— Ты с каждым днем все краше, — проявляет восторг Норман. — Вот уж кому возраст точно никогда не будет помехой.

— Ой, Норман, ну ты скажешь тоже! — со скромным смешком машет рукой Лилиан.

— Я всегда говорю правду, дорогая моя. Уж твои секреты красоты действуют просто превосходно.

— Спасибо большое. Я польщена .

Лилиан скромно поправляет свою прическу и мило улыбается, пока стоящие на втором этаже Даниэль, Терренс, Эдвард и Питер тихо хмыкают и закатывают глаза.

— Слушайте, да мы, походу, имеем дело с мастером вешать лапшу на уши, — ехидно усмехается Эдвард.

— Да уж, а сам мечтает поскорее покончить с Сеймурами, — хмуро предполагает Терренс.

— Места в аду уже забронированы, суки, — низким голосом бросает Даниэль. — Скоро вы туда отправитесь.

Пока парни продолжают наблюдать за происходящим, Норман переводит взгляд на напряженную Анну и фальшиво улыбается ей во все тридцать два идеальных зуба, над которыми поработал хороший стоматолог.

— Анна! — радостно восклицает Норман. — Девочка моя!

— Добрый день, мистер Поттер, — скромно отвечает Анна. — Рада вас видеть.

— Здравствуй, моя родная. Иди ко мне, я тебя обниму.

Даже если обжигающий холод сковывает ее тело, а страх заставляет сильно сутулиться, Анна все же находит в себе силы держаться и через силу улыбается Норману. И прилагает еще больше усилий для того, чтобы выдержать его крепкие объятия и дружеский поцелуй в щеку. Но когда мужчина отстраняется, девушка тут же скромно улыбается и крепко сцепляет пальцы рук, усердно пытаясь контролировать свое дыхание.

— Надо же… — произносит Норман, держа Анну за руки и рассматривая ее с ног до головы. — Ты так выросла! Хоть мы с твоими родителями часто встречались, но тебя я видел тогда, когда ты была еще подростком.

— Зато вы не меняйтесь, — бросает мимолетную улыбку Анна. — Все так же уверенны в себе, мужественны и невозмутимы.

— Спасибо, дорогая, — дружелюбно смеется Норман. — А по красоте ты ничуть не уступаешь своей маме. Я бы сказал, что ты еще красивее , чем она.

— Ну да, родительские гены сделали свое дело. А мои родители очень умные и красивые.

— Я всегда говорил, что твои мама с папой постарались на славу. У них выросла такая прекрасная девушка. И умная, и красивая, и воспитанная… Ну просто дочка мечты!

— Ох, Норман, ты нам льстишь… — с легкой улыбкой качает головой Максимилиан.

— Это правда, дорогой друг. Всем известно, что женщины любят ушами. Поэтому я всегда говорю, что нам следует почаще говорить нашим красавицам об их красоте и талантах.

— Ой, ну все, милый мой, перестань, а то мы с Анной сейчас покраснеем от смущения, — приобняв Анну за плечи, сквозь смех говорит Лилиан.

— Хотя мы не можем отрицать, что у нас с Лилиан выросла дочка нашей мечты, — с легкой улыбкой добавляет Максимилиан, подойдя к Анне и погладив ее по щеке. — Мы никогда не перестанем гордиться Анной и всем тем, чего она добилась.

— О, Макс, я горжусь ею так, будто она – моя дочка, — с широкой улыбкой уверенно отвечает Норман. — Твоя милая Энни всегда была для меня родной. И я бесконечно люблю ее.

— Мы знаем, Норман, — скромно улыбается Лилиан. — Ты всегда был очень добр к нашей дочери.

— Ха, тебе ли знать все о женщинах и о том, что они любят, — со скрещенными на груди руками презренно усмехается Питер. — Раз ты такой знаток в этом деле, то мог бы научить своего сыночка вежливости в общении с женщинами.

— Поздно, ничего не выйдет, — хмуро бросает Эдвард.

— Слушайте, их разговор только начался, а мне уже хочется сбросить кирпич ему на голову, — раздраженно говорит Даниэль. — Не только ему на голову, но еще и голову его сыночка, который стоит как невинная девка и молчит.

— А правда, чего это он? То выходил из машины такой крутой, а то стоит ломается как девственница!

— Наверное, язык проглотил, — предполагает Терренс. — Ну или папаша заставляет его играть роль невинного страдальца.

— Скорее всего, — задумчиво произносит Даниэль. — И я бы охотно посмотрел, как этот жалкий актер будет оправдываться перед Сеймурами.

— Ничего, приятель, шоу только начинается , — хитро улыбается Питер. — Перед нами предстанет еще много чего интересного.

— Интересное начнется тогда, когда я засуну хер этого ублюдка в его задницу.

Сэмми очень тихо подает голос, пока Максимилиан как раз замечает, что Джулиан стоит в сторонке и с широко распахнутыми глазами переминается с одной ноги на другую.

— О, слушай, Норман, а разве твой сын не хочет разговаривать с нами? — задумчиво спрашивает Максимилиан, хмуро рассматривая Джулиана.

— Он ничего не хочет нам сказать? — округляет глаза Лилиан.

— Конечно, хочет, — уверенно отвечает Норман, переводит взгляд на Джулиана и подзывает его жестом. — Джулиан, подойди к нам. Не бойся, сынок. Иди ко мне.

Пару секунд Джулиан колеблется, но затем очень медленно и неуверенно подходит к Норману и виновато смотрит то на переглянувшихся между собой Лилиан и Максимилиана, то на тяжело дышащую Анну.

