— А вы уверены, что у вас все получится? — с тревогой в душе спрашивает Ракель. — Эти типы придут в ярость, когда узнают про вас и полицию. Вспомните, они легко узнали про визиты Анны в больницу и первый поход ее родителей в полицию! И потом бедняжка поплатилась за это.

— А вдруг они что-нибудь сделают с вами? — округляет полные ужаса глаза Наталия. — Все это может кончиться ужасно для вас, Анны и ее родителей.

— Не беспокойтесь, милые девушки, все будет хорошо, — спокойно и уверенно отвечает Эдвард, приобняв Наталию за плечи. — В своих силах мы с парнями уверены и знаем, что справимся с этим мерзавцем и его папашей.

— А если и правда что-то пойдет не так? — выражает беспокойство Кэссиди. — Вдруг кто-нибудь пострадает? Этот тип явно очень опасен, да еще и собирается прихватить с собой тяжелую артиллерию в виде своего отца.

— И вы сами сказали, что если у Джулиана будет оружие, то это приведет к печальным последствиям, — добавляет Хелен.

— Мы знаем , что это рискованно, — уверенно отвечает Даниэль. — Но у нас не будет выбора, если мы хотим спасти Анну. Это моя главная цель. Обещание, которое я дал Сеймурам. Я не могу их подвести. Не могу отступать назад.

— Предполагаю, эта встреча очень важна для Поттеров, — слегка хмурится Терренс. — Они могут так или иначе навредить Анне или ее родителям. Не удивлюсь, если это что-то вроде ловушки.

— Да, прямо как это сделал дядя Майкл, когда обманом заставил нас приехать к нему, — задумчиво отмечает Эдвард. — Если Поттеры будут думать, что никто не узнает об их встрече с Сеймурами, это определенно станет для них отличным шансом расквитаться с Анной и ее родителями.

— Я тоже уверен, что главная цель этих ублюдков – покончить с Анной и ее родителями, — уверенно отвечает Даниэль. — А это значит, что эта встреча не может произойти без нашего вмешательства.

— Предлог, не предлог – не важно! — восклицает Питер. — Эти гадюки должны ответить за все, что натворили!

— А кто сказал, что я позволю этой мрази покончить с ними? — скрестив руки на груди, хмыкает Даниэль. — Да я этого Джулиана в порошок сотру, когда увижу перед собой! Сам будет ходить с такими же синяками, с какими сейчас ходит и Анна!

— А ты не боишься, что Поттер может покалечить тебя или кого-то из парней? — с тревогой в душе спрашивает Кэссиди, держа руку на сердце. — Ты видел, как сильно Анна была избита. А для такого нужно иметь немалую силу, которая тебе может быть не по зубам.

— Ха, этот тип мне еще как по зубам! — презрительно усмехается Даниэль. — Клянусь, Поттер ответит мне за все страдания, которые он причинил Анне. Еще будет стоять на коленях и со слезами умолять ее о прощении. Искренне. А не строить из себя жалкого актера.

— Не будь так уверен, Даниэль, — качает головой Хелен. — Этот тип может быть намного опаснее, чем ты думаешь. На этот раз Джулиан будет намного злее. Он не простит того, что вы с парнями так легко с ним справились в прошлый раз.

— Я его не боюсь, Хелен, — уверенно заявляет Даниэль. — Когда дело касается Анны, я ничего не боюсь.

— И правда, Даниэль, не надо недооценивать Поттеров и переоценивать свои силы, — советует Наталия.

— Сейчас у меня появился прекрасный шанс покончить с этим. И я воспользуюсь им.

Сэмми громко подает голос, как бы давая понять, что Даниэль не может забыть про него.

— Мы сделаем это, — поправляет себя Даниэль. — Ты тоже в игре, Сэмми.

Питер, Эдвард и Терренс переглядываются между собой, смотрят на Даниэля, уверенно кивают, встают с дивана и подходят к своему приятелю.

— Он будет молить о пощаде после того, что мы ему устроим, — уверенно заявляет Питер.

— Еще упадает Анне и ее родителям в колени и начнет умолять о прощении, — добавляет Эдвард.

— Пусть он и его папаша готовятся к поражению! — восклицает Терренс. — Тот, кто хочет навредить нам и нашим близким, сильно пожалеет об этом.

Сэмми лает так уверенно, будто он говорит: « Никуда этот подонок никуда не убежит! Я его поймаю и укушу! ».

— Скоро ваша подруга будет жить как она захочет, девчонки, — с легкой улыбкой уверенно обещает Даниэль.

— Я так на это надеюсь… — с грустью во взгляде вздыхает Наталия.

— Просто доверьтесь нам, — уверенно говорит Эдвард. — Мы знаем , что делать.

— Сделайте все, что в ваших силах, — просит Хелен. — Пожалуйста, ребята, спасите нашу подружку.

— И ради бога, парни, будьте очень осторожны, — отчаянно умоляет Ракель. — Никто не знает, что замышляют эти типы. Будьте готовы ко всему и оставайтесь начеку. В этот раз игра перейдет на более сложный уровень.

— Пожалуйста, не позволяйте этим подонкам покончить с Анной и ее родителями, — с грустью во взгляде добавляет Кэссиди. — Они очень хорошие люди, которые не заслуживают всего этого кошмара.

