан. — Заставить играть по нашим правилам. Делать то, что мы говорим. Забыть о своем мнении. Помнить, что нет иного мнения, кроме как мнения мужика.

— Я ни в чем не виновата! Почему я должна отвечать за ошибки своих родителей перед твоим отцом?

— А у меня тоже есть причины ненавидеть тебя так же, как отец – твоих папашу с мамашей, — нагло заявляет Джулиан, резко развернувшись к Анне лицом, подойдя к ней намного ближе и пристально посмотрев ей в глаза. — Мой отец ненавидит твоих родителей, потому что из-за них он мог потерять свой ресторан и стать нищебродом. А я ненавижу тебя.

— За что? — широко распахивает глаза Анна. — За что ты меня так ненавидишь?

— А то ты, сука, не знаешь! — презренно усмехается Джулиан. — Не знаешь, как ты, блять, со мной поступила!

— У нас всегда были хорошие отношения!

— Видно, ты забыла , как однажды до глубины задела мои чувства и оскорбила так, как никакая другая девчонка!

— Это неправда! — дрожащим голосом возражает Анна. — Я никогда не обижала тебя! Да, я боялась тебя, потому что ты казался мне очень холодным и ужасным. Но клянусь, я никогда не говорила плохого слова о тебе и всегда была с тобой вежливой. Даже если ты не всегда обращался со мной хорошо.

— Ты не так поняла меня, безмозглая курица, — более низким, грубым голосом заявляет Джулиан. — Неужели забыла, что ты сделала много-много лет назад? Забыла о том, как отвергла мои чувства?

— Что? — округляет глаза Анна. — Ты серьезно?

— Да, пигалица, я ненавижу тебя, потому что ты отказалась стать моей!

Потрясенные услышанным Даниэль, Питер, Эдвард и Терренс переглядываются между собой, а Сэмми, мотая головой, издает очень тихий звук.

— Серьезно? — удивляется Питер. — Из-за этого Поттер так изводил бедную девчонку?

— Я был уверен , что все дело в этом, — признается Даниэль. — Поттер предложил своему сыночку поиздеваться над Анной, а он воспринял это как возможность отомстить ей за отвергнутую любовь.

— Да, мужику явно снесло башню… — скрещивает руки на груди Терренс.

— Или наш пенсионер не привык к отказам, — добавляет Эдвард. — И взбесился куда сильнее, чем Терренс, когда его отшила Ракель.

— Сомневаюсь, что Поттер пользовался популярностью у девчонок, — уверенно предполагает Даниэль. — Они скорее предпочтут быть с ботаном или совсем не привлекательным парнем, чем с этим ублюдком, которому не помогли бы даже баснословные бабки.

— Да уж, не каждая захочет становиться бесправной птицей в золотой клетке, — задумчиво отвечает Терренс.

Сэмми скромно подает голос, а Эдвард гладит пса по голове и прикладывает палец ко рту, чтобы он вел себя тихо.

— Господи, Джулиан… — качает головой Анна. — Но… Но ведь прошло уже столько лет… Это было давно !

— Да, давно! — грубо бросает Джулиан. — И все эти годы я ненавидел тебя. Ненавидел за то, что ты наплевала мне в душу! Так унизила меня! Оскорбила ! Я тебе этого, сука, НИКОГДА не прощу!

— Но ведь ты ни разу не намекал, что тебя это задело.

— Верно. Но я не забыл. Не забыл ни одного момента из того рокового дня, когда я возненавидел тебя и еще больше убедился в том, что бабы – это проклятье мужиков!

— Ты же сказал, что все понимаешь! Сам предложил остаться друзьями!

— Я должен был держать тебя в поле зрения и отомстить, когда придет время!

— Послушай, Джулиан…

— Ты разбила мои мечты! — Джулиан резко делает пару шагов назад и с учащенным дыханием отворачивается от Анны. — Разбила мечты о женитьбе на любимой девушке! Я мечтал жить с тобой! Хотел от тебя сына!