— З-з-здравствуйте, мистер С-с-сеймур, миссис С-с-сеймур, — дрожащим голосом здоровается Джулиан. — Анна…

— Здравствуй-здравствуй, — сильно нахмурившись, скрещивает руки на груди Максимилиан.

— Здравствуй, — сухо здоровается Лилиан.

— Ну что? — удивляется Максимилиан, изо всех сил сдерживая себя, чтобы не выйти из себя. — Ничего не хочешь нам сказать? А, Джулиан?

— Мистер Сеймур, я… — виновато склонив голову, с жалостью во взгляде произносит Джулиан.

— Думаю, нам не надо объяснять – да ты и сам прекрасно понимаешь, – что мы разочаровались в тебе после того, что произошло с Анной, — со скрещенными на груди руками говорит Лилиан.

— Миссис Сеймур, я могу все объяснить! Я не хотел этого! Клянусь! Это была моя ошибка!

— Погоди, Джулиан, — взяв Джулиана за плечо, холодно произносит Норман. — У тебя еще будет шанс объяснить мистеру и миссис Сеймур свое безобразное поведение, из-за которого пострадала невинная девочка.

— Нет, отец, я хочу сделать это сейчас! Я обязан !

Джулиан резко подлетает к Лилиан, Максимилиану и Анне, которую крепко обнимают ее родители, пока девушке даже не приходиться притворяться, как сильно она боится.

— Мистер Сеймур, миссис Сеймур, клянусь вам, я не хотел этого! — с отчаянием во взгляде тараторит Джулиан. — Умоляю, простите меня! Я не хотел!

— Джулиан, как ты мог? — возмущается Максимилиан. — Я ведь доверял тебе! Доверил заботу о своей дочери! А ты вот как с ней поступил!

— Вы знайте, что я очень хорошо отношусь к Анне и забочусь о ней!

— Да, я вижу! Из-за тебя Анна чуть не умерла ! Слава богу, моя дочь выкарабкалась и быстро пошла на поправку. Но ведь все могло бы быть хуже.

— Я знаю, мистер Сеймур, но…

— За что? Почему ты так поступил с моей девочкой?

— Это все моя работа! — взволнованно оправдывается Джулиан. — Я ужасно перенервничал и сильно переработал! В последнее время у меня вообще ничего не получается! Все валится из рук!

— Это не оправдание твоему омерзительному поступку!

— У меня было помутнение рассудка! Я не понимал, что делал! Но когда пришел в себя, то был в шоке и хотел застрелиться ! Клянусь вам! Клянусь памятью моей мамы!

— Один раз ты уже накричал на Анну, которая не привыкла к такому обращению, — холодно напоминает Максимилиан, крепко обняв Анну и прижав ее к себе, пока она смотрит куда-то вниз. — И ты поклялся мне, что больше не позволишь себе проявить к ней агрессию.

— Мне правда очень жаль! — с жалостью во взгляде оправдывается Джулиан. — Все случилось в очень неподходящее время. Анна попалась мне под горячую руку… Она вывела меня из себя и…

— Ты смеешь винить ее в том, что она попала в больницу?

— Нет-нет, что вы! Я…

— Не ожидал я от тебя такого, Джулиан. Не ожидал. Я думал, ты поможешь моей доченьке прийти в себя, а ты только больше топил Анну.

— Я знаю, мистер Сеймур, но…

— Моя девочка и так страдает из-за расставания с парнем и никак не может прийти в себя, потому что до сих пор любит его. А ты причинил ей такую боль. Усугубил ее состояние.

— Прошу вас, позвольте мне еще раз загладить свою вину перед вами и вашей дочерью и доказать, что такого больше не повторится. Клянусь, я не позволю себе срываться на ней.

— Мы тебе не верим, Джулиан, — сухо заявляет Лилиан. — После того как ты так жестоко избил мою девочку.

— Если не верите – я докажу. Хотите… Хотите… Я даже могу встать перед вами на колени! Вот!

Джулиан падает на колени перед Лилиан, Максимилианом и Анной, которая, едва сдерживая слезы, всячески прижимается к отцу в надежде получить его защиту.

— Умоляю, простите меня! — отчаянно умоляет Джулиан.

— Джулиан, встань, — холодно просит Лилиан.

— Нет-нет, я должен стоять перед вами на коленях и молить о прощении. И я буду! Буду стоять до тех пор, пока вы не дадите мне последний шанс доказать, что ваша дочка больше не пострадает из-за меня.

— Джулиан, прекрати это, — сдержанно просит Максимилиан. — Сейчас же вставай!

— Нет… — резко мотает головой Джулиан, берет Лилиан за руку и с отчаянием и жалостью во взгляде смотрит на нее. — Миссис Сеймур, умоляю вас, простите меня. Я никогда не был достоин общения с такой прекрасной женщиной, как вы. Но я очень хочу доказать, что могу быть лучше, чем вы думайте. Дайте мне шанс, хотя бы ради своих отца и матери. Мистер и миссис Дикманн ведь так хорошо к нам относились!

— Ты разочаровал нас, Джулиан, — уверенно заявляет Лилиан, вырвав руку из хватки Джулиана. — И Анну, которая верила тебе и думала, что ты поможешь ей прийти в себя. И нас с Максимилианом.

— Умоляю, простите меня! Я этого не хотел!

— Пытаешься быть хорошим после того, как сделал гадость?

— Не говорите так, прошу вас…

Джулиан бросает жалостливый взгляд на Анну, берет ее за руку и слегка тянет ее на себя. Из-за чего внутри у девушки все переворачивается вверх дном, из-за страха она не может говорить, а холод сковывает каждую мышцу ее дрожащего тела.