— Мы выйдем из этой игры победителями, — уверенно отвечает Даниэль. — Обещаем.

В какой-то момент Эдвард, Терренс и Питер обнимают Наталию, Ракель и Хелен, чтобы немного успокоить их, Даниэль прижимает к себе Кэссиди, а Сэмми буквально разрывается между всеми, позволяя себя погладить с надеждой, что так им будет хоть немножко легче.

***

Джулиан находится в одном из небольших кафе со своим отцом Норманом. Не привлекая к себе внимания, они о чем-то беседуют с чашечкой ароматного кофе на свежем воздухе и наслаждаются приятным ветерком, что вроде бы согревает, а вроде бы и охлаждает. Старший мужчина внешне очень похож на своего сына и выглядит вполне ухожено, а его густой темной шевелюре позавидовал бы любой обладатель жидких волос или гладкой лысины. Холодные серые глаза, полный злости взгляд и хитрая, далеко не самая искренняя улыбка… Есть в нем что-то отталкивающее, что вызовет тревогу и страх у любого человека.

— Да, все идет как надо, — с самодовольной улыбкой сообщает Норман. — Он согласился встретиться с нами.

— Значит, сделаем задуманное уже через два дня? — откинувшись на спинку стула, с хитрой улыбкой спрашивает Джулиан.

— Да, через два дня Сеймурам придет конец. Пришло время отомстить им за все, что они с нами сделали.

— Отлично… — Джулиан гордо приподнимает голову. — Я жду не дождусь!

— Скоро случится то, чего мы так долго ждали.

— Кстати, а Максимилиан что-нибудь говорил про свою любимую дочурку? Как она поживает после того, как получила по башке за то, что слишком много дерзила?

— Он сказал, что ее уже выписали из больницы. Она сейчас у него дома.

— Эта пигалица не сдохла, значит… А жаль! Одной гадюкой было бы меньше!

— Макс сказал, что врачи не обнаружили у нее ничего серьезного. Отделалась лишь синяками и легким испугом.

— Да, этой маленькой сучке всегда везло! — Джулиан бросает недовольный взгляд в сторону и хмыкает со скрещенными на груди руками. — А в тот раз она не сдохла, потому что тот чертов голодранец со своей шайкой все испортили! Я так хотел расквитаться с этой девчонкой, но этот мудак решил поиграть в героя!

— Не переживай, сынок, у тебя еще будет шанс показать ей, кто все решает, — уверенно отвечает Норман. — Через два дня девчонка будет в твоих руках, и ты можешь сделать с ней что захочешь. Мне не очень интересно возиться с ней, а вот ее безмозглых родителей я с большим удовольствием прикончу.

— А-р-р, до чего же меня бесит их семейка! — рычит Джулиан, сделав глоток кофе и поставив чашку на стол. — Строят из себя ангелочков, но на самом деле те еще змеи .

— Да, Сеймуры попили у нас много кровушки… И едва не оставили нас в одних трусах! Эти два дебила! Лилиан с Максимилианом! Это из-за них мы едва все не потеряли!

— Понимаю… Мне тоже уже не терпится содрать с этой дряни шкуру. Чтобы она наконец-то сдохла и перестала мозолить мне глаза!

— Терпение, Джулиан, терпение, — спокойно отвечает Норман, сделав руки « шпилем » вверх. — Потерпи еще немного, а потом ты как следует оторвешься.

— Но я уже устал терпеть, отец! — крепко сжимает руки в кулаки Джулиан. — Устал терпеть эту бесполезную мерзавку!

— Будь терпимее. А иначе наши планы могут быть разрушены.

— Для чего она вообще живет? Мамочку с папочкой радовать? Какой толк от этой дуры? Даже если Сеймуры выдадут ее замуж, то ее муженек сдохнет от голода и погрязнет в грязи в своем собственном доме! А детей ей вообще доверять нельзя ! Эта пигалица и их угробит! Она же ничего не умеет! Умеет лишь трепаться с бабами о шмотках и прическах и тратить денежки своих родителей!

— Верно, примерную жену из этой курицы не сделаешь. А начнешь командовать и показывать ей кулак, как она тут же начнет реветь и что-то там пищать.

— Вот как раз из-за ее соплей я мог придушить ее гораздо раньше. Ненавижу бабские нытье и сопли! Эти курицы думают, что смогут разжалобить меня, если начнут устраивать истерики и реветь. А меня это жутко бесит!

— Согласен. — Норман делает глоток кофе и снова делает руки шпилем вверх, немного хмуро смотря на Джулиана. — Однако должен признается, что я не одобряю то, что ты сделал с Анной.

— Что? — широко распахивает глаза Джулиан. — В смысле?

— Да, нам обоим не нравится эта девчонка, но ты не должен был так поступать с ней.

— Так ты же сам хотел, чтобы я извел ее до чертиков и заставил мочиться в трусы от страха! — напоминает Джулиан. — Внушить ей страх потерять мамашу с папашей!

— Да, но я не просил тебя избивать ее до полусмерти! — грубо заявляет Норман. — Твоей задачей было запугать Сеймур и заставить поверить, что ее родители сдохнут, если она сделает что-то, что нам не нравится. Ты чем, блять, слушал?