Джулиан замолкает на пару секунд и, сильно нахмурившись, поднимает голову.

— Я до сих пор помню тот день, когда мы познакомились. Тебе было одиннадцать, а мне – двадцать два. Ты была еще ребенком, но уже тогда выделялась на фоне других. Симпатичная улыбчивая девчушка с копной темных волос. На тебе было очень красивое розовое платье и розовый ободок. Будто ангелочек спустился с небес! Такой хороший… Такой послушный… Твои родители с гордостью подчеркнули, что ты очень воспитанная и делала все, что они хотели, по первому требованию. Для меня это был идеальный вариант! Я был уверен, что ты во всем бы мне подчинялась и не смела перечить. И когда в тот день мы с отцом отправились домой, я сказал, что ты мне понравилась. Он тогда ужасно обрадовался. Отец уверял, что тебя будет очень легко держать в ежовых рукавицах. Он всегда говорил мне, что если мужик сразу не покажет бабе ее место, то она сядет ему на шею. И в тот день пообещал, что ты станешь моей женой. Тем более, что наши деды и бабки всегда мечтали породниться. Ну а отец всерьез задумывался о том, чтобы начать общий бизнес. С большей выгодой для себя, конечно же.

Анна ничего не отвечает и уставляет свой пустой взгляд в одной точке, невольно вспоминая события прошлых лет, о которых сейчас рассказывает Джулиан.

— А поскольку наши семьи очень много общались, то и ты проводила много времени со мной и Райаном, которого встретила немножко раньше, — продолжает Джулиан, крепко сжав руки в кулаки, и медленно выдыхает. — С моим братцем тебе было куда интереснее, потому что вы – одногодки. Хотя ты и ко мне проявляла уважение и слушала меня. Ты всегда была послушной, тихой, скромной и воспитанной. А с каждым годом ты становилась все более привлекательной. Став подростком, ты начала привлекать меня в сексуальном плане. Было трудно сопротивляться желанию обладать тобой. Но я понимал, что из-за связи с несовершеннолетней у меня были бы проблемы с законом. Поэтому и ждал . Верил, что ты однажды обратишь на меня внимание как на мужчину. Но…

Джулиан резко разворачивается к Анне лицом.

— В какой-то момент ты начала меняться в худшую сторону. Перестала быть той примерной скромной девочкой, которая мне так нравилась. Начала постоянно бунтовать и отказывалась подчиняться старшим. Связалась с какими-то глупыми девками и перепихивалась с какими-то парнями, которых твои родители задолбались отшивать. Да, про учебу ты не забывала, но той милой и примерной девчушки уже не было. Не было той мудрой девушки, которая во всем подчинялась бы будущему мужу и не смела возразить ему. Ты была далека от этого. Далека от той, которую я себе представлял. — Джулиан скрещивает руки на груди. — Но это еще ничего. Я был готов закрыть на это глаза. Все-таки ты была в таком возрасте, когда у всех гормоны шалят. Думал, что ты подрастешь, перебесишься и успокоишься. Что тебе надоест тусоваться со своими глупыми подружками и знакомиться со всяким сбродом, который тебе в подметки не годился. И поймешь, что девушка из интеллигентной семьи должна искать партнера в своих кругах.

Джулиан бросает презренный взгляд в сторону и с еще большей ненавистью смотрит на Анну.

— Однако я никогда не прощу тебя то, что ты отвергла меня. Никогда не забуду, каким опозоренным и униженным я себя чувствовал. Когда решил, что пришло время сделать признание в любви, и пригласил тебя на свидание. Я был с тобой ласковым и нежным. Преодолевал себя. Потому что мне чужды все эти нежности. Но я старался . Старался делать все, чтобы тебе было хорошо со мной. Однако все мои усилия были напрасны ! Ты не оценила все, что я делал ради тебя. Даже не попыталась сделать вид, что тебе понравилось. И прямо заявила, что никогда не полюбишь меня. Не захотела даже давать мне никакого шанса. И ладно бы у тебя кто-то был. Однако ты тогда была свободна . Ты только поступила в университет и окончательно переехала с родителями в Нью-Йорк.