— Энни, милая, хорошая моя… — отчаянно произносит Джулиан. — Я всегда обожал и бесконечно ценил тебя так же, как и мой отец и твои прекрасные родители. Пожалуйста, прости меня… Прости, что сорвался на тебе… Что вышел из себя из-за твоих попыток что-то мне сказать.

— И ты думаешь, что сможешь исправить все одним лишь « прости »? — удивляется Лилиан.

— Клянусь своей мамой, мне ужасно стыдно за то, что я сделал. Я готов принести тысячу извинений и озолотить вашу дочь, лишь бы она простила меня. — Джулиан снова с жалостью во взгляде смотрит на Анну. — Пожалуйста, Анна… Я умру , если ты не простишь меня! Я не смогу нормально жить!

— Так, Джулиан, все! — сухо бросает Норман. — Не позорься еще больше и сейчас же вставай! Вставай, я сказал!

Норман берет Джулиана под руку и тянет на себя, но тот отказывается это делать, крепко держа Максимилиана за рукав рубашки и смотря на него с жалостью во взгляде.

— Мистер Сеймур, прошу вас, сделайте что-нибудь! — громко и отчаянно умоляет Джулиан. — Не позвольте вашей жене и дочери возненавидеть меня!

— А с чего ты решил, что я не ненавижу тебя? — удивляется Максимилиан. — Да мне тебя видеть противно после того, что ты сделал с моей дочерью.

— Пожалуйста… Я не хочу, чтобы вы сторонились меня и считали, что у меня поднимется рука издеваться над девушкой. Пожалуйста, мистер Сеймур… Пожалуйста… Я не хочу портить с вами отношения… Не хочу оказаться в тюрьме, если вы захотите наказать меня. Не допустите этого, прошу вас!

— Джулиан, сейчас же прекрати этот балаган! — прикрикивает Норман. — Здоровый тридцатипятилетний мужик, а ведешь себя как маленькая капризная девчонка!

— Мне стыдно, отец, понимаешь, стыдно ! — едва ли не со слезами отчаянно вскрикивает Джулиан. — СТЫДНО! Я ХОЧУ УМЕРЕТЬ ОТ СТЫДА!

— Хватит орать, безмозглый дебил! — Норман хлопает Джулиана по голове. — Сначала сделал гадость, а теперь истерики закатывает!

— Наверное, мама сейчас смотрит на меня с небес и проклинает . Ненавидит за то, что я поступил так ужасно с невинной девушкой.

— Хватит позорить меня перед людьми!

— Пожалуйста, папа, пожалуйста! СДЕЛАЙ ЧТО-НИБУДЬ!

— Твою мать, ДА ПРЕКРАТИ ТЫ УЖЕ! И так доставил мне кучу хлопот! Была бы твоя мать жива, она бы мигом тебе приструнила!

— МНЕ СТЫДНО, ПАПА… СТЫДНО! А-А-А-А-А!

Джулиан начинает громко кричать, крепко вцепившись в ногу Нормана, который резко пытается вырвать ее из хватки своего сына.

— Так, ну-ка пусти меня! — требует Норман и прикладывает больше силы, чтобы оттолкнуть Джулиана от себя. — Пусти, я сказал! ДЖУЛИАН!

— МНЕ ПЛОХО! — во весь голос вскрикивает Джулиан. — ТЫ ВЕДЬ ЗНАЕШЬ, КАК Я БОЯЛСЯ СЮДА ИДТИ! Я НЕ МОГУ СПОКОЙНО СМОТРЕТЬ СЕЙМУРАМ В ГЛАЗА! НЕ СМОГУ!

— Хватит позорить меня, истеричка! ХВАТИТ! — Норман снова хлопает Джулиана по голове. — Я по горло сыт твоими истериками, которые ты устраивал мне и своему брату. Нам с Райаном уже тошно слышать, как ты целый день орешь и катаешься по полу в истерике! У нас своих проблем по горло, а мы еще должны тебя успокаивать!

— ПАПА! — словно ребенок вопит Джулиан.

— ВСТАВАЙ, Я СКАЗАЛ!

А пока Норман пытается справиться с Джулианом, который делает вид, что вот-вот заплачет, Даниэль, Эдвард, Терренс и Питер не могут сдержать смеха.

— О, боже мой, — тихо стонет Терренс, проводя руками по лицу. — Такого бездарного актера я еще никогда не встречал.

— Ага, я аж на мгновение поверил в его раскаяние! — иронично усмехается Питер.

— Да уж, одной соской не обойдешься, чтобы угомонить этого сорокалетнего младенца, — добавляет Эдвард.

— А нам не обойтись без ящика ликера, чтобы не рехнуться от его психозов, — хмуро бросает Терренс.

— Его мать в гробу переворачивается, видя, каким вырос ее сыночек, и какие делишки он воротит со своим папашей.

— Интересно, это Норман заставил своего сыночка устроить такую драму? — со скрещенными на груди руками задается вопросом Питер. — Чтобы отвлечь Сеймуров и заставить их потерять всякую бдительность!

— Не сомневаюсь, — низким голосом произносит Эдвард. — Правда этот пенсионер слишком переигрывает.

— Лучше держите меня покрепче, парни, — уверенно говорит Даниэль. — А иначе я грохну эту крысу раньше. За то, что он смеет держать мою Анну за руки!

Тем временем Норману с горем пополам удается справиться с Джулианом и заставить его встать на ноги, хотя тот еще продолжает биться в истерике и изображать огромный стыд перед Сеймурами.

— Ох, Макс, Лилиан, ради бога, извините, — положив руку на сердце, извиняется Норман. — После случая с Анной мой сын стал совсем неуправляемый.