— Ты знаешь, что я давно об этом мечтал. Мечтал взять власть над этой мелкой пигалицей и научить ее слушаться старших и уважать мужиков. Раз уж ее семейка не смогла это сделать и позволила ей сбежать с тем ублюдком, так со мной она бы мигом стала шелковой.

— Тебе крупно повезло, что она осталась жива после твоих выкрутасов. А иначе бы ее папаша с мамашей немедленно побежали бы в полицию катать заявление на тебя. Если бы их дочь сдохла по твоей вине, они бы уже никого не испугались и сделали бы все, чтобы посадить тебя за решетку. А если бы все произошло на глазах того голодранца и его дружков, то они бы рассказали все копам. И я вряд ли смог бы отмазать тебя.

— Я ни о чем не жалею! — Джулиан выпивает немного кофе из своей чашки. — Хоть немного отвел душу! Поставил эту дрянь на место и показал ей, кто она такая. Тупая, бесполезная и уродливая девка, обожающая трахаться со всякой швалью.

— Я все понимаю, но сейчас ты должен держать себя в руках . Не забывай, эта девчонка нужна нам живой . Без нее нам ничего не удастся сделать. А Максимилиан и Лилиан сделают что угодно ради своей дочурки Анны. Ради ее блага. Ради ее безопасности.

— Пф, да эти идиоты сто процентов пойдут в полицию! — презренно усмехается Джулиан. — Обвинят меня в покушении на эту бездарную пигалицу.

— Пусть идут, — машет рукой Норман. — Теперь для нас это не имеет никакого значения. Мы уже почти что добились своей цели.

— Не знаю, отец… — резко выдыхает Джулиан. — Сомневаюсь я, что Максимилиан подожмет хвостик и не пойдет в полицию. А Лилиан – вообще жуткая трусиха! Довести ее до обморока как сесть-встать. Я не удивлюсь, если все так и было, когда она увидела свою дочурку после моего урока воспитания.

— В любом случае Максимилиан, Лилиан и Анна в наших руках, — уверенно отвечает Норман. — Мы можем делать с ними все что угодно. Можем уничтожить эту семейку и дать понять, что если кто-то свяжется с Норманом Поттером и навредит ему, то он сильно об этом пожалеет.

— А особенно сильно я хочу расквитаться с этой безмозглой уродиной Анной. Трахнуть ее башкой обо что-нибудь посильнее, чтобы сразу скопытилась!

— Не вздумай, Джулиан! — грубо требует Норман. — Когда придет время, ты сделаешь с ней что захочешь. Убьешь, изнасилуешь, женишься – мне по хер! Но сейчас даже не пытайся искать ее. Слышишь меня, идиот? Не вздумай!

— Да не буду я это делать! — резко отрезает Джулиан. — У меня все равно ничего не получится! Не сомневаюсь, что Сеймуры будут усиленно защищать свою дочурку от меня. Сами будут везде мотаться с ней, да еще и привлекут к этому того голодранца и его дружков.

— Вот и не суйся, если не хочешь, чтобы этот мудак уж разбил тебе лицо или покалечил.

— Это я сделаю из него кусок мяса, если увижу его! Никогда не прощу этой твари то, что он и его дружки так отдубасили меня!

— С этим ублюдком тоже потом разберешься. Пока что продолжай сидеть на дне и играть роль страдальца, который жалеет о том, что сделал. У нас на работе как раз полно дел – вот мы с тобой и будем ими заниматься.

— Я никогда об этом не пожалею! — Джулиан скрещивает руки на груди. — Сеймур сама виновата в том, что я ее отдубасил. На хер меня бесить нытьем, слезами и тупостью!

— Анна никогда не была примерной девочкой. Может, в детстве ее еще держали в крепкой узде, но став подростком, она совсем отбилась от рук. Ее покойные бабки с дедами возлагали на нее большие надежды и мечтали, что их внучка станет воспитанной леди, которая умеет делать готовить, стирать, убирать, молчать, быть покорной и ублажать мужика.

— Зато ныть и реветь прекрасно научилась!

— Все бабы умеют это с самого рождения.

— Повезло ей, блять, в живых остаться… Как будто у нее, как у кошки, девять жизней. Тьфу! — Джулиан бьет кулаком по столику. — Кто там так усердно молится за нее?

— Радуйся, что она жива! Эта девчонка нам сейчас нужна как никогда. Если она сдохнет, то весь наш план рухнет как карточный домик.

— Знаю, но мне до безумия охота еще раз надрать ей жопу! К тому же… — Джулиан выпивает немного кофе. — Она до сих пор привлекает меня физически, и я часто думаю о том, что хочу трахнуть ее. Хотя и понимаю, что в постели эта девчонка будет полным бревном, и мне все придется делать самому.

— Ничего, сынок, потерпи еще два дня.

— Я вроде бы ненавижу эту девчонку, но вроде бы и понимаю, что она вызывает во мне кучу эмоций. Которые я не получал ни от одной девчонки.

— Да уж, не понимаю, как тебя может привлекать эта глупая, невоспитанная сушеная вобла. Жопа плоская, сисек нет… Еще и ноги раздвигает перед всякими чмошниками.