Джулиан замолкает на пару секунд и на мгновение бросает взгляд в сторону.

— Знаешь, как мне тогда было обидно! После того как та девушка, которую я полюбил едва ли не с первого взгляда, втоптала меня в грязь! Столько лет ждал дня, когда смогу признаться тебе в том, что чувствую, и получил удар по яйцам. До этого я делал все, чтобы расположить тебя к себе, но ты никогда меня не замечала. Тебя больше интересовали нищеброды . А на парней из состоятельных семей тебе было плевать! Ты будто намеренно избегала богатых и давала им отставку. Это был протест ! Протест против желания твоей семьи выдать тебя за обеспеченного человека.

Джулиан замолкает на пару секунд и качает головой, не отводя от Анны взгляда.

— Я любил тебя, Анна, — слегка дрожащим голосом с надрывом Джулиан. — Очень сильно. Я думал, что уже нашел ту, что будет жить со мной до старости и подарит мне много детей. Но ты убила все мои мечты. Убила во мне все хорошее, что я к тебе испытывал. Моя любовь в одно мгновение сменилась гневом и ненавистью. Я хотел мести . Буквально жаждал ее. Знаешь, каких трудов мне стоило сдержаться и сказать тебе, что я все понимаю и останусь твоим другом. ЗНАЕШЬ, БЛЯТЬ? Хотя ты никогда не говорила, что мы с тобой друзья. НИКОГДА! Ты меня ТЕРПЕЛА!

Джулиан с учащенным дыханием бросает взгляд на окно.

— Я не знал, как проучить тебя. И целыми днями ломал над этим голову, попивая крепкое спиртное и выкуривая пачки сигарет. Но увы, на ум ничего не приходило. Хотя с каждым днем меня все больше разрывало от желания причинить тебе сильную боль. Но у меня ОПЯТЬ ничего не получилось!

Джулиан ближе подходит к Анне и уставляет в ее испуганные глаза свой холодный взгляд.

— Сначала твоя мамаша уговорила отца выдать тебя за Райана. А потом этот нищий ублюдок украл тебя у меня. Позарился на то, что принадлежало мне. Тебя днем с огнем невозможно было отыскать. Из-за чего я начал терять надежду, что смогу проучить тебя. К тому моменту я решил, что буду ждать, когда ты выйдешь замуж за Райана. Твои родственнички отдали бы тебя нам и не стали бы волноваться о том, как ты живешь. Я бы издевался над тобой совершенно безнаказанно . Никто бы не подумал винить меня или ангелочка Райана. Отец бы ничего никому не сказал и винил бы во всем тебя саму. Ну а мой братец не стал бы вмешиваться. Ибо он – трус . Трус, который всегда нам боялся. Особенно после смерти своей мамочки, которая всегда защищала его и не позволяла нам даже пальцем его трогать.

Джулиан крепко сжимает руки в кулаки, пока Анна нервно сглатывает, напряженно смотря на мужчину.

— Я мог бы осуществить задуманное хоть сейчас, — задумчиво говорит Джулиан. — Ты в моей власти, и тебя никто не может защитить… Твои родители не смогут ни на что повлиять. Голодранец и его ублюдки тоже не прибегут спасать тебя. Ты беззащитна . Ты ничего не можешь мне сделать.

Джулиан гордо приподнимает голову, уставив на Анну свой надменный взгляд.