— Я ХОЧУ УМЕРЕТЬ ОТ СТЫДА! — во весь голос вопит Джулиан, крепко вцепившись в руку Нормана.

— Закрой рот, балбес! — Норман бьет Джулиана по затылку. — Будешь говорить, когда тебе дадут слово!

— По крайней мере, нас радует то, что он жалеет, — сдержанно отвечает Лилиан, скрестив руки на груди.

— Видите, что с ним происходит! Серьезно, я уже измучился с ним. Да и Райан жалуется, что не может сосредоточиться на учебе из-за истерик своего брата.

— Ты прекрасно знаешь, что наша семья всегда очень хорошо относились и к Джулиану, и к Райану. Но то, что случилось с Анной, ставит существование наших хороших отношений под вопрос.

— О, нет, Лилиан! Побойся Бога, что ты такое говоришь! — Норман кладет руку на сердце. — Я не хочу, чтобы все так закончилось! Наши семьи дружат уже много лет. Твои родители и родители Максимилиана знали моих родителей и родителей моей покойной Женевьевы.

— Это не имеет отношения к избиению моей дочери.

— Неужели вы хотите разорвать все наши связи после всего, что мы вместе пережили?

— Не с тобой, Норман, а с Джулианом, — уверенно говорит Максимилиан. — Он совершил чудовищную ошибку, которую мы не собираемся прощать.

— Вот видишь, папа! — отчаянно восклицает Джулиан. — Я же говорил, что они не простят меня! Они точно не захотят со мной общаться и запретят приближаться к Анне! А ТЫ МНЕ НЕ ВЕРИЛ! ГОВОРИЛ, ЧТО ВСЕ БУДЕТ ХОРОШО!

— Анна, скажи хоть слово! — восклицает Норман. — Почему твои родители все время говорят, а ты молчишь? Выскажи свое мнение и дай мне знать, что ты чувствуешь.

— Простите, мистер Поттер, но мои родители правы , — неуверенно отвечает Анна. — Я не уверена, что смогу снова начать доверять Джулиану после того, как чуть не умерла.

— Энни, малышка…

— Вы даже представить себе не можете, насколько это было ужасно… — низким, дрожащим голосом со слезами на глазах произносит Анна и нервно сглатывает. — Я думала, что умру . Джулиан не жалел меня. Мне было очень больно. Каждый удар заставлял меня кричать…

— Я все понимаю, миленькая, и категорически возмущен поступком своего сына. И очень рад, что нашелся кто-то, кто сумел успокоить Джулиана.

— Да, слава богу… Слава богу, что кто-то спас меня… Но если бы не он, то я бы уже давно была мертва .

— Если бы я встретил этого человека, то от души поблагодарил бы его.

— Я сильно разочарована в вашем сыне… — Анна, переведя взгляд вниз, тяжело вздыхает. — Наивно думала, что смогу найти у него поддержки после расставания с человеком, которого очень любила. Но так и не смогла обрести то, в чем нуждалась. Я почувствовала себя даже хуже.

— Понимаю, солнышко, понимаю…

— Клянусь, я не делала Джулиану ничего плохого и не пыталась разозлить его, — тихо шмыгает носом Анна. — Я просила его лишь об одном – о поддержке. О любви, которой мне так не хватает. Но вместо этого я была избита до полусмерти. А до этого ваш сын накричал на меня. Хотя я тоже ничего для этого не сделала.

— Анна, девочка моя милая… — выдавливает из себя сожаление Норман. — Я прекрасно понимаю, что ты обижена и напугана. Но прошу тебя, постарайся понять Джулиана. Ты же знаешь его с самого детства. И в курсе, что он не слишком сдержанный. Да и работа у него нервная . Вот он и сорвался на тебе случайно.

— Но я же не виновата в том, что у него проблемы!

— Конечно, не виновата!

— Нервная работа не может быть оправданием насилия, — холодно говорит Максимилиан. — Представь одного из твоих сыновей на месте моей дочери. Неужели ты бы сделал вид, что ничего не случилось?

— Нет, Макс, я бы ни за что не стал общаться с тем, кто обижает моих детей. Ты же знаешь, что я ради них глотку готов перегрызть. А будь у меня дочь, я бы однозначно защитил ее от того, кто захочет обидеть ее.

— Думаю, ты понимаешь, что мы можем пойти в полицию и заявить на Джулиана, — сухо заявляет Лилиан. — И если его арестуют, то ему грозит огромный тюремный срок.

— Нет-нет, умоляю вас, мистер Сеймур, миссис Сеймур! — отчаянно тараторит Джулиан. — Не делайте это! Умоляю! Не надо! Я не хочу в тюрьму! Я там умру! Мне не дадут там жизни!

— Мы не намерены оставлять твой поступок безнаказанным, Джулиан, — сухо говорит Максимилиан.

— НЕТ, МИСТЕР СЕЙМУР, НЕ НАДО! — отчаянно вскрикивает Джулиан. — Я НЕ ХОЧУ В ТЮРЬМУ!

— Надо было думать головой, прежде чем срывать зло на моей невинной дочке, — низким голосом отвечает Лилиан.

— ПАПА, ПОЖАЛУЙСТА, СДЕЛАЙ ЧТО-НИБУДЬ! — Джулиан начинает сильно дергать Нормана за руку. — НЕ ДАВАЙ ИМ ПОСАДИТЬ МЕНЯ В ТЮРЬМУ! Я ТАМ ПОГИБНУ!

— Мы с Лилиан могли бы многое тебе простить, — уверенно заявляет Максимилиан. — Но когда кто-то причиняет вред нашей дочери, то мы не станем молчать и делать вид, что ничего не происходит.