— Я и сам не знаю… Но как представлю ее голую, так и хочется войти в нее поглубже.

— Красота в бабе не главное, сынок. Тебе нужна та, что будет ходить по струночке и раскрывать рот лишь тогда, когда ей приказывают. Которая даже подумать не смеет о том, чтобы показаться умнее мужика.

— И Сеймур в этом случае проигрывает по всем фронтам. Стыдно даже в люди выходить с этой тупицей.

— Увы, Джулиан, но если человек с рождения обделен мозгами, то мордобоем ты их не прибавишь. Тут остается только держать девчонку в ежовых рукавицах и заставить ее бояться тебя. Чтобы она и шагу ни смела без тебя ступить.

— В любом случае Сеймур искренне поверила в свои бездарность и уродство.

— Слово – это твой ключ к контролю над разумом бабы. Все, что ты говоришь, откладывается у них в голове, и они думают об этом снова и снова. Если ты будешь звучать очень натурально, то сможешь за считанные секунды заставить любую уверенную в себе выскочку поджать хвост и почувствовать себя уродиной. Мозг имеет свойство запоминать плохие события и слова. Если ты один раз назовешь бабу уродкой, то она это навсегда запомнит.

— Я знаю, отец… — Джулиан отводит взгляд в сторону, резко выдыхает и отпивает кофе из чашки. — Но свою задачу я выполнил.

— Голодранец так или иначе помог нам, не дав тебе убить девчонку. За что я ему даже благодарен .

— Ты прекрасно знаешь, что я всегда ненавидел эту девчонку! Да, какое-то время она мне нравилась, но ее омерзительное поведение заставили меня понять, что эта пигалица попьет много моей кровушки.

— Знаешь, сынок… Честно говоря, я и сам рад, что ты не женился на ней. Сеймур никогда не стала бы примерной женой и матерью. Эта девчонка так и продолжила бы шляться по клубам со своими подружками, болтать с ними о всяком дерьме и развлекаться с другими мужиками.

— Я оскорблен! Оскорблен, что какая-то жалкая шлюха с мозгами улитки посмела отвергнуть меня! Меня , отец! Самого Джулиана Поттера!

— Я понимаю, что она задела твое достоинство, — уверенно отвечает Норман. — Но ты не должен страдать из-за этой глупой гусыни. У тебя были девушки получше, чем эта типа умница и отличница, которая уже забыла все, чему училась в школе и университете.

— Верно… Не понимаю, как я вообще запасть на нее. Тьфу! — Джулиан презренно фыркает. — Она даже хуже той бабы, что вечно выносит мужику мозг и изводит его своими « хочу побрякушки, хочу шмотки, хочу замуж, хочу ребенка и еще тысяча и одна причина нытья ».

— Бабы никогда не ценят всего, что для них делают мужики. Им всегда мало! Они хотят больше!

— Я всегда закатывал глаза, когда Лилиан или Максимилиан хвастались успехами Анны: ой, она такая умница и красавица, экзамены сдает прекрасно, все умеет, у нее столько талантов…

— Да, девчонку сильно перехвалили. — Норман выпивает немного кофе из своей чашки. — Она должна знать лишь одно – у бабы нет никаких прав. Она – собственность мужика и должна делать все, что он ей говорит. Потому что он главный в доме и сам принимает все решения.

— Это точно! Вот скажи, на кой хер мне слушать ее скучную игру на пианино? Кому это, сука, надо? Да меня тошнит от классики, которую Лилиан сама играет и заставляет исполнять свою бездарную дочурку!

— Лучше бы Лилиан научила свою дочь готовить и следить за домом! Если сравнивать их обеих, то ее мамаша еще на что-то сгодится. Эта хоть умеет быть леди, вовремя заткнуться и в свое время была пай-девочкой. А вот свою дочь она ничему не научила! Или та просто оказалась бестолковой.

— А стряпня этой пигалицы вообще безвкусная! — возмущается Джулиан. — Меня тошнит от того кофе, который она делает! Максимилиан постоянно говорил, что Анна прекрасно умеет готовить, но мысленно я смеялся над этим. И мечтал прочистить желудок, когда она приносила свою херню.

— Эй, а ты помнишь, как эта девчонка однажды положила соль в наши чашки с чаем? — презренно усмехается Норман.

— Пф, да она постоянно это делает! Представляешь, какая она умственно отсталая дура! Не может сахар от соли отличить! Как она своей стряпней не отравила предков или того голодранца?

— Да я и сам удивляюсь.

— И когда она, черт возьми, запомнит, что я не пью чай и кофе с сахаром? Миллион раз говорил, а она все равно продолжает класть его!

— А ты видел лица ее мамаши с папашей, когда они услышали про соль? Я думал, их там удар хватит!

— Да уж, Лилиан с Максимилианом всегда были ужасными родителями, — ехидно усмехается Джулиан и делает глоток из своей чашки. — Их дочь даже простой кофе сделать не может! А что же будет, когда она выйдет замуж?

— Ой, если она не спалит дом, это уже будет хорошо!

— Нет, этой глупой курице нельзя доверять хозяйство! И рожать ей нельзя, потому что она точно не воспитает из пацана – мужика, а из девки – бабу!