— Однако я не хочу. Не хочу жениться на тебе. На такой бесполезной и бестолковой уродкой, как ты. Моя женитьба на тебе поставила бы крест на моей счастливой жизни. У меня появилась бы обуза . Обуза, которая не любила бы меня, не уважала и не подчинялась мне. А зная, что твоя мамаша кое-как выносила тебя и родила полудохлую девчонку, то я не сомневаюсь, что и ты – бракованный материал и не сможешь родить детей. А мне не нужна тупая, уродливая и неуклюжая баба, которая не может выносить и родить хотя бы одного здорового ребенка. Если бы ты залетела, например, от того же голодранца, то точно родила бы больного ребенка. Вот Лилиан уже родила одну бракованную девку! Хотя лучше бы позволили тебе сдохнуть . Не хер дерьму занимать место на планете.

Анна с учащенным от волнения дыханием склоняет голову, грустным взглядом рассматривая свои слегка дрожащие руки.

— Так или иначе я уже и так здорово поиздевался над тобой и заставил терпеть унижения и избиения. Я уже насытился и больше не хочу играть в эту игру. Пришло время для чего-то гораздо интереснее.

Выслушав все сказанное Джулианом, Даниэль, Терренс, Питер и Эдвард переглядываются между собой и неодобрительно качают головой.

— Ох, черт, вот у Анны нюх на ублюдков! — восклицает Эдвард. — Сразу поняла, что он из себя представляет.

— Да уж, вот умная девчонка, — уверенно соглашается Питер. — А Поттер – гнида, который не умеет принимать отказы.

— Я так понимаю, он уже давно нарисовал в своей голове идеальную картинку, — задумчиво добавляет Терренс. — Анна целыми днями его обслуживает, ублажает и терпит его унижения и побои, а он только раздает приказы как король.

— Ублюдок … — крепко сжав руки в кулаки, сквозь зубы цедит Даниэль. — Обидели Его Величество! Не выдержал! Девушки отшивают миллионы мужиков каждый день! И ничего – живы и здоровы! А этот, понимайте ли, особенный !

— Да уж, ранили его нежную душеньку, — со скрещенными на груди руками хмыкает Питер. — А из-за него страдала невинная девушка. Которая была с ним честной и дала понять, что он может не строить никаких иллюзий.

Сэмми очень тихо подает голос, окинув парней взглядом, а Анна несколько секунд пытается переварить услышанное и качает головой, пока Джулиан с презрением наблюдает за ней, скрестив руки на груди.

— Вот почему… — тихо произносит Анна. — Вот почему ты так ненавидишь меня… Ты обиделся, что я честно сказал о своих чувствах к тебе.

— Обиделся? — громко удивляется Джулиан и презренно ухмыляется. — Ха, еще бы! Ведь ты унизила меня и растоптала в грязи! Я еще никогда в жизни не чувствовал себя таким оплеванным и оскорбленным. Все мечты того молодого мальчишки о свадьбе с красивой девчонкой пошли ко дну!

— Ты знаешь, что я никогда не любила тебя и общалась с тобой из вежливости.

— О да, ты всегда была равнодушна к моим комплиментам, рассказам и сюрпризам. Какой-то маленький букетик цветов ты принимала как должное. С кислой рожей.

— Я сторонилась тебя из-за твоего высокомерного поведения и холода, который мне приходилось чувствовать, находясь рядом с тобой. Когда ты рядом, меня бросает в дрожь . Я хочу сбежать. И приходила в ужас от мысли, что ты мог стать моим мужем.

— Но ты могла дать мне шанс! Я мог стать лучше! Ради тебя! Я хотел сделать тебя счастливой и дать тебе намного больше, чем твои мать с отцом.

— Нет, Джулиан, ты не дал бы мне того, чего я хотела.