— Из-за тебя Анна едва не умерла! — отчаянно добавляет Лилиан. — И ты хочешь, чтобы мы просто так все забыли и позволили и дальше общаться с ней?

— Умоляю, мистер Сеймур, миссис Сеймур, пощадите меня! — отчаянно умоляет Джулиан. — А-А-А-А! УМОЛЯЮ!

— Все, Джулиан, это была последняя капля! — резко отрезает Максимилиан. — Мы немедленно звоним в полицию.

— НЕТ! — истерически вопит Джулиан. — ВЫ НЕ МОЖЕТЕ!

— Ради бога, Макс, не надо идти в полицию! — ужасается Норман, приложить руку к сердцу.

— Нет, Норман! — сухо произносит Лилиан. — Ничего личного, но твой сын перешел все границы!

— ЕСЛИ ВЫ ЗАЯВИТЕ НА МЕНЯ, КЛЯНУСЬ, Я ПОКОНЧУ С СОБОЙ! — громко заявляет Джулиан. — Я НЕ СМОГУ С ЭТИМ ЖИТЬ! НЕ ХОЧУ ПРОВЕСТИ ЗА РЕШЕТКОЙ ЛЕТ ДВАДЦАТЬ И ВЫЙТИ ОТТУДА СТАРИКОМ! НЕ ХОЧУ!

— Нет-нет, сынок, не надо так говорить! — изображает ужас Норман, приобняв Джулиана за плечи. — Что я буду без тебя делать? Вы с Райаном – единственное, что у меня есть.

— Я НЕ ХОЧУ В ТЮРЬМУ! НЕ ХОЧУ!

— Я этого не выдержу… — обращается к Максимилиану и Лилиан Норман. — Мой сын и до этого неоднократно грозился убить себя. Причиняя мне огромную боль…

— А мы здесь причем? — сухо спрашивает Максимилиан. — Мы твоего сына не провоцировали!

— Ради бога, Макс, давайте договоримся! Хотя бы ради нашей многолетней дружбы! Ради прекрасных отношений наших детей! Ради дружбы наших покойных родителей!

— УМОЛЯЮ, ПОЩАДИТЕ МЕНЯ! — продолжает строить из себя страдальца Джулиан. — ПОЖАЛУЙСТА…

В этот момент Эдвард, Питер, Терренс и Даниэль хмуро переглядываются между собой, а Сэмми издает неодобрительный звук.

— Надеюсь, у Анны хватит ума не поверить этому лживому мудаку, — выражает надежду Даниэль. — А то она сейчас насмотрится на его истерические припадки и реально поверит, что он сожалеет.

— После того, что он с ней сделал? — удивляется Эдвард. — Вряд ли! Посмотри, как Анна трясется от страха и жмется то к отцу, то к матери!

— Но надо признать, она неплохо держится, — задумчиво отмечает Питер. — Да и ее родители молодцы.

— Верно, — соглашается Терренс. — Я беспокоился за Анну, но она и правда молодец.

— Ей не нужно притворяться, — спокойно отвечает Даниэль. — Когда Анна говорит, что боится Поттера, она реально его боится.

Сэмми очень тихо подает голос, а Эдвард гладит пса по голове и прикладывает палец к губам, дабы дать понять, что пока что им всем нужно быть тише воды, ниже травы.

— Ох, послушайте, мне кажется, мы все слишком взволнованы, — тихо выдохнув, спокойно говорит Лилиан. — Давайте постараемся успокоиться, спокойно обо всем поговорить и решить, что делать дальше.

— Лилиан права , — соглашается Максимилиан. — Давайте сначала выпьем воды или чего-то.

— Конечно, — уверенно кивает Норман. — Мы с Джулианом открыты к диалогу. Нам обоим важно найти решение назревшей проблемы.

— Я больше всего на свете хочу доказать, что такого больше никогда не повторится, — слегка сгорбившись, тихо говорит Джулиан. — Что вы можете и дальше доверять мне и разрешать проводить время с Анной.

— Ой, а давайте присядем, — предлагает Максимилиан, указав рукой на диван. — Нехорошо заставлять гостей стоять.

— Давайте что-нибудь выпьем, — предлагает Лилиан.

— Мы с Джулианом не отказались бы выпить кофе, — отвечает Норман.

— Хорошо, сейчас сделаю, — кивает Максимилиан.

— Э-э-э, а пусть Анна сделает для нас кофе! Мы с моим сыном просто обожаем то, как она его делает.

— Хорошо, — скромно улыбается Лилиан и переводит взгляд на Анну. — Милая, сделай нам кофе. А мы пока немного успокоимся.

— Сейчас сделаю, — без эмоций кивает Анна.

— Нет, что вы! — с широко распахнутыми глазами ужасается Джулиан. — Я не могу распивать с вами кофе! Быть в вашей компании слишком большая честь, которой я не достоин!

— Иди, солнце, иди, — спокойно говорит Максимилиан.

Анна медленно разворачивается и направляется в сторону кухни. А отойдя в сторону, девушка сначала бросает короткий взгляд на своих родителей и гостей, а потом незаметно смотрит наверх, на Даниэля, Питера, Эдварда и Терренса, которые уверенно кивают со скромной улыбкой, будто давая понять, что она может не бояться. Это так или иначе успокаивает ее, и она, резко выдохнув, более решительным шагом идет делать кофе.

— А про честь эта сволочь верно сказала! — хмуро отмечает Питер. — Поттер реально не достоин общаться с такими потрясающими людьми, как Сеймуры.