— Ну зато она знает все о новых трендах этого сезона и с удовольствием поговорит о прическах, шмотках, брюликах и прочем бабском дерьме.

— Главное – это дрянь непотопляемая! Везучая до безобразия!

— Ничего, Джулиан, — уверенно произносит Норман. — Скоро ты вправишь этой сучке мозги и сделаешь то, что, по твоему мнению, она заслуживает.

— Да скорее бы уже!

— Мне и самому не терпится покончить с ее родителями. Отомстить им за то, что чуть не остался в одних трусах по их милости. Норман Поттер обид не прощает и наказывает тех, кто смеет идти против него.

— Им ничто не поможет! — злостно усмехается Джулиан. — Сеймуры доживают свои последние денечки.

— Да… — хитро улыбается Норман и хмуро смотрит на Джулиана. — Все будет хорошо, если ты не сделаешь ни шагу без моего ведома в течение этих двух дней.

— Да-да, отец, я все понял, — приподнимает руки Джулиан. — Я не буду трогать девчонку. Пусть готовится сдохнуть.

— Смотри у меня! Через два дня ты сделаешь с ней все, что захочешь. Но сейчас не вздумай ничего делать. Тебе ясно?

— Ясно…

Джулиан бросает недовольный, хмурый взгляд в сторону и тихо хмыкает, пока Норман пьет из чашки кофе и прищуренными глазами смотрит на своего сына.

— Я мог покончить с ней в тот раз, — раздраженно говорит Джулиан. — А если бы она не сдохла и после того, что я хотел с ней сделать, так оказалась бы там, где мамочка с папочкой ее бы не нашли.

— Только не говори, что ты собирался похитить ее.

— Нет, не похитить, а увезти куда-нибудь и надругаться над ней. В какой-то момент мне просто снесло крышу от желания оттрахать эту девчонку. Раздеть ее и раздвинуть ей ноги! И мне было по хуй на то, хотела она этого или нет.

— Что ж, сынок, я так понимаю, долгое воздержание все-таки сказалось на тебе, — дружелюбно смеется Норман.

— Может быть. Ведь я уже давно ни с кем не встречаюсь. Слишком занят работой. Да и этим соплячкам подавай молодых, ахренительно красивых мультимиллионеров.

— Ой, они сами не знают, чего хотят! Сначала строят из себя скромниц, а потом начинают предъявлять претензии. То внимания мало, то подарки дешевые, то еще что-нибудь…

— Поэтому мне проще заплатить какой-нибудь проститутке, которая за большие бабки хоть сто раз мне отсосет.

— Этим падшим девкам только на коленях перед мужиками и стоять.

— Хоть Сеймур и фригидная, я все равно представляю ее роковой соблазнительницей, стоящая голой на коленях и делающая мне головокружительный минет. М-м-м… — Джулиан хитро улыбается и нервно ерзает на стуле. — Ох, аж в штанах тесно стало!

— Мечты и фантазии бывают разрушительны.

— Знаю. Но не могу сдержаться. Я тогда был одержим желанием сбросить давление! Но нет, блять! — Джулиан со злостью стучит кулаком по столу. — Одному ублюдку нужно было все испортить! Ему, его дружкам и их вонючей псине, которая оторвала мне рукав рубашки! Ар-р-р… Суки! Убью их всех, если они попадутся мне на глаза!

— Да уж… — злостно смеется Норман. — Похоже, что этот голодранец решил вернуть свою ненаглядную. Надоело ему совать свой хер в других баб!

— Наверняка знает, что Сеймур верит в сказки и до сих пор живет грезами. Бедная несчастная девочка приготовилась к смерти, но тут из ниоткуда появился ее бывший и начал строить из себя жалкого героя. А потом приперлись и его дружки с той гадкой псиной.

— Да уж, телохранители голодранца и этой девчонки.

— Противно это говорить, но они дрались неплохо. Даже слишком хорошо. Я не смог ничего против них сделать.

— Знаешь, Джулиан, я подозревал , что однажды этот мудак объявится. Чтобы снова помешать всем нашим планам.

— И просто так он не сдастся. Этот голодранец любит эту девчонку. Знаешь, как он позеленел от злости и ревности, когда я на его глазах поцеловал Сеймур! Хотя надо было бы ее раздеть и засунуть в ее жопу член. Чтобы он уж точно сдох!

— Не будь этого голодранца в жизни девчонки, она бы, как миленькая вышла за того, кого нужно.

— Да, но ведь ты помнишь, как Лилиан буквально на коленях умоляла тебя поженить Анну и Райана.

— Этого бы не случилось, — уверенно заявляет Норман. — Я бы все равно сделал так, что ты стал бы мужем этой девчонки. Как и хотели ее деды с бабками.

— Мамаша Сеймур вообще никогда не любила меня и всегда пыталась помешать моему общению с Анной. — Джулиан раздраженно рычит. — Зато перед Райаном она прямо-таки на задних лапках прыгает.

— Надо признать, Лилиан всегда была очень проницательной и умной бабой. И она очень хорошо разбирается в людях.

— Вот не надо было знакомить моего братца с Сеймурами. Этот маленький паршивец все испортил! Даже если этот сопляк спит в обнимку со своими учебниками и не выпускает их даже тогда, когда жрет, он все равно умудрился нам навредить.