— Ты могла бы жить в роскоши , Анна. Я мог озолотить тебя и покупать все, что твоей душе угодно! Твоя жизнь была бы бесконечным раем! Ты бы купалась в деньгах, драгоценностях, золоте и дорогой одежде от самых лучших брендов. Жила бы лучше любой султанши и королевы и выглядела бы на миллиард. Я бы не заставлял тебя вкалывать на работе. Давал бы тебе столько, сколько нужно. Каждый день! У тебя были бы самые лучшие служанки, стилисты, маникюрши, косметологи и врачи. Весь мир был бы у твоих ног благодаря мне! Благодаря моим деньгам! Никто не посмел бы сказать, что я – бездельник, нахлебник и жалкий нищеброд. Я работал ! Очень много работал!

Джулиан крепко сжимает Анне челюсть и уставляет еще более озлобленный взгляд на нее, пока Даниэль словно охотник присматривает за своей добычей.

— Но ты отказалась ото всего этого! — со злостью бросает Джулиан. — Отказалась быть богатой королевой! Отказалась от безбедного будущего! Даже если бы со мной что-то случилось, то тебе досталось бы все. Тебе и нашим детям. У тебя было бы все, если бы ты думала головой, а не сердцем! Хотя это неудивительно, ведь ты – бесполезная пустышка.

— А ты хоть раз спросил меня, нужно ли мне это? — уверенно спрашивает Анна и резко отстраняется от Джулиана. — Хочу ли я все эти побрякушки? И что мне нужно на самом деле?

— Захотела бы рано или поздно! Нагулялась бы с жалким сбродом и поняла бы, что тебе нужно искать более перспективных и обеспеченных мужчин!

— А разве любовь не может измеряться как-то еще, кроме денег?

— Любая баба душу продаст за норковую шубу или колье с бриллиантами!

— Бриллиант – всего лишь камень. Холодный камень, единственным достоинством которого является его высокая ценность и притягательный внешний вид. Когда девушка встречается с мужчиной лишь ради его денег, это никак не может называться любовью. Это уже потребительство. Девушка будет петь ему дифирамбы и имитировать бурные оргазмы в постели до тех пор, пока у него есть деньги. Если он окажется нищим, то ее тут же словно ветром сдует.

— Зато такую бабу можно просто прикормить пачкой денег, и она не будут путаться у тебя под ногами.

— Однако я не из таких! Меня не подкупишь никакими деньгами и подарками!

— Я уже это понял! Раз ты сходила с ума лишь по нищим. У тебя не было ни одного богатенького мажора – одни голодранцы! И ты посмела отвергнуть меня , перспективного человека, на какого-то оборванца, у которого ничего нет. Я, блять, впервые в своей жизни прогнулся перед бабой и ПОЖАЛЕЛ об этом!

— А откуда ты знаешь, что у него ничего нет? — громко удивляется Анна. — Откуда? Он сам тебе сказал?

— Да что он заработает, если будет петь свои бездарные песенки с еще тремя своими дружками?

— Музыкантам платят очень хорошие деньги!

— Ну ладно, может, срубит твой бывший несколько миллионов долларов, выпустив пару альбомов и дав несколько концертов. Но однажды лафа закончится! В этом году расписан на месяцы вперед, а в следующем довольствуешься лишь выступлениями в кабаках или на свадьбах.

— Ты-то откуда об этом знаешь? Ты никогда не интересовался шоу-бизнесом и ненавидишь музыку и кино!

— Побольше тебя, пигалица без мозгов! Единственное, что он мог бы дать тебе, – это несбыточные надежды . Ты бы еще миллион раз вспомнила беззаботную жизнь в доме своих родителей. Когда все за тебя делали. К тому же, ты ничего не умеешь делать! С тобой любой нищеброд сдохнет от голода и будет вынужден сам заботиться о себе!

— Но мой бывший, слава богу, живой и здоровый.

— Очень жаль! Я бы сплясал на его могиле!

— Я думаю, он с радостью станцевал бы на твоей , — уверенно заявляет Анна, буквально угадав мысли Даниэля, который в этот момент думает о том же самом и бросает своим друзьям удивленный взгляд.