— Что-то мне подсказывает, что сейчас его папаша начнет предлагать что-нибудь в обмен на свободу своего сыночка, — уверенно предполагает Даниэль. — Деньги, работу, богатства или еще какие-нибудь побрякушки…

— Да уж, думает, что сможет прикрыть задницу своего сыночка и откупиться деньгами, — хмыкает Эдвард.

— Ничего, пусть начинают свой концерт, — уверенно отвечает Терренс. — Точнее, продолжают. В какой-то момент они все равно снимут свои маски и расскажут о своих реальных планах. Поттер-младший не будет вечно кататься по полу, орать как больная истеричка и выдавливать из себя по слезинке.

Тем временем Максимилиан и Лилиан предлагают Норману и Джулиану присесть на диван. В тот момент, когда Сеймуры на пару секунд отворачиваются, чтобы убрать в сторону подушки, Поттеры переглядываются между собой и тихо и злостно усмехаются. Отец едва сдерживает смех и показывает своему сыну палец вверх, а тот улыбается до ушей и крутит пальцем у виска.

— О-о, смотрите, какие они довольные, — хмуро отмечает Эдвард. — Ржут над тем, как Поттер бьется в истерике.

— Я был бы очень рад, если бы Поттер и правда убил себя прямо здесь, — заявляет Даниэль. — Было бы меньше мороки!

— Это вряд ли случится, — задумчиво предполагает Терренс. — У этих гадов все распланировано.

— Но и у нас есть свой план, — с гордо поднятой головой отвечает Питер. — Благодаря которому эти суки напялят очень красивую тюремную робу.

— Которая им очень даже пойдет, — хитро улыбается Даниэль.

Сеймуры и Поттеры удобно усаживаются на диван друг напротив друга, а затем Норман быстро окидывает всю гостиную оценивающим взглядом.

— Кстати, а позвольте спросить, чей это дом? — интересуется Норман.

— Мой, — уверенно произносит Максимилиан.

— Твой? Но с чем связан этот внезапный переезд?

— Э-э-э, да так… — поглаживая подбородок, запинается Максимилиан. — Просто захотелось жить подальше от городской суеты. Надоел шумный город…

— Вот как! А давно ты переехал?

— Где-то пару недель назад…

— Ясно… Но должен признаться, что дом красивый . У тебя определенно есть вкус.

— Спасибо, мне тоже очень нравится.

— Я был бы не прочь жить в таком шикарном доме. Здесь столько всего интересного…

Норман еще раз осматривается и вскоре бросает взгляд на перила на второго этажа, в ту сторону, где сейчас находятся Эдвард, Даниэль, Питер и Терренс. Сэмми гораздо раньше чувствует опасность и, оттолкнув парней в сторону или потянув их на себя за рукава и браслеты, заставляет их спрятаться за стенкой.

— Черт, чуть не попались! — резко выдыхает Терренс.

— Спасибо, Сэмми, — скромно улыбается Даниэль.

— Молодец, ушастый, умница, — хвалит Питер, погладив Сэмми по голове.

— Ты наше спасение! — дружелюбно произносит Эдвард.

Сэмми аккуратно выглядывает из-за угла, оценивает происходящее и негромким лаем дает парням понять, что они могут вылезти.

— Мне этот дом понравился мне сразу же, как только я увидел его, — уверенно говорит Максимилиан. — Да и с предыдущим хозяином мне удалось договориться о хорошей цене. Он предлагал очень много, но я начал торговаться. Поначалу упрямился, но в итоге все-таки согласился продать мне дом по сбавленной цене.

— Надо же… — крепко сцепляет пальцы рук Норман. — Ты добиваешься своего, прямо как я.

— Но иногда приходиться идти на некоторые уступки, если на кону стоит шикарное предложение. Упрямство не всегда идет на пользу. Нужно уметь еще и договариваться .

— Бизнес он такой – то прешь как танк, то договариваешься.

— Это верно.

Норман как-то хитро улыбается и о чем-то думает пару секунд, посматривая на Лилиан с Максимилианом, пока Джулиан сидит сгорбившийся, крепко сцепив пальцы рук и виновато склонив голову.

— Ладно, не будем уходить от темы, — задумчиво говорит Максимилиан. — Мы ведь хотим поговорить вовсе не об этом.

— О, я крайне обеспокоен произошедшим, — с грустью во взгляде отвечает Норман. — И считаю, что нам надо что-то сделать, чтобы решить проблему.

— Думаешь, это возможно?

— Я уверен , что мы найдем выход. Вы уже знайте, что я провел жесткую воспитательную беседу с Джулианом и дал понять, что не одобряю его поведение.

— Мы только одного понять не можем: почему ? — с грустью во взгляде спрашивает Лилиан. — Почему, Джулиан? Почему ты так поступил с Анной? Моя дочь никогда не желала тебе ничего плохого! Всегда отзывалась о тебе очень хорошо и ни разу ни в чем тебя не упрекала.

— Миссис Сеймур, клянусь вам, я тоже всем сердцем обожаю вашу дочь и всегда относился к ней как к королеве, — клянется Джулиан. — Вы прекрасно знайте, что я очень люблю ее и всегда говорил, что хотел бы когда-нибудь жениться на ней.

— Ни о какой свадьбе и речи быть не может. Мы с Максимилианом ни за что не отдадим нашу дочь тому, кто посмел совершить с ней такие ужасные вещи.

— Это произошло в первый и последний раз! Клянусь, больше такого не повторится!

— Лучше бы ты помнил это, когда решил избить мою дочь до полусмерти. А не устраивал нам сейчас истерику.

— Мне действительно очень жаль, миссис Сеймур. Я никогда не скрывал, что прекрасно отношусь к Анне и обожаю ее. Это знают и отец, и мать.