— Ах, Джулиан, ты очень плохо знаешь меня, — хитро улыбается Норман, сложив руки на столе. — У меня всегда есть запасной план на любой случай. Сеймуры считают меня глупым и необразованным лишь потому, что у меня нет школьного образования. Но Норман Дональд Поттер не дурак. Он намного хитрее и умнее, чем все думают.

— В любом случае я уже не намерен жениться на этой тупой пигалице и впустую тратить время на ее воспитание, — резко выдыхает Джулиан и выпивает немного кофе. — Нам сейчас лучше сосредоточиться на уничтожении всех Сеймуров.

— Это моя главная цель. Моя самая желанная месть, которую я когда-либо осуществлял.

— Чувство победы над врагом просто великолепно… — хитро улыбается Джулиан. — Оно так согревает…

— И да, я бы также не забывал и про того облезлого голодранца и его шайку. Нам стоит разобраться с ними.

— Предоставь это мне, отец, — уверенно отвечает Джулиан. — Клянусь, как только эта тварь попадается мне на глаза, то я закопаю его заживо. Если он думает, что сможет победить меня во второй раз, то я мигом его разочарую. В этот раз я буду еще более жестким и беспощадным.

— Ты вроде бы говорил, что он у нас жертва амнезии.

— Да, Сеймур и ее папаша мне все мозги проклевали о том, что с ним произошло.

— Значит, голодранец изменил девчонке, когда ничего не помнил?

— Ну что-то вроде того.

— Ясно… — Норман отпивает немного кофе и поставил чашку на столик. — А опиши мне того нищеброда и его дружков. Ты запомнил кого-то из них?

— Пф, а что там описывать? — презренно ухмыляется Джулиан. — В голодранце ничего особенного. Высокий, самоуверенный мужик с темными волосами. Наглый, невоспитанный… Вел себя так, словно Сеймур все еще принадлежит ему. Первый набросился на меня с кулаками…

— Ясно… А что насчет его дружков?

— Их было трое. Один – очень наглый блондин с тонкими, как палки ногами. Он оказался даже круче голодранца.

— А это не тот самый белобрысый очкарик, которого ты встретил в магазине?

— Он самый! Правда в тот раз этот придурок был без очков. И вел себя совсем иначе! Хотя в магазине выглядел тихим и безобидным. Я думаю, белобрысый неплохо сдружился бы с Райаном. Они из одного звена. Что мой братец – ботаник, что тот придурок из той же породы.

— Может быть… — тихо хихикает Норман и выпивает немного кофе из своей чашки, которую затем ставит на столик. — А остальные два?

— Да… Было еще двое черноволосых. Я так понимаю, они – братья, потому что сильно похожи.

— А как выглядят?

— Один из них – двухметровая шпала. Этот мужик слишком уверен в своей неотразимости. А еще у него явно проблемы с башкой. Явно стоит на учете в психбольнице.

— А второй?

— А второй – какой-то сопляк! Пониже него. Много болтает и очень острый на язык. На вид ему лет восемнадцать, потому что у него очень смазливая детская рожа. Хотя его братец выглядит как более взрослый мужик.

— И они похожи?

— Да, у них много общего. Если бы их одинаково одели, то люди не сразу бы поняли, кто есть кто.

— Ты говоришь, они черноволосые… — задумчиво произносит Норман, поглаживая подбородок.

— Ну да, — пожимает плечами Джулиан. — А что?

— Кажется, я догадываюсь, кто такие тот голодранец и все его дружки… — Норман выпивает немного кофе из своей чашки. — Они из какой-то музыкальной группы. Те четверо парней отлично подходят под твое описание.

— Все верно. Это та самая бездарная группа, которая недавно начала набирать популярность.

— Я знаю, что у них есть актеришка одной роли.

— Есть. — Джулиан выпивает немного кофе. — Терренс МакКлайф, или как его там…

— Погоди, а это случайно не тот самый актеришка, по которому все соплячки сходили с ума в начале двухтысячных?

— Он самый! Сыграл в каком-то фильме для соплячек. Пол фильма пробегал полуголым.

— Точно-точно! Я помню его! Дочь одного из наших партнеров обожала его! Ее отец сказал, что она прожужжала ему все уши про него.

— Я сразу узнал этого актеришку.

— Ходят слухи, что у него большие проблемы с психикой. Мол, он может устроить истерику на ровном месте. И мнит себя едва ли не Аполлоном.

— О да, у этого психа встает на самого себя.

— Слушай, а ты точно уверен, что тот белобрысый – это очкарик, с которым говорила Анна в торговом центре?

— Точно, отец, я тебе говорю! Без очков я его не сразу узнал, но потом понял, что его рожа мне очень знакома. И он сам этого не отрицал.

— Вот как… — хитро улыбается Норман. — Значит, у этого очкарика два лица ?

— Я сразу понял, что он меня испугался. У него дрожал голос, а он выглядел напряженным и смотрел на меня огромными глазищами. Трясся передо мной как ботаник перед кучей крутых парней в школе. Зато в день избиения блондин мгновенно осмелел и грозил мне расправой.