— Это так и останется его не сбывшейся мечтой! Такой же, как и твоя мечта о том, что вы будете жить вместе долго и счастливо. Рано или поздно этот голодранец бросил бы тебя и начал бы засматриваться на других, более интересных, покорных и талантливых девушек. А хотя… — Джулиан с презрением окидывает Анну взглядом с головы до ног. — Чмошник вроде него не заслуживает что-то лучше вот этого . Вот этой курицы, которая ни на что не годится: ни готовить, ни стирать, ни рожать детей. Вот только ума хватает сосаться с мужиками!

— Он любил меня, Джулиан! — Анна резко встает с дивана и уставляет на Джулиана холодный, полный ненависти взгляд. — Этот человек всегда обращался со мной как с королевой и давал мне все, в чем я нуждалась!

— О да, этот нищий ублюдок мог только как следует пихать в тебя свой хер!

— Не надо относиться к бедным людям как к чему-то противному! Они ничем не хуже богатых!

— Я терпеть их не могу! Особенно тех, кто любят пристраиваться к богатеньким дочкам и сыночкам, чтобы вылезти из грязи в князи. Ты на хер не нужна была своему бывшему: он позарился лишь на денежки твоих родителей.

— Ему абсолютно все равно, в какой семье я родилась: богатой или бедной!

— О да, этот мудак втер тебе какую-то дичь, а ты, дура, поверила, — презренно усмехается Джулиан. — Думала, что кто-то действительно полюбил такую бесполезную уродку не из-за бабок твоих предков.

— По-моему, деньги моих родителей очень уж понадобились тебе и твоему папаше. Раз в так за них переживайте.

— А ты все еще надеешься, что ты еще кому-то нужна.

— В отличие от тебя, мой бывший совсем не меркантильный! Ему чужого не надо! Потому что он сам в состоянии обеспечить себя и свою будущую семью.

— М-м-м, вижу, ты до сих пор защищаешь этого голодранца. — Джулиан с хитрой улыбкой качает головой и злостно смеется, отойдя от Анны на пару шагов назад. — Неужели все еще любишь этого отморозка? Или на тебя так повлияло то, что он поиграл в героя и с помощью своих дружков спас твою гребаную шкуру?

— Это не твое дело, Джулиан! — раздраженно отвечает Анна, скрестив руки на груди.

— Любишь , я это знаю , — уверенно кивает Джулиан. — Забыла, как умоляла меня оставить его в покое и кричала ему, чтобы он сваливал? Вряд ли бы ты делала это, если бы этот голодранец был безразличен тебе.

— Я просила тебя оставить его в покое, потому что не хочу, чтобы кто-то пострадал и погиб.

— Боишься, что все начнут винить тебя?

— Я боюсь потерять своих близких! Родителей и друзей, которыми очень дорожу.

— Ну родителей ты и так потеряешь . А вот над судьбой тех ублюдков я еще подумаю. Отец позволил мне самому решать, что делать с голодранцем и его компанией. И уж поверь мне, я эту гниду из-под земли достану. Да и ты, девочка, не думай, что он делал все это ради того, чтобы вернуться к тебе. Просто испугался, что твои предки надерут ему жопу.

— Он сделал то, что сделал бы любой порядочный человек.

— Спешу напомнить, что тот голодранец встречается с другой, а на тебя он давно наплевал. Ему не нужна бесполезная курица, которая не знает даже элементарных вещей.

— А что она должна знать? Как не сказать лишнего слова, чтобы не навлечь на себя гнев своего мучителя?

— Удивлен, что даже безнадежные тупицы с куриными мозгами могут иногда блеснуть знаниями.

В этот момент Даниэль раздраженно рычит, нервно переминаясь с одной ноги на другую, с учащенным дыханием оттягивая свои волосы и с трудом сдерживая ту бурю, что вот-вот может выйти наружу и снести все на своем пути.