— Мы еще могли бы закрыть глаза на то, что ты прикрикивал на нее, — сухо говорит Максимилиан. — Всякое бывает. Все люди ссорятся. Без этого в жизни никак. Но когда мужчина избивает женщину… Такое, извини меня, простить невозможно .

— Ради бога, мистер Сеймур…

— Ты еще и сбежал . Сбежал как подлый трус и не нашел смелости посмотреть мне и Лилиан в глаза и сказать, что это была твоя работа. Человек, который вовремя оттащил тебя от Анны, все нам рассказал.

— Я испугался ! Поэтому и сбежал! Боялся посмотреть вам в глаза и приблизиться к вашей дочке из страха, что могу снова причинить ей боль.

— Настоящий мужчина так не поступает, — уверенно заявляет Максимилиан. — Да, признаться в чем-то бывает очень тяжело. Но если человек искренне о чем-то сожалеет, то он кровь из носу пойдет, признает свою вину и извинится.

— Не говорите так, мистер Сеймур… — с жалостью во взгляде умоляет Джулиан.

— Пожалуйста, Максимилиан, не надо давить на Джулиана, — спокойно просит Норман. — Моему сыну и так сейчас очень плохо.

— Да? А нам сейчас не плохо? Ты хоть знаешь, что мы с Лилиан пережили, пока наша дочь была в больнице? А что с нами случилось бы, если бы Анна не дай бог умерла ? Мы бы не смогли жить без нашей маленькой девочки! В ней заключается смысл нашей с Лилиан жизни!

— Я все понимаю, Макс, но прошу, пойми Джулиана. Он не виноват в том, что у него несдержанный характер. И да, я признаю, что не могу с ним справиться. Только моей Женевьеве это было под силу. С ней Джулиан всегда вел себя очень хорошо. Она умела держать нашего сына в ежовых рукавицах.

— Тот, кто обижает нашего ребенка, обижает и нас с Максом, — сухо отвечает Лилиан. — Мы желаем своей единственной дочери самого лучшего. И ради этого мы пойдем на все .

— Женевьева тоже пришла бы в ярость, если бы была сейчас жива. Моя покойная жена делала все, чтобы воспитать Джулиана и Райана достойными мужчинами. И у нее это прекрасно получалось. На вид маленькая и хрупкая, но на самом деле такая сильная и твердая. Вот что значит армейское воспитание.

— Ты прав, Женевьева не допустила бы такого, — сухо соглашается Максимилиан. — Однако твой сын оскорбил свою мать. Как и нас с Лилиан. И тебя.

— Знаю… Возможно, в этом есть моя вина. Может, я не такой прекрасный отец, раз допустил, чтобы мой родной сынок поднял руку на невинную девочку и избил ее до полусмерти.

— Нет, отец, пожалуйста, не наговаривай на себя и маму! — с широко распахнутыми глазами резко мотает головой Джулиан. — Я сам во всем виноват! Это моя вина!

— Успокойся, Джулиан, — спокойно говорит Норман, похлопав Джулиана по плечу. — Сейчас мы все обсудим.

Джулиан устало стонет, крепко сцепив пальцы, согнувшись пополам и уставив стыдливый взгляд в пол.

— Уже все решено, Поттер! — сквозь зубы со злостью цедит Даниэль, крепко держась за перила и держа голову гордо приподнятой. — И твой папаша уже не спасет тебя! А если вы сдохните, то я спляшу на ваших могилах и плюну в них.

Эдвард, Питер и Терренс ничего не говорят и просто на мгновение переводят взгляд друг на друга, Даниэля или Сэмми. А тем временем в гостиную возвращается Анна, держащая поднос с несколькими чашками кофе, довольно умело сохраняя лицо с мыслью о том, что ее в любом случае защитят.

— О, а вот и кофе, — бросает легкую улыбку Лилиан.

Норман охотно берет чашку горячего кофе с подноса, который Анна ставит на журнальный столик.

— Выпей немного кофе, Джулиан, — предлагает Максимилиан, взяв с подноса чашку кофе в руки. — Тебе полегчает.

— Нет, мистер Сеймур, я не могу… — покачав головой, взволнованно тараторит Джулиан.

— Не надо, папа, не заставляй, — без эмоций говорит Анна, присаживается на диван между Лилиан и Максимилианом и берет чашку кофе в руки. — Захочет – сам возьмет.

— М-м-м, очень вкусный кофе, — сделав маленький глоток из чашки, бросает легкую улыбку Норман. — Моя милая девочка… Одна из тех вещей, которые у тебя получается просто превосходно, – это делать кофе.

— Благодарю, мистер Поттер.

Пока Анна с округленными руками медленно попивает кофе, Максимилиан и Лилиан напряженно переглядываются между собой и после нескольких глотков ставят свои чашки на журнальный столик.

— Так, как мы будем решать проблему? — спрашивает Максимилиан, крепко сцепив пальцы рук. — Есть какие-нибудь предложения? Мы с Лилиан и Анной готовы выслушать вас!

— Мы с Джулианом на все готовы, — уверенно отвечает Норман. — На любое ваше условие.

— И что же ты можешь предложить взамен на наше прощение? — сильно хмурится Лилиан.

— Что угодно! Хотите деньги – пожалуйста! Какую-то дорогую вещь – хоть несколько штук! Еще что-то – да без проблем! Я все могу себе позволить.

— Не все в этой жизни можно купить, Норман.

— Только не думайте, что я хочу вас подкупить. Хотя ради спасения жизни и статуса Джулиана я бы мог пойти на такое.