— А зная про него кое-что интересное, я еще больше удивлен.

— Что ты имеешь в виду?

— А ты не знал? Барабанщик той группы однажды пытался покончить с собой!

— И что?

— Не тупи, Джулиан! — прикрикивает Норман. — Это и есть тот блондин, про которого ты говоришь.

— Правда? — широко распахивает глаза Джулиан. — Он хотел сдохнуть?

— Я слышал, что он долгое время был в очень тяжелом состоянии, но потом быстро пошел на поправку.

— Неужели белобрысый такой же везучий, как и Сеймур, которая родилась недоразвитой?

— Да, мудакам иногда везет…

— Да уж, вот эта новость!

— Кстати, говорят, что бас-гитарист группы довел того самого барабанщика до попытки суицида.

— Бас-гитарист?

— Тот самый голодранец.

— Ха, значит, у этих мудаков были какие-то контры?

— Ходили слухи, что голодранец завидовал белобрысому, регулярно изводил его, желал ему сдохнуть и пытался любой ценой выкинуть его из группы. Правда сейчас оба на всех углах орут, что все это ложь, и отрицают, что вообще когда-либо ругались. Мол, мы – друзья не разлей вода!

— Вот черт, мне надо почаще заходить на сайты новостей о звездульках… — задумчиво отвечает Джулиан.

— Да, ты многое пропустил. А вот я частенько захожу на новостные порталы. С мужиками можно и о политике поговорить, а вот бабы с удовольствием обсуждают сплетни шоу-бизнеса.

— Надо исправляться! А то я что-то начинаю чувствовать себя белой вороной.

— Давай, сынок, не отставай! Да, нам с тобой по хер на эти новости, но надо уметь поддержать разговор на любую тему.

— Ты как всегда прав, отец. — Джулиан выпивает немного кофе из своей чашки. — Эй, а что ты еще знаешь про тот скандал с белобрысым и голодранцем?

— В последнее время об этом ничего не пишут. Хотя, когда везде только начали писать о том, кто довел барабанщика до желания сдохнуть, то этому нищеброду устроили настоящую травлю. Ему самому желали сдохнуть.

— Это типа борьба за справедливость? Или у белобрысого так много фанаток?

— Не меньше, чем у Терренса МакКлайфа. Хотя они там все наступают друг другу на пятки! И белобрысого боготворят, и смазливый малыш находится в любимчиках, и даже у голодранца есть обожатели!

— Да их наверняка любят лишь потому, что они еще молодые и могут побегать перед камерами полуголыми. Будь они старые, уродливые и без статуса, ни одной соплячке не было бы нужны эти уроды.

— Это верно, — ехидно усмехается Норман. — В любом случае этих идиотов соплячки боготворят !

— Да уж… — хитро улыбается Джулиан, поглаживая подбородок. — На настоящих взрослых мужиков соплячки даже не смотрят. Они их боятся . По хуй, что он – безработный нищеброд! Главное – он ахренительно красивый!

— Но с возрастом у баб мозги встают на место, и они присматриваются ко взрослым мужикам. Которые, правда, на хер не нужны бабенки тридцати или сорока лет.

— А есть такие дуры, как Сеймур, которые искренне верят в сказки и ждут своих принцев!

— Сеймур еще маленькая , ей всего двадцать четыре года. В этом возрасте все бабы живут иллюзиями.

— Лучше бы она училась готовить, стирать, убирать и быть хорошей женой и матерью, чем страдала херней, — хмуро бросает Джулиан. — А иначе эта дура так и останется в девках. Ни один нормальный мужик не захочет жениться на этой безмозглой кукле.

— Ну почему же! Голодранец же что-то в ней нашел! Значит, среди мужиков найдутся такие дебилы, которым нужна эта глупая бездельница.

— Может, ты и прав. Насколько я знаю, тот актеришка помолвлен с какой-то второсортной моделью. А я очень сомневаюсь, что она умеет содержать дом и заботиться о мужике и готовится воспитывать детей.

— Да, знаю я эту девчонку. Ракель Кэмерон, кажется… Анна вроде бы говорила про нее. Ведь та модель – ее подружка.

— Не удивлен. Сеймур всегда водилась со всяким сбродом. Что голодранец, что его дружки, что подружки… И та моделька, и та блондинка, которая невеста братца МакКлайфа, – обе тупые, ни на что не годные курицы.

— Но надо признать, та блондинка красивая . Большая грудь, шикарные волосы, тонкая талия, высокий рост, длинные стройные ноги…

— Да… В этой Барби что-то есть… Правда с такой я бы точно не стал связываться на долгое время. Только если для того, чтобы трахнуть ее. Для этого она вполне сойдет.

— Что-то эти придурки выбирают себе одних бездельниц, да шлюх, — хмуро бросает Норман. — Как можно брать в жены модель, которая ради карьеры наверняка побывала в кровати уже сотни мужиков? Которая всегда строила из себя девственницу, что отдалась бы только своему муженьку.

— Ага, двадцатитрехлетняя баба, ни разу не спавшая с мужиком и ни разу не влюблявшаяся! — презренно смеется Джулиан. — Как уморительно! К ее годам Сеймур перебрала уже кучу мужиков! Она меняла парней как перчатки, а те получали неодобрение ее семейки.

— Я тоже не верю в эти байки. Ладно бы она была какой-нибудь ботаничкой и думала бы лишь об учебе, прямо как твой братец. Но эта девчонка – модель. В нулевые она была таким же секс-символом, как и ее женишок. Хотя она и сейчас сводит мужиков с ума.

— И я этого, если честно не понимаю. Лучше уж та глупая блондинка, чем эта доска, у которой сиськи маленькие, а задница – плоская. Просто вобла!

— Да ладно, Сеймур такая же дохлячка! У этой пигалицы тоже ни сисек, ни задницы. А вот подружка белобрысого не такая плоская. Я видел ее фотографии и не могу причислить ее к анорексичкам.

— Согласен. Грудь у нее не такая большая, как у блондинки, но за нее можно подержаться. И она – единственная, кто создает впечатление умной и хозяйственной бабы.

— Кстати, я вспомнил, что тот актеришка и та моделька едва не расстались некоторое время назад. Говорят, МакКлайф был часто замечен в барах, где много выпивал. Да и вроде бы его видели с какой-то бабой, которую он задаривал дорогими подарками, когда еще официально встречался с Кэмерон.

— Эй, а правда, что карьера той анорексички едва не была погублена?

— Правда. На эту девчонку ополчились так же, как и на голодранца. Обвинили ее в том, что она всех оскорбляла и страдала от звездной болезни. Но этот скандал кто-то замял, и все начали извиняться перед ней. Мол, они зря поверили лжи желтых газетенок. А МакКлайф защищал ее с самого начала. Ни разу не сказал плохого слова прессе. А девчонка нагло пользовалась тем, что слово того актеришки имеет большое влияние.

— Этот двухметровый столб без ума от той пустышки, — ехидно усмехается Джулиан. — Знаешь, как он взбесился, когда я сказал правду про ту модельку! Не меньше, чем его братец, когда я сказал то же самое и про его блондинку!

— Интересно, а той блондинке в кайф, что она собирается замуж за маленького мальчика? — хитро улыбается Норман. — Или она уже перебрала всех взрослых мужиков и переключилась на школоту?

— Или она сама к нему привязалась, зная, что он – родственник звезды. — Джулиан выпивает немного кофе. — Кто бы отказался от возможности породниться со звездой!

— Да, но щенок-то и сам неидеальный. На вид он милый и пушистый, но все не так просто. Но знаешь ли ты, что этот сопляк какое-то время сидел в тюрьме?

— В тюрьме ? — широко распахнув глаза, громко удивляется Джулиан. — Да ладно? Мелкий сидел в тюрьме?

— Его арестовали по подозрению в убийстве человека в январе две тысячи десятого года. Тогда он просидел в тюрьме пару недель, но потом его дядя внес за него залог. Мальчишку отпустили, но с него не сняли обвинения. И он запросто сел бы в тюрьму, если бы расследование не приостановили на несколько лет. Его возобновили лишь в прошлом году.

— Так значит, этого щенка признали невиновным, раз он до сих пор на свободе?

— Нашли типа настоящего убийцу. Правда мальчишка все равно предстал перед судом в качестве обвиняемого. С него сняли все обвинения, а того мужика посадили в тюрьму. Родственнички с невестой постарались! Говорят, они всей гурьбой защищали его и выступали в качестве свидетелей&

— Но как удалось доказать невинность этого сопляка? Или его братец просто отвалил кому-то бабок, чтобы посадили невиновного?

— Говорят, этот сопляк нашел свидетеля, который видел, как убили того мужика. Какой-то его дружок.

— А, ну все понятно! За него просто похлопотали !

— В любом случае мальчишка избежал наказания. Хотя ему грозил огромный срок. Лет пятнадцать-двадцать. А вот его дядя сейчас отбывает срок в тюрьме.

— А что он сделал?

— Да якобы проводил какие-то денежные махинации и что-то у кого-то украл. И я точно знаю, что он отдавал приказ похитить ту глупую блондинку.

— Интересно…

— А еще он до смерти боялся своего дядю и под его давлением едва не грохнул своего брата.

— Да ладно? — громко ухмыляется Джулиан.

— Но наша Барби на мгновение стала героиней и предложила ему грохнуть ее, надеясь спасти актера. Ну вот сопляк и струсил.

— Слушай, отец, чем больше я слушаю тебя, чем больше удивляюсь. Я так понимаю, можно собрать целый компромат на этих придурков.

— Но несмотря на все их грешки, эти соплячки все равно сходят по ним с ума.

— Ой, думаешь, их это волнует? Они видят картинку и любуются ею!

— Кстати, а ты знаешь, что этот актеришка недавно чуть не сдох?

— А вот про это знаю! У него были какие-то контры с каким-то мужиком, который недавно сбежал из тюрьмы.

— Это сообщник его дяди. Он погиб после падения с обрыва и употребления огромного количества наркотиков.

— А что тот тип сделал с актеришкой?

— Вколол огромную дозу снотворного. Говорят, он несколько дней был на грани смерти, но сумел выкарабкаться. У соплячек был траур, пресса уже похоронила его, а многие мужики потирали руки, ибо думали, что смогут заполучить невестушку МакКлайфа.