— Мы понимаем, что действуешь в интересах своего ребенка. Но мы также не можем закрыть глаза на то, что произошло с нашей дочерью.

— Я знаю, милые мои. Но прошу вас, не надо портить Джулиану жизнь. Он ни в чем не виноват.

— А если бы Анна умерла, ты бы сказал то же самое? — округляет глаза Лилиан. — Что Джулиан не виноват?

— Но ведь она жива, слава богу!

— Все было бы иначе, если бы моей дочери не помогли ! — отмечает Максимилиан.

— Ну хорошо, тогда вы с Лилиан предложите мне что-нибудь. Что вы хотите от меня и Джулиана, чтобы мы остались друзьями и забыли об этом маленьком недоразумении?

Лилиан и Максимилиан ничего не говорят и переглядываются между собой, едва сдерживая гнев, что усиленно рвется наружу.

— Вам все-таки нужны деньги? — спрашивает Норман. — Хорошо, без проблем! Назовите мне сумму, и я немедленно выпишу вам чек!

— Нам нужны не деньги, Норман, а реальные гарантии того, что подобная ситуация больше не повторится, — уверенно отвечает Максимилиан.

— Не повторится, мистер Сеймур, клянусь памятью своей мамы! — задыхаясь, взволнованно тараторит Джулиан. — Я готов десятки тысяч раз извиниться перед вами, миссис Сеймур и Анной, стоя на коленях.

— Ладно, Норман, мы тебя услышали, — со скрещенными на груди руками говорит Лилиан и переводит взгляд на Джулиана. — А ты, Джулиан? Что ты сам готов предложить нам с Максимилианом и Анной?

— Что хотите , миссис Сеймур! Только скажите мне, чего вы хотите, и я немедленно это сделаю. Мой отец будет свидетелем и не даст мне отказаться от своих слов и утверждать, что я не говорил ничего подобного.

— Нет, ты говори конкретно . Не твой отец должен умолять о прощении. Ведь это не он избил Анну.

— Клянусь, если вы простите меня, я сделаю все возможное и невозможное, чтобы Анна забыла ту неблагодарную свинью, которая посмела бросить такую прекрасную девушку.

— Ах, значит, это я бросил ее? — злостно усмехнувшись, тычет в себя пальцем Даниэль. — А я и не знал! Спасибо, что напомнил! Напомнил о том, что я хочу отрезать твой хер!

— Да уж, этот отморозок отрабатывает свою должность на работе как проститутка, — со скрещенными на груди руками отмечает Питер. — Один неверный шаг – и он будет исключен из списка любимых сыновей и окажется в одних труханах на улице.

— Им самим-то в кайф строить из себя друзей Сеймуров хер знает сколько лет? — задается вопросом Терренс. — Я удивлен, что они не сняли свои маски намного раньше.

— Кто знает… — уверенно говорит Эдвард. — В любом случае этот актер без Оскара скоро будет строить из себя страдальца уже для своих сокамерников.

Сэмми тихо подает голос, очень внимательно наблюдая и слушая то, что происходит на первом этаже.

— Максимилиан, Лилиан, Анна, прошу вас, поверьте Джулиану, — с жалостью во взгляде просит Норман. — Посмотрите, как он раскаивается. А вдруг он и правда захочет умереть! И в этом будете виноваты вы. Мой сын покончит с собой из-за Анны! Из-за ее отказа простить Джулиана.

— Ты говоришь только о себе и своем сыне, — сухо отмечает Лилиан. — А о нас с Максом ты подумал? Подумал о том, какого было бы нам , если бы мы потеряли свою дочь! Ты знаешь, что я с трудом выносила и родила ее, а она потом еще долго боролась за жизнь.

— И больше у нас уже не будет детей, — уверенно добавляет Максимилиан. — Мы уже не молодые!

— Да и я больше не могу родить! Врач сказал, что я рисковала, когда вынашивала Анну. А уж вторая беременность могла бы убить меня. Поэтому я запротестовала, когда наши родители потребовали родить второго ребенка.

— Дорогие мои друзья, я все понимаю, — уверенно отвечает Норман. — Но прошу вас, поймите… Это вышло случайно . Мой сын не хотел, чтобы все так случилось. Просто так сложились обстоятельства.

— Случай с Джулианом такой же, как и случай с изменой: один раз оступишься – будешь предавать и дальше. Такие люди не меняются и будут делать это снова и снова, пока кто-то их прощает с мыслью, что они станут другими.

— Но ведь Джулиан сделал это в первый раз! Он никогда раньше не поднимал руку на девушку.

— Мы понимаем, что ты защищаешь своего сына и не хочешь, чтобы он сел в тюрьму, — уверенно отвечает Лилиан. — Пока мы с Максимилианом горой стоим за свою дочь и не собираемся прощать ее обидчиков.

— Нет, Лилиан, я вовсе не защищаю своего сына!

— Но ты же говоришь, что он сделал это случайно!

— Джулиан вовсе не собирался избивать Анну. Мой сын – прекрасный человек. Трудолюбивый, ответственный, уверенный в себе… Просто так получилось, что ваша дочка попалась ему под руку и… Так скажем, немного действовала ему на нервы.

— Не смей обвинять мою дочь! — возмущается Максимилиан, приподняв указательный палец. — Анна – самый невинный и святой человек, которого я когда-либо знал!

— Ради бога, друзья, давайте договоримся, — с жалостью во взгляде умоляет Норман. — Обойдемся без полиции и всех этих разбирательств! Зачем нам судиться из-за того, что произошло случайно, и портить моему сыну жизнь? Вам ведь и самим не нужна вся эта нервотрепка, так?